Встреча в темноте

Когда он проснулся, в доме было темно. Ну конечно. Его отца снова вызвали на работу, на этот раз из-за серии краж со взломом на другом конце округа Бейкон, из-за которых он, без сомнения, будет практически жить в полицейском участке, пока дело не будет раскрыто. Стайлз изо всех сил старался притвориться спящим, но приглушённое потрескивание полицейского сканера, спрятанного под кроватью, слышалось достаточно отчётливо, и спустя пару секунд по дому прогромыхали тяжёлые шаги отца, спускающегося по лестнице. Он уставился в потолок, наблюдая, как в бугристой штукатурке проступают случайные формы, и гадал, как долго на этот раз будет длиться боль. Джерард отделал его на удивление хорошо для своего возраста, даже если в конце всё-таки отпустил «передать послание», что бы это ни значило. Как будто был кто-то, с кем он мог бы поделиться этим сообщением. Он, чёрт побери, сумел даже отмахнуться от самых серьёзных подозрений отца, сославшись на «жёсткий розыгрыш» от игроков соперничающей команды по лакроссу и это удивительно легко сошло с рук. Глубоко вздохнув, он свесил ноги с кровати, поставил ступни на пол и медленно поднялся в вертикальное положение. Он поднял руку и обхватил ею грудь — там должно быть как минимум несколько сломанных ребер, раз ему так больно. Замороженный горошек, наверное, поможет. Держась за бок и морщась от каждого движения, он проковылял на кухню, твёрдо намереваясь схватить пакет с горошком и рухнуть на диван, пока грудь не онемеет или горошек не разморозится, в зависимости от того, что наступит раньше. Едва он ступил на кухню, как волосы на затылке встали дыбом. Он замер, уже прекрасно обученный чувствовать взгляд хищника. — Если собираешься меня убить, просто сделай это, — сказал он с бравадой, которой совершенно не чувствовал. Задняя дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы кто-то смог проскользнуть внутрь. Щёлкнул замок. — Тебе стоит держать её запертой. Бейкон-Хиллз уже не так безопасен, как раньше, — раздался голос. Стайлз пристально посмотрел на Питера в тусклом свете. — Я думал, ты мёртв. Тот ухмыльнулся. — Слухи о моей смерти сильно преувеличены, — сказал он. — Я почувствовал запах твоей крови и пришёл убедиться, что ты цел и невредим. — Жуть, — пробормотал Стайлз себе под нос, крепче прижимая руку к груди. — Ты здесь, чтобы убить меня? Потому что я сейчас не в лучшей форме, чтобы сопротивляться. Отличный момент для мести за то, что я, эм… поджёг тебя, — добавил он, сморщив нос. — Это не ты поджег ускоритель, волчонок, — сказал Питер, медленно приближаясь. Он поднял ладони, показывая, что не намерен причинять вред. Стайлз фыркнул в ответ на этот жест и сделал шаг назад. — Честно говоря, Стайлз, если бы я хотел убить тебя, я бы сделал это, пока ты лежал беззащитный в своей постели, а не после того, как вошел в твой дом и дал о себе знать — сказал он. — Насколько серьёзны твои травмы? — Недостаточно, чтобы ехать в больницу, — ответил тот, чуть приподняв подбородок вызовом и хмуро глядя на старшего мужчину. — А тебе-то почему это интересно? — Я был совершенно искренен, когда сказал, что ты мне нравишься, Стайлз, — произнёс Питер. — Будет жаль, если такой превосходный экземпляр испортят до неузнаваемости. — И снова, — сказал Стайлз. — Жуть. — У меня есть свое очарование, — отозвался тот, усаживаясь на край кухонного стола, пока Стайлз продолжил болезненное шарканье к морозилке. — Кто это сделал с тобой? — Соперничающая команда по лакроссу, как я и сказал отцу. — Ложь. Стайлз резко обернулся и одарил Питера испепеляющим взглядом. — Невежливо использовать свои суперсилы во зло, Лазарь. — Невежливо и лгать тому, кто интересуется твоим самочувствием, щенок, — легко парировал Питер, хотя тон у него был мягкий. — Я могу предложить тебе нечто гораздо более эффективное, чем пакет замороженного горошка. — Он поднял руку, пошевелил когтистыми пальцами. — И работает быстрее. Стайлз подозрительно уставился на него, держась за ручку морозилки. — В чём подвох? — Я не могу интересоваться благополучием многообещающего юноши? — Нет, если речь обо мне. Питер усмехнулся. — Тогда я облегчу твою боль в обмен на имена виновников. Стайлз колебался. С одной стороны, он не был заинтересован в том, чтобы передать сообщение Джерарда. С другой стороны, если кто-то из оборотней должен был получить это сообщение, он был уверен, что Питер лучший кандидат. Он не был из тех, кто сидит сложа руки. — Ну же, котёнок, — проворковал Питер, протягивая руку в знак приглашения. — Назови мне имя. Я могу быть твоим оружием. Стайлз нахмурился и сделал небольшой, неохотный шаг в его сторону. — Мне не нужно, чтобы ты был моим оружием. — Ох, милый, но я более чем способен, — сказал Питер, поднимаясь и приближаясь. — Никто не свяжет это с тобой. — Рука всё ещё была протянута. Стайлз скривил губы в подобии улыбки, поморщившись, когда растрескавшаяся губа болезненно натянулась. — Ты понимаешь, что это вообще не звучит успокаивающе? — спросил он. Питер только хмыкнул, склонил голову набок, изучая травмы на лице юноши. — Ты не уйдешь, пока я не скажу, да? — выдохнул Стайлз после долгой паузы. — Если ты настаиваешь на том, чтобы справиться с этим самостоятельно, я не буду возражать, — тихо сказал Питер. — Но, должен заметить, у меня достаточно опыта, чтобы гарантировать решение проблемы без дальнейшего вреда тебе. Стайлз кивнул. — Джерард Арджент, — пробормотал он. Из груди Питера вырвалось низкое, глухое рычание, прежде чем он успел его сдержать. — Они раз за разом доказывают, что являются садистскими тараканами, — пробормотал он, ладонью обхватывая щёку Стайлза и начиная вытягивать боль. Тот стиснул зубы, подавив вскрик от резкого облегчения. Боли было больше, чем Питер ожидал. — Хотя я рад сообщить, что с этим конкретным тараканом уже разобрались, — добавил он. — Что, черт возьми, ты имеешь в виду? — спросил Стайлз, не в силах удержаться от того, чтобы прижаться к нему. — Я перегрыз ему горло, когда он пытался выбраться со склада. Несомненно, он пытался ускользнуть, чтобы реализовать какой-то запасной план, который он придумал, — сказал Питер. Он внезапно ухмыльнулся, выпуская когти ровно настолько, чтобы они скользнули по коже подростка. — Эти самые когти гарантируют, что он не вернется, чтобы нанести тебе ещё какие-нибудь синяки. Его голова сейчас лежит на пассажирском сиденье Кристофера, хочешь, я отвезу тебя туда и покажу? Стайлз фыркнул, но, что показательно, не отстранился от внезапно опасной хватки. —Спасибо, наверное. Не хочу видеть отрубленную голову, но, знаешь... — он замолчал на секунду. — В общем, приятно знать, что его больше нет, но, чувак, ты такой… настолько, блин, криповый. Питер тихо рассмеялся. — Я же говорил, котёнок, я очень даже подходящее оружие. — Котёнок? — переспросил Стайлз, нахмурившись. — Серьёзно? — Ну, я точно не могу называть тебя щенком, учитывая, что ты почти взрослый, и я чувствую, что ты довольно резко возразил бы, если бы я назвал тебя дорогой, — сказал он. — Черт, конечно, я... Что ты имеешь в виду, почти взрослый? — возмутился Стайлз. — Мне восемнадцать лет. Питер ухмыльнулся. — Вот как? — Меня оставили на второй год, — пробормотал он. — Какой у тебя план по отношению ко мне, кроме как избавить меня от боли? Питер снова хмыкнул. — Пока точно не решил, — сказал он, сместившись ближе настолько, что почти полностью прижался к Стайлзу. — Хотя идей у меня предостаточно. Стайлз фыркнул, его боль, по-видимому, ослабла до терпимого уровня, поскольку он не поморщился. — Ну конечно у тебя есть идеи, — сказал он. — Готов поспорить, ты планируешь захватить мир. — О, нет, питомец. Что-то гораздо более захватывающее, — ответил Питер, и его ухмылка стала по-настоящему хищной. Стайлз только фыркнул ещё раз и закрыл глаза.