Стажер с приветом

Сяо вошёл в кабинет, ощущая привычную, тягучую тишину, которая всегда предшествовала шторму. На мониторе горело письмо от клиента: «Феникс: Наследие. Выбор концепции». Он вызвал Итэра. Тот вошёл, безупречный и отстранённый, как всегда. — По проекту «Наследие», – начал Сяо. — Клиент ознакомился с вашими первичными концептами. Их выбор пал на эскиз под кодовым названием «Груз». Им нужна глубина. Бездны. Того, что остаётся после огня. Теперь это – основное направление. Ведущий дизайнер – вы. Дедлайн на финальный вариант – жёсткий. Итэр кивнул. Он уже неделю жил этим проектом, и эскиз «Груз» был его любимцем. — Понял. «Тень» была про страх. «Груз»… должен быть про силу, которая рождается из тяжести. Даже когда она ломает. — Именно. Клиент это почувствовал. – Сяо отправил официальное письмо-подтверждение. Теперь оставалось ждать, когда мир попытается этот успех сломать. Он почему-то не сомневался, что попытка последует. Эмбер налетела на Итэра у кулера, как маленький, тревожный торнадо в юбке. — Слышал? Лоуренс опять языком молотит! – прошептала она, озираясь. — Говорит, тебе «Наследие» впарили только потому, что ты «особенный друг» нашего ледяного принца. Что скоро весь отдел будет под твоей пятой! Итэр наливал воду, не меняя выражения. — Если моя пятка – самое страшное, что он может себе представить, то его фантазия безнадёжно скудна. Передай ему, что для настоящей интриги нужен хотя бы намёк на интеллект. А у него, судя по его слоганам, с этим туго. Эмбер фыркнула, но в глазах мелькнула тревога. Она чувствовала, как воздух в офисе сгущается, пропитываясь завистью и тревожным предчувствием чего-то плохого. Это случилось в четыре дня. Резкий, массовый email от отдела ИБ. Тема: «Чрезвычайное происшествие. Утечка конфиденциальных материалов». Вложение было простым скриншот. На нём – финальный, ещё не утверждённый, уникальный эскиз Итэра для «Феникса: Наследие» – тот самый «Груз», выбранный клиентом. И окно чата. Адрес + почтовый ящик в домене «Möbius», легендарного конкурента «Aeterna Lux». Текст: «Обнаружено в ходе мониторинга. Исходный доступ – учётная запись Вэй И.» Тишина в офисе стала звенящей. Все взгляды – на Итэра. Он сидел неподвижно, уставившись в свой экран, но уже не видя его. Внутри всё провалилось в знакомую, ледяную пустоту. «Опять. Конечно. Как иначе», – пронеслось где-то на задворках сознания. Сяо вышел из кабинета. Не к Итэру. Он направился прямиком в лифт, на верхний этаж. Его лицо было высечено из гранита, но по дороге он увидел Кадзуху. Юноша был смертельно бледен, его пальцы дрожали, сжимая распечатку с тем же самым скриншотом. — Сяо, я… я вчера видел… Лоуренс у его стола что-то… – Кадзуха задыхался. — Не сейчас, – отрезал Сяо, но его взгляд на секунду стал острее. Он всё запомнил. — Идите. Работайте. Переговорная. Сотрудник ИБ, молодой и нервный, задавал вопросы. Сяо сидел рядом, его присутствие было холодной, давящей глыбой. Итэр отвечал монотонно. «Нет». «Никому не передавал». «Пароль известен только мне». Сяо не смотрел на него. Он смотрел в стол, на свои собственные руки. Его указательный палец методично, с такой силой, что казалось, сотрёт кожу, тер сустав большого пальца. Он был частью системы, которая сейчас методично ломала человека, в профессионализме которого он был уверен. Это была пытка для них обоих, просто разного рода. В конце Итэра формально отстранили от проекта «Наследие» до выяснения обстоятельств. Это звучало как профессиональная смерть. Вечером, когда Итэр, сделав вид, что работает над архивами, собирался уходить, к нему подошёл Кадзуха. — Вэй, – голос его дрожал, но был твёрдым. — Я должен сказать. Вчера. Лоуренс. Он подходил к вашему системному блоку. Будто поправлял кабель. Но я видел… у него в руке была маленькая флешка. Такая же, как выдают в ИТ для резервных копий. Я… я струсил тогда сказать. Итэр медленно поднял на него взгляд. Не благодарный. Не гневный. Аналитический. — Понятно. Спасибо, – его голос был беззвучным шёпотом. — Теперь забудь. И никому. Это не твоя война. Но война уже шла. И у неё появилось лицо. Наверху, в кабинете с панорамным видом на захлёстываемый дождём город, шло совещание. Мадам Пин, директор. Хэ Сю из ИБ. Юрист. И Сяо. — ...логи сервера показывают доступ с учётной записи Вэй И. в нехарактерное время. Файл был скопирован на внешний носитель, имитирующий сетевое хранилище «Мёбиуса». Прямых доказательств умышленной передачи нет, но картина... – заканчивал доклад Хэ Сю. — Картина подстроена, – перебил Сяо, не повышая тона. — Вопрос не в виновности Вэя Вопрос в том, как мы спасаем контракт с «Фениксом», пока вы ищете призраков в логах. — Вы предлагаете игнорировать факт утечки? – спросила Мадам Пин. — Я предлагаю разделить задачи. Задача Хэ Сю + найти брешь. Моя задача – минимизировать потери. Глава клана Камисато ждёт реакции к утру. Молчание он воспримет как слабость. — Камисато Аято, – протянула Мадам Пин, и в её голосе прозвучало уважение, смешанное с опасением. — Он не слушает оправданий. Ему нужны решения, обёрнутые в шёлк и сталь. — Именно потому, что он ценит стальную логику, мы и имеем шанс, — Сяо включил планшет. На экране — утёкший эскиз и чистый холст. — Мы привезём ему не извинения. Мы привезём ему новый канон. Я возьму на себя руководство кризисной миссией с привлечением ключевого специалиста по проекту – Вэй И. Мы вылетаем в Инадзуму первым рейсом. В комнате повисла тишина. Это был не эмоциональный порыв. Это был холодный, взвешенный риск, озвученный языком стратегии и статистики. — 48 часов, – наконец сказала Мадам Пин. — Если к полудню послезавтра Камисато подпишет хоть меморандум о намерениях – инцидент закроем как внешнюю атаку. Если нет… – Она не договорила. Всем было ясно. Сяо кивнул. Не как подчинённый. Как генерал, принявший условия боя. — Договорились. Поздно вечером Итэр вошёл в кабинет по вызову. Он стоял у стола, не садясь. Его лицо было маской, но под глазами – тени от двух бессонных ночей подряд. Сяо, не глядя на него, уставившись в окно, сказал: — Собирайте вещи. Деловая поездка. Вылет в Инадзуму в 7:05. Встреча с Камисато Аято в 11:00. У нас есть ночь, чтобы создать новую концепцию с нуля. Расследование формально приостановлено до нашего возвращения. — Почему? – вырвалось у Итэра. Голос звучал хрипло от усталости. Это был не вызов. Это был уставший вопрос человека, который уже приготовился ко дну. Сяо повернулся. Его глаза в свете лампы казались выжженными. — Потому что иначе мы проиграем. Оба. А я ненавижу проигрывать. Он отодвинул клавиатуру. — Работать будем здесь. Принесите ваш планшет. И закажите кофе. Крепкий. Итэр кивнул. Это был не союз. Это был приказ на поле боя. И в этой чёткости была странная надёжность. Они проработали до трёх ночи. Молча, прерываясь лишь на односложные реплики. «Шрифт». – «Только засечённый. Древность». – «Цвет?» – «Чёрное золото и пепел. Никакого огня». За окном бушевала гроза. Итэр, краем глаза наблюдая, как пальцы Сяо с хирургической точностью вырезают идею из цифрового хаоса, вдруг понял: он видит не начальника. Он видит человека в момент его максимальной, сконцентрированной силы. И в этом была гипнотическая, опасная красота. Порыв ветра грохнул дождём в стекло. Сяо вздрогнул, его взгляд метнулся к темноте за окном. Итэр, не отрываясь от экрана, пробормотал: — Не бойтесь. Это просто шторм. В Ли Юэ они проходят стороной. Сяо замер. Эти слова, сказанные так буднично, ударили глубже любой поддержки. «Это пройдёт. Мы выдержим». Он не ответил. Просто кивнул и снова ушёл в работу. Но плечи его чуть расслабились. Когда концепт был готов, Итэр поднялся уходить. — Отправляйтесь домой. Поспите хоть пару часов, – остановил его Сяо. — Встречаемся в 5:30 у лифтов. Не опаздывайте. — Не опоздаю. Итэр был уже в дверях, когда обернулся. — И, Ли… спасибо за кофе. От «Рассвета». Он… не такой уж плохой. Он ушёл, оставив Сяо одного в кабинете, в тишине, нарушаемой только воем ветра и мерцанием экрана с их совместным творением. Сяо подошёл к окну, положил лоб на холодное стекло. Его отражение в нём было размытым, искажённым струями воды. Он чувствовал себя опустошённым и... живым. Опасность была чёткой, враг – определённым, задача – ясной. И был человек, с которым он, кажется, мог её решить. Он посмотрел на часы. До выезда – меньше трёх часов. За стеклом город тонул в ливне. По прогнозу, шторм должен был достичь пика как раз к утру. «Летите прямо в его эпицентр...» – прошептал он слова, сказанные когда-то Тартальей в шутку. Теперь это не было шуткой. Он взял своё пальто и потушил свет. Впереди была долгая дорога. И они должны были пройти её вместе.