Зимняя прелесть

Альфа молча наблюдал за тем, как пушистый снег легко кружил за стеклом, создавая атмосферу сказки. Тэхён любил эту пору, когда первые снежинки начинали медленно падать с неба, говоря о том, что скоро начнётся череда праздников. Город уже приоделся в новогоднее убранство и нетерпеливо ожидал начала веселья, которое было не за горами. Нарядно расфуфыренные, загадочно переливающиеся разноцветными огнями рождественские ели гордо позировали для любителей фотографировать. Сказочные эльфы и Санта-Клаусы вовсю развлекали детишек в торговых центрах. Улицы Нью-Йорка, сплошь увешанные новогодними фонариками, каждый день смотрели, как люди торопятся по их тротуарам в предпраздничной суете. Начался сезон распродаж, и все жаждали купить родным и близким подарки. Только один Тэхён ничего не хотел и никуда не торопился. В этом году первый снег не принёс обычной радости альфе. Его мысли были далеко отсюда, где-то на солнечном побережье Лос-Анджелеса. Прошло уже полгода, но тоска по красивым чёрным глазам так и не отступила. Так же, как и не забылись жестокие слова: «Мы из разных миров. Прости, мы не сможем быть вместе».       — Не сможем быть вместе, — прошептал Тэхён. — Мы из разных миров. Он прислонился лбом к холодному стеклу и снова задал вопрос, который повторял себе почти каждый день: «Почему?». Но ему не объяснили. Тот, в кого он так неосторожно влюбился во время своей длительной командировки, просто ушёл, не оглядываясь, словно Тэхён был никем. Хотя, возможно, для него это было именно так, и только для Тэ он был всем, почти всем.       — Тэ! — в кабинет альфы ворвался раскрасневшийся Юнги, одетый в строгое тёмно-серое пальто, выгодно подчёркивающее стройность омеги. — Я всё закончил! Валим за подарками!       — Мгг, — промычал в ответ Тэхён, даже не пошевелившись. Ему холод окна приносил какое-то странное облегчение.       — Тэхён? — Мин подошёл к другу и положил руку на плечо. — С тобой всё нормально? Ты заболел?       — Нет, Юнги, — Тэ отлепился от стекла, глянув на омегу подозрительно покрасневшими глазами. — Всё нормально. Просто устал.       — Пошли тогда отдыхать, — предложил Мин. — Тэ, работа сделана. Впереди несколько выходных. Самое время купить подарки родителям и друзьям. Мне нужны презенты для Чимина и Джина, что-нибудь очень оригинальное. Остальным я уже купил. Можно даже на радостях накатить, я всеми лапками за. Намучился с проверкой годового отчёта. Юнги передёрнуло от воспоминания о своих страданиях, через которые он стойко прошёл, стараясь всё успеть сделать до долгожданных праздников.       — И мне купил? — приподнял бровь Тэхён. — Тебе я ещё ничего не приготовил.       — Да, — нахально соврал Юнги, который понятия не имел, что подарить другу детства, ведь, по сути, у Тэхёна всё было. Ким направился к своему столу, чтобы собрать документы. Он прекрасно знал, что Юнги от него уже не отцепится. И альфе придётся сейчас влиться в толпу людей, страждущих заполучить самые лучшие подарки для близких. Но его подавленное состояние не ускользнуло от внимания наблюдательного Мина. Юнги, покачав головой, решил вновь завести довольно неприятный для Тэ разговор.       — Тэхён, ты снова думаешь о том вертихвосте? Альфа ничего не ответил и, поджав губы, продолжил собираться. Что-то говорить и отпираться не было смысла, Юнги его знал как облупленного. От этого омеги практически ничего нельзя было скрыть. Мин Юнги читал Тэхёна как открытую книгу, особенно всё, что касалось чувств альфы. Их дружба длилась уже больше двадцати лет. Некоторые люди в браке столько не живут, а они практически со школы не разлей вода. Вместе учились в университете, сейчас вместе вели успешный бизнес, который также открыли вдвоём. По правде говоря, родители Тэхёна и Юнги когда-то очень хотели породниться, но, как оказалось, в этом плане омега с альфой были несовместимы. Они подходили друг другу во всём, кроме любви. Ни один, ни второй никогда даже не рассматривали такие отношения. Им хватало того, что у них есть, и менять лучшие друзья ничего не собирались, надеясь встретить своих половинок в этом огромном мире. Но полгода назад Тэхёну показалось, что он её встретил. Увы, это было лишь заблуждение.       — Тэ, ну забудь ты его, — проворчал Юнги, усевшись в кожаное кресло возле стола альфы. — Таких, как он, тысячи. Найдёшь себе другого.       — Юн, мне никто другой не нужен, — пробормотал Тэхён. — Ты никогда толком не любил, поэтому не поймёшь меня.       — Боженька пока миловал, — парировал Мин, потрепав свои тёмные, слегка волнистые волосы. — И если честно, то, глядя на тебя, я уже не хочу никакой любви. Знаешь, думаю, твой омега был прав: вы действительно из разных миров.       — Юнги, — предостерегающе произнёс Тэхён, гневно зыркнув на друга.       — Сам посуди. Ты успешный бизнесмен, а он татуировщик. Ты из приличной семьи, а он из фиг пойми какой.       — Не предполагал, что ты такой сноб, — буркнул альфа, засунув свой мобильник в карман пиджака. — Да какая разница, из какой он семьи?       — Не скажи, — возразил Мин. — И я не сноб. Просто считаю, что люди должны соответствовать друг другу. Это только на первых порах, когда глаза ослеплены любовью, всё радужно и замечательно. А вот когда розовые очки спадут, сразу же начнутся придирки и упрёки.       — Ты хочешь сказать, что если человек, которого ты полюбишь, будет не твоего статуса, то ты не станешь с ним встречаться? — удивлённо спросил Тэхён, совершенно не ожидавший от омеги такого заявления. — Юнги, ты сейчас говоришь серьёзно?       — Просто я тебя так успокаиваю. Но, положа руку на сердце, хотелось бы, чтобы мой альфа был наравне со мной.       — Какое-то фиговое успокоение. Тебе не кажется? А не ты ли мне когда-то говорил, что за своим альфой в огонь и в воду пойдёшь? — прищурился Тэ. — Я точно помню эти твои слова и то, как ты себя пафосно бил в грудь, заявляя, что для настоящей любви нет никаких помех.       — Так я от них и не отказываюсь, — хмыкнул Юнги. — Только вот моего альфы на горизонте нет. Имею в виду того самого, от которого дыхание спирает и ноги подкашиваются. И что-то мне подсказывает, выйду я замуж по расчёту, как раз таки за человека своего круга. Это Чимин у нас весь из себя такой гордый одинокий волк с накрашенными глазами, который не хочет выходить замуж ни под каким предлогом. Я же семью хочу. А ты прекращай страдать о том, кто тебя бросил. Он этого недостоин. Я его, конечно, не видел, но скажи мне, какой нормальный омега станет заниматься таким делом?       — Вот не тебе говорить о нормальности, — огрызнулся Тэхён. — Забыл о своих проколотых сосках и пупке? Это только с виду весь такой холёный и презентабельный, в дорогих классических костюмах, со стильной причёской. А под одёжкой дьяволёнок скрывается. Да и чем тебе татуировки не угодили? Юн, ты же никогда не был ханжой и сам в юности восхищался рисунками на теле.       — Мне не угодил конкретный тату-мастер, который тебя отшил, расхреначив при этом твоё сердце вдребезги, — процедил сквозь зубы Юнги, вставая. — А тату я до сих пор люблю. Но ты себе уже столько времени места не находишь. Мне Джин рассказал, как ты не спишь ночами. Бродишь, как приведение, по дому и горестно вздыхаешь.       — Не брат, а трепло огородное, — проворчал Тэ, сняв своё зимнее пальто с вешалки. — Скорее бы он замуж вышел и не подслушивал, чем я ночью занимаюсь.       — Тэхён, ты сам переехал в родительский дом, — язвительно напомнил омега. — Твоя квартира стоит пустая. Так что не жалуйся на Сокджина.       — Мне там грустно, — честно ответил Тэ. — Я не могу сейчас находиться в полном одиночестве. Начинаю пить. Мне нужен хоть кто-то рядом.       — Вот это тебя подкосило, мой друг, — тяжело вздохнул Юнги, похлопав по плечу Кима. — Хорошо хоть на работу это пока не влияет. Но если так дело и дальше пойдёт, то скоро всё изменится. Тэ, а давай мы тебе другого омегу найдём? Хотя бы на время. Отвлечёшься. Красивых парней вокруг пруд пруди, в том числе и тех, кто не будет претендовать на твою страдающую душу и раненое сердце. Они просто помогут тебе забыться.       — Мне, кроме Чонгука, никто не нужен, — упрямо возразил альфа. — Не хочу другого. Они спустились на подземную парковку и направились к автомобилю Тэхёна, разговаривая уже на другую тему, связанную с предполагаемым замужеством старшего брата Тэ. Тэхёна беспокоил тот факт, что альфа Джина сделал ему предложение ещё месяц назад, но брат почему-то до сих пор не дал ответ, хотя вроде бы любил своего парня.       — Джин явно сомневается, — со знанием дела вещал Юнги. — По-моему, он всё же не любит Кая.       — Но раньше Сокджин хотел за него замуж, — возразил Тэ, щёлкнув кнопкой сигнализации автомобиля. — Скорее всего, что-то произошло, и он так резко передумал.       — Тэ, Джин ещё не сказал ни «нет», ни «да», — возразил Мин. — Хотя вот это самое странное. Он же всегда такой решительный. Чего сейчас тянет резину — непонятно. На лобовом стекле Ким увидел белеющий листок бумаги, кем-то закреплённый под дворником.       — Тэ, тебе кто-то снёс боковое зеркало, — Юнги указал на сломанное зеркало с пассажирской стороны. — Прямо с корнем. Тэхён чертыхнулся, вытаскивая бумажку. Он быстро пробежал глазами по ровному, почти каллиграфическому почерку, про себя отметив, что такие аккуратные витиеватые буквы — странное явление для обычной записки.       — Что там? — поинтересовался Мин, подняв несчастное зеркало с пола. — Любовное послание?       — Ага, — усмехнулся Тэ и прочёл написанное: — «Прошу меня простить, незнакомый господин. Но это я сломал ваше зеркало, о чём сильно сожалею. Позвоните мне, и я возмещу ущерб». Дальше номер телефона. Нарушитель оказался приличным.       — Тэхён, ну ты как ребёнок, — буркнул Юнги, открывая машину. — Для начала позвони, а после делай выводы. Вдруг номер ненастоящий.       — Юн, здесь кругом камеры, — заметил Тэ, устраиваясь за рулём. — Если номер липовый, то я завтра просто напишу заявление в полицию. Но что-то мне подсказывает: он настоящий. И причём писал омега.       — Откуда такое предположение? — округлил глаза Юнги, пристегнув ремень безопасности.       — Почерк очень красивый, — пробормотал Тэхён, машинально поднося листок к носу. — И запах. Это определённо омега. Я чувствую тонкие нотки цветочного аромата. Только не могу понять, что за цветок. Что-то очень знакомое.       — Тэ, — Юнги с подозрением уставился на друга, — ты точно в норме? Как ты мог почувствовать какие-то там нотки? Это обычный клочок бумаги. Бля, мужик, у тебя от разбитой любви кукуха из твоей головушки улетела, а тараканов оставила за главных.       — Сам понюхай, — Тэхён сунул Мину под нос записку. — Чувствуешь?       — Ну да, есть что-то, — вынужден был согласиться Юнги, уловив слабый аромат, исходивший от бумаги, — но, возможно, так пахнут чернила. Это же не одежда, которую мы носим, чтобы оставался запах.       — Наверное, ты прав, — вздохнул альфа и, положив лист в карман пальто, завёл мотор. — Просто показалось.       — Кстати, что ты решил насчёт новогодней вечеринки Чимина? — полюбопытствовал Мин, поудобнее устроившись на сиденье. — Пойдёшь? Или будешь в своём гордом одиночестве сидеть дома и ронять скупые альфьи слёзы в бокал с шампанским?       — Юн, были б мы подростками, то ты бы уже получил по своей неугомонной жопе, — беззлобно ответил альфа, заводя мотор. — Но я уже взрослый и не бью омег. Хотя некоторые иногда нарываются на хорошую порку. Ну какие слёзы? Когда ты в последний раз видел, что я плачу?       — Лет в четырнадцать. Но сейчас ты как сомнамбула, — тяжко вздохнул Юнги. — Тэ, если ты так убиваешься уже полгода, попробуй найти его. Ты же знаешь его имя. Сам говорил, что он из Нью-Йорка. Не думаю, что здесь много Чон Чонгуков, которые являются тату-мастерами.       — Ну найду я его, и что дальше? Он ясно дал понять, что между нами всё кончено.       — Слушай, ты вообще альфа? — Мин в упор уставился на профиль Тэ немигающим взглядом. — У тебя яйца имеются? Складывается такое впечатление, что они у меня на порядок больше, чем у тебя. Тэ, всё, что касается бизнеса, то тут тебе нет равных. Ты конкурентов рвёшь на раз. Но, как оказалось, в любви великолепный Ким Тэхён — самая настоящая сопливая нюня.       — Юнги! — предупреждающе зарычал Тэхён. — Договоришься, мелкая зараза. Я покажу клыки.       — Ой-ой-ой, — омега откинулся на спинку и закатил глаза. — Какие мы грозные. Только мне плевать на твои клыки. Ты лучше бы свою зазнобу нашёл, припёр его к стенке и спросил: какого хера он тебя бросил? «Мы не подходим друг другу» — чушь собачья. Должна быть другая причина. Судя по твоим рассказам, вам было хорошо вместе. Ты обеспечен, умён и красив. Да любой бы вприпрыжку метнулся с тобой жить. Даже обручальное кольцо бы не попросил.       — Он не любой, — процедил сквозь зубы альфа, выруливая с парковки в заснеженный город. — И давай сменим тему. Я пойду к Чимину, но наряжаться в маскарадный костюм не буду.       — С фига ли? — вырвалось у Юнги. — Я же надену! Так не пойдёт, гражданин партнёр. Я буду котиком, и ты будешь кем-то. Хочешь — тигром нарядись, хочешь — красной коняшкой. Как раз год лошади наступает.       — Юн, мы взрослые люди. Какой конь? — взмолился Тэхён, прекрасно осознавая, что его заставят нацепить на себя костюм. Потому что Юнги сто процентов подключит к этому делу Джина и Чимина, который умел убеждать кого угодно, когда ему это было выгодно.       — И что? Взрослые тоже должны иногда веселиться и отдыхать, выпуская наружу внутренних детей.       — Ладно, — буркнул Тэ, про себя подумав, что лучше он потусуется на весёлой вечеринке друга, чем страдать в одиночестве, так как брата и родителей дома в новогоднюю ночь не будет. — Что тебе подарить?       — Мужика, — брякнул Юнги и рассмеялся. — Только не абы какого. У меня, видите ли, стандарты имеются.       — И какие же? — Тэхён заинтересованно покосился на друга, который впервые изъявил подобное желание. Естественно, у Юнги были поклонники и даже когда-то серьёзные отношения. Ведь никто не ждёт своего принца в блестящих доспехах до двадцати восьми лет, храня бережно девственность. Но Мин всегда довольно просто относился к альфам. А в последнее время вообще погряз по уши в работе и забил на всяческие знаки внимания со стороны перспективных молодых людей, которые постоянно зазывали его на свидания. И тем более было странно, что Юнги попросил себе мужчину, имея в своём телефоне с десяток номеров потенциальных кандидатов на вакантное место его альфы.       — Хочу корейца, — выдал Мин. — Я сам этнический, но хочу коренного. Чтобы был прямо из Сеула. Весь такой мужественный и большой, с накачанными плечами.       — Тебе в подарочную упаковку завернуть? — как ни в чём не бывало поинтересовался Тэхён, сдерживая улыбку. — А бант сверху повязать? Или так сойдёт?       — Не понял? — нахмурился омега. — Это шутка?       — Нет. Будет тебе мужик прямиком из Кореи. Сейчас, наверное, где-то в небе болтается, если рейс из-за снегопада не отменили.       — Тэхён, ты о ком говоришь? — прищурился Юнги, всем своим омежьим нутром предчувствуя, чьё имя сейчас назовёт Ким. — Только не говори, что он сюда прилетит!       — Да. Это Намджун. И он как раз соответствует всем твоим требованиям. Большой и мужественный коренной кореец, твоего уровня. Даже чуть-чуть повыше уже уровень будет.       — И больной на всю голову, — запыхтел Мин, шумно сопя носом, как маленький обиженный ребёнок. — Я ненавижу твоего двоюродного брата. Терпеть не могу эту коренную корейскую морду.       — Юн, ты с ним последний раз виделся, когда тебе было пятнадцать лет. Годы прошли. Джун сильно изменился. От того заносчивого подростка, каким он был, не осталось ни следа. Когда в прошлый раз Намджун прилетал в Нью-Йорк, тебя здесь не было, и ты не знаешь, какой он теперь.       — Всё равно, — упрямо заявил омега, вспомнив свои громкие скандалы из-за всякой мелочи с кузеном Тэхёна. — Он меня бесит до усрачки только одним именем. Так что этот подарочек можешь оставить себе. Он мне не нужен ни даром, ни за денежки.       — Зря, — покачал головой Тэ. — А что ты мне приготовил?       — Это сюрприз, — поджал губы Юнги, дав понять, что больше ничего не скажет по поводу подарка для Тэхёна. Мин уже нарисовал в головушке интересный план, осталось договориться с Чимином. И если всё получится, то Тэхён либо будет безмерно счастлив, либо отпустит своё калифорнийское приключение и начнёт вновь жить спокойно, ожидая омегу, который ему предназначен судьбой.

***

Тэхён вошёл в родительский дом, облегчённо выдохнув. Поход по магазинам его вымотал, и альфа дал себе зарок: больше никогда не ходить с Юнги на шоппинг. Они обошли несколько десятков бутиков, так как этому капризному омеге ничего не нравилось. Мин морщил нос и фыркал, как настоящий кот, от вида ювелирных украшений. Шипел ругательства, когда они заходили в сувенирные магазинчики. Презрительно закатывал тёмные глаза от предложений Тэхёна приобрести Чимину красивые часы или изящную статуэтку эльфа, чем-то похожего на светловолосого Пака. В итоге Юнги обругал какого-то аниматора в костюме медведя, возникшего у них на пути, и заявил, что презентует Чимину вибратор со стразами. На вопрос Тэ: зачем вообще на вибраторе нужны стразы, Юнги деловито ответил, чтобы удовольствие было переливающимся. Но как связаны самоудовлетворение Пака и искусственные стекляшки, Тэхён так и не понял. Тишина, стоящая вокруг, услужливо подсказала Тэ, что дома никого нет. Родители наверняка пошли в гости к друзьям. Они в последнее время часто куда-то уходили, мотивируя это тем, что наслаждаются жизнью настолько, насколько это возможно. А Джин сто процентов был со своим альфой. Тэхён снял обувь и, похлопав по карманам пальто, достал мобильный телефон и записку от незнакомца. Он решил позвонить сейчас виновнику его покалеченной машины, так как завтра альфа планировал спать весь день, до самого прилёта Намджуна. Тэхён очень устал, и во снах он всё ещё мог быть с тем, чьи глаза были его наваждением.       — Алло, — раздался в трубке приятный голос, когда Тэ набрал номер. — С кем имею честь говорить?       — Добрый вечер, — вежливо поздоровался Тэ. — Я владелец автомобиля, на котором вы оставили свою записку.              — Здравствуйте. Продиктуйте, пожалуйста, номер вашего авто, — попросил незнакомец. — Я должен знать, действительно ли вы хозяин. Тэхён хмыкнул, но назвал номер своего мерседеса, чётко проговорив каждую цифру и букву.       — Верно, — продолжил собеседник Тэ. — Ещё скажите, что у вас лежит на заднем сиденье с правой стороны?       — Голубой пёсик с шапкой на голове. На шапке есть надпись «Lucky». К чему этот вопрос?       — А вдруг вы просто вытащили записку с чужой машины и запомнили номер? Я должен был убедиться, что вы законный владелец.       — Убедились? — спросил Тэ, проходя в тёмную гостиную. Он словил себя на мысли, что этот голос ему очень понравился. Мягкий, какой-то нежный, ласкающий слух, словно струящийся шёлк.       — Да. И я у вас искренне прошу прощения. Честное слово, я нечаянно. Не особо люблю ездить на машине, но сегодня мне пришлось сесть за руль. Вот и вышел такой казус. Обычно я предпочитаю другой вид транспорта. Будьте добры, скиньте мне свой счёт и сумму, которую вам должен за зеркало и ремонт. Я сразу же перечислю деньги.       — Хорошо.       — Вот и отлично. Хороших вам праздников, мистер.       — Постой! — выкрикнул Тэхён, но в трубке уже зазвучали короткие гудки. Тэ сам не понял, зачем он пытался остановить незнакомца и что он ему собирался сказать. Это был какой-то непонятный душевный порыв. Ведь Тэхён даже не знал, кто этот парень: альфа или омега. Возможно, вообще бета. Но почему-то Тэ было как-то совершенно безразлично. Он просто хотел слушать красивый голос незнакомца и наслаждаться его звучанием.       — Интересно, какой его тембр в жизни? — пробормотал Тэ, отправляя сообщение со счётом и примерной суммой денег на номер, который только что набирал. — Наверняка ещё лучше. Буквально через несколько минут Тэхёну пришло уведомление о зачислении денежных средств на карту, и следом прилетело СМС: «Я перевёл. Надеюсь, вы на меня не в обиде. Простите ещё раз». Тэхён сел на мягкий диван, так и не включив свет в комнате, в углу которой стояла наряженная большая ель. Она загадочно поблёскивала в темноте гостиной своими круглыми стеклянными шарами и ждала, когда на ней вновь зажгут гирлянду. Это было её законное место уже на протяжении долгих лет. Каждую зиму рождественская красавица гордо демонстрировала свои пушистые лапы жителям этого дома и обещала в новогоднюю ночь, что следующий год будет лучше, чем предыдущий. «Прощаю, но с одним условием», — отправил сообщение Тэхён, улыбнувшись экрану мобильника. «Даже так? Каким?» — мгновенно прилетел ответ. «Скажите, как вас зовут?» «А вам зачем?» «Просто». «Так как я немножко поиздевался над вашей машиной, то можете звать меня вандал». «Приятно познакомиться, вандал. Меня зовут Тэ. Скажите, вы кто?» «Мужчина, вам не кажется, что вас немного понесло не в ту степь?» Тэхён тихо рассмеялся, с удивлением поняв, что его заинтересовал кто-то ещё, кроме Чонгука. Он улёгся на диван, удобно устроившись головой на подлокотнике. Закусив губу, он напечатал следующее сообщение: «Я имел в виду: вы альфа или омега? Кем вы являетесь по жизни, мне знать необязательно». «А что, если альфа? Ваш интерес угаснет? Или вы сами омега?»       — Омега? — вслух произнёс Тэхён. — Неужели по голосу не понял, что альфа? Хотя ведь я тоже не догнал, кто он. Да и как поймёшь по голосу? «Вандал, предлагаю оставить гендер в покое. Это, по сути, неважно». «Полностью согласен. Тэ, а когда вы родились? Только не подумайте чего, просто я любитель гороскопов. Год рождения не нужно говорить. И предлагаю перейти на «ты», раз мы собрались дальше общаться». «Тридцатого декабря».       — «Зимняя прелесть»?! — громко прочёл ответ Тэхён, резко садясь. — Кто?! Я?! Блин, он реально думает, что я омега? Вот это поворот. Если Юнги скажу, что меня нарекли зимней прелестью, то он будет до конца жизни так величать и ржать, как конь на выгуле. Вандал, ну ты даёшь. «Почему ты меня так назвал?» — спросил Тэ, вновь завалившись на диван. «Ты родился зимой, поэтому зимняя. А прелесть, потому что ты такой и есть. Другой бы наорал на меня за зеркало или сразу в полицию пошёл». «Вандал, а ты любишь кино?» Тэхёну было плевать, кто на самом деле его собеседник по переписке. Было абсолютно всё равно, есть ли у этого парня любимый человек или он вообще уже давно имеет семью и детей. Даже было неважно, сколько ему лет и как он выглядит. Что-то Тэ подсказывало, что эта маленькая неприятность в виде сломанного зеркала бокового вида его любимой машины — начало новой истории. А какая это будет история? Время покажет. Он впервые за долгое время не думал о Чонгуке, когда находился в одиночестве. В данный момент Тэ не ощущал это неприятное тягучее чувство, которое постоянно накрывало его с головой, как только Тэхён вернулся из Калифорнии домой.       — Зимняя прелесть, — насмешливо прошептал Тэхён, пялясь в экран мобильника в ожидании ответа. — Очаровательно. Так меня ещё никто не называл. Почти тридцатилетняя зимняя прелесть, которая вообще-то альфа. Но мне почему-то безумно нравится. Продолжение следует…