С самыми теплыми чувствами, ваш Нью-Йорк.

      Чимин топчется у двери в студию Юнги. Он чувствует себя все еще неловко, ведь обычно Хосок приходил к Юнги. И вроде как негласно было, что именно он и приходит, что только ему можно беспокоить… Раньше, когда они просто дружили.       Чимину было обидно. Он был влюблен в Юнги и тоже хотел быть в этой касте «избранных». Затем они начали встречаться.       Но Чимин все еще чувствовал неловкость. Он зачем-то постучал. Потом понял, что это глупо, потому что Юнги в наушниках был скорее всего.       Парень вошел тихо и замер у двери.       Юнги погружено что-то менял, перетаскивал на экране в программе. Чимин держит пакет с приготовленной едой и переминается с ноги на ногу. Ему в такие моменты казалось, что он перебарщивает и словно давит Юнги своей ненужной заботой.       И наверное, Чимин стоял бы так еще пару минут, когда Юнги вдруг повернулся, прижимая руку к груди. Он стянул наушники с головы и посмеялся тихо.       — Привидение настоящее, чего стоишь там молча? Я реально испугался, заметив шевеление сзади, — по голосу было понятно, что Юнги давно не говорил, потому что Чимин слышал хрипотцу в голосе, которую так любил.       — Не хотел беспокоить, ты вроде бы занят, — Чимину все ещё неловко, но он проходит вперед и протягивает Юнги пакет, — подумал, что ты будешь голодным за своей работой. Я, наверное, пойду, чтобы не мешать.        Юнги с небольшой улыбкой принял пакет, а потом услышал слова Чимина и нахмурился. Он поднялся на ноги и зашипел потянувшись. Долгое сидение ещё никому на пользу не шло.       — Стоять, беглец, — он хватает Чимина за талию и тянет к себе, — ну куда ты, малыш? Иди ко мне. Твой бойфренд нуждается чтобы ему кто-то щелкнул спину, — Мин лениво перевел руки ему на шею, обнимая, — похрусти.       — Хорошо, — Чимин хихикнул и крепко его обнял, слыша симфонический хруст, — ты как сухарик.       — О да, — Юнги выдохнул блаженно, опираясь на Чимина, — почему ты такой? Притих и пытаешься сбежать.       — Просто боюсь тебя отвлекать, — Чимин вздыхает и трется щекой о плечо старшего, — но я… я скучаю… У меня тренировки то почти все закрылись, только взрослые группы остались, а дома одиноко.       — Айгу, моему Чимину грустно? — Юнги гладит щеки бойфренда и затем звонко чмокает, — Думаю, ничего страшного если мы как-нибудь развалимся вместе на диване и ты со мной полежишь?       — Ну да, — Чимин чувствует себя странно, вроде бы Юнги был рад его видеть, но при этом ему было стыдно за беспокойство, хотя он имел полное право. Очень странный человеческий мозг, особенно тот, который достался Чимину.       — Спасибо за то, что принес мне еду, но я сейчас не смогу поесть, скорее всего, — Юнги улыбается Чимину заискивающе и отходит в сторону, что-то разыскивая на столе.       — Но почему? Даже если ты так занят, нельзя голодать, — парень был в некоторой растерянности, поэтому стал крутить на пальце кольцо, как делал в момент задумчивости.       — Детка, в машине есть неудобно, а дома мы поедим вместе, — Юнги искал на столе ключи и наушники, закидывая их в карман, он поворачивается к Чимину и с улыбкой подходит опять к нему, — что-то не так?       Даже несмотря на то, что они раньше дружили все вместе, с Юнги больше общался Хосок, а Чимин был больше добавкой. Шел комплектом к Хосоку. А потом когда они оба вдруг поняли свои чувства, что для них тоже стало неожиданностью, оказалось, что Юнги комфортно себя чувствовал, прилипая к Чимину. Он даже переехал к парню спокойно. Хотя это было логично, поскольку у Чимина квартира была в собственности и довольно большая, чтобы комфортно вместить двух человек.       — Дома? — Чимин словно устаревший компьютер, немного подтормаживал иногда. Скорее всего, он просто устал к концу года, — А диван… Ты же только что…       — Дома, — Юнги кивнул, потом выключил все оборудование, — давай, пошли к машине. Ты же на автобусе ехал?       — Да, — Чимин мнется, — Юнги, ты ведь работал…       — Работал, — Мин зевает и снова обнимает талию Чимина, словно его туда магнитит, ко всем этим изгибам… И довольно ощутимому прессу, — но ты приехал и напомнил мне один немаловажный факт. Поехали домой. Работа не срочная.       Пак расплылся в довольной улыбке, ощущая внутреннее удовлетворение. Он кивнул и они двинулись на выход. В коридоре Юнги совсем буднично держал его за талию, не смотря на окружающих людей.       Чимин почувствовал как в душе постепенно становилось спокойно и его внутренняя тревога угасала по крупицам.       Даже такого простого жеста хватало для этого и Чимин наконец начинал чувствовать радость от предстоящего праздника.       — Как хорошо, что вся готовка на праздник практически лежит на Джине, а нам только дом надо подготовить, — Юнги хмыкает и гладит Чимина по боку, — или ты тоже чем-то морочишь себе голову, прелесть?       — Ну, я немного украсил все, если ты не видел, — Чимин садится в машину и пытается вспомнить, наряжал он все при Юнги или тот был на работе в то время.       — Извини, но я кажется не видел. Так поглощён последнюю неделю или две проектом, что живу на автомате, — Юнги неловко смеётся и тоже садится, — я исправлюсь, поверь.       Чимин хотел было сказать, что Юнги так пропустил практически месяц из их жизни, но не стал разводить скандал. Ему сейчас было слишком хорошо для ссоры. Он часто старался сглаживать углы и не ругаться с Юнги, понимая, что тот правда много работает. Но иногда было раздражающе.       — Прости, малыш, я правда виноват, — Мин выехал с парковки, стуча пальцем по рулю. Становилось стыдно, — детка?       — Какой смысл злиться на тебя? — Вздыхает Чимин и качает головой, — Проехали.       — Ничего не проехали, — Юнги фыркает и накрывает руку Чимина своей свободной, — я сегодня же исправлюсь.       — О? И как же? — Чимин сощурил глаза. Если кто-то считал Чимин ангелом в их паре, то очень глубоко ошибся, — Если это что-то вроде минета, то слишком банально, боюсь что не подействует.       — Ну вот, а говоришь, что не сердишься. Стал бы ты тогда так ядовито змеёй шипеть? — Юнги хмыкает и чешет щеку. Он и правда увлекся, забывая, что теперь живёт не один. Раньше конечно мог в студии чуть ли не жить, но теперь нужно было участвовать в отношениях, а не просто в них быть, — Я придумаю, как тебя задобрить. Кстати, я хотел сказать, что не просто так оставался так долго. Последний проект уже закончен и мне нужно только все перепроверить. Я считай, выбил себе целый отпуск!       — Это ты конечно молодец, но все ли будет так, как ты обещаешь, — Чимин качает головой и кутается в капюшон куртки. Конечно, он не сильно сердился, ему скорее было обидно, что любимый человек ставил работу выше их отношений.       Юнги понял, что уже достаточно провинился, поэтому не продолжил разговор. Нужно чтобы Чимин чуть-чуть остыл и снова можно попробовать поговорить.       Дома и правда было красиво. Чимин явно очень много времени потратил на украшения, которые между собой так прекрасно сочетались. И снова укол совести. Мин кусает губу и вздыхает. Ладно, сам заварил кашу — сам расхлебывай. Чимин начал было снимать куртку, как Юнги взял его за руку.       — Не раздевайся.       — В каком смысле?       — Мы едем за елкой.       Пак поднял одну бровь и вздохнул, складывая руки на груди. Усталость постепенно разливалась по телу, заставляя проявлять не самые добрые эмоции:       — Юнги, вон же елка стоит…       — Нет, Чимин, — мужчина повернулся на него и притянул его ладонь к своей груди, — детка, мы едем за нормальной большой елкой. И я даже знаю куда за ней поехать.       Чимин удивлённо поднимает глаза на него и хмыкает с появляющейся улыбкой. Все же, эта ситуация еще не успела слишком сильно на него повлиять. Он натягивает куртку обратно и идёт следом за Юнги.       — Ты же знаешь, что практически все ёлки уже раскупили, — Чимин садится в машину и пристёгивается. Естественно, одним таким жестом его расположение не вернуть, но по крайней мере Юнги сделал шаг на встречу.       — А мы и не поедем в обычные места. Как-то я увидел рекламу и мне кое-что запомнилось. Просто поехали и посмотрим, — Юнги нашел адрес быстро и завел машину, ещё не успевшую остыть. Он иногда был очень рад, что хранит в памяти разные детали окружения.       Парень в ответ только фыркает и разблокирует телефон. Нужно было ответить Сокджину и Хосоку по поводу праздника. Чимин невольно вспоминает все потоки ревности, которые вылил в свое время на Хосока. Ему было стыдно до сих пор за этот мелочный порыв.       Юнги и правда поехал в неизвестном направлении. По итогу Чимин увидел акцию «Аренда Рождественской ёлки». Это было вроде огороженной территории ярмарки в парке.       — Ну все, пойдем, я даже бы вижу несколько высоких елей, — Юнги выходит и подаёт Чимину руку. Чимин закатывает глаза, но руку принимает и чувствует, что сердце трепещет. Все-таки… Он так ужасно был влюблен в Юнги.       Мин уверенно его потащил к действительно большим елям, которые в комнату бы едва поместились. Видимо, в этом была его цель.       — Ну и как мы это дотащим до дома? — Чимин скептически разглядывает дерево, которое приметил Юнги. Зеленая пушистая елочка, с приятным запахам настоящего елового леса. Никакой пластмассы.       — Это не проблема, — Юнги махнул рукой и повернулся к парню с таким лицом, которое всегда снижало у Чимина градус напряжения, — ну? Нравится?       — Нравится, — Чимин сощурил глаза и улыбнулся. Он украдкой сорвал с ветки пару иголочек и растер между пальцев, — но понесешь ты.       — Ясное дело, — Юнги покрутил головой и увидел продавца, — эй! Здравствуйте. Поможете нам? Что по цене? — Мин поковылял по заснеженной тропинке, а затем, как в замедленной съемке Чимин видит, как Юнги поскальзывается и шлёпается на зад.       — Вот же! Блять!       Чимин не сдержался и громко рассмеялся, подходя не спешно.       — Сидеть в студии проще? — Чимин протянул руку и довольно легко подтянул Юнги наверх на ноги. Мин поморщился и потер ушибленный копчик. Естественно, ему не нравилось, когда люди над ним смеялись, но ради Чимина он бы даже нацепил парик и клоунский нос, лишь бы видеть как кривятся в усмешке эти губы и слышится смех.       — Детка, не злорадствуй, прошу. Я расплачиваюсь за свои грехи в полной мере, — он выглядит таким по-простому обиженным, что Чимин невольно снимает с себя еще одно одеяло из печали.       — Ну ладно, ладно, я тебе даже массаж потом сделаю, — Чимин смеётся и идёт следом за ним, пока Юнги ищет продавца. Тот с радостью вступает с ним в торговый спор.       На удивление Чимина такая ёлка обходится им дешевле, чем маленькая срубленная. Им предлагают доставку до дома, но Юнги хочет забрать ее прямо сейчас, поэтому ёлку как-то помещают в багажник, благо машина у Юнги была достаточно вместительная.       — Ну вот и все, теперь надо будет ее нарядить. У нас же хватит украшений? — Мужчина задумывается глубоко, на что Чимин только фыркает.       — Хватит, я докупил больше, чем нужно в этом году, — он кутается в куртку плотнее и прячет нос в воротнике. Из-за размеров дерева, в багажнике было открыто окно, что тепла не добавляло, — поехали быстрее.       — Еду–еду, — Юнги с грустью отметил, что Чимин в отношениях с ним превратился в маленькую змейку, которая нет-нет, да укусит. Возможно, он намного больше накосячил, чем можно было.       Они ехали в относительной тишине, затем шум колес разбавился странным тарахтением. Мин нахмурился, посмотрел на панель с датчиками. Бензина еще было достаточно.       Но шум стал еще громче, поэтому он съехал с дороги.       — Что такое? — Чимин зевнул и посмотрел на панель, а потом и на своего парня.       — Не знаю, машина странно шумит, — Юнги заглушил ее и вышел на улицу, чтобы открыть капот. Как он и ожидал, все было в порядке. Затем Юнги обошел машину и обнаружил что спустило колесо. Причем очень сильно спустило, — вот же.       — Что там? — Чимин вылез тоже, застегивая куртку на ходу. Из-за этого ткань попала в молнию и замок заело, — Только не говори, что что-то случилось!       — Колесо спустило, — вздохнул Юнги и почесал затылок, — надо Джину звонить.       — Сейчас вечер, зимний вечер практически перед Рождеством, ты думаешь, что-нибудь получится вообще? — Чимин устало трёт глаза и приваливается к машине. Холодный металл холодил даже через толстую куртку. — Не надо было ехать. Чем тебя не устраивала та ёлка?       Юнги видит в глазах Чимина знакомую искру раздражения и пытается прервать его, пока не стало поздно.       — Эй, эй, все нормально. Ещё не конец света, можно все решить, — он кладет руки на плечи Чимина и сжимает, заглядывая ему в лицо, — садись в машину, я сейчас попробую все решить. Не хочу добавлять ещё косяков.       Чимин ничего не говорит, только вздыхает и качает головой, потом отстраняется и идёт обратно, пока Юнги вызванивает Сокджина.       — Нужно немного подождать, — Юнги через некоторое время залезает в машину и трёт замёрзшие руки, пытаясь согреть их дыханием. Он пару раз сжимает ладони, но те словно деревянные, отказываются подчиняться, — Джин мне конечно тоже мозги вынес, но поможет.       — Ты идиот, — Чимин цокает, но тянет холодные ладони Юнги себе под куртку, согревая их. Как бы он не злился, побороть тягу ухаживать и заботиться об Юнги было сложно, — сначала делаешь, потом думаешь. Такой гений в музыке, а человеческие отношения никак не поймёшь.       — Детка… — Юнги прикрыл глаза, чувствуя, как от этого прикосновения в горле встает ком.       — Ну вот не надо этого «детка»! — Чимин нахмурился, — Я всегда стараюсь быть вежливым, заботливым, хорошим, не эгоистичным. Готовлю, убираю, стираю и ни разу тебя не попрекнул, ведь Мин Юнги вот-вот и будет работать с Ники Минаж или кем там еще?       Юнги вздохнул и продолжил молча слушать выговор.       — Я тебя ревновал к своему другу, — Пак закатывает глаза и взмахивает рукой, — я извинился, все извинились. Но это не отменяет того факта, что у вас локальных приколов больше, чем у нас! У пары! Мы живем вместе, спим даже в одной кровати, когда ты соизволишь вернуться из студии, а не спать на диване! Но ты видимо этого не замечаешь!       — Детка, прости меня, — Юнги качает головой и двигается немного ближе к нему. Это было несложно, потому что его ладони все еще были на животе Чимина. Он чувствовал как вздымается грудь парня во время дыхания, — я просто помешался на идее заработать тебе на машину, чтобы ты ездил до своей студии на машине, а не на автобусе. Помешался на идее накопить нам на отпуск в Италии, помешался на идее улучшить нашу жизнь и не заметил, как отдалился. Я все время думал о будущем.       — В то время как настоящее уходит куда подальше, — Чимин слабо оттолкнул руки Юнги от себя и отвернулся.       Юнги потер лицо и решил, что они так умрут от холода, если продолжат здесь сидеть без отопления. Он вышел из машины и принялся менять расположение елки, чтобы закрыть багажник. Конечно, теперь иголки валялись по всему салону, а макушка торчала между двумя передними сидениями, Юнги включил печку и радио.       Чимин молчал, листая в телефоне что-то, явно не настроенный на разговор.       — Я, наверное, слишком погрузился в это «я смогу», что забыл про нас двоих, — Юнги приваливается к окну и вздыхает. Машина потихоньку согревалась, а ёлка добавляла хвойного запаха, — не знаю, как извиниться перед тобой, чтобы ты действительно простил меня.       — Не забивать на меня, наверное? Относиться ко мне не так, словно мы просто сожители, а не пара, — Чимина это больше всего цепляло. Юнги словно уделял больше внимания друзьям, нежели своему парню, — ты даже дома иногда настолько погружён в мысли, что мне разговор со стеной начинает казаться более вовлеченным. Мне просто приходится тебя оставлять в покое, потому что все равно это бесполезно.       — Кстати, про локальные шутки ты не совсем прав. Да у нас их много с Хосоком, с Намджуном и того больше, но у нас есть с тобой моменты, которые разделили только мы вдвоем, — Юнги тянется к Чимину, но не решается брать за руку, поэтому кладет ладонь на колено, поглаживая его через плотную ткань, — я ценю это и очень люблю. Сейчас я не прав, признаю, но я готов исправиться.       — И какие же это моменты? — Чимин сощурил глаза. Он был на грани заплакать или рассмеяться. Истерика никогда не приходит по расписанию.       — К примеру этот, — он прибавляет громкость радио, где играла пресловутая Леди Гага, — помнишь сессию?       — Когда ты от стресса выворачивал желудок в туалете универа, а в динамиках в коридоре играла Леди Гага? Как тут забудешь, — Чимин не удержался и усмехнулся. Все время этот невозможный человек запоминает всякую чушь.       — Ты тогда все спрашивал таким тонким голосом, не нужно ли мне чего-нибудь. Ну или наш первый раз, — Юнги все же взял Пака за руку. Тот переплетает с ним пальцы и сжимает крепко. У Юнги все еще были достаточно прохладные ладони.       — О боже, заниматься сексом на тусовке, подперев дверь стулом, — Чимин смеется уже не сдерживаясь, — мы оригинальны до нельзя.       — И опять играла Леди Гага, — Юнги уже начал чувствовать душевный подъем, поскольку Чимин явно начал оттаивать.       — Ну хорошо, хорошо, это нас действительно объединяет, — Чимин фыркает и невольно начинает подпевать.       — Вот, ты уже улыбаешься, — Юнги берет руку Чимина в свои ладони и подносит к губам, целуя холодные пальцы, — может быть уже не так сердишься?       — Да на тебя сердиться, словно на кота, — Чимин глаза закатывает и отодвигает сиденье назад, хлопая себя по коленям, — тебе повезло, что я такой отходчивый. Иди сюда.       — Ты сменил гнев на милость? Или тебе просто холодно? — Юнги хихикает и вопреки своим словам выпутывается из своей куртки и перелезает к Чимину на колени.       — И то и то, — Чимин обнимает Юнги и гладит его бедра, — ты меня бесишь, но одновременно в моем сердце столько любви к тебе. Невыносимо.       — Чимин, — очень серьезным тоном сказал Юнги и поправил его волосы, — я постоянно думаю о тебе. Да, это незаметно, потому что я постоянно работаю. Но каждый день в мыслях ты. Каждый день заказываю на адрес студии твой любимый кофе. Я как по часам отрываюсь от компьютера ровно в полдень и заказываю, ведь знаю что доставку ждать тридцать минут, а ты придешь в двенадцать сорок. Я…       — Я тебе верю, — Пак потянул его к своей груди, обнимая крепко. Он вдыхает запах уже совсем родного шампуня со слабой примесью духов, — прости, я много копил и вывалил все одной кучей, вместо того, чтобы сразу говорить о проблеме. Ты тоже извини меня, Юнги. Я со своей неуверенностью и ревностью…       — Детка, никто на тебя не злится. Абсолютно все видят твои особенности как что-то до ужаса очаровательное, — мужчина все же полез к нему за поцелуем, — хочешь, вообще к батарее меня прицепи наручниками?       — Ну, к батарее это слишком жестоко, — Чимин ухмыляется и гладит Юнги по спине, пальцами надавливая на некоторые точки, от которых мужчину можно было заставить издавать не самые благие звуки, — но идея с наручниками мне нравится.       — Ты… Хочешь сейчас? — Юнги сбивается с мысли и закусывает губу, двигаясь вперёд немного. Чего у Чимина нельзя было отнять, так это умения находить нужные точки давления. Как танцор, он точно знал, как работают мышцы и что спина у Юнги это слабое место. Очень слабое место.       — Хочу… Я тебя всегда хочу, даже когда ты совсем непрезентабельно выглядишь, с похмельем или с утра, такой сонный и опухший, — в Чимине просыпается тот дикий зверь, который питался этой ревностью. Несмотря на свой достаточно кроткий и спокойный характер, Чимин оказался очень жадным до Юнги. Поэтому, наверное, его отсутствие рядом так по нему било.       Юнги почувствовал, что он тоже хочет. Да и тем более, они раньше любили попробовать что-то новое. Секса в машине еще не было.       — Думаю, Джин еще не скоро приедет, — Юнги чуть прибавил радио и залез в карман своей куртки, вытаскивая оттуда презерватив.       — Откуда? — Пак поднял бровь, — Ты носишь с собой презерватив? Зачем?       — Для этого и ношу, — Юнги закатил глаза и заерзал, пытаясь как будто прилипнуть ближе через одежду даже, — чтобы мы могли трахнуться где угодно.       — Т-ц… Или просто мне изменяешь? — Пак игриво повел бедрами, потираясь уже вставшим членом о промежность Юнги. Тот был в достаточно тонких штанах, несмотря на зиму, потому все это чувствовал ощутимо.       — Детка, ну как ты себе это представляешь? Я уже и так изменил тебе со студией, — Юнги хмыкает и елозит на его коленях, возбуждаясь совсем уже.       — Ну я шучу, — Чимин ухмыляется и тянется к молнии на штанах Юнги, быстро расстегивая и вниз стягивая, — поднимись, буду светить твоим голым задом через лобовое, — он быстро стягивает штаны с трусами до лодыжек практически. Все же навык раздевания в тесном пространстве он не растерял ещё.       — Кто бы знал из всех тех, кто вздыхает об ангелочке Чимин-и, какой ты язвительный змей, — Юнги закатывает глаза, но шипит, когда Чимин кусает его за открытое горло. Несильно, но все равно неожиданно, — можно поаккуратнее?       — А какая разница? На работу ты не пойдешь так скоро, а нашим друзьям не по десять лет, они знают, чем взрослые люди занимаются, — Чимин приподнимает бедра довольно легко даже с весом Юнги на нем и высвобождает свой член.       — И все же, ты самый настоящий извращенец, — Юнги раскалывает по его члену презерватив, — черт, только мне надо чуть больше времени чтобы привыкнуть.       — Я потерплю, главное не навредить, — Пак сжал его бедра и почувствовал как в душе становится приятно и тепло, ведь Юнги был с ним. Они снова занимались сексом в каком-то неподобающем месте, опять перекидывались пошлым словечками. Чимин скучал по этому.       — Мхв, а вот я сейчас совсем не хочу терпеть, — Юнги почувствовал приятный адреналин и желание. Они правда давно не занимались сексом.       Он обязан свозить Чимина летом в Италию и загладить окончательно вину перед ним.       Юнги выдавливает из упаковки остаток смазки и толкает внутрь себя, шипя и морщась. Потом приподнимается и направляет член Чимина в себя.       — Не торопись главное, — Чимин держит его за бедра и целует открытую шею. Он чувствует огромное давление тугой мышцы и старается лишний раз не шевелиться, — умница, хен.       Они использовали подобные обращения крайне редко, ведь привыкли говорить на английском и манеры, соответственно, переняли американские. Но изредка, такие прозвища добавляли им особой значимости.       — Да… Да… Сейчас, только не шевелись, — Юнги кусает щеку и хмурится, принимая медленно член до конца. Он выдыхает и укладывает голову на плечо Чимина, — черт, совсем отвык от того, какой твой член большой.       — У меня обычный, но спасибо, — Чимин улыбается довольно и похлопывает его по бедру, — так сексуально выглядишь.       — Угу, — Юнги вздрагивает, ведь член Пака приятно давит на нужную точку, — дай волю, ты меня будешь трахать до потери сознания?       — Конечно, любимый, ты же мой, — Чимин немного двигает бедрами, наслаждаясь давление и тугостью, — мхв… Юнги, я так скучал. Ты не обращал внимания на меня и…       — Дрочил в душе постоянно на твои фото, — Юнги наклоняется и целует Пака, начиная слегка двигаться на его члене. Все еще внутри ощущался небольшой дискомфорт и давление, но видимо сильное возбуждение отлично туманило ему разум.       — Мне не нужны были фото, я все сохранил в памяти, — Чимин хмыкает, удерживая Юнги за бедра и сжимая их крепкой зваткой. Не больно, но вполне ощутимо, — точно нормально, не перебор?       — Раз я двигаюсь, значит нормально, не переживай, — Юнги гладит его по плечам, залезая под куртку. У них был некоторый контраст между Чимином в одежде и Юнги только в джемпере. Благо печка в машине работала нормально и было тепло.       — Ты невыносимый, знаешь об этом? — Чимин хихикает и помогает ему двигать бедрами, сползая немного. Он вдруг убирает руку и спинка сиденья резко опускается, заставляя Юнги практически на него рухнуть. — Ах, прости, хотел отрегулировать.       Выставив удобное положение, Чимин начинает двигаться сам, медленно, но глубоко попадая в нужную точку внутри.       Юнги вздрагивает немного от приятных импульсов, он шумно дышит и негромко постанывает, зажмуриваясь.       — Мгх… Да… Вот так… — Он наклоняется к нему ближе и снова целует. Чимин отвечает ему тут же страстно, продолжая ритмично вбиваться в него. А когда Пак опустил руку на его член, начиная двигать рукой достаточно интенсивно, тот оторвался от губ Чимина, хныча уже что-то совсем нечленораздельное.       — Так легко сдаешься? Вот что значит долго не занимался сексом со своим парнем, да, Юнги? — Чимин смеётся, как только отрывается от губ мужчины. От вида получающего удовольствие Юнги, он сам был на седьмом небе от счастья.       — Да, да… Я очень скучал по тебе. Особенно когда хотелось уйти из студии, но я заставлял себя остаться, — Юнги тихо совсем стонет, явно сдерживаясь. Он целует щеки и подбородок Чимина такими лёгкими, совсем мягкими поцелуями-бабочками.       — Ну вот в следующий раз, когда такая мысль появится, подумай ещё, — Чимин толкается чуть быстрее, потому что чувствует меньше сопротивления и рукой двигает в такт, — ну или хотя бы, можно позвать меня к себе.       — Хорошо, я исправлюсь… Секса в студии у нас еще не было, — Юнги двигается в один ритм толчкам Пака, чувствуя как оргазм уже подкатывает.       — Я тоже исправлюсь, — Чимин его прижимает к себе сильнее и ноги в коленях сдвигает ближе друг к другу, чтобы было удобнее двигаться, — давай… В следующий раз говорить обо всем, а не просто замалчивать?..       — Да, — Юнги крепко его обнимает, прижимаясь всем телом, — А-ах… Чимин, еще чуть-чуть…       Чимин толкается быстрее, пытаясь как бы проникнуть глубже и двигает рукой в другой амплитуде, насколько ему позволяло прижатое к нему тело Юнги. Они и правда давно не спали, поэтому оба довольно быстро чувствовали приближение оргазма.       — Сейчас… Вот так… — Юнги прикрывает глаза и кончает в кулак Чимина, прижимаясь к его груди сильнее. Парень тоже через несколько мгновений кончает с громким вздохом.       — Надо чаще устраивать себе разные эксперименты, как думаешь? — чистой рукой Чимин гладит Юнги по голове, зарываясь пальцами в волосы.       — Да, это точно, — Юнги потерся о его плечо, вдыхая парфюм Чимина и прикрывая глаза, — в следующий раз просто хорошенько меня трахни, если я буду слишком долго сидеть за компьютером.       — Хорошо, запомню, — Чимин хихикает и чмокает его в макушку, — ты же… Не злишься, да?       — Нет, — Юнги приподнялся лениво, — а ты?       — И я нет… Словно, все претензий стали ну… Не прям ужасными… — Он вздыхает и делает сложное лицо. Конечно, основная тяжесть обиды упала с его души, но полностью еще не прошла.       — Я исправлюсь, — Мин потер щеку, потом тише спросил, совсем хрипло, — у нас же все хорошо?       Чимин смотрит на старшего и гладит мягко щеку его, потом поправляет растрепанные волосы.       — Юнги, я безмерно влюблен в тебя очень давно и буду влюблен всю жизнь, — Пак чмокает в лоб, — а сейчас мы поговорили. Странно конечно начали, но поговорили… Я не знал, что ты копишь мне на машину и нам на Италию…       — Сюрприз хотел сделать, — Юнги тихо рассмеялся, — вроде того: «Эй, Чимин-и, доброе утро, вот ключи от твоей новенькой Шевроле Камара, а это билеты на две недели в Италию».       — Ну, это все звучит здорово, но ты ведь меня не содержишь, чтобы так делать, верно? — Чимин хмыкает и гладит Юнги по спине. — Мы пара и твой парень хочет вытереть руку, можно?       Юнги хихикает и изворачивается, протягивая руку к бардачку и доставая пачку влажных салфеток. Он помогает Чимину вытереться и сам тоже стирает все следы. Ему даже удалось не испачкать одежду парня. Закончив с уборкой, Юнги натягивает обратно штаны и укладывается на Чимине поудобнее.       — Оказывается, твоя тяжесть сверху вовсе не тяжесть, — Чимин гладит по спине Юнги и улыбается довольно, — ты похудел за то время, что пропадал в студии. Дома я этого не замечал.       — Ничего не ел практически, просто забывал про голод, — Юнги пожимает плечом и поджимает губы, — теперь конечно мне надо бы питаться чаще и с большим количеством витаминов, и прочего, полезного для пищеварения. Я ведь еле как сделал себе спортивное тело.       — Мне в любом виде ты нравишься, не загоняйся по этому поводу, — Чимин тянется поцеловать Юнги, но их прерывает громкий стук в окно. Это наконец-то был Сокджин.       — Я тут переживаю за них, а они милуются в темноте, — мужчина со смехом стоял, руки в бока уперев, — вы что тут, трахались?       — Нет, ну что ты, просто так теплее, — Юнги вылезает из машины и натягивает куртку, но при резком движении морщится едва заметно.       — Я все сделаю, не дергайся, — Чимин целует его в щеку и идёт вместе с Сокджином к спущенному колесу, пока Юнги смотрит на Намджуна, что топтался рядом с ярким видом участия на лице.       Джин с деловым видом помог им с колесом, потом оценил елку в машине и хитро протянул:       — Когда Юнги звонил, то казалось, что вы поругались, — Сокджин лукаво на него смотрит и читается в глазах хитрого лиса в человеческом обличье несколько интересных выводов.       — Помирились, — Чимин хихикает и поправляет волосы, — ну что, мы поехали домой? Надо поставить елку и украсить ее к завтрашнему празднику!       — Да, конечно, — Джин зевает, — день сегодня такой изматывающий. Бррр, если бы я не выбил себе выходные, то сейчас бы торчал на какой-нибудь съемке…       — О да, вместо этого он решил приготовить все блюда сегодня, — Намджун завалился на плечо Джина, фыркая, — я чистил так много, что даже мозоли появились….       — Джун, потренируйся в драматизме у Хосока, пожалуйста, — Чимин хихикает, смотря на откровенно плохую актерскую игру друга, — я уверен максимально, что Джин делает практически все сам, а ты помогаешь тем, что дегустируешь.       — Как он ловко тебя вычислил, — Сокджин смеётся в кулак и получает возмущенный взгляд от Намджуна. Тот подсовывает ему руку под нос и ворчит.       — Я натёр палец на тёрке и порезался, а правая рука устала держать нож, — Намджун делал такой вид, будто он совсем ребенок ещё и в наглую выпрашивает, чтобы Сокджин его пожалел.       Джин хихикает и шуточно чмокает кончик его пальца.       — Вот так, больше не болит, да? — Джин улыбается широко и гладит Намджуна по голове, потом хмурится. — Эй?! А шапка где?!       — Джин, ну мы же на пару минут… Вышли… — Намджун свел брови к переносице, но послушно стоял, пока старший натягивал на него сам предмет разговора.       — Конечно, а потом отит и «Джин, приди, пожалуйста, у меня температура под сорок», — Сокджин выудил из его кармана шапку и неряшливо натянул на голову Джуна, — вот так вот.       — Боже, когда под венец? — Чимин усмехается и к Юнги наклоняется немного, пытаясь выловить его взгляд. Тот смотрит прямо на него и подмигивает. Все более, чем хорошо.       — Да что ты говоришь? — Сокджин махнул ладонью, вновь хихикая тихо, — это вы с Юнги сладкая парочка.       — Ну не знаю, не знаю, — Чимин тянет как-то с намеком, что Джину не нравится и он спешит перевести тему.       — Ночь на дворе, а у меня из-за вас полное несоответствие графику, — Сокджин головой качает и тащит Намджуна в машину обратно, — увидимся, рождественские эльфы.       — Намек на рост это слишком низко, — Намджун рядом произносит тихо, на что Джин раздается громогласным смехом. С этим всем они садятся в свои машины и уже до пределов города едут друг за другом на всякий случай.       — Придется устраивать машине глубокую чистку, — Юнги смотрит на все опавшие иголочки с некой меланхолией, — хотя все равно нужно будет разбираться с резиной…       — Кстати о машине. Я ведь думал о том, чтобы ее купить. А потом ты затесался в мою повседневную жизнь и мне стало как будто не нужно. Но все ещё хотелось, — Чимин уже охотно держит Юнги за руку, расслабленно откинувшись на спинку кресла, — и я начал откладывать, ты же помнишь, как у нас пошло дело, когда несколько видео стали популярными? У меня и до этого были кое-какие накопления. Так что около пятнадцати тысяч уже есть.       — Оу, — Юнги кивнул и подумал, что «дурак» это меньшее, как он может себя охарактеризовать, — знаешь, наверное, стоит дополнить твой подарок на Рождество.       — О чем ты? — Чимин хлопает глазами, — Думаю, любая более менее хорошая машина стоит больше чем пятнадцать тысяч или даже двадцать…       — Детка, — Юнги смеется хрипло, — давай, я приеду и покажу тебе выписку из банка?       — Ты меня пугаешь, — Чимин закатил глаза, — там миллион?       — Если бы, — Юнги повернул в сторону их района, — но думаю, через знакомых Хосока мы сможем прикупить тебе машинку.       Чимин покраснел. Ну это так… смущало. Юнги больше него хотел купить ему машину…       — А еще стоит продолжить заниматься твоим аккаунтом, — деловито кивает мужчина, — твои видео регулярно набирают по тридцать-сорок тысяч лайков, а есть видео перевалившие за сотню! И другие соцсети тоже.       — У тебя включился дух продюсера, — Пак смущается еще больше, — зачем так заморачиваться?       — Народ тебя любит, — Юнги цокает и щурится, бросая быстрый взгляд на Чимина, — а там и накопим на твою собственную студию! Ты ведь мечтаешь о таком.       Они много болтали про будущее и Чимин чувствовал, что все больше и больше успокаивается. У них есть проблемы, но они не настолько большие, чтобы их не преодолеть им вместе.