Белые лотосы, фиолетовые облака

      — Цзян Чжань! — Вэй Ин явно не напрягался, когда бежал плечом к плечу с Ванцзи. У последнего проскользнула мысль, что конечно же Усяню это ничего не стоит, ведь золотое ядро увеличивает физическую силу владельца.       — Почему ты не используешь меч? — о, а вот этого Усяню лучше не знать.       — Забыл, — бросил Цзян Чжань первое, что пришло в голову. Отмазки, которые касались сохранения тайны отсутствия золотого ядра, у него всё ещё получались слабоваты. Судя по лицу Вэй Ина, ему в такое поверить было сложно. Но видимо Усянь понимал важность стоящей проблемы, поэтому лишь притормозил Цзян Ванцзи, в спину которого снова врезался Сюэ Ян, благо мальчик был достаточно шустрым, чтобы не сильно отставать от взрослых, пусть и перспектива бежать чуть ли не самую вершину Луанцзан ему совсем не нравилась. Вэй Ин вынул Суйбянь из ножен, заставив клинок парить над землёй и, всё ещё неся А-Юаня на руках, кивком предложил Цзян Чжаню и Сюэ Яну подняться на него. Паренёк явно обрадовался перспективе идти не своим ходом, поэтому сразу же ступил перед Вэй Усянем, а вот Цзян Ванцзи, даже когда сам встал за спину Вэй Ина, сомневался, что Суйбянь так просто поднимет трёх с половиной человек. Или правильнее сказать просто трёх, ведь в совокупности Вэнь Юань и Сюэ Ян вполне могли бы сойти за одного взрослого.       Опасения Цзян Чжаня не оправдались: Пусть они и летели не слишком быстро, но куда быстрее, чем если бы добирались пешком. Ванцзи в очередной раз поразился способностям и уровню духовной энергии Вэй Ина.       Наверное, стоило благодарить судьбу за то, что они встретили Усяня. Ведь на горе Луанцзан творилась полная анархия. Каждая секунда была на счету. Стоило им спешиться, как к ним тут же подбежала Вэнь Цин. Ванцзи передал ей в руки А-Юаня и только потом спросил, что случилось.       — А-Нин, он… — девушка пыталась отдышаться. — Вырвался из пещеры Фумо.       — Кто его выпустил? — тон Цзян Чжаня мгновенно упал на несколько градусов. Но Вэнь Цин была из тех, на кого такое никак не влияет.       — Он сам вырвался.       Ванцзи тихо выругался, на бегу доставая гуцинь. Вэй Ин всё ещё был рядом.       — Присмотри за А-Юанем и Сюэ Яном, — бросил Цзян Чжань напоследок целительнице. Он слышал, что Сюэ Ян хотел запротестовать, но что Вэнь Цин точно умела, так это сбивать спесь. Поэтому за детей Цзян Ванцзи мог не беспокоится.       — Ты сделал из Вэнь Нина лютого мертвеца? — между тем спросил Вэй Ин.       — Нет. Я хотел вернуть ему разум. Потом объясню если будет интересно, — Ванцзи не смотрел, но мог быть уверен, что на лице Усяня отразилось удивление. Естественно, кому бы в голову пришло возвращать разум мертвецу! Снова абсолютно невольно вспомнился брат и его реакция.       Нет! Сейчас нужно усмирить Вэнь Нина!       Мертвец не отошёл далеко от Фумо. К счастью, никто не пытался ему противостоять, поэтому убитых не было. Цзян Ванцзи с ходу начал играть укрощающую мелодию, вкладывая побольше ци. Он слышал, что сбоку Вэй Ин начал играть на своей дицзы «Покой». Одна из техник клана Лань, чтобы было легче уничтожать чересчур агрессивных тварей.       Под влиянием сразу двух сильных и притом противоположных потоков энергии мертвец взревел, оседая на колени. Цзян Ванцзи слышал тихие вздохи со стороны подоспевших Вэней и Вэнь Цин. Конечно, им было больно это наблюдать, ведь Цюнлинь принадлежит их семье. Но у Цзян Чжаня даже в мыслях не было уничтожать его.       Спустя некоторое время мертвец всё же затих. На всякий случай и Ванцзи и Вэй Ин ещё раз повторили свои мелодии, не убирая пока инструменты. Внезапно Вэнь Нин зашевелился. Все присутствующие напряглись.       — М-молодой госп-подин… — хриплый, заикающийся, но всё же разборчивый голос раздался со стороны Цюнлиня. — Молодой г-господин Цзян, — повторил он, поднимая голову. Он слегка повернулся. — Сестра…       — А-Нин! — Вэнь Цин давно передала Вэнь Юаня кому-то другому, а сейчас бросилась к брату. Девушка разрыдалась, сжимая его в объятиях. — А-Нин…       — Ого, — выдохнул Вэй Ин. Цзян Чжань переглянулся с ним. — Как так получилось?       — До этого я использовал на нём много печатей и техник, — задумчиво ответил Цзян Ванцзи. — думаю, что наша совместная игра усилила их действие и разум Вэнь Нина пробудился.       — Это… Это и вправду потрясающе, Цзян Чжань, — Вэй Ин улыбнулся ему.       — Да. Я… Тоже так думаю. Надо будет потом подробнее это изучить. Позже. Сейчас им лучше побыть вдоём, — он посмотрел на брата и сестру Вэнь, всё ещё обнимающих друг друга. — Как начёт того, чтобы задержаться? Уверен, мы устроим по этому поводу небольшой праздник. Я был бы рад, если бы ты присутствовал там.       — Конечно, — Вэй Ин улыбнулся ещё шире. — Я буду счастлив составить тебе компанию.       Цзян Чжань улыбнулся в ответ. Всё таки им с Вэй Ином удастся продлить эту приятную встречу.

***

      Не Минцзюэ сидел в беседке, слушая мелодию очищения. Только на этот раз заместо привычной сяо, слышны были ноты гуциня. Да и теперь помимо Лань Ваньинь здесь сидел Цзинь Гуанъяо, который, собственно, и играл. Стоило Цзиню отнять руки от инструмента, как Минцзюэ открыл глаза, сразу же столкнувшись взглядом с невозмутимым Лань Ваньинем.       — Неплохо, Гуанъяо, — вынес вердикт Лань Чэн. — Я буду приходить и наблюдать ещё, ведь здесь нельзя ошибаться, а ты лишь недавно занялся музицрованиеми. Однако, не могу не заметить, что ты быстро учишься.       — Конечно, Ваньинь, я бы и сам хотел провести под твоим руководством как можно больше времени. Ведь всё должно быть идеально, — Цзинь Гуанъяо улыбался одной из своих извечных улыбок, отодвигая инструмент.       — Минцзюэ-сюн, как ты себя чувствуешь? — решил уточнить Лань Чэн.       — Неплохо. Но не могу не заметить, что у тебя это получалось куда лучше, — Цзинь Гуанъяо даже глазом не моргнул на явную критику в его сторону. Ваньинь лишь вздохнул. Конечно, он не мог заставить их дружить, но эти перебранки даже ему порядком надоели. Может, насильно сталкивать друзей не было лучшей идеей, но это осталось единственным видимым решением. К тому же он и вправду не мог с такой же частотой приходить в Нечистую Юдоль, дабы помогать Не Минцзюэ с проклятьем. Приходилось проводить очень много времени в кабинете, ведь проблем не убавлялось, а глава не мог разорваться. Конечно, не стоило забывать, что без Вэй Усяня ему бы пришлось безвылазно сидеть в Облачных Глубинах. Ведь Вэй Ин буквально заменял ему и главного доносчика и советника и личного слугу. Но в последнее время Вэй Усянь сосредоточился на ночных охотах, реагируя на прошения жителей даже самых отдалённых районов. Поэтому у Лань Чэна прибавилось бумажной работы. Но нарушать обещание, данное Минцзюэ, ему совершенно не хотелось.       Когда он вскользь упоминул об этом при Гуанъяо, последний практически сразу предложил лично приезжать и играть для Не Минцзюэ. За это Ваньинь был ему невозможно благодарен. Ведь опять, даже несмотря на личную неприязнь, Гуанъяо помогает. Зато это можно было расценивать это как попытку Цзиня наладить более доверительные отношения с Не Минцзюэ.       — Кстати, Ваньинь, глава Не, — Цзинь Гуанъяо, дабы не вступать в конфликт, перевёл тему. — Я долго думал об этом и теперь точно решил, что хотел бы заключить с вами союз. Принести братскую клятву. Нас считают тремя героями войны, поэтому это будет отличным подспорьем для будущей взаимопомощи между нашими кланами. Конечно, я ни на чём не настаиваю. Моё дело — предложить.       — Для меня нет смысла спорить, — тут же отозвался Лань Чэн. Он в знак поддержки накрыл руку Цзинь Гуанъяо своей. — Минцзюэ-сюн?       Тот задумчиво смерил взглядом Цзинь Гуанъяо.       — Что же. Скажу прямо — я всё ещё не питаю к тебе добрых чувств, — Гуанъяо кивнул, принимая это как факт. — Но пока ты не дал повода в себе сомневаться. Я не могу сказать, что я знаток в людях, но раз уж Ваньинь считает, что твои помыслы чисты, то для меня нет видимых причин сомневаться. К тому же, не могу не согласиться с твоими аргументами. Я не буду против союза.       Гуанъяо снова улыбнулся. На его щеках выступили ямочки.       — Благодарю за доверие, глава Не, — он слегка склонился. — Предлагаю сообщить об этом перед свадьбой Цзинь Цзысюаня, моего дорогого брата. Отец хочет созвать совет перед торжеством.       С этим двое глав тоже согласились. А Лань Чэн мысленно выдохнул с облегчением. Может, они просто начали не с самой приятной ноты. Но всё может измениться.

***

      Лань Янли в который раз поправила волосы, придирчиво рассматривая себя в зеркало. Её братья понимали стремление девушки выглядеть идеально. Кто бы мог подумать, что помолвка по расчёту выльется в искренние чувства. Лань Чэн, по просьбе старшей, ещё раз поправил ворот свадебных одеяний. Цзецзе очень долго готовилась к этому дню. И сейчас она выглядела восхитительно. Но самое главное — счастливо. Но если Ваньинь в основном просто любовался сестрой, то Вэй Усянь был не прочь высказать свой восторг.       — Шицзе, ты такая красавица! Просто замечательная! Тебе очень идёт красный!       Девушка смогла лишь потрепать Вэй Ина по волосам. Усянь ей ни слова не давал вставить, поэтому оставалось ждать, когда Вэй Ин закончит длинную, но тем не менее искреннюю, тираду. Несмотря на это, невооружённым глазом было видно, что Лань Янли безмерно благодарна братьям за поддержку. А те не могли по-другому. И Лань Чэн и Вэй Усянь прекрасно знали, насколько девушка нервничала в предвкушении. А когда настало время собираться и лететь в Ланьлин, где будет проходить церемония, то присутствие обожаемых младших братьев было просто необходимым. Да и те бы по доброй воле от Янли ни на шаг не отходили.       Лань Чэн всё ещё чувствовал грусть от того, что драгоценная цзецзе теперь будет частью другого ордена. Но теперь эта грусть была тёплой. В памяти невольно всплывало детство. Он вспомнил, как в Облачных Глубинах появился Вэй Усянь. Тогда Лань Чэн отнёсся к мальчику, которого теперь должен был принимать как брата, также, как и Юй Цзыюань — крайне скептично. Но Лань Янли сразу смогла найти подход и каждый раз, когда её очень разные младшие спорили, мирила их. Если бы не она, то Вэй Ин и Лань Чэн давно бы рассорились в пух и прах. Ведь первый не всегда следил за словами, а второй был слишком горделив. Сначала Ваньинь был недоволен, что сестра не разделяет кровного брата и Вэй Ина, но это быстро прошло, ведь девушка относилась к обоим одинаково хорошо.       Он вспомнил и то, как сестра была внимательна к нему. Лань Чэн всегда тренировался куда больше остальных, на износ, ведь хотел чтобы отец посмотрел хоть с толикой гордости, а мать проявила свою такую редкую благосклонность к сыну. Янли же никогда не говорила, что он не оправдывает каких-то ожиданий. Она лично обрабатывала его мозоли от занятий с мечом, всегда напоминала об отдыхе, выслушивала переживания, находя подходящие слова. Лань Ваньинь знал, что если ему тошно, больно, грустно, он может прийти к цзецзе. У старшей дочери главенствующей ветви Лань не было как таковых способностей к заклинательству, поэтому она не всегда могла дать совет. Но принять и побыть рядом — в любое время дня и ночи. Лань Чэн знал, что Вэй Ин тоже иногда приходит к сестре за помощью, но куда реже. То ли он в принципе беспокоился куда меньше и смотрел на жизнь немного проще, то ли предпочитал не рассказывать обо всех своих мыслях.       А сейчас всегда такая чуткая и добрая сестра тоже нуждалась в родных людях. И те готовы были на всё для неё.

***

      Глава Цзинь пригласил представителей Великих и некоторых других крупных орденов в Башню Золотого Карпа немного раньше, ссылаясь на то, что следовало бы провести внеплановый совет. Цзян Сичэню также надлежало явиться. Он практически не участвовал в диалогах. Как и на многих советах до этого. Пока что Юньмэн Цзян не настолько поднялся до былого величия, чтобы его глава активно высказывался на советах. Да ещё и учитывая последние события, каждое необдуманное слово от Цзян Хуаня может обернуться против него же. Поэтому он был вынужден занять молчаливо-выжидающую позицию.       — Так вот, достопочтенные главы, — после обсуждения границ и активности нечисти в разных регионах, Цзинь Гуаншань решил перейти к тому, что видимо и сподвигло его собрать совет внепланово. — Прошло уже много времени с момента смерти Вэнь Жоханя, бывшего Верховным Заклинателем. Но теперь я хотел бы поднять вопрос о том, кому суждено стать новым Верховным. Я хотел бы выдвинуть свою кандидатуру.       Сразу пошёл в лоб. Ни для кого не было секретом, что глава Цзинь тянет свои руки к власти. Конечно, все были уверены, что до уровня Вэнь Жоханя ему далеко, ведь Ланьлин Цзинь не обладает таким влиянием и силой, но выбрать Гуаншаня Верховным Заклинателем было крайне невыгодно для остальных. Естественно, некоторые ордена из здесь присутствующих заранее были подговорены для того, дабы отдать свой голос за главу Цзинь.       Цзян Сичэнь смял в кулаке фиолетовую ткань ханьфу. Пусть он стал главой относительно недавно, но его всегда к этому готовили. Поэтому думать в первую очередь о своём ордену и расшифровывать чужие замыслы он умел. Поэтому в его голове уже лихорадочно крутились варианты, с помощью которых можно было бы избежать неприятностей. Свою кандидатуру он выдвинуть не мог. Точнее мог, но он всё ещё находится в крайне шатком положении. И Цзян Хуань прекрасно отдавал себе отчёт в том, что просто мог бы не справиться с такой ответственностью. Лань Ваньинь тоже отпадал. Орден Гусу Лань и его главы всегда оставались верны своим аскетичным порядкам, за всю историю ни один представитель Лань не становился Верховным. Сичэнь понимал, что Лань Чэн будет придерживаться относительного нейтралитета как можно дольше. Максимум отдал бы голос за кого-то из кандидатов. Но если кандидат всего один, то почему бы не попробовать выдвинуть второго. Пусть и без ведома последнего.       — Я бы хотел высказаться по этому поводу, — поднялся Цзян Сичэнь. Похоже, ещё придётся привыкать к тому, что стоит открыть рот, как все взгляды обращаются к нему. — Никто из нас не хочет повторной Аннигиляции Солнца. Все мы потеряли на той войне многих людей. Поэтому я считаю, что Верховный Заклинатель должен быть мудрым и рассудительным. Твёрдой рукой держать власть, но не злоупотреблять ей. И я бы хотел предложить на эту роль человека, который вёл основные войска в этой нелёгкой войне. Несомненно могущественного воина и талантливого заклинателя. Глава Не, мой голос отходит вам. Я считаю, что это место по праву ваше.       Цзян Сичэнь поклонился, правда преимущественно в сторону Не Минцзюэ, и сел обратно. Он слышал, что многие переговариваются, обсуждая неожиданное заявление главы Цзян. Да и сам Чифэн-цзюнь такого не ожидал. Цзян Хуань выдержал его пристальный, но нечитаемый взгляд, хотя внутренне весь подобрался. Конечно он понимал, что это выглядит крайне странно, ведь кланы Не и Цзян никогда не состояли в союзе, да и особо тёплых взаимоотношений между Сичэнем и Минцзюэ не было. Но Цзян Сичэнь был готов к вопросам. А что ему ещё оставалось делать? Может, он и чересчур предвзят по отношению к Цзинь Гуаншаню, но твёрдая уверенность в том, что делать его Верховным Заклинателем будет ошибкой, была непоколебима. Цзян Сичэнь прекрасно знал, что это понимал не он один, но также понимал, что у Лань Чэна с главой Не особого резона идти против Гуаншаня не было. В отличие от Цзян Сичэня.       Возможно, Цзян Хуаню стоило бы постыдится того, что он буквально ставит Не Минцзюэ в практически безвыходное положение, дабы обезопасить себя хотя бы до того времени, как Юньмэн Цзян окончательно возвыситься. Но с другой стороны Сичэнь и вправду считал, что Не Минцзюэ будет самым лучшим вариантом. И видимо не один он так считал, потому что в ходе голосования перевес, совсем небольшой, но тем не менее, был на стороне Не Минцзюэ. Естественно, Лань Ваньинь поддержал друга.       — Думаю, что стоит дождаться общего совета, когда прибудут представители каждого из кланов, — Цзинь Гуаншань умело скрывал раздражение, обмахиваясь веером. «Похоже на дружественные отношения с Ланьлин Цзинь в будущем не стоит рассчитывать,» — промелькнула у Сичэня рассеянная мысль. — Ведь мы же никуда не торопимся. Стоит тщательно всё взвесить.       Сразу было понятно, что так просто Цзинь Гуаншань не сдаться. Надеется отсрочить момент истины, дабы привлечь больше союзников. Цзян Сичэню оставалось надеяться, что он не успеет замысловато извернуть всё в свою пользу. Не Минцзюэ не стал распинаться, будто ему всё равно. Было ли это правдой, Цзян Хуаню понять не суждено.       — Мы можем на этом закончить? — уточнил Цзинь Гуаншань.       — Я бы хотел сделать последнее заявление, — поднялся Не Минцзюэ. Следом за ним встал Лань Ваньинь и, что крайне удивительно, Цзинь Гуанъяо. — Я, глава Лань и старший адепт клана Цзинь — Цзинь Гуанъяо хотели бы принести братскую клятву. Это укрепит союз меж тремя кланами и подарит гарантию на мир в ближайшие годы.       — Для меня было честью сражаться бок о бок с достопочтенным главами Не и Лань во время военных действий. Я был рад привнести вклад в победу над Вэнь Жоханем, — крайне складно подхватил Гуанъяо. «Это логично,» — решил Цзян Сичэнь. — «Они втроём убили Вэнь Жоханя. Заключить союз как герои войны крайне перспективно.» Естественно, все решили не напомнать о том, что на пороге Знойного Дворца Не Минцзюэ чуть ли не убил Цзинь Гуанъяо, когда последний и вовсе был шпионом. Цзян Хуань догадывался, что эта клятва — инициатива Лань Чэна, который явно находился меж двух огней.       — Мы хотели принести клятву в Нечистой Юдоли через месяц, — подал голос Лань Ваньинь. — Но всё же молодой господин Цзинь принадлежит вашему клану, глава Цзинь. К тому же, лучше сообщить о таком решении заранее.       Как всегда немногословен, и в отличие от Гуанъяо и Не Минцзюэ не стал говорить о высоком. Выразился коротко и по делу. К тому же, разговоров про события Аннигиляции Солнца на сегодня явно уже было предостаточно.       — Конечно, я понимаю, насколько важен мир, — покивал Цзинь Гуаншань. — И я только рад такому решению, — при этом глава Цзинь смотрел исключительно на Цзинь Гуанъяо, буквально прожигая того взглядом. Непонятно, какие мысли одолевали Цзинь Гуаншаня. Но вряд-ли после своего провала он был шибко рад хоть чему-нибудь. — И раз уж все срочные вопросы уже решены, предлагаю распрощаться до завтрашнего дня и встретиться уже на свадьбе моего сына.       Цзинь Гуаншань первым покинул залу. За ним тут же потянулись и другие главы. Цзян Хуань был одним из таких. Больше положенного он находится здесь не желал.

***

      Цзян Сичэнь быстро нашёл своё место среди других и только потом осмотрелся. Он вдруг понял, что это первый, не считая окончания Аннигиляции Солнца, большой праздник, на котором он присутствовал как глава. Но в более юном возрасте у него не было особого желания интересоваться другими людьми, а тогда, в Безночном Городе, все были сразу после войны и он больше беспокоился о младшем брате. А сейчас было на что посмотреть. Ведь все, включая самого Сичэня, пришли в торжественно-официальных одеждах.       На Цзян Хуане сейчас было светло-сиреневое ханьфу, на рукавах которого вышит несложный орнамент нитями более тёмного оттенка. Такого же тёмного цвета была накидка, надетая поверх. Её рукава доставали лишь до локтей. Она была украшена узорами лотосов на подоле. Пояс был также расшит сложными узорами. В причёске Сичэнь не изменил своему привычному зачёсанному пучку с косичками на висках, лишь добавил заколку вместо ленты.       Остальные главы также не стали скромничать. В зелёно-чёрном ханьфу Не Минцзюэ и его младшего брата, который также решил поприсутствовать, добавилось золотого, и так выглядящие помпезно одежды клана Цзинь сейчас были просто ослепительные. Как они вообще выносят такое количество золота всевозможных видов?       Но не задерживать взгляд на двух Нефритах Лань было выше его сил. Цзян Сичэнь на секунду пожалел, что здесь нет Ванцзи. Для Цзян Хуаня никогда не были секретом чувства младшего, пусть он про них никогда не рассказывал. Но на Вэй Усяня он не стал особо заглядываться. Больше его интересовал Лань Ваньинь.       Кажется, это второй раз, когда он видел Лань Чэна не в белом. Точнее, не в полностью белом. Половина обоих рукавов была тёмно-синей, как и слой одежд, который виделся из-под в основном белой мантии. Серебряными нитями были вышиты плывущие облака, символ Гусу Лань. Он также практически не стал менять причёску. Часть волос была распущена а вторая собрана в пучок, который на этот раз закреплен серебряной гуанью. Казалось бы, что Второй Нефрит Лань не может быть красивее, чем он был обычно. Оказалось, ещё как может.       Лань Ваньинь во время церемонии предпочитал смотреть лишь на сестру, поэтому сейчас практически не контролировал своё выражение лица. А Цзян Хуань мог наблюдать искрящиеся глаза и улыбку. Сичэнь так и завис. Как бы он не пытался, он не мог вспомнить, когда видел у Лань Чэна такое яркое проявление эмоций. Нет, Ваньинь никогда не был абсолютно безэмоциональным, но в такой важный для своей семьи момент… Неудивительно на самом деле, но практически до конца церемонии Цзян Сичэнь не мог отвернуться от такого редкого явления.       После того, как новобрачные совершили три поклона, гости разбрелись по залу, поочередно подходя, дабы поздравить Цзинь Цзысюаня и Лань Янли. Цзян Хуань не стал исключением. После этого он подловил момент, когда Лань Чэн останется один, что было не так просто, ведь со Вторым Нефритом так и порывался кто-то поговорить. Поэтому когда Сичэнь подошёл, Ваньинь был весьма вымотан таким вниманием.       — Примите мои поздравления, глава Лань, — с максимально учтивой улыбкой начал Цзян Хуань.       — Благодарю, глава Цзян, — Лань Ваньинь не смотрел на собеседника, выискивая кого-то взглядом. Только когда он увидел что-то, что ему хотелось, Лань Чэн продолжил. — Не знаю, чего вы хотите, но будете моим спасением. С вами хоть поговорить спокойно можно.       И не успел Цзян Сичэнь удивиться такой разговорчивости, как Лань Чэн пошёл куда-то в сторону выхода, поманив за собой. Цзян Хуань скорее автоматически пошёл следом.       Они какое-то время петляли по залам, где Ваньинь, видимо, ориентировался превосходно, пока не вышли на балкон на втором этаже. Только после этого Лань Чэн пояснил свой поступок:       — Вы уж извините за такую неожиданность, глава Цзян, — ничуть не извиняющимся тоном сказал он. — Но столь упорное внимание сразу стольких людей весьма… Обременительно. Но не просто же сбегать, нужен благовидный предлог. Например важный разговор с главой ордена Юньмэн Цзян.       Цзян Сичэнь не сдержал смеха.       — А вы и вправду не тот, за кого вас обычно принимают, глава Лань.       — Обычно многое не то, чем кажется, — просто пожал плечами Ваньинь.       Цзян Хуань даже возмущаться тому, что его использовали для прикрытия не стал. С шутливым «вы сами сказали про разговор, так что теперь не отвертитесь», он завёл беседу с главой Лань. Не то чтобы у них было шибко много тем для обсуждения, но Лань Ваньинь сам иногда задавал вопросы, на которые Сичэнь каждый раз крайне объёмно и развёрнуто отвечал. Было приятно, что собеседник так внимательно слушал.       Цзян Хуань не знал, сколько они так простояли на балконе с видом на прекрасный сад, пока у него вдруг не вырвалось:       — Знаете, интересное вы выбрали место. Романтичное.       — Бесстыдство, — тут же фыркнул Лань Чэн, отворачиваясь.       — Неужто мои слова вас смутили? — Сичэнь откровенно веселился.       — Ваши шутки абсолютно… Неприемлемы.       — Ладно-ладно, — всё же пожалел его Цзян Хуань. — Я же не со злым умыслом.       Они простояли молча ещё несколько долгих минут. Тишину снова нарушил Сичэнь.       — Слушайте… Когда будет время, приезжайте на праздник драконьих лодок Дуань-У в Пристань Лотоса. Думаю, что я был бы не прочь такому гостю.       Лань Ваньинь молчал довольно долго. Цзян Сичэнь уже подумал, что не получит ответа.       — Хорошо, — всё же тихо произнёс Лань Чэн. И потом, снова сделав паузу добавил. — Давайте возвращаться. Спасибо вам за приятную беседу.       — Обращайтесь, — улыбнулся Цзян Хуань. Он испытывал какой-то детский восторг от согласия.       Двое заклинателей покинули балкон.