Имя заходящего солнца

В понедельник они встретились в школе. На химии было не до болтовни, а на физике они сидели порознь — на месте Тео был Воробьёв, и Теодор сидел на второй парте второго ряда вместе с Дуней. Он лежал, опустив голову на руки. Зака совершенно не интересовали занудные рассказы учителя, и от скуки он оторвал кусочек от страницы в тетради, написал там «чего такой сонный? :(», скомкал и бросил точно в цель, попав Теодору в макушку. Того это не разбудило, а Жаворонкова вопросительно уставилась на Заката. Парень указал на Тео: «Разбуди!» — Дуня скорчила жалобную рожу и брезгливо ткнула в Теодора пальцем. Тот поднялся и увидел послание. Прочитал, настрочил ответ, бросил обратно. Благо, Воробьёв спал, и особой помехи для их диалога не было. «не мог заснуть вчера :р» Зак усмехнулся из-за кривой рожицы и написал ему: «Чего так? Кошмары снились?» «С чего ты взял?» — был ответ. — «Может, у моего недосыпа другая причина... ;)))» Тео, когда это писал, безудержно улыбался. Зак не понял: «Какая?» «;Р» — только и ответил Теодор. «>:0» — Зак до сих пор не понимал его намёков. «Всё, заканчивается место. ПОКАААаааа...» Зак получил обратно полностью исписанную бумажку, оторвал новую и нарисовал на ней кривую улыбающуюся рожу. Тео, получив послание, вскинул бровь. Они встретились взглядами и Зак проговорил губами: «Скучно». Тед написал: «И мне без тебя♡». «♡♡♡», — улыбаясь, написал Зак в ответ, но не успел отправить, ибо Дуня громко огласила: — А мальчики бумажками кидаются! Физик недовольно подошёл к Заку и отобрал у него послание: — Давайте на уроках без переписок! Неужели это настолько важнее лекции? — он взглянул на содержание бумажки и открыл рот, чтобы озвучить его на потеху классу, но замер и вопросительно уставился на Заката. Тот залился краской и опустил голову в тетрадь. Физик лишь хмыкнул и продолжил вести урок. Повернувшись к Тео, Зак стыдливо прикрыл рукой рот. Теодор усмехнулся. Они остались без связи, и только иногда переглядывались, пока Тед снова не лёг на парту. — Так почему ты не выспался? — спросил Зак, когда прозвенел звонок. — Зак, — прыснул он. — Ну сидел в телефоне. Устраивает такой ответ? — Пятьдесят на пятьдесят... — сощурился Закат. — А ты ожидал что-то более интересное? — Теодор нагнулся к нему и неоднозначно посмотрел в глаза. Зак не особо понял, о чём он, но от смущения отвёл взгляд. — Ладно, — Тео перевёл тему, — я сегодня не завтракал — иду в столовку. Ты со мной? — Ага. Они спустились на первый этаж. Там Закат купил себе сэндвич, и они уселись за столом друг напротив друга. — Не голодный-то сам? Ты не ешь в школе. Это на самом деле не очень полезно для желудка, — заметил Зак. — Кто бы говорил, — Тед закатил глаза. — Сам в школе не ешь. — Ты прав. Но я плотно завтракаю. А ты-ы? — Нет... — Тео отвёл взгляд, прикусив губу. — Во-во. Кусай, если хочешь. Теодор всё же воздержался. — Почему не позавтракал? — подперев голову кулаком, спросил Тео. Зак уже справился с сэндвичем, и они просто болтали. — Не успел. Мы с Микки больно далеко ушли, я возвращался долго. — Ты же каждый день в такую рань встаёшь! — осознал Теодор и взялся рукой за голову. — Я действительно понимаю, почему ты не высыпаешься. Но не понимаю, почему не спишь днём. — А дела? — нахмурился Зак. — Уроки, домашние обязанности, кружки... Это уж не говоря о прогулках с тобой! Поспишь тут! — фыркнул он. — В связи с этим, — Тео будто что-то вспомнил и потянулся за рюкзаком, — у меня тебе подарочек. Он протянул ему коробочку сахарного драже. Того самого, с которым они когда-то много целовались на лестничной клетке. Теперь оно вызывало ещё более тёплые чувства, чем любая еда. — Это за что? — Зак опустил брови и смущённо улыбнулся. Взял небольшую железную коробочку, покрутил её в руках. — Как — за что? За то, что ты есть, — Тео улыбнулся тоже. — Ну так... это... — стушевался он и потрепал кончик сиреневых волос, потупился, глупо улыбаясь. Теодор рассмеялся, слегка поднялся, потянулся через стол и коротко его поцеловал. Зак вспыхнул: — Ты... Ты чего! — прошептал он. — Тут же люди! — он заозирался по сторонам, убеждаясь, что их никто не увидел. — Пусть смотрят, — фыркнул Тед, заложив руки за голову. — Пусть?! — ещё больше раскраснелся Зак. — Совсем не пусть, не надо так больше делать! — Хорошо-хорошо, — Тео широко улыбнулся, оголил зубы, и Зак прочитал по его улыбке, что ему снова ужасно хочется поцеловаться, но он не смеет больше. Тогда Закат проник под столом к его колену, нащупал руку и ухватился за его палец. — Как ты сегодня после уроков? — спросил Теодор, стараясь скрыть накативший румянец. Зак довольно улыбнулся: нечасто заставишь Тео краснеть! — Я занят, прости. Волонтёрство. В другой раз погуляем. — Вот как. Закат усмехнулся, глядя в стол. Тео вопросительно моргнул. — Да это моя глупая привычка — говорить «вот как», — улыбался Зак. — Забавно, что ты её перенял. Под столом он притянул к себе ладонь Теда и взял его холодные пальцы. Теодор слабо просиял. — Ладно, пошли в класс. Так завершились все уроки, и Тео проводил Зака до волонтёрства, к 55-му кабинету. — Во сколько ты заканчиваешь? — поинтересовался Тед. — В шесть. — И что вы там делать будете? — Завтра же восьмое марта. Украшения, подарки. Теодор хмыкнул, не скрывая пренебрежения, но Зак лишь улыбнулся. — Пока, встретимся ещё, — махнул ему Закат. Тео ушёл. Когда наконец пробило шесть, Зак немного задержался. Перекинулся парой слов с тим-лидером, со всеми попрощался, и в 18:09, пялясь в телефон, наконец вышел из кабинета. Как только он открыл дверь, наткнулся на кого-то высокого и стыдливо отпрянул. Поднял голову: это был Тео! — Ты! — засиял Зак. — Почему? — тут же растерянно спросил он. Тед улыбнулся. — Хотел тебе кое-что показать. Парень повёл его за собой. Они шагали к лестнице наверх, и Зак озадаченно смотрел Теодору в спину. Они остановились перед выходом на крышу. — Предыстория, — пояснил Тед. — Прогуливаю я как-то географию. Иду на пятый этаж, и знаешь, кого я вижу? Ася твоя шпилькой замок взломать пытается. Ну я подхожу, типа: «Что это мы тут делаем?» — Она меня пугается, но я берусь ей помочь. Меня один чувак учил замки вскрывать. Короче, повозились минут десять, но открыли, — Тео дёрнул старый ржавый замок: он без сопротивления поддался, и им открылся проход на крышу. Они прошли вперёд, на большую площадку, где ветер колыхал их волосы, а большое небо открывалось ярко-оранжевым закатом, как если бы кто-то пролил на него краски из набора детской гуаши. — Ты только не говори никому, — предупредил Тео, — а то закроют. Зак ничего не ответил. Он подошёл ближе к краю и уставился на качающиеся деревья, жёлтые в свете заходящего солнца, на прохожих, на проезжающий внизу автобус. А выше розовели редкие облака, слепил красный шар солнца, хаотичным градиентом уходило ввысь оранжево-синее небо. — Красиво, а? — улыбнулся Теодор, подойдя ближе. — Знал, что тебе понравится. Он сел на край и свесил ноги. Потянул остолбеневшего Зака за руку, и тот опустился тоже, подтянул к себе колени и поёжился от холодного ветра. Вдруг ему на плечи упала джинсовка Теодора. — А... — только протянул он. — Тебе не холодно будет? — Не, — отмахнулся тот. И Зак снова приковал взгляд к пейзажу, снова его дыхание сделалось тише, будто он не хотел спугнуть невероятный вид. — Я очень люблю смотреть на закат, — прошептал он через какое-то время. Тео усмехнулся. — Ты это не скрываешь. Зак будто не услышал подкола: — Я почти каждый вечер смотрю в окно, как заходит солнце. Если, конечно, нет облаков. Я поэтому не очень люблю зиму. Зимой редко чистое небо. Он снова замолк, и в его больших глазах отражался оранжевый свет. Ветер путал его волосы и морозил руки, так что Зак потирал пальцы. — Когда я пришёл в школу на первое сентября, — начал он тихо, почти неслышно, будто его голос был совсем слаб, — и когда ребята смеялись над моим именем, я вернулся домой и много плакал. Я смотрел на закат, и мне было очень обидно. Больно, что меня зовут так по-дурацки. А потом бабушка подошла ко мне и сказала: «Хочешь, будем по-другому тебя звать? Что, если бы тебя звали, например, Закат? Тебе бы это нравилось?» И, конечно: как слово, обозначающее такую внеземную красоту, может не нравиться? Это, знаешь... сначала это было моё прозвище, а теперь, вот, имя, — он потупил взгляд, но тут же поднял его снова, пытаясь поймать последние лучи солнца. Тео долго молчал. — Вряд ли тебе это что-то даст, но... мне нравится твоё настоящее имя. Оно красивое, — поделился Тед. Зак опустил брови, недоверчиво прыснул и помотал головой. — Не говори так, — попросил он мягко. — Ладно. Они снова молчали. — Ты хочешь сменить имя в будущем? — поинтересовался Тео. — Да, — без раздумий ответил Зак. — То есть насчёт твоего имени в моём паспорте мне можно не переживать, — Тед слегка улыбнулся. Закат повернул голову и посмотрел ему в глаза с недоумением. Теодор только сильнее расплылся в улыбке, так что на его бледных щеках появились ямочки. Зак нахмурился: — Ты про то, что мы пожени... выйдем... нет, пож... погоди, это... — он опустил голову в напряжённых раздумьях, тогда Тео наклонился и поцеловал его. Зак поднял голову, они отстранились и снова мягко поцеловались, утопая друг в друге. Закат заключил руки в замок у Тео за спиной, и тот слегка выгнулся, но потом медленно прильнул; аккуратно, будто пробуя, он положил руки Заку на талию. Зак поёжился, но не от холода — от лёгкой приятной дрожи по телу. Тогда он проник внутрь языком (впервые сам!), и почувствовал, как его уши стали жарче, особенно когда Тео прикоснулся к его щеке, слегка задев средним пальцем мочку. Вскоре Тед отстранился, взял руки Зака, обхватившие его, и мягко расцепил. Мол: «Неплохо, но на сегодня достаточно». — Тебе точно не холодно? — уточнил Закат. — Теперь нет, — Тео смущённо усмехнулся. Зак впервые видел его розовым, с отведённым взглядом и немного кривой, но влюблённой улыбкой. Объятия ещё были для него слишком непривычны и слишком, наверное, откровенны. — Давай всё же пойдём, — попросил Зак и поправил волосы. В последний раз бросил заворожённый взгляд на самую макушку солнца и снял с себя Теодорову джинсовку. Они направились вниз, в раздевалку. Там Зак взял кофту, и они медленно прошлись до метро, держась за руки и грея пальцы друг друга. Когда Закат ехал домой, то так замечтался, что аж пропустил свою станцию. Пришлось ехать обратно. А Тео написал ему спустя всего десяток минут после расставания: «❤️‍🔥»