Верни меня домой

      Путь до родного острова Отца занял не один день. Ни новостей, ни зацепок по местонахождению оставшихся комдивов Тича не было, команда вела себя удивительно смирно, так что Марко было совершенно нечем себя отвлечь.       Тогда, на собрании, пусть он и ляпнул не подумав, но слова назад брать не собирался. Вся эта вакханалия безумно похожа на то, что мог бы сотворить их Эйс. В сердце вновь зарождалась надежда, как бы разум ни противился.       Мальчишка ворвался в его жизнь с самоубийственной решимостью и громким смехом Отца. Смотря в тот день на упавшего без сил наглеца, Марко не думал, что Огненный Кулак станет для него так чертовски важен. Шутка ли: ему, почти сороколетнему старику, вскружит голову какой-то борзый желторотый птенец.       Но ведь в самом деле вскружил, пусть и не сразу. Сперва он бесил. Своей гордостью, нескончаемыми попытками убить Отца, неумением признать поражение. Раздражение в Марко быстро сменилось пониманием, что парнишка иначе не может. Недоверчивый, как уличный котёнок, он шипел и царапался, отказываясь верить, что кроме его собственной в море есть ещё одна команда, способная его принять. Кошек Марко приручал скверно, сказывалась птичья натура, а вот с людьми говорить умел, если те были готовы слушать.       Поставив чашку, он уже начал уходить, как услышал усталое: «Почему вы все зовёте его Отцом?». Этого оказалось достаточно, чтобы Феникс протянул руку в ответ. Было легко делиться философией своей семьи, своим счастьем. Парнишка сжимал кулаки и скрипел зубами будто от боли, но слушал и слышал. Вправляя Эйсу мозги и ставя ультиматум, Марко и не думал, что тот действительно набъёт татуировку во всю спину, так ещё и пурпурного цвета.       «Контраст с моей рыжей шляпой, круто же!» — улыбался Портгас в первые дни, как получил метку команды.       — Смесь алого и синего. Наше пламя, — отвернувшись и пряча краснеющие уши, признался он многие месяцы спустя. В каюте были только они вдвоём, тускло горящая лампа и отголоски разгоревшейся страсти.       — Слишком порывисто даже для тебя. Ты ведь тогда ещё не успел в меня влюбиться, так почему? — Марко не смог бы ответить и сейчас, что было интереснее: узнать ответ или понять, насколько сильно его парень может покраснеть от простого разговора.       — Татч был первым, кто заговорил со мной, но ты… ты обьяснил, что значит этот знак и почему я имею право его носить, — Эйс положил руку на свою шею, касаясь кончиками пальцев края татуировки. — Я хотел сохранить в этом напоминании твою улыбку, когда ты говорил о семье.       Эти слова принесли ему счастье тогда и резали ножом по сердцу сейчас.       Ещё больнее было вспоминать момент признания.       Команда праздновала очередную победу пышной пьянкой, но как бы Марко ни любил своих братьев, он устал и предпочёл сбежать к себе заниматься бумагами.       Когда Феникс уже почти отчаялся понять почерк Немура и собирался сделать перерыв, дверь в каюту со скрипом отворилась. Эйс прошмыгнул внутрь, закрыл дверь на замок и прижался к ней спиной. Лицо было спрятано за полами рыжей шляпы, но молодой пират едва заметно покачивался и становилось ясно, что он пьян.       «В дрова» — поправил себя Марко, когда парнишка попытался сделать шаг, но качнулся отчётливее и неловко вернулся к спасительной опоре.       — Кто тебя заставил так наклюкаться, йой? — Феникс встал и направился к незванному гостю, чтобы помочь сесть. Уже прикидывая, кому из братьев завтра задаст трёпку и совершенно не ожидая, с какой силой мальчишка рухнет к нему в руки и вцепится рубашку.       — Не уходи.       — Я в своей каюте, куда мне уходить?       — Не уходи. Пожалуйста, — Эйс прижался ближе, а после слова хлынули водопадом: Сегодня в порту все так на тебя смотрели. Не выношу этого. Терпеть не могу! — пальцы на фиолетовой рубашке сжались крепче — Я знаю, что не имею на тебя никаких прав, но прошу, пожалуйста, не уходи…       К концу голос дрогнул, Марко смог чуть отстраниться и встретился взглядом с мокрыми карими глазами.       — Да что с тобой? — едва слышно шепнул Феникс в то крохотное пространство, что было между ними.       От мальчишки несло отчаянной мольбой и ромом. Что бы ни ударило ему в голову, стоит проспаться и он будет в порядке, так что…       Эйс сделал ещё полшага вперёд, уткнулся губами ему в ухо и зашептал, обдавая горячим дыханием.       — Выбери меня. Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я буду любить тебя сильнее, чем когда-нибудь любил другой мужчина, чем сможет полюбить любая женщина, я люблю тебя. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, прошу, выбери меня, меня- я, я же, я- пожалуйста…       Слова прервались едва слышным всхлипом и Феникс прижал парня ближе, пытаясь убедить себя, что тот просто пьян. Стал жертвой чужой тупой шутки, а может и вовсе принял его за кого-то другого…       — Пожалуйста, выбери меня, Марко, — произносит Эйс, касаясь губами его кожи.       Руки на юношеской талии непроизвольно сжимаются крепче. Верно. Хватит отговорок. Они ведь оба всё давно поняли, танцевали вокруг да около, но не решались сказать прямо. В Портгасе оказалось больше смелости, пусть и после нескольких бочек алкоголя. Марко усмехнулся: чёртовы Д.       — Хорошо, — говорит Марко и дрожь в чужих плечах чуть утихает.       Эйс поднимает свои заплаканые, невозможно-карие глаза и доверчиво смотрит на Феникса.       — Люби меня, — улыбка так и просится на лицо, — а я буду любить тебя.       И Марко никогда не сможет описать ту радость, что разрослась в его груди от вида ответной улыбки Эйса. Мальчишка сиял так ярко в его руках, что счастье казалось бесконечным.       Но всё оборвалось слишком быстро. Судьба отмерила им жалкий год, прежде чем Тич предал отца и убил накама. Марко не успел оплакать лучшего друга, как не успел и перехватить Эйса, решившего броситься в погоню за убийцей. Феникс корил себя долгими бессонными ночами, но всегда повторял, что старший помощник должен оставаться на корабле. Эта фраза успокаивала до тех пор, пока не пришла газета.

«Портас Д Эйс пойман Дозором и будет казнён».

      И вот теперь он здесь. Поднимается на холм, где захоронены его Отец, братья и его Солнце. Портгас Д Эйс был слишком молод, чтобы вот так…       — Это ещё что за-?!       Марко вынырнул из раздумий. Он сильно отстал. Половина от команды, выбравшейся навестить усопших, уже добралась до места и теперь орала благим матом. Феникс поспешил узнать причину, хотя в душе знал. За спиной слышались привычные приглушённые звуки обуви Изо, впереди с непониманием и тревогой братья глядели, будто он сможет объяснить, какого морского дьявола тут произошло.       Надгробие Эйса было в порядке и даже почти нетронуто временем. Покачивалась на ветру шляпа, сияли на солнце серебряно-зелёные ножны, а возле красовалась вырытая яма и разбросаны щепки.       Марко поднял лицо к небу, глубоко вдохнул и отдал приказ: «Выньте гроб, нужно его осмотреть и понять, что случилось», — но то была лишь формальность. Губы все же растянулись в улыбке.

Его Солнце было слишком молодо и яростно, чтобы гаснуть.

Гол Д Эйс не мог так просто уйти.

· · ────── ♤ ────── · ·

      Конечно же крышка гроба была пробита изнутри, а тело не нашли. Часть собравшихся отправилась в поселение, чтобы расспросить местных, но никто ничего не знал. Разве что один старик пожаловался, что в прошлом месяце у него умыкнули лодку. Он винил расшалившихся соседских мальчишек, Марко же сильно в этом сомневался.       Пазл складывался, но неопровержимых доказательств не было. В попытке собраться с мыслями Феникс вернулся на корабль и ноги принесли его в каюту командира второго дивизиона. Они так и не успели съехаться в одну общую. У Марко был свой рабочий бардак, у Эйса свой разгильдяйский и смешивать они не торопились, времени же было так много.       Каюта осталась нетронута с тех пор, как Огненный Кулак отправился в погоню за Тичем. Тут лишь изредка протирали пыль, но все вещи были на прежних местах, и каждая напоминала о своём хозяине. Его неуёмном нраве, горящих глазах, силе и большом любящем сердце, которое не бьётся уже больше года.       Или же не билось. Разворошенная могила подарила Фениксу надежду. После событий Маринфорда Марко всё не мог принять, что Эйса больше нет. В душе он жаждал найти хоть что-то, хоть малейшую ниточку, способную привести мальчишку назад в мир живых. Теперь это казалось реальным как никогда. Если Эйс жив, они найдут его и вернут домой. Паршивец наверняка вбил себе в голову очередную глупость, но Марко не собирался этому потворствовать.       За спиной послышался знакомый стук гэта о доски. Изо встал с ним плечом к плечу, окидывая взглядом каюту погибшего брата.       — Ты знал, что так будет?       — Когда я навещал Отца в прошлый раз, могила Эйса была в порядке, если ты об этом.       Марко был готов к обвинениям, будто он причастен, но либо всё обошлось, либо он не успеет взлететь, прежде чем ему выльют ведро морской воды на голову и прикуют кайросеки в медблоке. Впрочем, Изо старался держать лицо и делать вид, что они сейчас говорят о предстоящих закупках для корабля, а не о потенциально ожившем мертвеце.       — С самого начала не выглядишь удивлённым. Вся команда на ушах стоит, а ты даже бровью не повёл. Ты всегда был образцовым старпомом и умел держать себя в руках, но это не тот случай. Я хочу понять, что такого знаешь ты, чего не понимают все остальные.       — Ты ведь слышал сказки про Д? «Придёт день, когда кошмар станет явью, потому что Гол Д однажды откажется умирать». После того, как Отца и Эйса не стало и прошли похороны, я всё не мог смириться. Пил, заперся в каюте… ты и сам видел, вы с братьями много нервов убили, пытаясь вытянуть меня. Но однажды утром я проснулся и вспомнил эту байку. Слышал её, наверное, лет тридцать назад. Такая глупость, но она помогла мне взять себя в руки. Мне хотелось верить, что этим кошмаром станет Гол Д Эйс, и чтобы ему было, куда вернуться, я должен был перестать страдать хернёй и взять командование оставшимся флотом пиратов Белоуса.       Марко посмотрел командиру шестнадцатого дивизиона в глаза:       — Я ждал этого дня, так к чему удивляться?       Изо уставился в ответ, поражённый, но потом усмехнулся: «Вот оно как». Они продолжили стоять, думая каждый о своём, но вскоре стрелок вновь прервал тишину.       — И всё же я бы хотел более ясного объяснения происходящему.       — Например?       — Что ты пробудил свой зоан и теперь можешь не только регенерировать сам, но и воскрешать мёртвых.       Марко аж поперхнулся: «И это для тебя более ясно?!»       — Да. Тогда бы не стоял вопрос цены. За всё в этом мире нужно платить, и если Эйс вернулся, то какой ценой?       — Разумно. Меня это тоже тревожит. Мы со всем разберёмся, но для начала надо найти его.       — Говоришь так, будто у тебя уже есть план.       — О, он есть, — рассмеялся Марко, — и он тебе не понравится.       Феникс улыбался как юнец, затеявший прокатиться верхом на морском короле. Видит море, Изо явно не тот человек, что останется в стороне от этой авантюры.