Специя.

А теперь щепотка нашей пряности — Гермионы :) _________________________________________ Холодный августовский день нехотя развеивал серые тучи. Гермиона сидела в магловском кафе, поблизости от своего временного убежища, позволяя себе редкий глоток нормальной жизни. Наблюдала, как незнакомые лица беззаботно улыбаются, наслаждаясь ароматным капучино и заказывая очередную порцию сладостей. Казалось, для них мир полон простых радостей, в то время как её сердце с каждым днем обрастало все большей болью. Сегодня был один из тех дней, когда прошлое вновь обжигало своей нестерпимой реальностью. Это тот день, когда Уизли поймали. Перед глазами, как наяву, стоял мечущийся Гарри, их отчаянный план, рожденный в считанные минуты, и дерзкая вылазка в самое охраняемое место магического мира. Они шли спасать Рона, Джинни, Молли, Джорджа, Артура… Но их план оказался слишком хрупким, отчаяние – слишком всепоглощающим. Они совершили ошибку… Гермиона смахнула предательскую слезу. В тот роковой день Молли, умоляя, приказала ей бежать, хотя она рвалась остаться, разделить их участь. Возможно, это было бы правильно. Но ей приказали уйти. Внезапная тишина заставила Гермиону насторожиться. Посетители словно испарились, остался лишь хозяин кафе, занятый чем-то у витрины, и одинокая фигура в черном пальто с надвинутым на лицо капюшоном. Зачем прятать лицо в кафе? Гермиона мгновенно напряглась. Давно забытый адреналин ударил в кровь. Неужели за ней снова охотятся? Бросив на стол смятую купюру, она торопливо схватила свою потрепанную сумку и выскользнула из кафе, не поблагодарив хозяина. Ускорив шаг, Гермиона нервно оглядывалась, но никого не заметила. Может, почудилось? Может, кто-то просто хотел укрыться от посторонних глаз? Гермиона, коря себя за излишнюю подозрительность, свернула в переулки, запутывая следы. Но преследователь так и не появился. Вернувшись в квартиру, она торопливо захлопнула дверь, укрепив ее защитными чарами и магловским замком. Прислонившись спиной к двери и пытаясь отдышаться, она подумала, что это всего лишь разыгравшееся воображение. Но задерживаться здесь больше не стоит.

***

Осень подкрадывалась, но солнце и так этим летом словно забыло о магической и магловской Британии. Не ласкало землю своим теплом, оставив её на откуп серым тучам. Гермиона сидела в заброшенном доме, в полумраке которого робко потрескивал камин. За окном, словно обезумевший барабанщик, неистово стучал дождь. День тянулся за днем, и каждый был похож на предыдущий, замкнутый в бесконечный круг ожидания. Уничтожение улик, стирание отпечатков, колдовское изменение внешности, накинутый на лицо капюшон – вот ее жизнь. Неделя за неделей в поисках нового укрытия. С тех пор, как официальные поиски прекратились, она могла позволить себе чуть дольше задерживаться на одном месте. Но все равно, страх не отпускал. Армия Пожирателей смерти расползлась по стране, пустила корни в каждом уголке. Шныряли туда и сюда, устраивали показательные рейды и чистки, не щадя даже тех, кто, казалось, был им верен. Так они выявляли и карали предателей. К этой убогой, загнанной жизни Гермиона почти привыкла. Но была одна вещь, к которой она не могла примириться, – всепоглощающее одиночество. Гнетущая тишина давила на плечи, и тогда, словно на старой кинопленке, перед глазами возникали обрывки прошлой, беззаботной жизни. Смех, радость, слёзы… Друзья. Рон… Гарри… Все, без кого ее существование теперь казалось бессмысленным. Гермиона забралась на старую, продавленную двухместную кровать. Уже второй раз она пряталась в этом ветхом доме на самой окраине дикого леса. Пожиратели обходили это место стороной, словно чувствовали неладное. Возможно, опасались сдвинутых охотников-маглов или агрессивных кентавров, чья неприязнь ко всем чужакам особенно обострилась с приходом новой власти. Ветхий дом был надежно укрыт чарами, и Гермиона почувствовала, как неумолимо тяжелеют веки. Сон сморил ее всего на пару часов. Долго спать она не могла себе позволить. Нужно всегда быть начеку, и она старалась не забывать об этом, ни на миг не расставаясь с палочкой, когда-то принадлежавшей Элеоноре Бабтинг. Снова сон. Она идет сквозь непроглядную тьму. Вокруг лишь мрак. Чувствует, что кто-то наблюдает за ней, пристально следит за каждым движением. В голове звучит голос Молли, единственной женщины, заменившей ей родную мать: – Помни, Гермиона. В тебе огромная сила. Однажды они придут, чтобы отнять её, и ты должна быть готова. Это единственный шанс на спасение. Тьма резко сгустилась, обволакивая ее плотной дымкой. И вдруг из мрака проступила маска Пожирателя смерти, скрытая под глубоким капюшоном. Он ухмылялся, и в этой усмешке сквозило что-то знакомое, скорее саркастичное, чем злобное. Гермиона резко открыла глаза. Она научилась просыпаться бесшумно, не вскрикивать во сне, чтобы не привлечь нежелательное внимание. Камин почти погас, оставив лишь слабые угольки. Дождь стих. Она встала с кровати в старых шерстяных носках и направилась к маленькому холодильнику, который, конечно же, оказался пуст. По засохшим остаткам можно было догадаться, что этот дом давно не был посещаем. Припасы закончились. Снова нужно выбираться в город, чтобы взять хоть какую-то еду. Гермиона любила эти вылазки, но в то же время страшилась их, ведь именно тогда ее могли обнаружить в любую секунду.

***

Вечер опустился на пригород Лондона, где Гермиона надеялась раствориться в неприметности. Здесь, вдали от любопытных взглядов, легче было уловить фальшь, почувствовать неладное. Люди казались такими же потерянными и чудаковатыми, как она сама. Она скрылась в туалете обшарпанного минимаркета. В мутном зеркале отражалась изможденная фигура: худая, почти мальчишеская. Короткая стрижка лишила ее прежнего облика, скулы заострились, глаза, напротив, казались неестественно большими. Изменив чарами волосы в тусклый, неброский рыжий, Гермиона вышла, взяла корзину и направилась к полкам. В магазине царила звенящая тишина. Лишь один посетитель, в чёрном спортивном костюме с капюшоном, слонялся между рядами, скрывая лицо в тени. Гермиона окинула взглядом унылое пространство. Кассир, молодой парень с потухшим взглядом, казалось, не замечал ничего вокруг, уставившись в одну точку на мерцающем мониторе. "Наверное, досматривает фильм," - подумала она, с грустью представляя, как в этом захолустье люди коротают бесконечные рабочие дни. Она подошла к молочному отделу, выбрала молоко, несколько йогуртов, захватила овощи, сухофрукты, немного сладостей, кофе, бекон и хлебцы. "Слава Годрику за сумку с расширением," - мысленно поблагодарила она. Направляясь к кассе, Гермиона вдруг почувствовала, как дрогнул свет лампы. Холодная волна пробежала по коже, предостерегающий голос тревоги закрался в душу. Что-то было не так. Она ускорила шаг. Незнакомец в черном исчез. Наверное, вышел. Гермиона быстро выкладывала продукты на грязную ленту. — Пакет, пожалуйста, — проговорила она хриплым от волнения голосом. Но кассир не реагировал. Гермиона подняла взгляд. Парень был словно парализован. Застыл в неестественной позе, даже глазные яблоки не двигались. Заколдован. — Черт! Бросив продукты, Гермиона кинулась к выходу. Толкнув дверь, она с ужасом обнаружила, что та заперта. — Ну же! — лихорадочно дергала она ручку, но в этот момент свет погас. Рука инстинктивно потянулась к палочке. — Экспеллиармус! — раздался голос из темноты, и палочка вылетела из ее руки, не успев даже взмахнуть. Гермиона замерла в ожидании. Занавески на окнах сами собой плотно задернулись. Из мрака выступила фигура в черном спортивном костюме. Он медленно поднял голову, и Гермиона узнала его, несмотря на годы, что минули… — Малфой…