Часть 28
5 мая 2026 г., 18:55
Честно говоря, он был немного опечален тем, насколько плохо была налажена кибер безопасность на корабле. Нет, понятно, что произошла сильная деградация всего, а его протоколы и "электронные" мозги кратно превосходят возможности современной электроники и программирования. Но не до такой же степени, чтобы оставлять свободное подключение к корабельной сети. Да и сама сеть была одна на весь корабль, а не разделённая для боевых постов и жилых помещений. И опять же понятно, что сам по себе доступ не играл никакой роли, если ты не имеешь нужных кодов доступа, но... кто-то реально думает, что обычный, даже не плавающий пароль способен стать для него помехой? Хотя да, никто же не знает о его возможностях, но он был уверен, что тот же Таракан взломал бы эту сеть не особенно и напрягаясь.
Но его разочарование местным уровнем кибербезопасности не помешало ему написать протоколы, позволяющие войти в сеть под видом члена экипажа корабля. Да, доступ был не самый высокий, но если не лезть в управление, а только собирать данные, то можно было получить практически любые сведения, которые поступали на корабельный сервер. И этот факт ещё раз показывал, насколько местные слабо себе представляли, как именно нужно организовывать корабельную сеть и кому какой доступ давать.
Созданным протоколом подключения он поделился с механиком, так что тот во время всех прыжков через варп сидел в сети и собирал данные. Да и во время перелётов в реальном космосе тот тоже время от времени подключался к сети, чтобы собрать информацию о функционировании различных корабельных систем.
Сам же он, пользуясь загруженностью корабельного искусственного болвана во время открытия варп-врат, подобрал необходимые пароли и сумел прописать себя в корабельной сети как проверяющего от штаба флота, чьи действия должны оставаться невидными для членов экипажа и других пользователей. В результате, он не только получил полный доступ к корабельному серверу, но и остался невидим для любого, кто захотел бы поинтересоваться тем, кто и что из пользователей сети в ней делает. Честно говоря, это было не особенно и нужно, так как даже подключённые к сети корабельные механики слабо себе представляли, что они видят, за пределами их непосредственных обязанностей по обслуживанию двигательной группы, вооружения и сенсорного массива с радиостанцией. Даже информацию о целостности корпуса они получали только самую общую, а если хотели более подробные сведения, то им приходилось посещать каждый блок корабля и делать запрос на месте, после чего сводить полученные данные вместе. Но раз была такая возможность, то почему бы и не воспользоваться?
Его механик, кстати, заметил его манипуляции в сети, пока он не стал для всех невидимым, и потом, когда они в первый раз вышли в реальный космос, поинтересовался, что это было. Пришлось объяснять, а потом ещё и обучать тому, как нужно организовывать подобные сети, с несколькими уровнями доступа, а иногда ещё и физически разъединённые, чтобы пассажир просто физически не имел возможности подключиться к внутренней сети, а только к гостевой, куда не транслируется ничего, что пассажирам знать не положено. Впрочем, механик ограничился только общими знаниями, отложив более подробный разбор до момента возвращения, когда можно будет привлечь к разговору и Таракана, который неплохо разбирался в местной интеллектроника и сетях.
Впрочем, огорчение огорчением, но это не помешало ему пользоваться доступом к корабельному серверу для своих нужд. Понятно, что он не наглел, чтобы чрезмерная нагрузка на сервер не привлекла к себе внимание местных техно-жрецов, но некоторые расчёты с его помощью проводил. Это позволило существенно ускорить моделирование, ведь на откуп серверу можно было отдать часть расчётов, а самому заниматься своими делами. Пришлось, правда, создать на сервере несколько скрытых виртуальных машин, чтобы те обсчитывали всё в изолированной среде и оставались невидимыми для остальных. Ещё и настроить те так, чтобы не сильно нагружать корабельный "мозг", а во время открытия врат и путешествия через варп виртуальные машины и вовсе должны были уходить в спящий режим. Но летели они довольно долго, так что он успел разобраться с шагающей машиной типа "Часовой" и обсчитать тяжёлую БМП и ОБТ полностью на базе СШК. А вот работать над проектом тяжёлой БМП уже для своих войск, с учётом всех своих познаний в этом вопросе, он только начал, но был вынужден отложить на более позднее время, так как они таки добрались до нужной системы.
На то, чтобы добраться до места назначения, им потребовалось совершить шесть переходов через варп. Да долго, да выматывающе для солдат, так как любой переход через варп, это то ещё удовольствие, но зато относительно стабильно и безопасно. По крайней мере на их пути не оказалось ни одного варп-шторма и им не пришлось искать обходные пути или ждать. Так что оказавшиеся довольно опытными капитаны сумели провести их эскадру максимально стабильно, прибыв в финальную систему с разбросом всего в один день (один крейсер и сопровождавшая его четвёрка эсминцев отстали именно на это время) и "потеряв" по дороге не больше недели. Да и разброс по пространству составил жалкие две сотни тысяч километров, меньше чем от Земли до Луны, что можно было считать попаданием в игольное ушко. Это не могло не радовать, особенно с учётом того, что никаких других кораблей за время ожидания отставших они не заметили.
Ещё им повезло с тем, что в это время планета находилась с ближней к ним стороны местного солнца. Ну или это был сознательный расчёт, чтобы побыстрее добраться до планеты. Лететь от места выхода из варпа до нужной планеты пришлось всего восемь дней. Это было связано с тем, что остальные планеты внешней части планетной системы в это время наоборот находились в других секторах, позволяя выйти из варпа ближе, чем в любом другом случае. Так что да, скорее всего это действительно был сознательный расчёт, чтобы не тратить на сближение с планетой много времени.
Планета была близкой к Земле по размеру и по гравитации, и имела естественный спутник, но раза в два меньшего размера, чем Луна. Но и расположен тот был ближе, пусть и не намного. А вот наклон оси у планеты почти отсутствовал, что должно было обеспечивать намного меньшее колебание годовой температуры. К тому же, если судить по наличию ледовых шапок на полюсах, то на планете шёл ледниковый период. Правда, было непонятно, можно ли применять к этой планете признаки с Земли, и были ли тут вообще колебания от ледникового периода к температурному максимуму и обратно, но как минимум количество пригодных для сельскохозяйственной деятельности территорий это сокращало, да и просто пригодных для проживания без применения продвинутых технологий строительства и обеспечения населения. Причём, сказывалось как наличие ледниковых шапок, так и отсутствие ярко выраженного перепада сезонной температуры в течение года.
Нужный им аванпост располагался в поясе умеренного климата, где ещё можно было заниматься земледелием, но из-за всё же имеющегося пусть и небольшого, но колебания температур, уже не получится снимать по три урожая в год, а только по два. К тому же, тут не было Пангеи, поэтому большая часть территорий, получала достаточное количество осадков, что позволяло даже с использованием самых примитивных инструментов и методов землепользования получать вполне себе неплохие урожаи. От голода, понятное дело, это не спасло, так как и неурожаи были, тот же град мог побить побеги или вредители сожрать урожай, и хозяева забирали большую часть урожая и соседи хозяев могли потравить поля, направляясь в набег. В общем, жизнь у обычных крестьян на этой планете даже в таких условиях была не сахар, и пусть крепости рыцарских домов были разграблены, а сами аристократы убиты, вряд ли сейчас крестьяне жили свободно, так как всегда найдётся тот, кто попытается занять освободившуюся нишу эксплуататора, тем более если мир изначально был феодальным.
В принципе, им было плевать на то, какой строй сейчас царил на планете, главное, чтобы нужный им аванпост оставался незанят. Вот только оказалось, что аванпост как раз и был занят. Это народ немного расстроило, но не сильно, ведь нечто подобное предполагалось, так как если подземная часть аванпоста уцелела, то и выжить там тоже кто-то мог. И пусть камень на поверхности расплавился, но ничего не мешало выжившим дождаться, когда от остынет, и прорубить новый выход. Нет, так-то людям могло не хватить времени из-за израсходования запасов воды, или отказа системы вентиляции или вовсе отсутствия поступления свежего воздуха, но и вариант с тем, что выживший персонал аванпоста всё же выберется и попытается подмять под себя округу, тоже учитывали.
В результате, высадка проводилась по всем правилам, в стороне от оборонительных позиций и на дистанции не позволяющей местным быстро добраться до места десантирования. Правда, некоторые астартес предлагали десантироваться прямо на головы врагов, но горячие головы остудили, ведь они пришли сюда не ради резни и демонстрации удали, а для захвата техники и уцелевшего оборудования. Так что лучше спокойно высадить свои силы и планомерно зачистить возведённое над аванпостом укрепление. А если кому-то хочется поразвлечься, то космическая и аэроразведка обнаружили и другие "замки", явно принадлежащие новым аристократам, и вот их можно было зачищать сколько угодно, в том числе и высаживаясь на те с орбиты.
Так что сейчас его бригада высаживалась с помощью шаттлов на открытый участок местности, сразу же разворачиваясь в оборонительный периметр. Разбивать лагерь никто даже не пытался, так как задерживаться в этом месте они не планировали, поэтому контейнеры сборного лагеря не выгружали, как и тех рабочих, которые должны были обеспечивать функционирование будущего лагеря. Да и тягачи с грузовыми платформами тоже оставались пока ещё на борту корабля, дожидаясь захвата крепости.
Первыми были доставлены разведчики на Тауросах и Мегатауросах. Местность вокруг точки высадки была равнинной, поэтому разведчики на этих электромобилях чувствовали себя тут отлично, сразу же занявшись своими непосредственными обязанностями. Ведь хоть за местом высадки и присматривали с орбиты, но заметить так можно только крупные колонны техники или пехоты, а небольшие диверсионно-развыдывательные группы прекрасно смогут подойти незамеченными и устроить какой-нибудь неприятный сюрприз. А сюрпризы им были не нужны, не любили они их. Вот если это они устраивали кому-то сюрприз, тогда да, а самим им не нравилось быть получателями разных неожиданностей. Поэтому разведчики разъехались во все стороны, обеспечивая ранее предупреждение и готовность огневого прикрытия в случае необходимости.
Следом на грунт были спущены разведчики-дроноводы и группа их прикрытия. Всё же дроны были удобным инструментом, позволяющим и разведку произвести, и если потребуется атаковать противника задолго до того, как тот станет виден напрямую. Ведь пусть и не полностью, но в какой-то мере дроны могли послужить временной заменой для авиации и артиллерии, обеспечивая устойчивость обороны. К тому же, дроны были мобильными и их можно было быстро перебросить с одного направления на другое, пусть и в пределах действия аппаратуры связи, что в их случае было не столь актуально. Дроноводы тут же подняли своих лёгких разведчиков в воздух, обеспечивая улучшение контроля за ситуацией вокруг и позволяя расширить периметр безопасности.
И только после этого началась высадка основных частей бригады. Четыре мотопехотных батальона: один на тяжёлых БТРах, один на машинах сопровождения и два на шестиколёсных транспортных броневиках. Дивизион самоходных миномётов, как со ста миллиметровым, так и со ста двадцати миллиметровыми миномётами на базе бронегрузовиков. Рота ПВО, на новых машинах. Рота огневой поддержки: противотанковый взвод, взвод подавления и взвод сопровождения. Ремонтная рота на грузовиках и БТРах. Рота радиационной, химической и биологической защиты, правда пока только её прообраз, так как бойцов ещё учить и учить всему необходимому. И медико-эвакуационный взвод, опять же пока только его жалкое подобие, но начинать с чего-то требовалось.
Последним высадился взвод операторов тяжёлых дронов, который принялся сразу же готовить своих "птичек" к вылету. Всё же те были изделиями намного более сложными, чем лёгкие дроны разведки, и требовали более тщательного обслуживания, а так же разворачивания специальной катапульты. Ведь подготовленной взлётной полосы поблизости не имелось, а запускать подобные машины с грунта было невозможно. И именно с ними спустился со своими киборгами и механик. Всё же тому было интересно поучаствовать в запуске тяжёлых дронов, да и в их обслуживании тоже. И винить его в этом было нельзя, ведь все пацаны любят запускать самолётики, и чем больше самолёт, тем больший восторг и энтузиазм это вызывает, даже если мальчики уже стали взрослыми мужчинами и сами обзавелись детьми.
*****
Выбравшись из десантного шаттла, магос осмотрелся и поспешил к выгружавшимся из других кораблей машинам дальней дроновой разведки. Он уже изучил и сами машины, и летающие тяжёлые дроны, и даже изучил все написанные Мегатроном наставления и более поздние заметки сделанные уже самими солдатами-дроноводами, но вот непосредственно в обеспечении проведения разведки собирался участвовать впервые. Ведь одно дело изучить механизмы по чертежам или рассматривая конструкции машин на натуре, а совсем другое увидеть их в действии, увидеть, как те выполняют свои функции. Конечно, было непривычно смотреть на солдат не как на расходные боевые единицы, к тому же ещё и довольно тупые, а как на специалистов в своём деле, которым не стоит мешать и... которых нужно слушаться! И даже не просто непривычно, а в чём-то даже оскорбительно. Но магос умел сдерживать своё раздражение, к тому же дроноводы действительно разбирались в своём деле, поэтому он только молча выслушивал наставления сержантов и операторов дронов, после чего молча делал что скажут. В конце концов, это тоже были знания и опыт, ценные уже сами по себе. Да и он не забывал, что этих конкретных людей Мегатрон учил не просто лично, а углублённо, гоняя тех так, как не гонял до этого никого из солдат. Так что и результат получился очень даже неплохой, особенно если учитывать, что всё обучение происходило в предельно сжатые сроки. На самом деле, влиться в коллектив дроноводы было не так просто, как кому-то могло бы показаться. Всё же те были ценными специалистами, так что и охраняли тех довольно хорошо, для чего имелись специально сформированные отряды стражи. Причём Мегатрон натаскал тех так, что на любого не из состава подразделения дроновой разведки они смотрели с подозрением. У него же тоже имелась своя охрана, которая тоже не хотела оставлять его под чужой охраной. Как говорится, конфликт интересов. Но этот вопрос удалось всё же решить. А вот с тем, что из-за всё той же некоторой элитарности и плотных тренировок от Мегатрона дроноводы были очень сплочёнными и не спешили принимать в свой коллектив кого-то со стороны, особенно если тот не прошёл таких же тренировок, разобраться было сложнее. Да и ему самому воспринимать обычного человека, пусть и неплохого специалиста, как кого-то равного по статусу или даже старшего было очень непросто. Но и с этим он справился. Ведь когда ты увлечён каким-то делом, то легко можешь перестать обращать внимание на раздражающие тебя моменты. К тому же, его разум был достаточно высокоорганизован, чтобы уметь абстрагироваться от не нравящиеся ему вещей, если те напрямую не мешают его делам. Пока его отряд выгружаться и занимал предписанное ему место во временном лагере, он занимался проверкой одного из тяжёлых летающих разведывательных дронов, а так же его пусковой катапульты. И даже контролировавший его действия сержант-техник не вызывал у него раздражения. Да и честно говоря, он был так сосредоточен на задаче, что не особо и замечал, что тот вообще тут был. Зато и закончил все проверки точно в срок, что говорило об идеальном соблюдении литании предполётной проверки и отсутствии неисправностей. И это не могло не радовать. При этом, в отличие от остальных, вынужденных работать группами, он всё выполнял самостоятельно, ведь он мог это сделать. А потом был запуск дронов в воздух с катапульт, который только для непосвящённого взгляда выглядел донельзя просто. Вот только он прекрасно знал, сколько за этой простотой скрывалось труда и расчётов, какая сложная и взаимосвязанная была вся система дрон-катапульта. Так что вид того, как тяжёлый дрон с размахом крыльев в десяток метров соскальзывает с негромким щелчком с направляющей электромагнитной катапульты, после чего лопасти его винтов раскрываются в рабочее положение и тот, с почти неслышным жужжанием, начинает набирать высоту, вызывал у него чувство эмоционального экстаза. Ведь всё работало очень чётко и без отклонений, как и должно быть. И речь не только про машины, но и про обслуживающих эти машины людей. Никаких лишних движений или разговоров, всё чётко и по машинному выверено, и при этом было видно, что все люди гордятся своей работой, ведь они глаза всего полка. Впрочем, наслаждаться картиной этой чёткой работой людей и машин было некогда, ведь требовалось следить за передаваемыми дроном данными, одновременно готовясь к выдвижению в направлении аванпоста и поставленного поверх него укрепления. А ведь у него был ещё и свой отряд, за которым тоже нужно было присматривать. Хорошо ещё, что он дал своим самым лучшим юнитам больше свободы, благодаря чему те могут и самостоятельно принимать решения, так что за ними не требовалось смотреть постоянно. Но ведь у него всё же оставались ещё и сервиторы, да и часть скитариев всё ещё оставалась старой модели, так что ими требовалось руководить более тщательно. Само движение к укреплению было скучным, ведь местные решили держать оборону на укреплённых позициях и не предпринимали никаких активных действий. Впрочем, его это не трогало, так как управление дроном и работа с общей тактической картой местности, а так же общение с Мегатроном, с которым они обсуждали ситуацию, и контролирование собственного отряда, который двигался в составе общей колонны полка, занимали его внимание почти полностью, оставляя только немного на сортировку стекавшейся к нему информации. И информация была важной, так как позволяла лучше понять, на что способны тяжёлые разведывательные дроны и как тем можно было противостоять. Он наглядно увидел, что именно может увидеть подобный разведчик, а значит и понять, как от его взора можно укрыться. Ведь какие бы ауспексы ты не поставил на дрона, но у тех всегда будут какие-то ограничения. Например, если ты хочешь внимательно рассмотреть какой-то конкретный участок, то ты должен сузить сектор обзора, и чем большего увеличения ты хочешь добиться, тем меньший участок поверхности ты можешь рассмотреть. Верно и обратное, чем больший охват делает объектив, тем меньшую точность изображения ты получаешь. К тому же, дрон только для обычного человека при взгляде с земли летит медленно, но на самом деле тот смещается довольно быстро, так что для наблюдения за каким-то конкретным участком приходится или маневрировать дроном, удерживая объектив направленным на нужный участок, или делать то же самое поворачивая саму камеру. Благодаря этому он уже сейчас придумал несколько вариантов оснащения тяжёлого дрона разведки. К тому же, наблюдая за тем, как работают операторы, и оценивая возможности дронов, магос пришёл к выводу, что на такой дрон вполне себе можно подвесить ракеты, чтобы не ждать, пока по выявленной разведкой цели будет нанесён удар, а атаковать ту самостоятельно. И судя по всему, именно это и должно было стать следующим шагом развития задуманным Мегатроном. По крайней мере всё на это указывало. А ещё ему пришла в голову мысль, что если сделать подобный дрон как можно более простым по конструкции, поставить на него самый простой ауспекс и запихнуть внутрь тот же снаряд, а то и просто взрывчатки, да ещё и канистру с прометием добавить, то с его помощью можно будет уничтожать вражеское командование, считающее, что находясь в тылу оно в безопасности. Ну или с его помощью можно будет нанести удар по складам или артиллерийским позициям. При этом собрать такого дрона будет в разы проще, чем какую-нибудь "Молнию", а значит его можно будет выпускать массово. И пусть нормальный атмосферник, и тем более аэро-космический аппарат, намного более универсален, а живой пилот обеспечивает устойчивость летающей машины от средств подавления эфирных сигналов, но подобные дроны, как с ракетами, так и самоубийцы, найдут свою нишу. К тому же, потеря АКИ как правило приводила и к гибели пилота, а подготовить того было не так просто и занимало много времени, в то время как потеря дрона, это всего-лишь потеря недорогой машины (магос сам был в шоке от того, что ему в голову пришла подобная мысль), оператор же оставался жив и мог взять под управление другой дрон из резерва. Конечно, для эффективного использования такой сложной техники потребуется обучить солдат и наладить производства большого перечня различных дронов, но с обучением прекрасно справится Мегатрон, а наладить производство сможет уже он. Таким образом вопрос оставался только в ресурсах и заинтересованности союзников, которых придётся завести. Вот только как на это посмотрят астартес? Ведь одно дело, когда у гвардейцев на вооружении имеются всевозможные танки, БМП и артиллерия, это дело привычное. И даже авиация вещь известная и как с ней бороться всем известно. Но если у обычных людей появятся различные дроны, с помощью которых они смогут очень быстро переносить точку удара, закрывая любой намечающиеся прорыв точно прилегающими ракетами, то как на это посмотрят астартес? Ведь в этом случае даже полное отсутствие у обороняющихся гвардейцев противотанковых пушек не гарантирует того, что ваша атака на тех же "Носорогах" не захлестнётся под волной ракет и дронов-самоубийц. Именно поэтому им потребуются союзники из астартес, которые бы могли взять эту тактику на вооружение, дав той своеобразную легитимность. Ну а если ещё и получится с помощью новых методов войны победить, значительно снизив потери, то вопрос будет уже не в том, можно ли такой метод войны использовать, а в том, сколько мануфакторумов по производству дронов он сумеет построить. Ведь если так подумать, то тактика ударов дронами астартес подходит лучше всего, так как она позволяет компенсировать отсутствие собственной артиллерии и при этом не снижает мобильность отрядов. Но этот вопрос нужно будет потом как следует обсудить с Мегатроном, который явно уже что-то по этому поводу придумал.*****
Наблюдая через ауспексы дрона за тем, как ста двадцати миллиметровые миномёты монотонно и без спешки разбирают укрепления аборигенов, заодно срывая любые попытки тех сосредоточиться и атаковать их позиции, магос не мог не испытывать удовлетворение. Ведь в происходящем не было ничего из того, что обычно можно видеть при сражении двух армий. Нет, их противники как раз вели себя именно так, как и ведут себя люди, попавшие под обстрел. Но вот с их стороны была только механическая точность и скоординированная работа, словно это действовали не обычные гвардейцы, а подразделение скиратиев под управлением опытного трибуна. А уж с какой точностью миномётчики клади свои мины, вообще было песней. И всё благодаря корректировщикам-дронам, что висели высоко в небе и обозревали всё пространство укрепления. Вообще, они фактически уже победили. Нет, живой силы у противника было ещё вполне достаточно, но вот оказать достойное сопротивление те уже не могли. Вся действительно имевшаяся у аборигенов техника была уничтожена ещё первыми залпами и сейчас та уже просто дымилась, выгорев изнутри. Всё же миномёты действительно оказались отличным противотанковым средством, как и заявил Мегатрон, так что даже имевшаяся у аборигенов парочка танков и несколько БМП не оказали на результат их нападения никакого влияния. Вот организуй местные встречную атаку, то возможно сумели бы даже какую-то из машин повредить или даже уничтожить, но решив действовать от обороны те превратили свою технику из вполне себе грозного оружия в мишени. Впрочем, даже если бы местные бросили свою технику в атаку, то это не сильно изменило бы результат. Ведь когда дроны-разведчики контролируют поле боя и корректируют огонь миномётов крупного калибра, работающих из закрытых позиций, то врагу остаётся только умереть, если те, конечно, не астартес, способные рывком преодолеть простреливаемый участок. Но даже тем пришлось бы сложно, ведь осколки от ста двадцати миллиметровой мины бьют не хуже пули из тяжёлого стаббера, а близкий разрыв вполне себе способен "разуть" и танк. Техника же в таких условиях вообще никуда не могла доехать. Ведь если с передней проекции танк был способен выдержать выстрелы из самого разного тяжёлого оружия, то вот верхний бронелист был относительно тонким, а именно туда и прилетала тяжёлая мина, выставленная на замедление. Так что мина проламывала крышу корпуса или башни и взрывалась внутри, уничтожая экипаж и оборудование, а то и приводя к детонации боекомплекта. Так же не стоит забывать, что батарея ста двадцати миллиметровых миномётов работала с дистанции почти в семь километров и её страховали две батареи ста миллиметровым миномётов, готовые открыть огонь в любой момент, если противник вдруг пойдёт на прорыв и сумеет преодолеть половину расстояния. К тому же, тяжёлые БТРы с лазпушками были выдвинуты на позиции прикрытия, чтобы в случае необходимости задержать противника, дабы того потом опять же накрыли минами. Конечно, была ещё вероятность, что противник попытается просто сбежать, направившись в другую сторону, но шанс этого был невысокий, ведь где-то там под землёй всё ещё оставалась сохранившаяся часть аванпоста. Да и если бы это всё же произошло, то дроны-разведчики заметили бы выдвижение, а потом врагов разорвали бы рейнджеры на Тауросах, ведь в чистом поле от этих скоростных машин противнику было не скрыться. Но вот Мегатрон отдал команду и ожидавшие своего часа БТРы рванули вперёд, а миномётчики выпустили последние мины и занялись проверкой своих пусть и очень простых, но от того не менее смертоносных, чем любые другие, орудий. И пока последние мины летели к своим целям, мотопехота спешила максимально сблизиться с полуразрушенными укреплениями местных, чтобы ворваться на них, пока противник не успел прийти в себя. Магос тут же отдал команду выделенному для поддержки атаки отряду из скитариев и сервиторов на выдвижение, и те тоже направились на своих броневиках к разрушенным укреплениям. А он наблюдал за всем этим сверху, имея отличную возможность оценить удобство такого способа управления. Всё же хоть скитарии и были объединены в единую тактическую сеть, так что он получал от них довольно полную информацию о ситуации на поле боя, но вид сверху, который давали дроны, да ещё и с немного разных ракурсов, позволял намного лучше оценивать ситуацию, а значит и реагировать на её изменения. Так что управление боем превращалось в какую-то тактическую игру, где ты видишь почти всё поле боя, а твой противник нет. И пусть подобное было возможным только на открытой местности, но даже так это значительно сократит потери как в живой силе, так и в технике. Правда, для подобного метода ведения боевых действий требуется иметь существенный запас дронов, ведь те могут уничтожаться средствами ПВО противника. Но благодаря тому, что тяжёлые машины держатся довольно высоко или даже далеко, а ближе к позициям противника приближаются только лёгкие и довольно дешёвые дроны, то создать достаточный запас уже не сложно, особенно с из организацией производства. А тем временем БТРы достигли развалин укреплений и остановились, открывая кормовые люки, из которых сразу же наружу выскочили пехотинцы, бросившись на штурм под прикрытием автопушек и стабберов броневиков. Люк, кстати, на корме БТРа был всего один, зато широкий, так что покидать машину было удобно и сделать это можно было очень быстро. Даже боец в панцирном доспехе и с тяжёлым оружием не испытывал никаких проблем с тем, чтобы выбраться наружу. Захват разрушенных укреплений прошёл стремительно, немногочисленные выжившие аборигены, из тех, что всё ещё оставались на поверхности, не могли оказать никакого сопротивления. Заодно, в процессе зачистки, был обнаружен ведущий под землю ход, размещавшийся в одном из обрушившихся каменных зданий. Тут же к нему был направлен штурмовой отряд, в который входили в том числе генетически улучшенные бойцы и огрины, которых Мегатрон тренировал лично, натаскивая зачищать территорию с ограниченной видимостью и манёвром. Закованные в специально созданную для них панцирнкю броню, эти бойцы тащили штурмовые щиты. И это были не просто "стальные двери", а специальное многослойное высокотехнологичное изделие оборудованное прозрачным окном, чтобы боец мог видеть, что происходит впереди, а сверху, в центре и снизу щита проходили горизонтальные полосы мощных сфокусированных световых ламп. Свет этих ламп не только освещал пространство впереди, но и слепил противника, если у того не было специальных защитных очков, что было довольно часто, ведь обеспечить подобными очками всех бойцов для Империума было невозможно, да и для хаоситов тоже. Вооружение же у штурмового отряда составляло довольно пёстрый набор. Кто-то был вооружён автостабберами с ленточным питанием или даже тяжёлым стаббером. Было несколько бойцов с ручными мультилазерами и хелгагами, последние были увеличенной мощности. Несколько бойцов были вооружены дробовиками, а двое тащили гранатомёты с магазинным питанием, очень упрощённой версией болтеров, ведь их гранаты не имели реактивного двигателя. А вот солдаты со щитами были вооружены тем, что Мегатрон обозвал пистолетом-пулемётом, а по факту это был автопистолет, просто больше напоминающий небольшой автостаббер. По огневой мощи они, понятное дело, уступали любому другому оружию, зато ими можно было управляться одной рукой, второй поддерживая щит. Но недооценивать подобное оружие тоже не стоило, так как и скорострельность у того была на высоте, и бронепробиваемость хоть и уступала тяжёлым стаббером, но была достаточна для пробития той же флак-брони. Кроме того у каждого из штурмовиков имелись ручные гранаты и взрывчатка для подрыва стен. Магос тут же направил следом за штурмовиками и свой отряд из скитариев и сервиторов. Всё же в своих юнитах техножрец был уверен, те задачу выполнят, а вот как себя проведут пусть и прошедшие обучение, но всё же обычные люди, он пока ещё не был уверен, всё же с реальными препятствиями те ещё не сталкивались.
