Бессонница

      Робби не смог уснуть в чужом доме. Он старался особо не двигаться, лишь бы не разбудить никого скрипом старой кровати. Было слишком тихо. В его квартире он не мог оставить на ночь открытым окно. Пыль слишком быстро оседала на подоконник, а на улице вечно гудели, проезжали машины, с громкой музыкой из динамиков. Если это были не машины, то тогда вечно под его окнами проходили пьяные студенты, о чем-то слишком громко общаясь. Робби не мог спать с открытым окном, но тут… Тут он не мог уснуть из-за тишины. Глубокой, темной. Мужчина открыл окно, и прислушивался к звукам природы, надеясь что хотя бы это ему поможет выбросить Дэнниса из головы. Он должен перестать о нем думать, если хочет выспаться. Им ведь еще и ехать назад завтра, верно? Поедут ли они сразу после похорон? Робби думал, что парень точно не хотел бы оставаться тут дольше положенного. Но кто он такой, чтобы так думать? Он не так уж и хорошо его знает. Мужчина усмехнулся, переворачиваясь на бок, недовольно поморщившись, когда кровать жалобно скрипнула. Я ведь правда тебе нравлюсь? Боже, это сводит с ума. Это так глупо, так по-детски, и у Робби слишком сильно сводит живот, слишком сильно бьется сердце, когда он вспоминает неловкий голос Дэнниса, который произносит эти слова. Совершенно искренне. Ему правда это важно, да? Мужчина провел ладонью по волосам, вновь перевернулся на спину. Вновь поморщился от скрипа. Если бы Дэннис мог читать все мысли Робби, он бы задал этот вопрос? Почему бы просто не сказать все как есть? Парень не должен сейчас думать о глупостях, вот почему. Он вновь переворачивается на кровати, та скрипит, и мужчина недовольно подрывается, подавляя желание открыть окно шире, высунуть голову под прохладный воздух и закурить. Он так делал в подростковом возрасте. Мужчина… Тогда еще юноша забирался ногами на подоконник, перекидывался через ставни и курил, вытянув губы, лишь бы дым не попадал в комнату. Стоит ли говорить, что это не работало? Это было давно. Робби сжал пальцами свои плечи, чуть потянулся, когда услышал за дверью тихое шуршание. Он замер. Точно кого-то разбудил, да? Спустя несколько секунд мужчина услышал как тонкие пальцы стучат о дверь. Робби усмехается и тихонько подойдя к двери, приоткрыл ее, наблюдая как щурится парень перед ним, пытаясь разглядеть мужское лицо в темноте. — Не спится? — шепчет Робби, услышав как Дэннис усмехается. — Типа того, — кивает мальчишка и проходит мимо Робби так же тихо, — Просто… Просто ты тут ворочаешься. Мужчина же наблюдает как Уитакер сжимает ладони в замок, наблюдает как он уже хочет присесть на кровать, но на секунду задумывается, присаживаясь на пол. Мужчина довольно улыбается и садится рядом. — Извини уж, — тихо смеется Робби, а ладони парня слишком быстро, слишком спокойно обвивают его пальцы. Это приятно, это правильно, так что Робби ведет большим пальцем по чужим костяшкам, — Как-то неуютно знаешь? Носками пахнет. Лоб Дэнниса опускается на мужское плечо, когда он смеется. Робби чувствует тепло на коже даже через ткань футболки. Он чувствует приятную тяжесть, чувствует, что не хочет, чтобы это тепло заканчивалось. И оно не заканчивается. Теперь Уитакер кладет подбородок на плечо и смотрит в чужие глаза с такого ракурса… С такого, что у Робби останавливается сердце. Его глаза в темноте кажутся бездонными, такими внимательными, такими грустными. Робби с трудом может разглядеть чужие зрачки, даже захотел надеть очки, чтобы… — Ага, у тебя носки никогда не воняют? — прерывает чужие мысли Уитакер, — Я готов поспорить, что… — Я не буду на это отвечать, — Дэннис вновь тихо рассмеялся, и его дыхание коснулось шеи Робби. Они сидели на полу в полной темноте, спиной к скрипучей чужой кровати, но… но мужчина даже не заметил когда ему стало так спокойно. Он вроде еще несколько минут назад хотел курить, верно? — Я… Я не могу перестать думать, — вдруг шепчет Дэннис, не отрывая взгляда от чужого лица, — Знаешь, типа… Типа я знаю, что ничего страшного не случится, но… — Я знаю, — отвечает Робби, когда Уитакер делает слишком долгую паузу, — И ты прав, правда ничего страшного не случится. Дэннис кивает и отводит взгляд, и боже, мужчине кажется, что он сейчас оторвется от него, встанет и пойдет спать. И этого не должно произойти. Робби уверен, он знает, что этого не должно произойти. Широкая ладонь мужчины ложится на гладкую щеку парня, отчего тот довольно выдыхает. Он ведь и не думал уходить. Робби в самом деле хочет это сделать, да? Он хочет поцеловать парня, почувствовать его дыхание на своем лице. На этот раз он хочет прикоснуться к нему первым. В смысле, он и раньше хотел, но… Здесь, в темноте, кажется, что это нереально, словно это сон. Так что здесь можно. Он собирается поцеловать Уитакера в собственном сне. Робби медленно наклонился к чужому лицу, поглаживая пальцами бархатную кожу юноши. Дэннис же в свою очередь тихо выдохнул, словно не ожидал от Робби… Этого. Он неловко улыбнулся, и тогда мужчина улыбнулся в ответ, совсем рядом с чужими губами, аккуратно целуя парня. Мужчина почувствовал как ресницы Дэнниса дрогнули, он почувствовал их на своей щеке, а чужие ладони тут же скользнули к его шее, цепляясь, словно прощупывая пульс большим пальцем. Боже, это… Да, это хорошо. Так что Робби не может сдержать своего голоса, с полустоном целуя парня глубже, чуть быстрее, отчего тот слегка царапает кожу на мужской шее. Когда Уитакер кладет вторую руку на грудь мужчины, сжимает футболку, тянет его на себя, то Робби довольно отмечает, что все же помог парню отвлечься. Он тихо усмехается в чужие губы, отчего Дэннис дергается, дрожит, и целует еще раз, позволяя себе укусить нижнюю губу Робби. — Ох, прости, — неловко тянет парень, когда мужчина тихо шикает. Но тот ему не отвечает, лишь качает головой, целуя щеку парня, перегородку носа, куда-то рядом с бровью, — Майкл, я… Боже, я могу ещё разок? Робби смеётся, и в его голове раз за разом крутится собственное имя, которое Уитакер произносит так отчаянно, так трепетно. — Да, конечно, — все же кивает в ответ мужчина, — Все, что хочешь. Мурашки бегут по спине Уитакера, и он широко улыбается, когда целует Робби еще раз. Тот не видит чужой улыбки в темноте, но это не мешает ему без труда найти край чужой футболки, сжимая ее пальцами как-то нерешительно, как-то слабо, но затем Дэннис ещё раз кусает его нижнюю губу.       И от этого лёгкого, почти нежного укуса, Робби стонет в чужие губы еще раз, и ещё раз, когда холодные пальцы забираются под ворот его футболки.       — Тише, — шепчет между поцелуев Уитакер, не в силах сдержать свою маленькую улыбочку. Как же было приятно слушать эти звуки, как же было приятно где-то в животе, когда парень осознал, что все дело в нем. Робби стонал из-за него, — Тут… Я слышал как ты ворочаешься, так что…       — Да, — неловко тянет Робби, и скользит шершавыми пальцами под футболку, довольно хмыкая, когда чувствует трепет подтянутого живота, — Извини.       Дэннис не отвечает, а лишь прикусывает собственную губу, и Робби знает для чего он это делает. Знает, что им нужно быть потише и… Знает, но что-то глубоко внутри него хочет заставить Дэнниса стонать.       Боже, так громко, чтобы у него заболела голова, так громко, чтобы разбудить всех. Так громко, чтобы у Робби заложило уши.       И мужчина понимает, что неправильно этого желать. Понимает, что это было бы, как минимум, некрасиво, а как максимум…       Он не должен такое представлять, но когда парень вновь тянет его на себя для поцелуя, мужчина забывает о чем только что думал. Он должен заставить Дэнниса стонать, должен выбить из его головы все плохие мысли.       Он сделает это для него. И никаких других причин у мужчины нет.       Робби уместил руки по бокам от тела парня, меняя положение. Он уселся на свои колени, лицом к Дэннису, слушая его тяжелые, сдавленные, удивлённые вздохи, когда он аккуратно уложил его спиной на пол, нависая сверху. Дощечка под ним легко скрипнула, отчего парень вздрогнул, опускаясь чуть ниже.       Его голова оказалась где-то у шеи мужчины и… Боже, Робби сейчас сойдёт с ума.       Уитакер двинулся ещё ниже, не отнимая ладоней от чужого тела, он скользнул ими к бокам, отчего Робби подавился воздухом.       — Дэннис, — тихо прохрипел Робби, когда почувствовал горячее дыхание на своей груди, когда почувствовал эти лёгкие, такие невесомые прикосновения, которые никак не… — Господи…       Это прозвучало слишком жалобно, слишком тонко, отчего Дэннис рассмеялся, прижимая губы к чужой груди, лишь для того, чтоб заглушить звук своего смеха.       — Ты… — Робби постарался вернуть себе хоть каплю самоконтроля, — Ты уже передумал?       О, доктор Робби, это ведь вы хотели заставить его стонать, верно?       — Нет, но… — Робби услышал шуршание собственной одежды, почувствовал как парень тянет его футболку вверх, оголяя низ живота. Чужой голос сорвался, когда парень продолжил, — Ты ведь сказал «что угодно?»       Мужчина подавил желание вновь издать какой-то неприличный звук.       Что это вообще такое? Почему Дэннис так себя ведет?       В голове Робби в ту же секунду закрутились сцены, достойные лишь порнофильмов. Он сам опустился чуть ниже, пытаясь поймать в темноте чужой взгляд.       Мужчина чувствовал как его футболка поднимается все выше, пока он опускается назад, и вот опять их лица оказались на одном уровне. И, боже, этот взгляд…       Мужчина не мог понять в чем дело. В темноте, в тишине или?.. Но взгляд Уитакера изменился. Он смотрел на мужчину сквозь приоткрытые веки, с прикусанной губой, с горячими щеками, боже.       — Что ты имеешь в виду? — решил уточнить мужчина, когда тонкие пальцы скользнули дальше по его телу. Уитакер был слишком смелым сегодня, верно?       Мужчина уже начал думать, что его посетили такие же грязные, неправильные мысли, как и его, когда он тихо ответил:       — Я имею в виду… — шёпот приятно застревал в мужских ушах, — Ты ведь… Ты сказал, что я могу делать что угодно?       И, боже, он и правда это сказал.       Все, что хочешь.       Робби не нашёлся что ответить, так что парень решил, что он все же не против, так что слегка приподнявшись на локтях, его губы прошлись по шее вверх, к колючей бороде, сухим губам и… Парень приподнялся ещё немного, наваливаясь на мужское, такое больше, тело. Робби был больше, сильнее, но позволил Дэннису сделать то, что он хочет.       Мужчина уселся у кровати, прижимаясь спиной к скрипучему каркасу. Он не заметил как доски пола под ними вновь скрипнули, когда Уитакер провел ладонями по его ногам, сжимая мышцы бедер, тихо, судорожно выдыхая от ощущения перекатывающихся мышц под пальцами.       — Дэннис, — вновь позвал Робби, смотря как лицо юноши застыло в непонятном ему выражении, — Боже…       Парень же не поднял взгляд, не ответил, даже ухом не повел. Он продолжал смотреть как пальцы скользят по ногам мужчины, как они сжимают кожу, мышцы, вырывая из чужих лёгких судорожные вздохи.       — Дэннис, — Робби попытался ещё раз, чувствуя как от чужих прикосновений по его животу поднимаются мурашки, прямиком к затылку, — Я… Боюсь, что я не смогу быть тихим.       Парень замер. Боже. Тысячу раз Боже…       — Повтори, — вдруг попросил Уитакер, и Робби почувствовал как чужие пальцы скользнули выше, к резинке шорт, вырывая очередной хриплый вдох, — Ты… Твой голос какой-то…       Сексуальный.       — Я словно сплю, — неловко смеется Дэннис, подсунув свои пальцы под резинку, — Я… Черт возьми. Повтори, ладно?       И Робби повторил.       — Я не смогу сдержать свой голос, Дэннис, — тихо, хрипло повторил мужчина, и после небольшой паузы продолжил, — Клянусь, если ты не прекратишь…       Он не смог закончить, но парень понял. По блеску в чужих глазах, мужчина точно мог сказать, что Дэннис его понял.       — Тогда у меня… У меня есть идея, — Робби смотрел как пальцы парня скользят от резинки его шорт выше, вновь приподнимая футболку, трогая дрожащую кожу, путаясь пальцами в коротких волосах, которые дорожкой уходили куда-то под шорты, — Но… Но это немного стыдно.       Робби лишь кивнул, чувствуя как короткие ногти царапают его кожу, чувствуя как чужое волнение расходится волнами по его животу, по его спине. Боже, он даже не может тронуть парня в ответ.       Может он боится его спугнуть или…       Он боится, что Уитакер передумает, боится, что любое его неловкое движение, любой шум, очередной скрип кровати или пола может спугнуть Дэнниса, заставит его поскорее лечь спать, заставит оставить Робби одного в липкой тишине, так что…       Да, мужчине наплевать насколько это будет стыдно, если это поможет ему…       — Все хорошо, — хрипло обещает Робби и довольно улыбается, когда юношеские пальцы скользят выше, к груди мужчины. А когда он сжимает мышцы, царапает кожу около ключиц, Робби хочет стонать, но… Но не успевает, потому что руки Уитакера быстро сжимают его футболку, просунув край ткани между чужих губ.       О, это и в самом деле стыдно. Это неловко и слишком… Слишком горячо.       Мужчина смыкает зубы на ткани и кивает, глядя в довольное лицо парня. Ох, он определённо запомнит такой вид своего босса. Своего наставника.       Он определённо будет вспоминать этот вид наедине с собой, в тихой, горячей комнате.       — Вот так, — шепчет Уитакер, и его голос срывающийся, слишком хриплый, слишком возбужденный, — Нормально?       Мужчина кивает и словно в подтверждение своих слов, обхватывает широкими ладонями запястья парня, ведя чужими ладонями по своей слишком часто вздымающейся груди.       Он уже не может ждать. Все эти действия, все эти взгляды и прикосновения не оставили в его голове ни одной приличной мысли. Всё, о чем мужчина сейчас думал — Дэннис и его идея заткнуть Робби собственной футболкой.       — Боже… — шепчет Уитакер, следуя глазами по коже, по волосам на груди, по мышцам пресса, который напрягался каждый раз, когда юношеские пальцы трогали кожу непозволительно близко к соскам, — Это… Господи…       И Робби хочет поддразнить, спросить что же не так, почему он волнуется и почему чужие ладони так быстро вспотели, но… Но он не может из-за ткани во рту, так что мужчина просто улыбается, сжимает зубы и скользит чужими руками по своему телу.       И это хорошо. Невероятно хорошо.       Настолько, что Робби тихо мычит, когда пальцы Дэнниса медленно опускаются на его давно вставший член, сжимая его сквозь ткань шортов.       Он хочет простонать «черт», «вот так», «сильнее», но все еще не может, так что просто вскидывает бедра, надеясь что Уитакер и так его поймёт.       И тот понял.       Тихо, совсем тихо рассмеявшись, парень потянул шорты вниз, на пару с нижним бельём мужчины, Робби же приподнялся, опираясь спиной и кровать сзади, но резко замер, когда она чуть отъехала назад.       Уитакер беззвучно рассмеялся, глядя как карие глаза на несколько секунд застилает паника.       Но Робби увидел как мальчишка прислушивается к звукам, ведь он снял с него одежду полностью только тогда, когда был уверен, что их никто не прервет. Мужчина почему-то нашёл это дико очаровательным.       — Ебать, — тихо выругался Уитакер. И да, это звучало уже не так мило.       Мужчина попытался рассмеяться, но, уже мокрая от слюней, футболка заглушила хрипящий звук.       — Тише, — вновь напомнил парень, и Робби подумал, что напоминал он себе, — Тише, боже…       Мокрые глаза Уитакера быстро метнулись к лицу мужчины. И, боже, у них обоих закончился воздух…       Робби видел, он физически ощущал как сильно мальчишка этого хочет, так что мужчина лишь кивнул, разрешая. В очередной раз разрешая делать Уитакеру все, что тот хочет.       Ему ведь нужно отвлечься, правильно? Завтра тяжёлый день и…       Робби вздрогнул, когда Уитакер подполз к нему ближе, мужчине даже пришлось раздвинуть ноги для удобства.       — Я… Боже, — Дэннис наклонился к мужскому уху, чувствуя чужое тепло, чувствуя как волосы на руках встают дыбом из-за осознания всей этой ситуации, от осознания, что… — Это горячо… Так горячо.       И парень поцеловал кончик уха Робби. Поцеловал и скользнул губами к коже за ухом, целуя, ведя языком по солоноватой от пота коже, вдохнул мужской запах и тихо промычал, подавляя свой маленький стон.       Этот тихий, сдавленный звук, полный желания, ударил по ушам, по вискам Робби. Мужчина почувствовал, как губы Дэнниса дрогнули на его коже, как парень всем телом подался вперед, лишь для того, чтобы прижаться к его теплу, его ладонь скользнула вниз по груди, к животу, вновь запуталась в коротких волосках и…       Робби не смог сдержать хриплого, приглушенного тканью стона. Его тело выгнулось, бедра сами собой приподнялись навстречу чужим, слегка неумелым пальцам.       И наконец, боже мой, пальцы Дэнниса сомкнулись на мужском члене, влажные, такие нежные и… Робби подавился воздухом. В очередной чертов раз.       Мужская ладонь опустилась куда-то между лопаток парня, чувствуя даже через ткань как вспотела чужая спина.       — Вот так, — вновь тихо повторил Уитакер, преступно близко к чужой коже выдыхая горячий воздух, — Вот так нормально?       И его ладонь двинулась на члене вниз, затем вверх, сжимая, чуть оттягивая и… Да, конечно, так нормально. И Робби мог бы сказать это.       Он мог бы сказать, что это невероятно, мог бы сказать, что ему так хорошо, что он готов упасть в обморок, но… Но мужчина лишь двигает бедрами навстречу, сжимает влажную футболку на спине парня и стыдливо мычит, до боли зажимая ткань своими зубами.       — Вот так, да? — вновь прошептал парень, заглядывая в темные глаза.       Разве они не должны быть тихими?       Но рука Дэнниса продолжала двигаться, нащупывая ритм, который заставлял Робби терять связь с реальностью, заставлял выгибаться, просить своими беспорядочными толчками бедер большего.       — Так? — в последний раз уточнит Уитакер, слишком весело, слишком широко улыбнувшись, — Тебе нравится.       И да, конечно Робби нравится. В смысле, кому бы не понравилось?       Он чувствует как кружится голова, чувствует как глаза болят, когда он пытается в темноте разглядеть покрасневшее, потное лицо Дэнниса.       И тогда руки окончательно перестают его слушаться. Робби скользит пальцами по плечам парня, чувствует как тот напрягается и обхватывает заднюю сторону шеи, царапая, надавливая пальцами на мягкую кожу. Это вырывает из губ Дэнниса тихий стон, удивлённый, влажный, а мужчина чувствует как пальцы на его члене напрягаются.       Уитакер прикусывает губу, подавляя желание застонать, когда ладонь Робби скользнула на затылок парня, играясь с волосами, перебирая пряди пальцами, натягивая их иногда.       — Я… — и тогда парнишка вновь шепчет своим срывающимся голосом, от которого у Робби живот сводит, — Я тоже не смогу… Знаешь, не смогу сдержаться.       Уитакер честный, даже бесстыдный, если смог так легко позволить этим словам сорваться с губ. И боже, Робби ему благодарен. Благодарен за сцены, которые тут же нарисовало его воображение. Он представил Дэнниса, сжимающего зубами свою футболку, его подбородок мокрый от слюны и…       И член Робби дергается, он стонет глухо и тогда чувствует губы парня на своей груди. И мужчина все ещё держит между пальцев чужие короткие волосы, так что прижать лицо парнишки к себе не составило особого труда.       Возможно изначально все это сделал Робби, надавливая, заставляя парня прижаться к его горячей коже. Он подумает об этом завтра, когда будет вспоминать каждый вздох, каждое прикосновение…       А потом губы Дэнниса скользнули ниже, целуя, проходясь мокрой дорожкой по тем же местам, которые совсем недавно обводил пальцами. И это сводит с ума.       Робби вновь выгибается, не обращая внимания как половицы под ним скрипнули, вновь стонет, не обращая внимания как звук отражается от стен.       — Эй, — тихо усмехается парень, и Робби смотрит как синие глаза обводят его торс, — Тише… Нужно быть тише, помнишь?       Мужчина кивает, но парень и не ждал от него ответа. Его губы коснулись горячей кожи чуть ниже пупка, и Робби задрожал. Спина выгнулась дугой, прижавшись к скрипучей кровати ещё теснее. Им повезло, что она не заскрипела в очередной раз.       И ещё поцелуй. Влажный, медленный, и наконец-то рот Дэнниса опустился на член мужчины. Это случилось быстро, даже неожиданно, так что Робби не смог подготовиться, не смог сдержать горловой звук, который издал. Это было похоже на рычание. На отчаянное, собачье рычание.       А у Дэнниса закружилась голова от этого звука. И он уже хотел напомнить о тишине, хотел сказать хоть что-то, но… Но его рот был занят, так что он просто опустился ещё ниже, хватаясь пальцами за бедро мужчины. Для равновесия, лишь бы не упасть в обморок.       О, он был готов потерять сознание прямо сейчас.       Его рот был влажным, горячим, слегка неумелым, но это ничего. Боже, Робби готов кончить только от осознания того, чем они занимаются. Он готов кончить лишь от того, что Уитакер сам этого захотел, что он сам опустился и сам…       Робби откинул голову назад, ударяясь затылком о каркас кровати. Но он не почувствовал боли, сейчас он мог чувствовать только жар, который расходится по его животу и груди, когда горло Уитакера чуть сжимается от собственных звуков и… Боже, он так старается сделать мужчине приятно. Так старается, что футболка между мужских губ уже не помогает заглушить стоны.       Уитакер слышит хриплый голос откуда-то сверху и сильнее сжимает пальцы на чужом теле, когда слышит:       — Дэннис, боже… — он стонет, он тянет волосы на затылке парня, задавая тому нужный ему ритм, — Сейчас… Вот так, ты умница.       Обращение делает с телом Уитакера что-то странное. У него дрожат ноги, выгибается спина и ему уже плевать, что Робби вынул футболку, что он стонет, что он, черт возьми, может кончить прямо ему в рот.       Более того, он этого хочет. Так хочет, что сам стонет, заглушаемый лишь членом в своём рту.       — Ох, блять, — услышал Уитакер, чувствуя как пальцы на его волосах сжались сильнее, почти до боли, — Сейчас…       Парень даже не успел приготовиться, как оргазм накрыл Робби с тихим, срывающимся криком, который он в последний момент подавил, уткнувшись лицом в собственное плечо.       Тело мужчины выгнулось, затрепетало в судорожном спазме и обмякло.       — Черт, — выругался Робби, наблюдая как Уитакер недовольно щурится, проводит ладонью по своему лицу и сглатывает. Мужчина следит как двигается чужой кадык, — Черт, прости меня.       Он уже тянет к парню руку, чтобы провести пальцами по щеке, когда видит на его лице ухмылку. Вредную, такую несвойственную милому лицу.       — Да, я… — ему неловко, Дэннис прислушивается к звукам дома, сжимает собственные колени пальцами и тихо, так тихо отвечает, — Могу… Могу я еще разок?       И, Господи, как Робби мог ему отказать?       Все равно они не могут уснуть, верно?