Memories

      Холодный дождь и ощущение чужих обветренных, шершавых губ на своих - это ощущение было неописуемым. А еще бирюзовые глаза, которые смотрели и, казалось, впервые видели по-настоящему именно Его. Он стал наконец замеченным, пусть и только перед смертью.       Чужие губы такие холодные, а вот кожа совершенно горячая, не смотря на то, что остыла под ледяным дождём. А еще кожа безумно мягкая, словно детская, и очень нежная. Если опустить руки на шею, то можно ощутить даже пульс под пальцами. Такой бешеный ритм, почти не здоровый. Должно быть это от страха, да?       Первая пуля, пронзившая ребра заставила согнуться от неожиданной резкой боли. Пули обжигают, заставляют раны просто гореть огнем. Но одной пули мало. Дышать стало немного тяжелее, но лицо снова стало холодным и непроницаемым, сосредоточенным на том, кто уже прикрыл свои глаза, ожидая своего конца. Следующие две пули, попавшие в плечо и в лопатку будто бы даже не почувствовались. Его тело даже не вздрогнуло от них, сердце не изменило своего ровного ритма, ледяное спокойствие, подталкиваемое решимостью довести до конца задуманное. Только хватка рук на чужой шее стала крепче на какое-то мгновение, пока.... Ах, он кашлянул кровью? Славно, значит... Значит он умрет, да? Хорошо, наверное. Руки сами собой разжались и все, на что хватило последних сил, это на улыбку. В глазах стремительно все расплывалось и темнело, а телу резко стало слишком холодно. Наверное, Великий Анакт его уже заждался, раз все еще держится, старается оставаться в сознании, пусть сопротивляться тьме и становится все труднее.       Но пустота все же взяла свое.

***

      Пустота. Это место казалось таким родным. Ничего не видно и ничего не слышно. Не чувствуется собственное тело. Нет даже боли, которая расползалась, словно корни сорняка, по всему телу после выстрелов. Подождите.... А такое было?       Чувства тоже приглушены, как будто бы их почти нет, приятное умиротворение, но в то же время что-то внутри, маленькие содрогания, не позволяют полностью растворится в этом прекрасном месте. По ощущениям это небольшое содрогание постепенно увеличивается, разгорается, принося с собой и остальные ощущения.       Первым приходит слабая боль в теле. В плече и еще, кажется под ребрами. Дышать тоже больно. Хотя, а дышит ли он? По ощущениям, он будто бы находится в жидкости. Глаза невольно приоткрываются и зрение пытается сфокусироваться проплывающих перед глазами пузырьках, что насыщают прозрачную жидкость кислородом, так необходимую каждому человеку. Странное место, но тут так хорошо. Ему ведь можно еще поспать? Просто по телу прогоняется такая дикая слабость.       В следующий раз, когда сознание снова немного проясняется, до ушей доходит неприятный приглушенный звук. Будто бы он был маленькой рыбкой в аквариуме, по стеклу которого постучали. Это заставляет немного нахмурится и снова приоткрыть глаза.       Зрение улавливает все те же мелкие пузырьки, но теперь фокусируется легче. Можно разглядеть теперь еще и свои руки, что обнимают колени, слабо прижимая их к груди, словно он находится в яйце, в позе эмбриона. Разнообразные трубки, что проникают прямо под кожу и стекло прямо перед ним, как окно.       В следующий раз, когда сознание снова немного проясняется, до ушей доходит неприятный приглушенный звук. Будто бы он был маленькой рыбкой в аквариуме, по стеклу которого постучали. Это заставляет немного нахмурится и снова приоткрыть глаза.       Зрение улавливает все те же мелкие пузырьки, но теперь фокусируется легче. Можно разглядеть теперь еще и свои руки, что обнимают колени, слабо прижимая их к груди, словно он находится в яйце, в позе эмбриона. Разнообразные трубки, что проникают прямо под кожу и стекло прямо перед ним, как окно.       Вот откуда был звук. Если снова закрыть глаза, звук повторяется, от чего в голове неприятно пульсирует легкая боль. Неприятное ощущение, по этому глаза приходится снова открыть.       Прямо за стеклом стоит... Что-то. Что-то огромное, не похожее на него ни по размерам, ни, даже, по цвету кожи. Какой-то другой вид, с одним глазом и шляпой. Стоит и смотрит на него, словно ждет чего-то.       Сил у парня хватает только чтобы безэмоционально посмотреть на это существо с ног до головы и чуть наклонить голову в сторону, словно задавая вопрос "и что тебе нужно?". О, кажется этого здоровяка повеселила такая реакция. Неважно, глаза снова закрывались, а голова опускалась обратно вниз.       Следующее пробуждение было неожиданным и... Неприятным. Вся жидкость в капсуле запузырилась и начала утекать куда-то вниз, в слив. Тело прибило к полу, а нос и легкие тут же начало обжигать, когда он начал отхаркивать и сплевывать жидкость, стараясь снова получить доступ к кислороду, но на этот раз чистому, не примешанному к жидкости.       Руки были ослаблены после длительного отсутствия физической нагрузки и сейчас подрагивали, пока он пытался удержать собственный вес. –действительно. Выглядит здоровым– раздался довольный голос огромного существа прямо над ним. Этот говорил так, будто бы разговаривал о каком-то товаре. А кем парень собственно являлся? На предплечье блеснуло странное клеймо. "IVAN". Должно быть, это его название? –по нашим наблюдениям он полностью здоров. Но мы наблюдали большу́ю тенденцию у многих питомцев после серьезных травм терять определенную часть данных в памяти.– произнес другой, более булькающий голос, будто бы кто-то говорил, выпуская вместе с этим пузырьки воздуха. –хотите сказать, что он может что-то забыть?– строже спросил, судя по голосу, мужчина, продолжая смотреть на парня сверху вниз.       Парень, в конце концов снова смог дышать и сейчас пытался отдышаться, отчаянно хватая воздух ртом, все еще сплевывая остатки жидкости и иногда шмыгая носом, все еще не поднимая взгляда. В ушах стоял небольшой шум, от чего весь разговор звучал словно через вакуум, но четче, чем пока он находился в капсуле. –мы говорим, что есть такая вероятность. Но оборудование показало, что его мозг в отличном состоянии. Можете не переживать.– заверил второй голос, и парень наконец-то смог поднять взгляд, смотря прямо на существо, что видел по ту сторону стекла. Существо, казалось, задумалось, изучая его взгляд, после чего расплылось в ухмылке, явно что-то прикинув в голове. –ну что ж, Иван, добро пожаловать обратно с того света. Ты же не думал, что просто так уйдешь? В тебя слишком много инвестировано.– произнес одноглазый, отворачиваясь, чтобы подписать документы. –кто ты?– спросил парень, снова сплюнув жидкость на пол, стараясь выровнять свое дыхание и снова подняв взгляд от пола. Существо с интересом уставилось на парня, что непроизвольно начал подрагивать. В помещении было достаточно прохладно для того, кого недавно вытащили из капсулы. –не помнишь? Хмм– задумчиво протянуло существо, подходя к человеку и внимательно осматривая его. –что ты помнишь?– все с той же задумчивостью спрашивает это нечто и парень покорно опускает голову, осматривая себя и впервые натыкаясь взглядом на клеймо, что опоясывало его предплечье. Проведя по ней пальцами, парень тут же вскинул голову, уставившись на монстра перед собой. –это... Мое название?...– неуверенно произнес парень, снова опустив взгляд, осторожно обводя контур букв пальцами, очерчивая каждую поочерёдно и складывая воедино "IVAN" –хах, хоть это ты не забыл. Меня зовут Унша, и я твой хозяин. А сейчас поднимайся, тебя переведут в палату для реабилитации.– произнес пришелец, переводя взгляд на доктора и кивком давая понять, что это не обсуждается и тому стоит поторопиться.       Что было дальше, Иван не особо запомнил. Его одели, быстро провели заключительный тест, а дальше новая, просторная палата. Светлые стены, экран во всю стену, на котором сменялись картины пейзажей, как за окном.       Дальше вереница дней сменяла друг друга, словно день сурка. Проверки, анализы, питание, тренировки и все по кругу. Память почти не возвращалась, лишь незначительные крупицы. Например, кто такие Сегейны, кто такие питомцы, дни недели, месяца. Как играть на пианино. Аукцион. Это были незначительные крупицы, но уже было проще сориентироваться, а дальше выписка.       Возвращение в свою квартиру, которую когда-то ему подарил Унша, подарило новое воспоминание. Смутное. Он интуитивно помнил где какая комната, примерно помнил, где и что лежит. Проходя по коридору в сторону спальни, Иван остановился и глянул на редкие фотографии, что висели на стенах. –их тут раньше не было.– сдержано произнес парень, всматриваясь в фотографию, где он был в белом костюме, окруженный такими же питомцами. Групповая фотография сада Анакт. –так ты заметил это?– довольно произнес сегейн, стоя в коридоре и наблюдая за своим питомцем. –да, раньше их не было тут. Но моя жена предположила, что фотографии могут помочь тебе вспомнить больше. Ну как, есть проблески?– усмехнулся пришелец, чуть натягивая свою шляпу, но продолжая пристально наблюдать. —нет. Ничего такого.– сухо отвечает парень и отводит взгляд, обратно направляясь в свою комнату.       Следующие месяцы были таким же днем сурка. Брюнет просыпался, ел завтрак, который ему готовили сегейны-работники, приводил себя в порядок, учился работать с документами, конечно же с наставлениями Унши. Работа певцом и моделью ему больше не светила. По рассказам Унши он знал, что то, что он выжил лишь прихоть хозяина и он должен хорошо работать, чтобы покрыть убытки, которые принес своим проигрышем в каком-то шоу.       Вечер был предоставлен полностью ему в распоряжение и он мог посвятить его самому себе. Он читал, иногда писал тексты песен, просто, чтобы убить время, но все они были ни о чем, даже не складывались в рифмы. О потере самого себя. Иван прятал эти тексты в стол, туда же, где нашел свои прошлые песни и черновики.       Странно, но только после того, как парень увидел эти черновики и песни, его память начала словно понемногу приоткрываться. Он начал вспоминать что-то о саде анакт. Людей с размытыми лицами. Слово "Тилл".

***

      Прошло около семи лет. Иван уже привык к новой работе секретаря Унши, проверял документы, договоры. Заполнял бумаги и все это делал дистанционно, из дома. Работа давалась ему не очень легко. Все же в связи с его состоянием он постоянно проваливался в мысли и мог не закончить в срок. Первое время, когда он только осваивался, он часто заваливал сегейна однотипными вопросами, в последствии чего хозяин выслал ему перечень ответов на его часто задаваемые вопросы, по которому Иван в прочем быстро начал ориентироваться.       Новая информация давалась ему тяжело, а жить самостоятельно полностью не представлялось возможным, по крайней мере первые годы, по этому Унша решил приставить к Ивану другого сегейна - помощника. Фидж. Этот был намного ниже хозяина брюнета да и ниже самого питомца на голову, имея при этом длинный массивный хвост, четыре ноги и короткие ручки с тремя пальцами. Но этот мелкий на деле показал свою проворность и ловкость. А еще исполнительность. Иван сравнивал его с динозавром, о которых читал в книгах по истории разрушенных планет.       Фидж в основном следил за распорядком дня Ивана, но так же помогал ему и с бытовыми проблемами. Готовил ему еду, напоминал умываться, закрывал оставленный парнем открытый кран. В начале этот ящер практически сходил с ума, когда выйдя из комнаты за водой для питомца, и после вернувшись, слышал в свой адрес "ты кто такой?". И так каждый чертов раз, пока в голове не отложился этот сегейн. О, что бы запомнить Фиджа потребовалось несколько месяцев.       Затем этот пришелец пытался бороться с тем, что человек постоянно забывает закрыть воду или поесть, ругал и отчитывал. Но в последствии вник в проблему и стал незаметной тенью в доме, исправляя мелкие огрехи. Но иногда и составлял компанию, развлекая питомца разговорами по большей части ни о чем.       Вечера обычно проходили за чтением книг, питомец старался запоминать как можно больше. К музыке Ивана больше не тянуло, парень еще лет пять назад закончил попусту переводить бумагу и писать какие бы ни было тексты в стол. Сейчас притягивала литература. Кажется она ему и раньше нравилась. Особенно классическая. А тексты... да как ему писать песни, если он банально не знает, как складывать слова в рифмы так, чтобы передать чувства, которых у него по большей части теперь нет?       Закончив с очередным документом, Иван отложил планшет и потянулся, разминая затекшие мышцы и выходя с кружкой кофе на балкон, подышать свежим воздухом. Облокотившись на перила, парень отхлебнул горячего напитка и глянул на небо, любуясь звездами, что в этой части галактики постоянно падали. Вечный завораживающий звездопад. Это помогало хотя бы немного расслабиться и отдохнуть после тяжелого для него дня. Ивана притягивала красота момента, когда падали звезды, оставляя после себя недолгие полосы света. Но странным образом это вызывало так же и эмоциональный отклик в груди. Глухая боль под ребрами, вызванная... А чем вызвана? Он не помнит. Но эта горечь, легкая обида и вместе с этим принятие, какое-то прощение что-ли, заставляли думать, что там, в прошлом, что-то всё-таки случилось. Что-то такое, свидетелями чего стали лишь падающие звезды. Но тем не менее ему сейчас было спокойно и тихо.       До тех пор, пока относительную тишину не нарушил рев мотора под балконами. Опустив взгляд, Иван заметил мотоциклиста в темных одеждах и со шлемом на голове, что сидел на таком же черном инопланетном байке, подняв голову. Иван задумчиво немного наклонил голову в бок, наблюдая за странным человеческим питомцем без хозяина. Было ощущение, что этот неизвестный смотрит именно на Ивана. Брюнет даже немного повертел головой, смотря, нет ли на других балконах кого-нибудь, на кого можно было бы поглазеть, но нет, он был единственным, снаружи. Глянув в последний раз вниз, на нарушителя тишины, Иван допил свой кофе, а после развернулся и зашел обратно в квартиру.       "Какой странный" - подумал бывший певец, задергивая шторы и уходя на кухню ополоснуть кружку. Сегодняшний день сурка немного изменился, он увидел что-то новое. Как знать, может это знак того, что его скоро вырвут из этого повторяющегося круга?