Плачь, моя Королева

Когда Руперт явился возле моих покоев через несколько часов, его встретило недовольное лицо Марка. Симпсон заявил, что урок казахского языка никто не отменял, Уотсон привёл в качестве довода ему передёрнутый затвор автомата. Док затих и удалился, шаркая по каменному настилу стоптанными подошвами своих сапог. Это навело меня на мысль приодеть своё окружение. Миссис Бёргер нашла для всех нас отличного портного, который, отбросив все свои дела, поспешил на новый вызов. Мистера Грэйсона не напугали грозные лица моих телохранителей, которые выставили перед собой дула автоматов. Ван воодушевлённо рассказывал им, какую честь он имеет, чтобы снять мерки с Королевы. На помощь пришла София. Она заявила, что сама снимет замеры и доставит их мистеру Грэйсону. — Но цвет, — воскликнул Ван. — Цвет должен соответствовать ей. — Черный, — безапелляционно уведомила его миссис Бёргер. — Рубашки мужского покроя, исключительно белого цвета. Также нужна обувь. Никакой кожи. Королева не приветствует смерть животных ради красоты. Иссиня-черный, серый, угольный и белый поверх красного. По пять костюмов на каждый вечер, в зависимости от их значимости. Также позаботьтесь об повседневной одежде для Королевы. Что-нибудь неброское, на размер больше, прогулочное. Для всех остальных понадобятся три комплекта делового стиля и по четыре прогулочного. Три цвета для каждого наряда, не более. И не забудьте о том, что телохранители носят оружие. — И обувь, — напомнил ей добродушно Ван. — У меня есть прекрасный сапожник, он исполнит ваш заказ в кратчайшие сроки. — Я загляну к вам чуть позже и принесу все замеры, — произнесла София таким тоном, что Грэйсон ту же поспешил откланяться и покинул дом. Ни Ван, ни его друг-сапожник не подвели. Одежда и обувь были доставлены ровно через пять дней. Как им это удалось, я не имела понятия, да и не ставила это своей целью выяснить. За те деньги, которые они запросили за свои услуги, можно было бы одеть и обуть треть жителей «Мэри Стюарт». — Маска? — услужливо поинтересовалась София, протягивая мне шкатулку. — И трость, — попросила я, с благодарностью принимая деревянную коробочку. Простреленная левая нога всё еще периодически болела, реагируя на смену погоды. Я знала, что сегодня все взоры будут прикованы не столько к Андреа, как ко мне. С момента заселения на базу «Мэри Стюарт» я не покидала пределы дома, а общественность сходила с ума, яростно выдумывая всё новые и новые слухи обо мне. Для всех Аскела Нэррел погибла в схватке с «Кочевниками», защитив ценой собственной жизни очень важный груз, который по итогу позволил сплотить все кланы воедино. Шесть пуль, вынутых из моего тела, Руперт сохранил, а Олсен отправил их кузнецу, после моего воскрешения, чтобы тот переплавил их в тонкий браслет на руку. Глядя на своё запястье, я вновь и вновь ощущала неуёмное желание отомстить. — Руперт уже ожидает вас, — сообщила миссис Бёргер, вырывая меня из задумчивости. — Марк и Дэвид интересуются, следует ли им не отходить от вас сегодня ни на шаг или ожидать на выходе? — Я останусь только на официальную часть вечера, потом Дэвид отвезёт меня обратно домой, — ответила, придирчиво разглядывая себя в зеркале. Мои волосы отросли почти до плеч. Маска закрывала шрамированную часть лица. Белые перчатки скрывали под собой грубые и не единожды сломанные фаланги пальцев. Мрачно-чёрный костюм с белоснежной сорочкой сидел на мне, как влитой. Надо отдать должное Вану, он был мастером своего дела. Лакированные полуботинки прекрасно гармонировали с образом, как и металлическая трость с серебряным набалдашником в виде головы змеи с изумрудными глаза. Дорого, изящно и опасно. Весь мой вид говорил о том, что я знаю себе цену и она гораздо выше, чем у всех остальных. — Пусть Руперт сам придумает объяснение, почему я не поздравила Андреа лично. София коротко хмыкнула, а после протянула мне приглашение, которое я спрятала во внутренний карман пиджака. Что ж, да начнётся бал! Я нисколько не преувеличивала интерес публики к своей персоне, скорее уж даже преуменьшила. Стоило герольду сообщить о моём прибытии, как все гости тут же устремили свои взгляды в сторону входных дверей. Симпсон шёл первым, он был моим официальным представителем. Чуть медленнее за ним, опираясь на трость, спускалась я сама, а за мной молчаливо вышагивали грозные громилы. Но как только раздался голос Росса, все, как по команде обернулись в сторону небольшого пьедестала, на котором стоял Генерал. Я посмотрела на Руперта, который едва уловимо мне кивнул. У нас был выработан план. Совсем скоро Мартин закончит сотрясать воздух своим циничным красноречием и на сцену выйдет Андреа. Мои пальцы сжали набалдашник трости, а глаза прищурились в ожидании. Мне не стоило даже оборачиваться, чтобы убедиться, что Марк стоит позади меня и внимательно следит за каждым моим движением. Симпсон шагнул немного вперёд, чтобы в случае чего успеть задержать меня, если я вдруг не смогу контролировать свои чувства. Это передвижение не осталось без внимания Росса, который тут же замер, переводя свой окаменевший взгляд на Руперта, Симпсон растянул губы в приветливой улыбке и Мартин выдохнул. Как я и предсказывала, вскоре Генерал объявил имя своей преемницы и приглашающим жестом попросил свою дочь подняться к нему на пьедестал. Все вокруг удивлённо охнули и начали перешёптываться, одаривая Фостер аплодисментами. Руперт посмотрел на меня через плечо и недоумённо покачал головой. Конечно, он быстро адаптировался, но ему всё ещё казалось, что лицемерие — худший из человеческих пороков. Эти люди знали заранее, кто предстанет перед ними, однако искусно изобразили на своих лицах искреннее изумление. Я вернула своё внимание обратно на сцену, где ослепительно улыбались гостям Мартин и Андреа. Серый кардинал вышел на свет, да, здравствует революция! Мои губы изогнулись в кривой усмешке. Пусть они наслаждаются своей маленькой победой, которая в скором времени обернётся для них губительным крахом.