Оковы времени

Эббигейл стоял на тротуаре, ключ болтался внутри мешка, создавая небольшую тяжесть для парня. Петля. Это слово звенело в голове навязчивым, чужеродным ритмом. Городской воздух, мгновение назад казавшийся свежим, теперь был густым и затхлым, как в склепе. Он резко развернулся, нарушая привычный маршрут. Его ноги понесли его не к бульвару, где он обычно встречался с Клэр. Шаг был тяжёлым, будто каждую ногу отлили из свинца. Измени действия. Депо встретило его гробовой тишиной, нарушаемой лишь шелестом сорняков, пробивавшихся сквозь трещины в асфальте. Эбби прислонился к ржавой стене, пытаясь совладать с дыханием. Он вытащил ключ из сумки. Подделка мерцала тускло, но в его глубине, как в мутной воде, зашевелились тени. Система молчала. — Ладно, надо придумать план, — Эбби отпрянул от стены, начав ходить кругами, раздумывая, — во-первых, нужно понять, из-за чего происходят эти временные петли, скорей всего, для этого нужно сблизиться с Оливией и зачем ей ключ, а во-вторых, понять, как разрушить её без последствий. Он сгрёб ключ обратно в сумку и двинулся вдоль глухой стены депо. Сблизиться с Оливией. Это значило войти в её мир, в тот самый дом с тёмными окнами на холме. Значило снова пережить школьный бал, где она в синем платье смотрела на него так, будто видела насквозь. — Система, — прошипел он, не в силах сдержаться. Тишина в ответ была оглушительной. Молчание артефакта было хуже любой насмешки. Эбби остановился, упираясь лбом в шершавый кирпич. Запах ржавчины и пыли заполнил ноздри. Он должен был сделать то, чего не делал ни в одной из предыдущих итераций — пойти к ней не из-за денег, не из-за заданной траектории, а по собственной воле. Сильный страх сковывал горло холодным кольцом. Эббигейл выбрался из зарослей у депо, его тень длинной и жидкой змеёй ползла по щебню. Ключ в сумке стал тянуть сильнее, будто чувствуя приближение к цели — к тем самым воротам, за которыми где-то там была Оливия Вейн. Дорога вилась вверх, а в уме — калейдоскоп обрывков: её взгляд в школьном зале, холодный и аналитический, как скальпель, её пальцы, поправляющие прядь тёмных волос. Через пару минут хоть бы их живот заурчал. Вытащив небольшой резиновый кошелек из кармана и посмотрев, он нашёл несколько футов, которых вполне было достаточно на обед в какой-нибудь кафешке. Продолжив путь, яблочный дошёл до ближайшего заведения. Эббигейл поднял руку к тяжёлому дверному молотку в виде совы, но дверь с тихим вздохом отворилась сама, прежде чем он коснулся металла. Он переступил порог, и дверь бесшумно захлопнулась за его спиной, отрезая путь к отступлению. Холодный мрамор пола проникал сквозь подошвы ботинок. В сумке ключ дрогнул, издав едва слышный, похожий на звон колокольчика звук. Эббигейл огляделся. Интерьер был выдержан в строгом, минималистичном стиле, с преобладанием тёмных тонов и приглушённого освещения. В воздухе витал едва уловимый аромат чего-то пряного и незнакомого. Подойдя к одному из чистых столов, парень уселся за ним. Вскоре к нему подошла официантка, молодая девушка с усталыми глазами и собранными в тугой пучок волосами. Она молча положила перед ним меню, не поднимая взгляда. Эббигейл взял его, пробежался глазами по строчкам, но ничего не привлекло его внимания. Еда была последним, о чем он сейчас думал. — Мне кофе и блины, пожалуйста, — сказал он, возвращая меню. Официантка кивнула и удалилась. Эббигейл откинулся на спинку стула, пытаясь сосредоточиться. Сближение с Оливией. Кофе принесли быстро. Эббигейл сделал глоток. Горький, крепкий, он немного прояснил мысли. Он достал из сумки ключ. В тусклом свете кафе он выглядел обычным, ничем не примечательным. Но Эббигейл знал, что это не так. Внезапно над ним повисла тень. Повернув голову наверх, он увидел девушку, одетую в тёмно-зелёное платье, одна половина волос была чёрной, а другая белой. — Приветик, — сказала девушка. — И тебе привет, Зип, — поздоровался парень, подняв взгляд к владельцу ресторана, — давно не виделись. Ложка замерла в воздухе, кофе остыл за миг. Эббигейл ощутил, как ключ в сумке вибрирует низко, будто ворча. Зип — девушка с чёрно - белыми прядями и глазами, хранящими тысячи пикселей чужих жизней. Она скользнула в кресло напротив без приглашения. — Да, — с наигранной грустью сказала девушка, — почаще бы заглядывал бы сюда. Эбби просто кивнул, смотря в окно. — Мог бы и ответить всё-таки, в последний раз виделись сколько, недели две назад, — владелец ресторана с язвительной улыбкой наклонилась ближе к нему, — а полноценно общались в школе, а это было лет восемь назад. — Как вообще у тебя дела? — спросила Зип. — Нормально. У нас с Эбилин особо нечего нового, — ответил парень, делая глоток, — а как у вас с Чипом и Эдуардом? — Да тоже особо нечего нового, всё так же живём вместе, особо на мозги никто не капает, — Зип поднесла вилку и внезапно взяла один из блинов, продолжая смотреть на Эбби. Пальцы парня судорожно сжали мешок под столом. Зип наблюдала за ним с холодным любопытством хищницы, изучающей трепетную добычу. — Ты сегодня пахнешь страхом и сталью, — её голос был шелковистым лезвием. — И ещё… озоном, будто после грозы. Интересная смесь. Она протянула руку через стол, и её палец с чёрным лаком едва не коснулся его запястья. Эбби отдёрнул руку, но Зип лишь улыбнулась шире, обнажив идеальные зубы. — Я слышала, ты присоединился... Ну ты понял, — последние она проговорила уже более серьёзным тоном. — А... А о чём ты? — выдавил Эбби, ощущая напряжение. — Ох, милый. В этом городе стены имеют уши, а камеры наблюдения — свою собственную память. Особенно те, что находятся в… интересных местах. — Она наклонилась ещё ближе, её разноцветная прядь упала на стол. — Ты ходишь по краю. Оливия, она не очень хорошо обращаться к тем, кто ниже по классовому расположению, и она не прощает предатель... — Я знаю прекрасно, — сухо проговорил Эбби, вспоминая "вчерашний день". Девушка не ожидала, что её собеседник перебьёт её, но она решила не расспрашивать яблочного. Зип откинулась, будто произнесла обыденную фразу о погоде, но её взгляд просверлил его насквозь. Эбби понял — она знает всё. Или достаточно, чтобы разрушить его хрупкий план ещё до начала. — Мне нужно идти, — он встал, сгрёб ключ в сумку так резко, что звякнула посуда. Его кофе остался почти нетронутым, тёмным пророчеством на дне чашки. — Посиди ещё, — её голос стал тёплым, обволакивающим, словно густой мёд. Её ноги под столом легонько коснулись его голени, задержались там. — Ты же даже не поел. И я соскучилась по нашему… общению. Эббигейл замер, ощутив её прикосновение сквозь ткань джинс — настойчивое, исследующее. Зип медленно провела подошвой по его ноге, взгляд не отрываясь от его лица. — Зачем ты пошёл к нам? — Зип поднесла бровь, ожидая ответа. — Ты сама знаешь, какое не лучшее денежное положение у меня и моей сестры. Оливия предложила мне присоединиться за денежную помощь, — сказал Эбби, делая глоток кофе, — но... Я бы, если так сказать, хотел сблизиться с Оливией. Кожа Зип пахла жасмином и озоном от статики мониторов. Её ступня под столом скользнула выше, к его колену, давление было чётким и неоспоримым. — Сблизиться? — Она рассмеялась тихим, журчащим звуком. — Это не тот глагол, который используют с Оливией Вейн. Её не «приручают». Ей… служат. Или становятся расходным материалом. Она откусила кусочек его блина, не сводя с него глаз. Жевала медленно, нарочито. — Да не в этом смысле! — сказал немного покрасневший Эбби. — А, ну тогда я не думаю, что у тебя получить такие связи, но я могу помочь тебе. Мы с Оливией часто говорим, — продолжила она, наматывая белую прядь волос на палец. — Она такая одинокая на своём холме. И так ценит искренний интерес. Особенно от тех, кого… не до конца понимает. Её нога поднялась выше, упёрлась в его колено. Ключ в сумке загудел глухо, отзываясь на её слова, на её близость. Воздух в кафе сгустился, наполнился электричеством перед грозой. — Я могу помочь тебе найти подход к ней, — прошептала Зип, её губы изогнулись в обещающую улыбку. — Показать, что ей нравится. Какие жесты, какие слова её расковывают. — Она привстала, опершись локтями о стол, и её декольте приоткрылось, обнажив бледную кожу и тонкую цепочку с тёмным кристаллом. — Это требует доверия. Ты же доверяешь мне, Эбби?