«Наши сшитые имена»

«Магия никогда не была даром. Дар — это лишь слово, которым смертные называют то, чего пока не смогли понять. Если источник существует, значит существует и путь к нему. Вопрос лишь в том, сколько страждущий готов отдать, чтобы перестать быть сосудом и стать самой рекой.»

— из трудов архивариуса

***

      Вот уже битых полчаса несчастная Олл мучилась с моими волосами, пытаясь собрать их в незамысловатую причёску. Вначале ей пришлось распутать их, ведь из‑за бессонной ночи и того, что я всё время ворочалась, они сбились в один колтун, который служанка с трудом победила. Ей потребовалось израсходовать так много лосьона, что я пожалела, что не привезла с собой из Эсшая достаточно.       Я сама спросила её о последних новостях, обречённая теперь слушать самые свежие сплетни. Вот, например, какой‑то лорд имел наглость сказать другой замужней леди, что кисти её рук весьма утончённы. А другие лорды в присутствии принца так восхваляли его невесту, что всем сделалось неловко. Вот только Тай, по словам Олл, был холоден как камень, воспринимая комплименты и похвалу как должное. Столько интересностей, но ни слова о главном.       Я на миг засомневалась: а не привидилась ли мне гирлянда из кишок архивариуса на люстре? Может, я так зачиталась, что просто всю ночь меня мучил один долгий кошмар? Но нет — это было бы слишком великодушно со стороны судьбы для такой бедовой, как я.       — Не знаю, могу ли я об этом говорить, — и без того тихий голос Олл почти угас вовсе. После стольких интимных подробностей жизни обитателей этого двора я и представить не могла, о чём она могла сомневаться. — Но ночью кто‑то убил архивариуса.       Я замерла, встречаясь со своим испуганным взглядом в отражении зеркала. И в памяти сразу всплыло воспоминание: кровь, кишки, тошнотворный запах и мой крик. Я поздно осознала, что крик привлечёт внимание. Быть застигнутой на месте жестокой расправы… Буквально эсшайка убила ро’одца. Уверена, меня бы тотчас повели на эшафот, даже не дав возможности оправдаться.       Так оно и оказалось, в ночной тишине я услышала топот солдатских сапог, стража уже спешила к библиотеке. Растерявшись, я стала беспорядочно метаться в поисках укрытия. Нога, как ни кстати, в этот момент отозвалась болью, и я, прихрамывая, нырнула за особенно пыльный и заставленный книгами стеллаж. Это было так глупо, но выбрать иной путь я уже не могла, массивные двери отворились, и на пороге появилась стража. Трое мужчин, точно псы, рыскали в темноте, не замечая причины беспокойства прямо над своей головой.       — Может, тебе стоит меньше пить вина с дварфами? — Один из них похлопал товарища по плечу, явно утешая бедолагу, мол, показалось.       Но, по всей видимости, архивариус жаждал быть обнаруженным, не успел солдат договорить, как на плечо ему упала, предположим, селезёнка. В темноте делать заключения в области анатомии мне было трудно, к тому же бесконечный страх быть найденной выкручивал и мои кишки тоже.       Подняв взгляд к люстре, одного из солдат вытошнило.       — Сообщи остальным, — сухо констатировал тот, кто, кажется, привёл их сюда, услышав мой крик. — Убийца где‑то во дворце, он не мог уйти далеко.       Я хоть и не была убийцей, но и впрямь была недалеко — буквально протяни руку. Совсем скоро здесь будет ещё больше стражи, наверняка они прочешут каждый угол и найдут меня. Сердце бешено колотилось, и, вторя ему, след на моей ноге пульсировал.       Я упёрлась спиной в каменную стену, лихорадочно думая, как же мне этого избежать, как вдруг стена прямо за мной растворилась, и я рухнула задом в лужу. Открыв глаза, я поняла, что уже не в библиотеке, а в сыром подземелье, а передо мной — стена, так похожая на ту, что была прямо за моей спиной.       Вскочив на ноги, я спешно ощупала стену в поисках тайного хода.       «Это дверь? Прямо за моей спиной была дверь или что это, кикимора задери, было?»       Успокоившись, я приподняла подол платья, пятно на ноге больше не болело…       «Это ты, маленький уродец? Ты вытащил меня оттуда?»       Было глупо благодарить тёмную метку, но времена были сложные, поэтому я прошептала сухое: «Спасибо».       Осмотревшись, я увидела только два пути: влево или вправо. Куда они ведут, конечно же, я и понятия не имела, поэтому оставалось только надеяться, что не в лапы того любителя кого‑нибудь выпотрошить.       Шагнув наугад, я почувствовала лёгкий сквозняк на своём лице и посчитала это добрым знаком. Шла я долго, коридор всё сужался, отчего я могла рассмотреть множество рун, выцарапанных на камнях. Надеюсь, это сделали не те, кто, как и я, оказался здесь случайно и так и не смог выбраться.       Я и сама вспомнила пару рун, особенно сильных, чтобы попытаться спастись хоть как‑то, но они не понадобились, ведь вскоре я вышла к краю обрыва. Внизу шумела река, но я могла лишь предположить это, с той высоты, на которой я стояла, её не было видно, лишь слышно.       Опершись плечом о стену, я решила немного перевести дух. Пятно хоть и не болело, зато болело всё остальное, даже, казалось бы, удобные туфли натёрли ноги, не рассчитанные на блуждания по катакомбам.       В небе послышался рокот, и вскоре появился силуэт дракона. Наверняка стража попросила помощи у всадников, и они подняли одного, чтобы убийцу можно было выследить с воздуха. Всё складывалось против меня…       Это был дракон лорда Аттафира эя Нанталя. Он постепенно снижался, направляемый всадником, прямо ко мне. Я попятилась, стараясь утопить свой силуэт в тени, но едва ли я могла скрыть запах от дракона. Он учуял меня, и сейчас меня схватят.       — Дрянь… — выдохнула я, когда поймала на себе осознанный взгляд дракона. Его огромные глаза смотрели на меня всего мгновение, а после зверь зарычал и, хлопнув крыльями, поднялся выше, несмотря на протесты своего всадника.       — Lasta, Narialm! — Командовал лорд Аттафир, но его дракон лишь протестующе мотнул головой и продолжил набирать высоту, уводя своего всадника как можно дальше от меня.       — Hantale, Narialm! — Прошептала я, следя, как огромный силуэт отдаляется.       Необычная тоска родилась в моей груди, словно я потеряла так много, что даже не осознавала, сколько. Непрошеная слеза скатилась по щеке. Ошарашенная, я поймала её кончиками пальцев точно так же, как каплю крови архивариуса, и непонимающе уставилась на свою руку. Откуда эта боль? Я никогда прежде не испытывала такой сильной тоски, как сейчас…       Нариальм, а именно так, как я узнала, звали дракона, хоть и неосознанно, но помогшего мне, сделал ещё кое‑что. Своими огромными крыльями он разогнал туман, и мне увиделась хрупкая возможность спуститься вниз… Хрупкая буквально. Ветхая канатная лестница вела вниз, давая мне единственный путь к отступлению.       Я решалась так долго, что казалось, ещё чуть‑чуть и взойдёт солнце. Служанки обнаружат, что меня нет в моих покоях, и начнут искать. И вот только, найдя или, что более вероятно, не найдя, убийство точно припишут мне. Этого было достаточно для того, чтобы появилась воля, и я сделала шаг.       Всё оказалось не так страшно, но на полпути меня настиг ветер, разметав лестницу и меня вместе с ней, как лист по ветру. Я почувствовала, как содрала щеку, а ещё, отчаянно цепляясь за прогнившую верёвку, на пальцах появились мозоли. «Придётся носить перчатки…»       Вскоре мои ноги оказались на земле. Колени дрожали, оттого первые шаги я сделала нерешительно, медленно. Но вскоре страх быть пойманной вновь придал мне сил идти дальше, правда, всё же не понимая, куда. Река внизу была мелкая, а вокруг множество деревьев и кустарников. Я никак не могла понять, нахожусь ли я всё ещё в стенах Императорского двора или катакомбы вывели меня куда‑то совсем в другое место. Впрочем, ответ нашёлся практически сразу. Я услышала звон доспехов, и мимо меня пронеслись стражники. Присмотревшись, я поняла, что была всё ещё во дворце, лишь на уровень ниже библиотеки и на два — ниже крыла принца.       Прошмыгнув вперёд, я увидела нужный коридор, который вёл к лестнице наверх. Ещё несколько поворотов и я выйду к своим покоям. Вся стража направлялась в другую сторону, а значит, у меня был хороший шанс остаться в живых.       Я двигалась медленно, стараясь не издать ни звука. Из арки вышли трое: два стражника и наследный принц. Судя по выражению лица, Тай был как минимум зол. Он слушал сбивчивый доклад одного из стражников, который едва поспевал за широким шагом Его Высочества.       Я замерла, когда трое проходили мимо меня, притаившейся в тени деревьев. Шаг Тая замедлился, будто он, подобно дракону, учуял меня. Взгляд тёмных глаз метнулся в мою сторону, и я сильнее сжала зубы, надеясь, что Тай не преподнесёт очередной сюрприз и не обладает способностью видеть в темноте.       Даже если он и что‑то заметил, то не стал проверять. Лишь густые брови ещё больше нахмурились, и он направил солдат вперёд, к лестницам, ведущим в библиотеку. Я не двинулась с места до тех пор, пока их шаги не стихли.       Оставшийся путь, словно укрытый чьей‑то заботливой рукой, я проделала незамеченной. Наконец, оказавшись в своих покоях, я скинула одежду и туфли, как можно скорее пряча их на дне сундука. Никто не должен видеть грязь и кровь, никто не должен знать, что я была там.       — С вами всё хорошо, миледи?       Вынырнув из воспоминаний, точно из вязкого болота, я глубоко вдохнула. Моё отражение было бледным, немудрено, что Олл забеспокоилась.       — Да, всё хорошо, — я поспешила отмахнуться, убедить её, что всё хорошо. Я бы сказала ей, что бледность моя ненастоящая, что это всего лишь лишний слой пудры в попытке скрыть ссадины на щеке, но ей не стоило знать. — Просто это так ужасно — убийство.       — Ох, да, нам приказано не трепаться об этом.       — Мы лишь беседуем, Олл. Я не стану жаловаться, что ты что‑то разболтала.       Благодарная улыбка растянулась на её тонких губах. Я улыбнулась в ответ, стараясь уверить Олл, что мой интерес — это ничто иное, как праздное любопытство.       — Ты знала архивариуса?       — Что вы, он с подобными мне не общался никогда, — служанка грустно усмехнулась, продолжая плести очередную косу из моих волос. — Маги — вот кто его интересовал по‑настоящему, не считая лиц королевского сословия. Драконы и всадники… Всё, что было хоть немного необычным, удостаивалось внимания архивариуса.       — Он и сам, вероятно, обладал магией?       — Нет, миледи, был пуст, хоть и не раз пытался испить заветной силы, — расслабившись совсем, Олл забылась, и слова сами потекли из её рта, да так легко, что мне даже не нужно было подталкивать. — В своих трудах он писал о способах расширить возможности магии, сделать так, чтобы магам не нужно было подпитываться каждый раз, а чтобы магия била в них неиссякаемым источником. Мой брат был его подмастерьем, он много рассказывал, как боится трудов архивариуса, что иногда его пугает та страсть, что овладевает им в моменты, когда он на шаг становится ближе к разгадке.       Связана ли эта одержимость с тем, что сейчас красуется на моей ноге? Уверена, да! Именно поэтому он и хотел встретиться со мной. Но почему так, чтобы никто не знал? Раз и без того каждая служанка знала, над чем он трудится…       — Поднимите голову чуть выше, миледи.       Я послушно выпрямилась. Олл отошла на шаг, критически осматривая результат своих трудов. Кажется, мои волосы наконец перестали напоминать гнездо растревоженной лесной птицы.       — Ещё немного, — пробормотала она и потянулась поправить выбившуюся прядь.       В дверь осторожно постучали.       — Войдите.       На пороге появилась ещё одна служанка, молоденькая, с опущенным взглядом и аккуратным серебряным подносом в руках.       — Послание для леди Тисс эя Вэдтри.       Я почувствовала, как внутри неприятно сжалось. Служанка приблизилась и протянула мне сложенный лист плотной бумаги. Печать была цела: императорский герб, а рядом — герб Эсшая. Я осторожно сломала сургуч.

Леди Тисс эя Вэдтри.

Его Высочество наследный принц Тай эя Эйни и Её Высочество принцесса Фэнуэль лоно Эрлитар будут рады видеть вас среди приглашённых гостей на завтраке в южном саду.

На встрече состоится знакомство ближнего круга принцессы с всадниками Империи Ро’од.

Ваше присутствие будет высоко оценено.

С уважением,

Тай эя Эйни

Фэнуэль лоно Эрлитар.

      Я перечитала письмо ещё раз.       — Плохие новости? — осторожно спросила Олл.       — Твои старания над моими волосами увидят многие.       Я сложила письмо, убирая его в стол. Олл заметила печати и заметно оживилась.       — Завтрак в саду?       — Похоже на то.       — Тогда следует поторопиться, — вздохнула она. — Говорят, Его Высочество собирает всех своих всадников.       — Всех?       — Самых близких.       Она закрепила последнюю шпильку и довольно улыбнулась.       — Вам повезло, миледи. Не каждому позволяют присутствовать на таких встречах.       Мне почему-то казалось иначе.

***

      Южный сад уже встретил первых гостей — я пришла одной из последних. Утреннее солнце скользило по белому камню дорожек, путалось в ветвях фруктовых деревьев и дробилось на сотни золотых бликов в фонтанах. Воздух пах цветами и свежескошенной травой. Слишком мирно для дворца, где прошлой ночью кого‑то выпотрошили и подвесили под потолком библиотеки.       Я замедлила шаг, заметив накрытый стол. Он тянулся почти через всю террасу: белоснежная скатерть, серебро, фарфор, высокие кувшины с соком и вином. Несколько всадников уже собрались возле стола. Кто‑то смеялся, кто‑то спорил, размахивая руками, среди них я сразу заметила Ша’арнеза.       И Тая… Наследный принц стоял вполоборота ко мне и что‑то говорил высокому седовласому мужчине. Солнечный свет ложился на его тёмные волосы, подчёркивая чёткие линии лица. В какой‑то момент он поднял взгляд — наши глаза встретились. На одно короткое мгновение мне показалось, что мир вокруг стал тише. «Он видел меня прошлой ночью? Заметил среди деревьев?»       Я остановилась и выполнила безупречный поклон, подобающий фрейлине его невесты. Тай смотрел ещё секунду, потом спокойно отвернулся и продолжил разговор, словно моего появления вовсе не заметил. От этого стало только хуже. Если бы он был удивлён, зол или хотя бы заинтересован, я бы понимала, чего ждать. Но Тай эя Эйни выглядел как эльф, которого ничто не тревожит.       Я перевела дыхание и направилась дальше. Немного в стороне от мужчин, возле цветущих кустов лунной розы, стояли Веллора и принцесса. Именно к ним я поспешила.       — Ваше Высочество…       Я склонилась в реверансе. Фэнуэль улыбнулась, и впервые за последние дни её улыбка не выглядела вымученной. Цвет лица стал живее, исчезли тёмные круги под глазами. Даже осанка изменилась, теперь она держалась увереннее, словно наконец смогла избавиться от груза, который долго носила на плечах.       — Леди Тисс, — тепло произнесла она. — Рада видеть вас.       — Вы выглядите значительно лучше.       — Потому что я действительно чувствую себя лучше.       Принцесса коснулась кончиками пальцев чашки с чаем.       — Последние несколько ночей я почти не спала. Но Его Высочество распорядился собрать для меня особый травяной сбор.       При этих словах Веллора едва заметно усмехнулась.       — Половина дворца теперь уверена, что принц лично обошёл все горные склоны Империи в поисках нужных растений.       — Боюсь, действительность менее романтична, — Фэнуэль тихо рассмеялась, я тоже улыбнулась. Но внутри уже поднималось знакомое беспокойство.       — Какие именно травы входят в этот сбор?       Принцесса удивлённо моргнула.       — Почему вы спрашиваете?       — Потому что вы моя принцесса. — Я выдержала её долгий взгляд. — А ещё потому, что незадолго до этого кто‑то столкнул вас со скалы.       Улыбка Веллоры исчезла первой. Конечно, племянница не могла скрывать от неё покушение и, несмотря на мои протесты, всё же посвятила тётушку в детали нашей тайны. Правда, всё же кое‑что Фэнуэль утаила — например, метку. Принцесса медленно опустила чашку на блюдце.       — Справедливо, — признала она.       — Я бы хотела знать, что именно вы принимаете.       Несколько секунд принцесса молчала, потом спокойно ответила:       — Листья серебряной мяты, корень сон‑травы, немного лунного вереска и ещё что‑то, чего я не знаю. Смесь готовил придворный лекарь под присмотром эсшайского представителя, разумеется.       На мгновение её взгляд стал странно далёким.       — Я, наконец, начала видеть сны, — улыбка исчезла с её лица так же быстро, как появилась.       Нас пригласили почти сразу, не дав разговору с Фэнуэль углубиться. Я последовала за принцессой и Веллорой, стараясь не думать о том, что всего несколько часов назад пряталась в темноте среди каменных коридоров, боясь, что меня найдут рядом с телом убитого. Теперь же я шла по саду в платье цвета глубокого зелёного и делала вид, будто это самое обычное утро. Прекрасная способность аристократии — выглядеть так, словно мир не рушится у тебя под ногами.       Когда я приблизилась к столу, мой взгляд неожиданно встретился с взглядом Ша’арнеза. Он стоял рядом с несколькими всадниками, слушая что‑то, что рассказывал один из них, но на мгновение всё его внимание переключилось на меня, и, к моему удивлению, он улыбнулся. Я едва заметно качнула головой в ответ, будто мы обменялись не более чем вежливым приветствием, но почему‑то именно этот маленький жест заставил меня почувствовать себя спокойнее. Возможно, потому что рядом с ним мне не приходилось каждую секунду ждать удара. В отличие от другого…       Я почти сразу ощутила иной взгляд. Подняв глаза, я встретилась с Тай эя Эйни. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на щеке, где под слоем пудры скрывалась тонкая ссадина, затем опустился ниже. «О боги, он знает или подозревает?» — подумала я, и первой отвела взгляд. По крайней мере, меня не вызвали на допрос прямо посреди сада, уже достижение.       Мы заняли места за столом. Я оказалась не так далеко от наследного принца, как мне хотелось бы, и не так далеко от Ша’арнеза, как оказалось. Когда я подошла к своему месту, лорд со Генэш уже был рядом.       — Осторожно, леди Тисс, — произнёс он с привычной лёгкой иронией. — Эти имперские завтраки иногда требуют больше подготовки, чем битва.       — Неужели? — Я приподняла бровь. — Я думала, самое сложное здесь — пережить разговоры знати.       — Это и имел в виду.       Я не удержалась от улыбки. Он отодвинул для меня стул.       — Благодарю, — сказала я. Ша’арнез наклонился чуть ближе и неожиданно произнёс:       — Вы сегодня хорошо пахнете.       — Простите? — Я посмотрела на него с подозрением. На его лице появилась та самая едва заметная ухмылка.       — Не смотрите так. Это был комплимент, леди Тисс. Я способен их делать.       Я почувствовала, как щёки предательски теплеют. И тут же вспомнила Олл, её мучения и множество попыток привести мои волосы в порядок. Почти весь флакон лосьона, который пришлось вылить, чтобы победить последствия бессонной ночи.       — Приму к сведению, — сухо ответила я. — Хотя подозреваю, что заслуга принадлежит не мне, а несчастной Олл, которая потратила половину утра, спасая мои волосы.       — Тогда передайте ей мою благодарность, — серьёзно сказал он.       Я снова улыбнулась, и именно в этот момент почувствовала взгляд. Тай смотрел на нас недолго, но достаточно. Я не успела понять, что именно выражало его лицо — раздражение, любопытство или просто привычную внимательность. Потому что Фэнуэль мягко коснулась его руки, и Тай сразу повернулся к ней. Его лицо изменилось, стало теплее, он улыбнулся ей настоящей улыбкой. Я опустила взгляд на свою тарелку. «Прекрасно, это было даже удобно, — подумала я. — Пускай принц смотрит на свою невесту». Я взяла чашку с чаем и попыталась сделать глоток. В этот момент мои ноги напомнили мне о себе. Точнее, мои новые туфельки. Я спасалась от убийц, ползала по древним коридорам, спускалась по разваливающейся лестнице, но окончательно победить меня смогла обувь. Оставалось только надеяться, что этот завтрак закончится раньше, чем мои ноги объявят о собственном восстании.       Тай налил Фэнуэль чай прежде, чем себе. Незаметно придвинул ближе тарелку с фруктами, которые она предпочитала. Когда один из слуг подошёл слишком близко, принц едва заметным движением руки попросил его отойти, словно даже за завтраком следил, чтобы никто не нарушал её покой. Это не было показным, не было сделано ради чужих глаз.       — Принцесса Фэнуэль, — произнёс Тай спустя некоторое время, переводя взгляд на мужчин напротив, — позвольте представить вам тех, кому я доверяю больше всего.       Я подняла глаза. В голосе принца было что‑то, чего я раньше почти никогда не слышала. Он представлял своих всадников не как военных подчинённых, а как тех, кого он уважал.       Первым выступил лорд Аттафир эя Нанталь. Он склонил голову перед принцессой.       — Для нас честь приветствовать вас в Ро’од, Ваше Высочество.       Фэнуэль ответила вежливой улыбкой.       — Надеюсь, ваши драконы не сочтут меня слишком слабым попутчиком.       — Это зависит от дракона, — ответил он, смеясь. — Некоторые из них куда разборчивее своих всадников.       За столом прошёл лёгкий смех. Один за другим всадники рассказывали истории о своих драконах: о том, как один из зверей мог часами лежать на солнце и игнорировать любые приказы, пока ему не принесут любимое лакомство, или, например, о том, как другой однажды отказался взлетать, потому что счёл новую броню своего всадника уродливой и пытался всячески это обозначить.       Я слушала и неожиданно для себя обнаружила, что мне действительно интересно. В Эсшае драконы были частью истории, старых легенд, где они почти всегда означали разрушение. Но здесь… Словно они не принадлежали эльфам, а эльф был лишь тем, кому позволили быть рядом.       — Вы так внимательно слушаете, что я начинаю подозревать, будто вы собираетесь украсть одного из них, — раздался тихий насмешливый голос рядом.       Я повернула голову, Ша’арнез смотрел на меня поверх своей чаши.       — Неужели вы настолько плохого обо мне мнения, лорд со Генэш?       — Нет, — спокойно ответил он, улыбаясь краешком губ. — Но я думаю, что вы способны на подобное.       — Очень лестное мнение, — я фыркнула, но сдержать улыбку всё же не смогла.       — Я стараюсь быть честным, — он сделал паузу, наблюдая, как один из всадников продолжает рассказывать о своём драконе. — К тому же…       Его голос стал тише, я затаила дыхание.       — Вы ведь хотели узнать больше о драконах.       — Вы помните?       Ша’арнез чуть пожал плечами, будто речь шла о чём‑то совершенно незначительном. Я отвела взгляд, делая вид, что меня внезапно очень заинтересовала чашка передо мной.       — Не думала, что вы столь внимательный наблюдатель.       — Это моя работа.       — Следить за тем, кто интересуется драконами?       — Следить за тем, что может представлять угрозу.       На мгновение обескураженная, я подняла бровь. Паранойя, что вот сейчас меня обвинят в убийстве, захлестнула меня с головой. Ша’арнез теоретически мог слышать, как архивариус назначал мне встречу, а после его нашли качающимся на люстре. Пришлось как можно скорее брать себя в руки.       — И я представляю угрозу?       На мгновение он посмотрел прямо на меня, серьёзно, без прежней игривости, но потом уголок его губ едва заметно дрогнул.       — Иногда.       Я не сразу поняла, шутит он или говорит серьёзно. С Ша’арнезом это было почти невозможно определить. Его лицо сохраняло привычное спокойствие, а голос звучал так, будто он обсуждал погоду, а не возможность моего участия в заговоре против империи.       — Утешительно, — пробормотала я, возвращая внимание к своей чашке. — Я всегда мечтала быть опасной персоной при дворе.       — Судя по всему, у вас неплохо получается.       Я уже открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент заметила, как взгляд Ша’арнеза изменился, он перестал улыбаться. Незаметно для большинства присутствующих, но я успела уловить эту перемену. Лорд со Генэш больше не смотрел на меня. Его внимание было направлено куда‑то мне за плечо.       Я медленно повернула голову, стараясь сделать это естественно, будто просто решила посмотреть на сад, и вновь увидела Тая. Он слушал одного из всадников, сидящих напротив него, но явно уже не слышал ни слова. Его тёмные глаза были устремлены сюда, на нас. Слишком внимательный взгляд в очередной раз задержался на моём лице, на волосах, уложенных Олл с таким трудом, на рукаве платья, скрывающем запястья. Будто он пытался найти ответ на вопрос, который не задавал вслух, или убедиться, что я действительно была там ночью. Моё сердце неприятно дёрнулось.       — Он всегда так делает? — тихо спросила я. Ша’арнез не стал уточнять, о ком именно речь.       — Иногда.       — Вы удивительно многословны сегодня.       — Берегу силы — вдруг мне придётся спасать Империю до обеда.       Я едва удержала улыбку, но всё же бросила на него быстрый взгляд.       — Какая предусмотрительность.       Он чуть склонил голову, принимая похвалу так серьёзно, будто я вручила ему орден. Но затем его выражение вновь стало задумчивым.       — Его Высочество редко отвлекается во время подобных встреч.       — И что это значит?       Ша’арнез посмотрел на меня краем глаза.       — Это значит, леди Тисс, что либо завтрак сегодня особенно скучный… — он сделал небольшую паузу, — либо вы привлекаете больше внимания, чем думаете. Что вы натворили на этот раз?       Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение. «Это обвинение?» — подумала я. На этот раз я хотела всем своим видом показать наследному принцу, что не страшусь его взгляда. Мне нечего бояться, поэтому я стану без робости встречать все его нападки. Но когда я подняла глаза, он уже утратил интерес ко мне, разговаривая со своей невестой.       Фэнуэль что‑то рассказывала почти шёпотом, что‑то интересное, и только для него. На губах принца царила спокойная улыбка. Я смотрела на них несколько секунд, прежде чем поняла, что слишком долго задержала взгляд.       — Кажется, — тихо произнёс Ша’арнез, — теперь уже вы наблюдаете.       Я резко повернулась к нему и, к своему раздражению, поняла, что он снова прав.       — Это моя работа, — ответила я точно в том же тоне, что и сам лорд ранее.       — Разумеется.       Его взгляд скользнул по столу, где принц и принцесса продолжали беседовать.       — Следить за тем, что может представлять угрозу, — добавил он, наслаждаясь тем, что подловил меня в очередной раз.       Решив, что чай мне опостылел, я налила вина. Отсалютовав лорду, сделала глоток, наслаждаясь тем, как от терпкого вкуса внутри становится горячо и напряжение медленно уходит. Боги были милостивы ко мне, и дальнейший завтрак прошёл сносно. Я с интересом слушала всё те же истории о драконах, но теперь не смущалась задавать вопросы. «Что же я раньше не выбрала вино вместо чая?»       Вскоре встреча была завершена, принц поблагодарил всех и удалился вместе с Фэнуэль. Я медленно поднялась на ноги, чувствуя, как растёртые ноги покалывает, и на миг задумалась о том, чтобы сбросить проклятые туфли и дойти до своих покоев босиком. Размышления о нарушении правил этикета прервал всё тот же лорд со Генэш.       — Леди Тисс.       Я обернулась. Ша’арнез стоял чуть в стороне, ожидая, пока остальные покинут сад. Его лицо, как обычно, было спокойным, но я уже успела заметить, если он становился слишком невозмутимым, это обычно означало, что что‑то происходит.       — Его Высочество желает поговорить с вами.       Улыбка с моих губ исчезла в тот же час. Вот так просто — несколько слов, и всё спокойствие, которое я с таким трудом собирала за завтраком, рассыпалось, как песок между пальцами.       — Сейчас?       — Боюсь, наследник империи не славится терпением.       Я посмотрела в сторону крыла принца. Первой мыслью было отказаться, сославшись на то, что я слишком сильно увлеклась вином за завтраком и теперь изнемогаю от тошноты. Второй, что отказаться от приглашения принца Ро’ода было бы не просто глупостью, а практически признанием собственной вины. Вины в чём? Я сама не знала, но стоило мне вспомнить ночную недовстречу, внутри поднималась неприятная тревога.       — Конечно, — произнесла я наконец. — Было бы невежливо заставлять Его Высочество ждать.       Ша’арнез не прокомментировал мой тон. Только развернулся и направился внутрь, я последовала за ним. Некоторое время мы шли молча. Я старалась не думать о предстоящем разговоре, но это было примерно так же успешно, как приказать морю не шуметь. И всё же я заметила одну вещь: Ша’арнез замедлил шаг. Совсем немного, так, будто подстраивался под кого‑то. Я нахмурилась и только тогда поняла, он смотрел вниз, на мои ноги. Точнее, на то, как я старалась не хромать. Проклятье!       — Если вы сейчас собираетесь спросить, почему я иду, словно проиграла спор с лестницей, я предпочла бы сохранить остатки достоинства.       — Я собирался спросить, не болит ли.       Ответ был настолько простой, что я на мгновение растерялась.       — Это почти хуже.       Он обернулся на меня через плечо и вздёрнул бровь.       — Хуже?       — Да, я ожидала насмешки.       — Какая жалость.       — Почему?       — Потому что у меня уже была подготовлена весьма удачная.       Я фыркнула.       — Конечно.       Несмотря на тревогу, на короткий момент стало легче, но облегчение исчезло, когда мы остановились у дверей кабинета принца. Ша’арнез открыл дверь после короткого «войдите». Тай стоял у окна спиной к нам, услышав шаги, он обернулся. Его взгляд первым делом остановился на мне, а затем на моих ногах. Я увидела, как его выражение лица едва заметно изменилось. Я подняла подбородок.       — Всего лишь натёрла ноги, Ваше Высочество. Уверяю, империя переживёт эту трагедию.       На этот раз уголок его губ едва заметно дрогнул. Тай сделал несколько шагов к столу.       — Лорд со Генэш, оставьте нас.       Я почувствовала, как внутри всё напряглось. Слова были произнесены спокойно, почти ровно. Но в них прозвучала привычная, хорошо отточенная власть того, кто не привык ждать отказа. Ша’арнез, к моему удивлению, даже не дрогнул. Лишь слегка приподнял бровь, словно собирался что‑то сказать, но я оказалась быстрее.       — Нет, — выдохнула я.       Оба мужчины посмотрели на меня. И вот тут, несмотря на всё моё желание выглядеть холодной и сдержанной, я почувствовала, как в груди поднимается раздражение, не столько на Тая, сколько на саму ситуацию. На это бесконечное движение вокруг меня, где все уже что‑то знают, решают, предполагают, а я снова должна быть «удобной». Я выпрямилась и посмотрела прямо на принца.       — Принцесса Фэнуэль лоно Эрлитар уже однажды была весьма недовольна тем, что мы разговаривали без свидетелей.       Я позволила себе лёгкую, невинную улыбку. Пусть лучше думает, что я дура.       — Мне бы не хотелось снова подвергать её терпение испытанию.       Ша’арнез чуть опустил голову, и я почти увидела, как в его глазах вспыхнуло что‑то вроде одобрения, хотя он и не стал это никак выказывать. Тай же смотрел на меня так, будто решал, спорить ли сейчас или оставить за мной последнее слово исключительно из расчёта. Победил расчёт.       — Раз вы так желаете, — произнёс он наконец, и в голосе его я уловила едва заметную, плохо скрытую раздражённость.       Ша’арнез, как будто ни о чём особенном не подозревая, остался на полшага позади меня, словно по‑прежнему был готов, в случае чего, встать между мной и чем угодно, даже если это «что угодно» носило корону.       Тай медленно прошёл к чаше с водой, стоявшей на столе. Опустил туда руки, взмутил гладкую поверхность, и свет из окна дрогнул на его пальцах. Я не успела понять, что он делает, пока он не обернулся и не подошёл ко мне слишком близко. Не вплотную, нет, но достаточно, чтобы я ощутила его запах: прохладный, что‑то сухое и терпкое, почти горькое.       — Не двигайтесь.       — Я прошу прощения…       — А вы не просите, — перебил он меня, — и не получите отказа.       У меня не нашлось ответа. Он поднял руку, не давая мне время отстраниться. Большой палец коснулся моей щеки, и холод воды резко контрастировал с теплом его кожи. Я попыталась отстраниться, но второй рукой он сжал моё плечо, удерживая на месте. Тай аккуратно провёл пальцем по слою пудры, стирая его. Белый порошок остался на его коже, а под ним открылась тонкая ссадина.       Его взгляд изменился, я увидела это сразу, острое, почти опасное сосредоточение. А после на его лице проступило то, чего я никак не ожидала, не мягкость, нет. Тай не был мягким, разве что с Фэнуэль. Но в глазах его что‑то ощутимо потемнело и собрало в себе всю ту силу, которую он обычно прятал за холодной выдержкой.       — Вас ударили? — спросил он тихо.       — Не более чем поцеловала каменная лестница, Ваше Высочество. Я бы не стала драматизировать, ничего серьёзного.       Его взгляд поднялся к моим глазам. Сердце, к огромному моему неудовольствию, сбилось.       — Я не спрашивал, насколько это серьёзно.       И в этом была вся проблема. Тай эя Эйни никогда не интересовался только очевидным, он всегда искал то, что скрыто. Его взгляд скользнул по моей шее, ключицам, бессовестно задержался на груди и остановился на краю юбки.       — Это не из‑за новых туфель, — тихо сказал он.       Я хотела отступить, хотела сказать что‑нибудь язвительное, вернуть привычную дистанцию, но его взгляд удерживал, не давая мне не то что пошевелиться, говорить связно было тяжело.       — Не знала, что наследный принц настолько хорошо разбирается в женской обуви.       Его палец всё ещё был рядом с моей кожей, но он словно только сейчас осознал это и медленно убрал руку.       — Не разбираюсь.       Слова повисли между нами тяжёлым маревом. Выпитое за завтраком вино разогревало кожу или же это страх, но меня едва не трясло. А потом его взгляд стал холоднее.       — Где вы были этой ночью, Тисс?       Вопрос упал между нами тяжёлым камнем. На мгновение мне захотелось рассмеяться, но не от веселья. Тай словно не спрашивал, он и без того знал ответ, просто хотел пощупать меня, насколько далеко я зайду. Что ж, я не подведу. Медленно выдохнув, я заставила себя не отводить взгляда.       — В своих покоях, Ваше Высочество.       В глазах наследного принца загорелся азартный огонёк. Надеюсь, он увидел достойного противника в моём лице, потому что отступать я не собиралась.       — Всю ночь?       — Насколько мне известно, именно так все обычно проводят ночи.       Уголок его губ едва заметно дрогнул, но это не было улыбкой. Скорее признанием того, что я всё ещё пыталась держать оборону.       — Забавно, — произнёс он тихо, чуть склонив голову, словно охотясь на меня, как самый опасный хищник. Его Высочество не учёл: я тоже не была безропотной ланью. — А я почему‑то ожидал более сложного ответа.       Я сложила руки перед собой и, всё же, как ни старалась, не смогла сдержать усмешки.       — Разочарована, что не смогла вас удивить.       Его взгляд стал острее.       — Напротив, — несколько секунд он молчал, будто давая мне возможность самой понять, куда ведёт разговор. Я не собиралась помогать. — Особенно учитывая, что архивариус назначил вам встречу после захода солнца.       Холод прошёл по спине быстрее, чем я успела его остановить. Я не повернула голову сразу, не дала себе этой ошибки. Но краем глаза увидела Ша’арнеза, всего на мгновение. Лорд со Генэш стоял всё так же спокойно, но губы его были поджаты, а взгляд опущен. Я почувствовала раздражение, но также я не могла не понять его. Будь я на месте лорда, обязательно бы поделилась со своей принцессой этой информацией. Но злость всё же никуда не ушла, ведь я позволила случиться разговору, который теперь использовали против меня, но внешне лишь слегка приподняла бровь.       — Вот как.       Тай наблюдал за каждым изменением моего лица, отмечая их в своём невидимом пергаменте.       — Вот как? — повторил он.       — Да, вот как, — спокойно сказала я. — Потому что, если вы уже знаете ответ, не понимаю смысла задавать вопрос.       На этот раз в его взгляде мелькнуло настоящее любопытство.       — Вы признаёте, что он приглашал вас?       — Я признаю, что старик из библиотеки проявил странное любопытство и предложил мне поговорить, — я сделала паузу. — Что касается встречи ночью… Я сочла её неуместной.       Тай смотрел на меня так, будто пытался найти трещину в моих словах, и я позволила ему искать. Пусть рассматривает меня сколько душе угодно, я выдержу каждый тяжёлый взгляд.       — И поэтому вы решили остаться в покоях? — уточнил он.       — Именно.       — Даже несмотря на то, что вас интересовала тема сумрака?       Вот тут он попал ближе. Моя скорлупа чуть треснула, и он, конечно же, это заметил и остался собой доволен. Сбоку послышался шорох, кажется, лорд со Генэш не выдерживал этот разговор и переступил с ноги на ногу.       — Любопытство не означает отсутствие осторожности, Ваше Высочество.       На секунду его взгляд стал странно мягким, будто он услышал именно то, что хотел.       — Нет, — тихо сказал он. — Не означает.       Наследный принц отошёл к столу, взял со стола перо, покрутил его в пальцах, будто разговор был обычным.       — Просто архивариус был найден мёртвым этой ночью. Комната будто стала меньше, я позволила себе вдохнуть. Сосредоточившись, я искренне постаралась изобразить шок, но по улыбке Тая поняла, что он читает меня как открытую книгу.       — Мёртвым?       — Жестоко убитым, — добавил он, усаживаясь за свой массивный стол.       — И вы решили спросить меня, потому что я интересовалась сумраком?       На его лице появилась тень иронии, он небрежно пожал плечами.       — Да?       — Почему среди всех во дворце вы решили начать с меня?       Он смотрел на меня долго, а потом его взгляд опустился на мою ногу, туда, где под тканью скрывалось то, что я предпочла бы забыть.       — Потому что, леди Тисс, — сказал он спокойно, — в вас слишком много сюрпризов.       Его глаза снова встретились с моими, он слегка наклонил голову.       — Поэтому да. Простите моё любопытство, мы просто не знаем, что от вас ожидать.       Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение.       — Удобно, — произнесла я. — Обвинять эсшайку.       — Я вас не обвиняю, — его взгляд стал темнее. — Пока.       Это слово повисло между нами. Ша’арнез тихо вдохнул, а Тай смотрел лишь на меня.