Алвадики (сборник драбблов)

– Ваш заказ, – улыбнулся ему симпатичный, совсем юный бариста с прозрачными серыми глазами. Рокэ засмотрелся – и не глядя взял картонный стаканчик с холдером. Уселся на своё любимое место у окна; в Олларии Рокэ не был полгода, но раз за разом возвращался именно в эту маленькую и уютную шаддейню. Открыл ноутбук, погрузился в работу, попивая горячий напиток – тот был на удивление хорош. Мальчишка сварил превосходный шадди – Рокэ даже не думал, что на альтернативном молоке он может получиться таким вкусным, потому что как правило брал эспрессо. Нужно оставить ему чаевые, решил он. Встреча с Манриками только через полчаса, как раз успеет и смету проверить, и к юноше за стойкой подойти, и пешком без спешки дойти до офиса Фламинго Инк, что в соседнем квартале. И тут взгляд Рокэ упал на холдер. «Рубен Аррохадо» было написано сиреневым маркером красивым почерком. И ещё пририсовано сердечко! За сердечко мальчишке спасибо, конечно, но Рубеном Рокэ, насколько он мог знать, всё же не был. – Юноша! Бариста повернулся к нему, улыбаясь лучезарно и обезоруживающе.  – Да? – Здесь написано Рубен Аррохадо! – Потому что это ваше имя, эр Рубен! – захлопал глазами мальчишка. «Ричард Окделл», рассмотрел на бейдже Рокэ. – В этом-то и проблема, юноша, я никакой не Рубен. – Как? – искренне удивился Ричард Окделл, – Как сейчас помню, Рубен Аррохадо, вы просили раф на десятипроцентных сливках без сахара... – Я просил флэт уайт на соевом! У меня непереносимость лактозы! – Ой... – прикрыл рот рукой юноша. "Ой", – следом за ним подумал Рокэ, обречённо понимая, что ему немедленно нужно в уборную, в животе оглушительно забурчало – и все внутренности словно скрутило в тугой узел.