Шипучка

Дождь противно барабанил по асфальту узких улочек и шумно стекал со сливной трубы, образовывая целые реки и моря на пути Егора. Он ловко перешагивал и перепрыгивал препятствия, но от мокрых ног уже ничего не спасало. Пасмурный октябрь уже доконал не только его, но и остальных жителей города. За весь его путь до скромного ларька, он не встретил ни души, по крайней мере никого не было во дворах. Уличные коты были умнее Егора и уже давно спрятались где-то под домами. Егор и сам с завистью уже начал сравнивать себя с этими животными. Такой же, вечно лохматый, бродящий сам по себе и выискивающий во всем выгоду кот… но отличало его конечно многое, коты не ходят на пары Николая Фёдоровича, они не делают домашку в последнюю ночь перед сдачей и не питаются продукцией по акции из пятёрочки. В общем, разница имеется. Размышляя об этом всю дорогу, он держал руки в карманах теплого расписного худи, которое ему подарила подруга с курса, на день рождения. «Из жалости», как он тогда считал, а сейчас просто боготворил ее. на улице уже было не лето, а он все в толстовке гонял. «Вера будет ругаться» — С этими мыслями, он завернул за угол и на горизонте появилась долгожданная пестрая вывеска с изображением фруктов и овощей на фоне. «Калинка» Промычав надпись на вывеске и шмыгнув красным от холода носом, он почти залетел в теплое, в отличии от улицы, помещение. Снимая капюшон с головы, он поморщился, то как мокрая от дождя одежда прилипала к коже, стало еще более ощутимым в тепле магазина. Он не планировал здесь задерживаться и быстро скрылся за одним из стеллажей. Холод от морозильника заставил его кости продрогнуть и шевелиться быстрее к следующей полке продуктов. — Энергос, хлеб, масло… энергос, хлеб, масло… Бормотал себе под нос список продуктов Егор, ради которых он пожертвовал своими немногочисленными сухими вещами, и пошел к дркгому стеллажу, выбирая все что нужно. Но на пол пути его взгляд зацепился за яркие упаковки. «Точно, Мелкая.» Обещание пронеслось в его голове и потянуло за собой картину, которую Егор просто ненавидел. Пару дней назад, он приходил в местный детский дом №87, к знакомым воспитателям и друзьям, но главной причиной его посещения была именно она. Мелкая, Юля, кнопочка, чертёнок, свою сестру Егор называл по разному. Тогда он пришел лишь с упаковкой карандашей, которые купил где-то по акции, но обещал в следующий раз принести ей сладкого. Это был дефицит среди детей, почти как валюта. Юля кивала ему и крепко сжимала пачку разноцветных карандашей в своих маленьких ручках, казалось даже не обижалась на брата за то, что не принес конфет. Дети все понимают, даже если кажется что они еще слишком малы, шестилетняя девочка не была исключением. Она знала и видела как брат старается для нее, поэтому не обижалась. Егор сам хотел видеть ее счастливые глаза при виде любимых сладостей. Видеть как единственный близкий для него человек счастлив, было для него всем, чего он хотел. Нащупав бумажник в кармане, что так же немного промок из-за дождя, одной рукой он пересчитал несколько купюр. В кожаном бумажнике, среди пары отделений лежали жалкие 450 рублей, которых едва хватало на его список студента. Все ещё не двинувшись с места, он думал чем может пожертвовать ради заветной сладости, но все было тщетно. Энергетик он и без того задолжал Чижу уже которую неделю, не подходит. Хлеб с маслом было уже почти ритуалом, без утренних бутербродов он просто не выживет на парах, урчащий живот ему так же не нужен был. — Чёрт. Ругательство вылетело с губ плевком под ноги, когда он развернулся и побрел обратно к дальним стеллажам магазина. Конечно он пытался придумать более гуманный способ: подождать соц выплат или какой никакой стипендии, но все это должно было прийти не раньше чем через пару недель. Сестру он хотел навестить в эти выходные, без сладостей и чего-либо еще, душа не позволяла перешагивать порог детдома и смотреть в ее славные янтарные глазки. Глаза ее были настолько невинны, насколько можно, а небольшие очки только подчёркивали красоту что досталась ей от матери, вот только самому Егору повезло в меньше степени. Глаза как на зло светлого изумрудного оттенка, привлекающие ненужное внимание, светло русые волосы, которые кудрявятся как какой-нибудь бараний хвост. "Копия отца" твердила мать все с большей горечью в голосе год за годом. Отец ушел, он толком то его и не знал, но упреки матери остались. По всему телу прошла дрожь, когда в магазин зашел кто-то еще. «Точно. конфеты.» Мысленное напоминание самому себе сподвигло его на то, что он давненько не практиковал из-за обычной человеческой совести, а именно кража. Детская забава, в детдоме почти каждый парень проходил через это. Решив что ларьку не убудет пары конфет «крокан», «чио рио» и «левушка» в виде обожаемых Юлей животных, Егор распихал немного по карманам. Он уже стоял у кассы, собираясь расплатиться, как вдруг на промокшем плече появилась тяжесть чужой руки. — А за конфеты Пушкин платить будет? Это подкосило и без того дрожащие от холода ноги, а серьёзный голос с примесью надменности, как показалось самому Егору, заставило сердце вскочить со звоном в ушах и трусливо упасть в пятки.Только этого ему ещё не хватало… сейчас его сдадут, вызовут полицию, выпишут штраф за хулиганство, да что там штраф, сообщат в университет, а там и до декана дойдет. Всё, конец, его выпрут из университета и ему всю жизнь придётся побираться по улочкам в поиске голубей для пропитания. — Я с кем разговариваю? Голос повторился, но не был грубым, на него не сердились, не обвиняли, возможно даже беспокоились за то как он замер в страхе и молчал как партизан. — Я… гхм, — он кашлянул, голос невольно стал тоньше, как у какого-то школьника. Оправданий не было, он не мог и слова вымолвить, боясь сказать глупость при этом опозорив не только себя, но и тех кто его воспитывал, а именно бабушку. — С-сейчас… Это было все, что он смог суматошно промямлить, доставая из потертого бумажника, такие же мятые как и он сам, две купюры в двести рублей. Рука на его плече сжалась и новая дрожь пробежала по телу, руки машинально засуетились по карманам, доставая несколько конфет на прилавок. Те с глухим стуком посыпались на белую фанеру и этот стук показался Егору настолько громким, что у него даже уши заложило. Кровь прильнула к голове, усиливая стук сердца в и без того заложенных ушах. — Не густо. Посмотрев то ли на конфеты, то ли на деньги, ответил мужской голос позади него,оставляя Егора стоять так же в оцепенении с опущенной головой, но уже с фантомным ощущением тяжести на плече, даже если мужчина уже убрал руку. Касса щёлкнула, кассирша пересчитала бумажки, вложила купюру к купюре и подала пакет. — До свидания. — Донеслось до его все ещё заложенных ушей.Только когда мужчина сложил все покупки в пакет и протянул его в его сторону, он заставил себя поднять отяжелевшую голову. — Держи. Егор все еще не понимал происходящее, но взял пакет с продуктами, пока знакомая рука подталкивала его к выходу из магазина. «Дождь закончился» Промелькнуло в его голове, прежде чем он в полной мере осознал произошедшее. Незнакомец сжалился над ним и заплатил за него? Ну частично уж точно, ведь те четыреста рублей что он вытащил, обратно не возвращались. Пакет маечка, шуршал в его руках, ветер задувал под местами просохшую толстовку, вызывая нескончаемую дрожь, а стыд оседал на его щеках ярко красными следами. — Какого черта вы… — Парень, успокойся. — Перебил мужчина, отходя к стене у ларька, деловито достал пачку сигарет с зажигалкой. Егор наблюдал за тем как он прикуривает сигарету, но тревога его не отпустила, что-то здесь не чисто. — Статья 7.27 КоАП РФ — вновь прозвучал голос мужчины. — Мелкое хищение, ты же понимаешь что последствия могли быть не самыми хорошими, — Его тембр вызывал волнение в душе Егора, а может он и путал это с осенним холодом, который окутывал его кости под мешковатой одеждой. —Да знаю я, — Не выдержав давления в свою сторону, Егор сжал пакет в руке и шагнул в его сторону. — Мать Тереза, ты зачем это сделал? Тебе же не прибудет от этого. Если только в карму. Он шипел эти дрожащие слова сквозь зубы, челюсть приходилось напрягать, чтобы та не дрожала от озноба. Егор отошел от шока, наконец вернувшись в ситуацию и защитил себя, напав первым. Он окинул мужчину взглядом с головы до пят, тот невозмутимо продолжал курить, молча смотря ему в лицо. На вид тот был лишь немного старше самого Егора, но кожаная куртка накинутая на черную водолазку и популярные на тот момент джинсы из денима со стрелками, придавали какой-то вычурности, из-за которой живот Егора скрутился в клубок, на подобие тех из которых его бабушка раньше любила вязать ему носки. — И чего молчим? — Не выдержав молчания, продолжил Егор. — Или вы горазд только на цитаты из конституции? Неизвестный мужчина так и продолжил смотреть на него. В лице и мускул не дрогнул пока парень бесился все сильнее. Вскоре, он сделал последнюю затяжку и, не докурив сигарету, кинул ее в ближайшую лужу, след недавнего дождя. Та шикнула в ответ и затихла. — Парень, ты чего этим добиваешься? Показывая свой характер, яйца не вырастут, — Руки скользнули в карманы кожаной куртки, ноги сделали шаг на встречу Егору. — А «цитатки из конституции» наш закон, который в случае неповиновения обречёт тебя не на самые лучшие последствия. Ты, действительно этого хочешь? Его голос был до жути спокойным, но не менее грубым и нагнетающим, было ощущение что он сейчас сам растопчет Егора в лепешку и затушит о него еще тысячу таких же сигкрет как в той луже. Сердце забилось от смеси ужаса и понимания, что против этого человека у него нет шансов. В один момент Егор успел сделать шаг назад, когда тот стал наклоняться, возвышаясь над ним. Он чуть не оступился о бордюр, но удержал равновесие и выпрямившись, все так же держал лицо в «безразличии». — Нет, конечно… черт, ты кто вообще? На законы так опираешься… мент? — с опаской, Егор все снова и снова осматривал его на наличие опознавательных знаков, но выглядел тот как обычный гражданский. «Лишь бы не мент» молил голос в голове. — Пха!.. как тебя легко напугать, — смешок этот колко вонзилая в легкие Егора. — Я не мент, будь спокоен. А закон наш хорошо знаю, потому что юрфак заканчиваю. — Мужчина выпрямился с улыбкой на лице, она на удивление была тем, что немного успокоила тревогу, и он смог стоять на ногах устойчивее, а пакет в руке держать не как что-то, что удержит его в этом мире. — Понял, — смог лишь сухо ответить он. — Борец с незаконщиной значит. — Можно и так сказать — кивнул тот в ответ. «Заканчивает… значит он не на много страше меня?» логическая цепочка сложилась и по ней перед ним стоял парень лет двадцати двух, хотя его образ накидывает пару лет сверху. После минутного молчания, старший вдруг спросил — А ты у нас кто будешь? — Я? — в недоумении дернулся Егор, но тут же понял про что вопрос. — Архитектор. Второй курс. Улыбка юриста растянулась еще шире — Теперь и архитекторы бедствуют, до чего страну довели. Ему показалось, он стал похож на чеширского кота прямо как в том мультике, его еще включали младшей группе Егор тогда пришел проведать сестру. Он помнил как Юля позже настолько была напугана шалтаем болтаем, что даже отказывалась есть яйца в течении нескольких недель. Теперь улыбка чешира стала еще приятнее для Егора, воспоминания смягчили его восприятие. — Ладно, эм… тогда можно твой номер? — перекладывая пакет из левой руки в правую, он достал свой потрёпанный Xiaomi Mi A1 и открыл телефонную книгу, чтобы начать записыаать новый контакт. — м? — в недоумении, юрист смущенно приподнял бровь. —Ну, номер, он в телефоне должен быть. Иначе как мне еще с тобой связаться? — уточнил Егор. Егор искренне не понимал почему тот так отреагировал, а потом до него дошло… Его вопрос прозвучал так, словно он подкатывает к нему «черт, какой придурок». Щеки Егора мгновенно покрылись стыдливым румянцем, когда он в ту же секунду начал объясняться. — Нет нет нет! Я в плане… деньги вернуть хотел! А для этого мне твой номер нужен… и в-вот… черт возьми… Оседая в яме смущения, Егор уже представил как свет над ним медленно пропадает, а серое осеннее небо сменяется черной землёй, которая давит на все его тело с такой силой, что он и пошевелиться не может. Он уронил глаза в пол, когда услышал как все еще неизвестный ему человек напротив, смеётся. — Я понял, понял — слова прозвучали по доброму, глубокий смех словно подчеркивал его статус старшака. На мгновение самому Егору захотелось чтобы яма в которой он был, стала глубже и уходила куда-то к экватору. — Хорошо, записывай. +7 946… ты слушаешь? — он кажется заметил как парень промахивается по кнопкам в телефоне. — Да-да я записываю — Егор ворчал себе под нос, нервно тыкая замерзшим пальцем по телефону, сумев преодолеть часть смущения. Только спустя пару попыток, он смог записать его номер телефона себе в контакты. — Ага… вроде все, вот только — его взгляд упал на первую строчку «имя» они стояли здесь уже не меньше двадцати минут. Этот некто поймал его за кражей конфет, как маленького ребёнка, а он все еще не знал его имени и как это спросить он тоже не знал. — Я Олег — протягивая руку для рукопожатия, парень сам ответил на возникший вопрос в голове Егора. — Егор — стушевавшись произнес он и в ответ протянул ему руку. Его ладонь в руке Егора была удивительно тёплой, что резко контрастировало с ледышкой под названием рука у него самого. На миг ему даже захотелось так стоять и греться, но Олег, как тот только что представился, уже разжал его ладонь и полез в карман за очередной сигаретой. — Егор значит, воровать больше не будешь? — зажав сигарету с фильтром в зубах, он покосился на уже до костей озябшего Егора, пока сам пытался зажечь зажигалку, пару раз прокручивая колёсико на ней. Вопрос привел парня в замешательство, было ощущение что его прямо сейчас будут вновь отчитывать как какого-то мальчишку. Засунув руки по глубже в карманы толстовки, пакет на запястье зашуршал, напоминая о существовании некого долга перед Олегом. — Я больше не буду… — надувшись ответил Егор, глядя в сторону. — Обещаешь? — уже открыто подкалывая его, добавил Олег. На вздохе и с закатом глаз, Егор побеждёно согласился. — Обещаю.