Заодно с судьбой

Зима подходила к концу. Снег понемногу таял. В последнее время заклинатели кланов Лань и Цзян стали замечать кое-что странное. Главы их орденов всегда были очень вежливы и дружелюбны друг с другом, однако на очередном совете молодые адепты заметили, что Лань Хуань и Цзян Ваньинь общаются более, чем холодно. Они разговаривали только по делу и не смотрели друг на друга, казалось, что каждое их действие было наполнено отстранённостью. Молодой адепт из ордена Юньмэн Цзян прошептал молодому адепту из Гусу Лань: - Как ты думаешь, почему наш глава сегодня выглядит ещё более суровым, чем всегда? - И правда. Но и глава Лань тоже сегодня какой-то странный. Он обычно гораздо более дружелюбный с главой Цзян. Неужели они поссорились? - Мне казалось, что они близки, возможно, что-то и правда случилось. В этот момент Цзян Чэн краем уха услышал разговор молодых адептов и бросил на них злобный взгляд. Юноши немедленно закрыли рты, побелев от страха. Настроение Цзян Чэна с самого утра было отвратным, а перешептывания адептов раздражали его ещё больше. Несколько дней Ваньинь избегал Сичэня всеми возможными способами, но сегодня два клана устраивали совет, который он не мог пропустить. Только увидев Лань Хуаня Цзян Чэну захотелось попросту сбежать, однако проигнорировав смущение, он поклонился, выглядя, пожалуй, чересчур холодно, из-за чего Сичэнь, изначально собиравшийся что-то сказать, замолчал и просто поклонился. Они так холодно обошлись друг с другом, что даже другие адепты заподозрили, что между ними что-то произошло, из-за чего Цзян Чэн ужасно злился. В конце концов он покинул совет в ужасном настроении, по пути к своей палатки отругав нескольких младших заклинателей. Цзинь Гуаньяо, Не Минцзюэ и Лань Сичэнь расположившись за одним столиком и, обсуждая накопившиеся проблемы, пили чай. Точнее, разговаривали в основном первые двое, а Лань Хуань только безвольно смотрел на свою пиалу и иногда грустно улыбался. Он действительно был похож на сумасшедшего, из-за чего вскоре и Цзинь Гуаньяо и Не Минцзюэ не смогли нормально разговаривать. - Брат Сичэнь, что с тобой происходит? Ты выглядишь очень подавленно. - осторожно поинтересовался Мэн Яо. Сичэнь тихо вздохнул и Не Минцзюэ ответил вместо него, фыркнув: - У него любовная тоска, лучше не трогай его. - Что? Любовная тоска? - лицо Цзинь Гуаньяо удивлённо вытянулось. - Именно. Он влюбился в главу Цзян и теперь днями и ночами только и делает, что страдает по нему. - Старший брат, разве справедливо так говорить? - Лань Сичэнь наконец отвлекся от созерцания своей чашки и посмотрел на Не Минцзюэ. - Я много всего делаю и только иногда ухожу в себя из-за всяких мыслей. Что ещё за "днями и ночами"? - Так ты теперь не отрицаешь, что влюблён в Цзян Ваньиня? - с некоторым недоумением спросил Не Минцзюэ. В ответ Лань Хуань только покачал головой. Мэн Яо переводил взгляд то на одного, то на другого, ничего не понимая и пребывая в полнейшем изумлении. - Старший брат. Я признался ему. - уныло пробормотал Сичэнь. - Чего? Почему так быстро? Ты же даже не пытался завоевать его! - Не знаю. Не спрашивай. Теперь он игнорирует меня. У него был такой ледяной взгляд, когда он посмотрел на меня сегодня. Чёрт, он точно не захочет быть со мной. - Г-глава Цзян? - потрясённо пробормотал Цзинь Гуаньяо. - А-Яо, как ты думаешь, получится у меня завоевать его сердце? - повернувшись к Цзинь Гуаньяо Сичэнь посмотрел на него так уныло, что оба его собеседника невольно замерли. Мэн Яо так и вовсе совсем растерялся, а затем неуверенно ответил: - Я не знаю, брат Сичэнь... Но с твоими данными, красотой и умением располагать к себе людей, разве это должно стать проблемой? - Спасибо, А-Яо... Но только не забывай, что мы говорим о главе Цзян. - Да, точно, о главе Цзян... - нахмурился Цзянь Гуаньяо и тихо пробормотал себе под нос. - Какого чёрта вообще происходит. Ни Не Минцзюэ, ни Цзинь Гуаньяо не знали, что можно предпринять в этой ситуации. Изначально Сичэнь хотел проводить с Цзян Чэном много времени, чтобы в конце концов, если не завоевать его сердце, то хотя бы вернуть прежние близкие отношения. Однако помимо того, что Цзян Чэн избегал его, сам Лань Сичэнь оказался завален работой. Следующие полтора года были чересчур напряжёнными. Случилось много всего непредвиденного, однако уже к лету следующего года Аннигиляция Солнца подошла к концу. Клан Ци Шань Вэнь был подчинён и уничтожен. Лань Сичэнь и Цзян Чэн эти полтора года почти не пересекались. Из-за напряжённой борьбы с Вэнями, а также по причине того, что Ваньинь всё своё время занимался восстановлением своего клана. Впрочем, даже когда они могли увидеться, Цзян Чэн чувствовал себя слишком неловко и встречи быстро заканчивались. Аннигиляция Солнца была завершена. И жизнь Цзян Чэна понемногу начала приходить к долгожданному спокойствию. Его месть была совершена, а болезненные воспоминания перестали причинять слишком острую боль. Его клан рос, в нем появлялось все больше людей. Казалось, теперь можно было наконец забыть о прежней боли и сосредоточиться на настоящем. Но судьба действительно была жестока к нему. Очень скоро произошёл инцидент, полностью выбивший Цзян Чэна из колеи. Вэй Усянь покинул его орден ради того, чтобы защитить оставшихся адептов клана Вэнь. Да, это были те несколько человек, которые помогли им когда-то, но Цзян Чэна мало волновал этот факт. Он просто не мог поверить в то, что теперь останется у власти один, без старшего брата, на которого он так сильно полагался. Наступила осень. Цзян Чэн сидел в своём кабинете, мрачно глядя на какие-то бесполезные бумаги на столе. Он не видел их, думая совершенно о других вещах. Вчера он был на горе Илин и виделся с Вэй Ином, после чего они сразились и ранили друг друга. Конечно, это было сделано исключительно для того, чтобы другие заклинатели не считали весь орден Юньмэн предателями, а лишь Вэй Ина, но Цзян Чэн всё равно чувствовал себя ужасно, как будто в этой битве была часть их настоящих эмоций. Они ведь не ненавидели друг друга, но всё же повздорили, оставив раны как на теле, так и в сердце. Цзян Чэн угрюмо посмотрел на свою сломанную руку. "Вот придурок... Зачем было руку ломать?" - мысленно обругал он Вэй Ина, хотя и сам понимал, что это было необходимо. В этот момент в комнату постучали и вошёл молодой адепт ордена. Лицо парнишки выглядело так, будто он ворвался в логово дракона, а не просто пришел к главе своего клана. - Г-глава, к вам гость. - Кого ещё черти принесли? - Это глава ордена Лань, Цзэу-цзюнь. - пробормотал адепт, побледнев. - Что ты там бормочешь? Кто пришёл, нормально можешь сказать? - брови Цзян Чэна сошлись на переносице, из-за чего парнишка растерялся ещё больше. - Это я, глава Цзян. - на пороге появился Сичэнь, с привычной улыбкой смотрящей на Цзян Чэна, который некоторое время без всякого выражения смотрел на него в ответ, а затем махнул рукой адепту, чтобы тот оставил их. - Что привело вас сюда, глава Лань? - хмуро спросил он, указывая на стул напротив себя. Сичэнь подошёл к столу и наконец стёр с лица дежурную улыбку. Садясь напротив него он с беспокойством сказал: - Я пришел проведать тебя. - Не стоит переживать. - Цзян Чэн устало прикрыл лицо рукой, той, что была невредимой. - У тебя рука сломана, вообще-то. - нахмурился Сичэнь. - Пустяки. С помощью духовной энергии заживёт быстро. - Цзян Чэн помолчал, а потом, отведя взгляд, заметил. - А тебя давно не было... "Раньше хотя бы раз в месяц заглядывал, а сейчас уже три месяца прошло с нашей последней встречи." - закончил он мысль про себя. - Я... у меня были дела. На самом деле я не был уверен в том, что ты захочешь меня видеть. Эти два года ты только и делал, что избегал меня. - Когда это такое было? - пожал плечами Цзян Чэн, а затем взглянул на Сичэня и вздохнул. - Прости, что избегал тебя, стоило раньше поговорить. - Вот именно. - Лань Хуань изучал лицо Цзян Чэна, подмечая в нем изменения с последней их встречи. За последние два года его чувства ничуть не стали слабее, а напротив, окрепли. Какое-то время дела ордена не позволяли ему слишком часто видеться с Цзян Чэном и теперь Сичэнь чувствовал, что сойдёт с ума, если не увидит его хоть раз. Наверное, из-за этого сейчас его взгляд никак не мог оторваться от лица Ваньиня. Цзян Чэну скоро должно было исполниться девятнадцать. В этом возрасте Сичэнь был всего лишь старшим заклинателем, на нём не лежало много ответственности. Цзян Чэн же уже являлся главой ордена и пережил множество ужасных событий, которые несомненно отразились на его красивом лице, сделав его суровым и холодным. Однако сейчас глава Цзян скорее выглядел подавленным и несчастным, чем строгим. Сичэнь осторожно поинтересовался: - Всё, что произошло ведь не больше, чем представление, разыгранное для мира заклинателей? - Да... Но Вэй Усянь правда... ушёл. Он правда теперь не состоит в ордене. - последние слова были произнесены совсем тихо, но острый слух Сичэня уловил их. Он не знал, что ответить на это. Цзян Чэн мотнул головой, прогоняя навязчивые мысли и снова посмотрел на Сичэня. - Гэгэ, давай выпьем. Иначе я умру. Они расположились в покоях Цзян Чэна за низким столом на бамбуковых ковриках. Лань Сичэнь не умел пить, как и большинство адептов Гусу Лань, поэтому он не стал рисковать и выпил всего пару глотков. Цзян Чэн же пил много. Он опустошил целый кувшин вина, после чего перешёл к следующему. Но заклинатели из Юньмэна были очень устойчивы к алкоголю. Даже сейчас он не был пьян, только голова слегка кружилась. - Лань-гэгэ, почему ты так мало выпил? - Если выпью больше, не смогу даже нормально разговаривать с тобой. Лучше тебе не пробовать напоить меня. - Сичэнь виновато улыбнулся. - Я когда-нибудь обязательно это сделаю, но сегодня мне правда хочется поговорить с тобой, так что в другой раз. - Цзян Чэн вздохнул и отпил глоток вина прямо из бутылки, а затем протянул её Сичэню. - Ну, ещё один глоток не помешает. Цзян Чэн взглянул на своего собутыльника и вдруг заметил, что у того покраснели уши, а взгляд стал очень растерянным. - Эй, в чём дело? - Н-нет, ничего. - Сичэнь взял бутылку из рук Цзян Чэна и бросил взгляд на горлышко, которого только что касались губы Ваньиня. Цзян Чэн вдруг понял, что тот думает о каких-то странных вещах и выдернул бутылку из рук Сичэня, пока тот не успел отпить. - Что это за взгляд был? О чём ты там подумал?! Сичэнь улыбнулся и, подперев рукой голову, молча уставился на Цзян Чэна. - Ты... что, уже пьян? - поражено воскликнул тот, глядя в сияющие обожанием глаза. Сичэнь покачал головой. - Совсем нет. А-Чэн, почему ты сегодня такой красивый? Цзян Чэн поперхнулся и покраснев замахал руками: - Ты точно пьян. С двух-то глотков? Вы в своих Облачных Глубинах совсем пить не умеете, да? - Я не пьян. - Сичэнь нахмурился, будто обижался на то, что ему не верили и это окончательно убедило Цзян Чэна в своей догадке. Никогда прежде ему не доводилось видеть такого глупого выражения лица у всегда спокойного и сдержанного Лань Сичэня. - Лань-гэгэ, ты совсем не умеешь пить. Посмотри на себя, ты напился с двух глотков. Вот, ну-ка, скажи, сколько пальцев видишь? - выставляя вперёд два пальца спросил Цзян Чэн. Лань Хуань озадаченно уставился на его руку, а затем перевёл взгляд на лицо. - А-Чэн, ты очень красивый. - Что? Я ведь не про это спрашивал! - закрывая нижнюю часть лица воскликнул Цзян Чэн, ощущая как почему-то жаром опалило сердце. - Я думал, ты уже выбросил из головы всё, что наговорил мне тогда, неужели нет? Сичэнь не ответил, в вместо этого поднялся на ноги и, вытащив из-за пояса свою флейту, направился к выходу. Цзян Чэн поспешно вскочил, чтобы остановить его. - Эй-эй-эй, куда это ты? - Глава Цзян. - Лань Хуань решительно посмотрел на Цзян Чэна и твёрдо произнёс. - Нужно идти. Нужно вернуть Вэй Усяня в твой орден. Ты так подавлен из-за него, я обязан его вернуть. - Что за глупости?.. - Цзян Чэн с трудом усадил заклинателя обратно. - Не надо никуда идти. Чёрт, я надеялся, что это ты будешь утешать меня, пока я буду пить и сетовать на свою нелегкую судьбу, а в итоге что? Лань Сичэнь со вздохом посмотрел на Цзян Чэна, как будто задумавшись, в затем развёл руки, видимо приглашая его в свои объятия. Это было нелепо и смешно, но очень мило и Ваньинь невольно усмехнулся, после чего что-то в его сердце дрогнуло и он подполз поближе к Сичэню, чтобы принять великодушно предоставленные объятия. Прошло два года с тех пор, как они вот так обнимались. Только в этот момент Цзян Чэн понял, как сильно соскучился по своему Сичэню. Даже странным теперь казалось, что он смог прожить эти два года без встреч с ним. Уткнувшись лицом в плечо Лань Хуаня, Ваньинь на секунду забыл даже о том, что Вэй Усянь покинул его. Они сидели обнявшись довольно долго, осторожно поглаживая друг друга по спине. Наконец Цзян Чэн как будто очнулся, осознав, что после всего случившегося эти объятия могли восприняться Сичэнем как что-то особенное, он отстранился. В этот момент его ворот распахнулся чуть сильнее чем обычно и Цзян Чэн тут же заметил взгляд Лань Хуаня, направленный на его оголённые ключицы и часть груди. Сам не зная почему, он смутился и быстро запахнул одежду. Однако Сичэнь внезапно задал вопрос: - Что это у тебя на груди? - В смысле? Что может быть у меня на груди? Что за вопрос?! - Цзян Чэн, смущаясь всё сильнее, схватился за одежду, но Лань Сичэнь продолжил: - Шрамы? Я видел, у тебя там шрамы. - Что? Шрамы? Цзян Чэн оказался сбит с толку. К шрамам на груди, которые он получил, когда его ядро сначала было уничтожено, а затем восстановлено, он давно успел привыкнуть, так что часто забывал об их существовании. Так вот что заинтересовало Сичэня. - Это от уничтожения золотого ядра. Помнишь, я рассказывал тебе. - пояснил он, болезненно поморщившись. - Вот оно что. - лицо Сичэня вдруг стало очень печальным, казалось, он вот-вот заплачет. - Больно было? - Да, но недолго. Уничтожение ядра не заняло много времени, скорее больно было уже после, когда осознал произошедшее. Давай не будем говорить об этом. Тошнит уже от воспоминаний, которые я никак не могу выкинуть из головы. - Прости... - Сичэнь виновато опустил голову. Цзян Чэн усмехнулся. Лань Хуань вдруг понял, что за весь вечер тот так ни разу и не улыбнулся, только усмехался изредка, а чаще просто сурово хмурился. Кажется, когда-то, давным-давно Сичэнь думал о том, что со временем этот человек вообще разучится улыбаться, неужели это уже произошло? - Цзян Ваньинь. Я очень сильно люблю тебя. - тихо проговорил он, глядя в серые глаза, которые немедленно расширились от удивления. - Ч-чёрт, с чего это ты! - Я люблю тебя, А-Чэн. - Блять. - к щекам Цзян Чэна прилила кровь. Он не мог объяснить те чувства, которые вызывали в нём слова Сичэня, но ему определенно не хотелось в них разбираться. Прошло два года с тех пор, как Лань Хуань признался ему в любви, но разве так долго могут жить чьи-то чувства? Цзян Чэн давно вышел из возраста, когда люди верят в то, что существует нечто "навсегда". Но Сичэнь даже спустя столько времени говорил, что любит его. В это было сложно поверить, но почему-то Цзян Чэн верил. В этом мире он верил только нескольким людям и каким-то образом, совершенно без причины, Сичэнь был среди них. Погруженный в свои размышления Цзян Чэн безмолвно глядел на своего собеседника, который отвечал ему честным сияющим взглядом, в котором читалось неприкрытое обожание. Разрываясь между беспричинной радостью, раздражением и смущением, Ваньинь схватил бутылку и отпил два больших глотка вина. А потом ещё. В конце концов сейчас больше всего на свете он хотел напиться до потери сознания. На следующее утро он проснулся, ощущая ужасный голод. Открыв глаза и прислушавшись, Цзян Чэн понял, что за окном идёт дождь. Приподнявшись, он обнаружил, что лежит в своей кровати, а рядом с ним спит Лань Сичэнь. Сев в постели Цзян Чэн с досадой помассировал точку между бровей, вспоминая вчерашний вечер. В этот момент Сичэнь тоже проснулся и посмотрел на него с недоумением. - А-Чэн? - Доброе утро. - вздохнул заклинатель. - Что вчера... - Ты ничего не помнишь? - Очень смутно... - Лань Сичэнь поднялся и быстро отвёл взгляд от Цзян Чэна. - Кхм... это... твоя одежда. - Что? - Ваньинь опустил взгляд и понял, что во сне его одежда растрепалась, так что ключицы и часть груди оголились. Сам не зная почему, он вспыхнул и поскорее запахнул одежду. Раньше он бы ни за что не смутился из-за такой глупости перед кем бы то ни было, но глядя, как покраснели уши у Сичэня, он тоже почувствовал себя неловко. - Вчера ничего не было. Ты просто напился и всё. - Я знаю, ведь это я перенёс тебя на кровать, когда ты уснул. - усмехнулся Сичэнь, а затем, подвинувшись к нему ближе, спросил. - А вы что имели в виду, глава? Чем это мы могли бы заниматься вчера? Лицо Цзян Чэна запылало и он только и мог, что сделать вид, будто это произошло от злости. - Н-ничем! Что такое ты говоришь вообще?! Лань Сичэнь, ты правда!.. - Почему ты так разволновался? Неужели думал о чём-то таком, о чём не стоило бы говорить? - продолжал поддразнивать Сичэнь, наблюдая за тем, как Цзян Чэн краснеет ещё сильнее. - Заткнись! И выйди из моей комнаты! Ты слишком наглый, чтобы оставаться здесь. - Но я... - Проваливай! - Глава Цзян, будь милосерден! Пожалуйста, прости этого смертного. Ну, прошу тебя, не сердись, я не должен был подшучивать над тобой, только не выгоняй меня! На некоторое время Лань Сичэнь остался в Пристани Лотоса, из-за чего Цзян Чэн пребывал в чуть менее скверном настроении, чем обычно. Однако новость, что сообщила ему Цзян Яньли в это утро в одно мгновение погубила все его хрупкие попытки поддержания себя в спокойном состоянии. - Какого чёрта? Нет, погоди, сестра, ты что такое говоришь? Это ведь шутка, да?! - А-Чэн, я не шучу. - Яньли мягко и виновато улыбнулась. - Мы с молодым господином Цзинь хотим пожениться. Лицо Цзян Чэна застыло в неясном противоречии эмоций. Он вдохнул, а затем выдохнул и сделал это ещё несколько раз, прежде чем смог наконец произнести: - Сестра... но ведь он... да он же просто не достоин тебя! Блять, как ты можешь так легко его прощать за всё?! - Не сердись, А-Чэн. - Яньли успокаивающе погладила его по плечу. - Он извинился за все, что сделал и наговорил тогда. - Да разве этого достаточно? Это он тебя соблазнил, да? Что он там тебе сказал, раз ты поверила в его слова? - А-Чэн, не злись. И не переживай за меня. Твоя сестра не такая наивная, чтобы поверить в чьи-то сладкие речи. К тому же, я просто люблю его... Цзян Чэн прикрыл глаза, успокаивая своё сердце. Спустя несколько минут он смог наконец произнести: - Да... Конечно, ты можешь делать всё, что хочешь. Сестра, но если он обидит тебя ещё хоть раз, я собственноручно побью его до полусмерти. - Это не потребуется. - Яньли улыбнулась, обнимая брата, на что тот тихо вздохнул. Вскоре Яньли вышла замуж за Цзинь Цзысюаня. И хотя ни Цзян Чэн, ни Вэй Усянь, случайно узнавший новость, не были в восторге от этого решения их сестры, всё же они оба поддержали её. После того, как Вэй Ин приходил посмотреть на то, как выглядит шицзе в свадебном платье, Цзян Чэн вызвался проводить его. Рядом с ними шёл Призрачный Генерал. - Цзян Чэн, а тебе кто-нибудь нравится? Не собираешься пока жениться? - спросил Вэй Усянь, хлопнув его по плечу. Несмотря на размолвку, произошедшую ранее, они вели себя так, будто всё хорошо, будто это была всего лишь небольшая ссора. - Нет. - Цзян Чэн покачал головой. Он никогда не влюблялся, а жениться ради того, чтобы исполнить традиции, не хотел. Его родители были самым ярким примером того, что этот путь не приведет ни к чему хорошему. - И правильно! Всё равно твой скверный характер не сможет выдержать ни одна девушка. - А ну закрой рот! - Цзян Чэн с ходу замахнулся, чтобы дать подзатыльник Вэй Ину, но тот увернулся. - Но это правда! Сейчас ты стал ещё злее, чем был в детстве. - Ты хочешь сказать, что твоё инфантильное поведение лучше? - Конечно! - Придурок. - Кстати, я слышал, последние недели Лань Сичэнь находился в Пристани Лотоса. - внезапно сменил тему Вэй Ин. - Да, а что? - Так... Он ведь не пристаёт к тебе? - Нет, конечно! Хотя он всё ещё говорит, что влюблён в меня. - Цзян Чэн задумчиво и чуть смущённо потёр подбородок. - А он настойчив! Цзян Чэн, за тобой ухаживает такой мужчина, почему ты выглядишь таким недовольным? - Вэй Ин рассмеялся, но, внезапно заметил, что лицо Ваньиня слегка покраснело. - Эй! Ты чего это? - Ничего. - хмуро отрезал Цзян Чэн. - Но у тебя было такое лицо, будто глава Лань имеет какие-то шансы. - Вэй Усянь схватил его за плечи и внимательно вгляделся в лицо шиди. - Что-то здесь не чисто! Цзян Чэн, признавайся, что у вас происходит? Если ты собираешься выйти замуж за Лань Сичэня, я обязан для начала проверить, достоин ли он твоего доверия! - О чём ты, блять, говоришь?! - Цзян Чэн вырвался из рук Вэй Ина. - Ничего между нами нет! Что ты там напридумывал? К тому же, почему ты думаешь, что будешь проверять кого-то на прочность? Это полностью моё дело. - Ошибаешься! Я твой шисюн и обязан проследить, чтобы ты выбрал хорошего человека. - Вэй Ин, ты слишком много на себя берёшь, я и своим умом обойдусь. - отмахнулся Цзян Чэн и, остановился. - Дальше иди без меня.