Сердце Антилопы и Наследие Человечества

2257 год от Рождества Христова… на территории того, что осталось от Северной Америки. Человечество переживает свой последний закат. Золотые дни вида, блистательные эпохи минувших столетий — времена демократий и республик, империй и государств, давно канувших в Лету — остались в далеком прошлом. Человечество — не более чем бледная тень своего былого величия. Всё, что заставляло его сиять на голубом мраморе по имени Земля, было утрачено в самые мрачные времена. Вид поддался тлену времени и истории. К 2167 году Человечество достигло своей критической точки. Численность, превысившая 40 миллиардов, стала непосильной ношей для планеты. Огромный скачок в технологиях, медицине, науке и культуре привел к резкому снижению смертности и значительному увеличению продолжительности жизни. Если тысячелетиями численность сдерживали болезни и старость, то теперь даже самый простой человек мог рассчитывать прожить более ста лет. Низкая смертность в сочетании с высокой рождаемостью привела к стремительному росту популяции по мере развития технологий и науки. В 1650 году население составляло менее полумиллиарда, к 1850 году оно перевалило за миллиард, к 2050 году достигло 10 миллиардов, а к 2150 году превысило 35 миллиардов — слишком много для одной-единственной планеты… В тщетных попытках выжить Человечество боролось за существование в постоянно сжимающемся мире, за скудеющие ресурсы. И движимое страхом, гневом, недоверием и отчаянием, оно обернулось против себя самого в последней безнадежной попытке продолжить род. Союзники превратились в угрозу, оппоненты — в угрозу, и человечество, некогда единое хотя бы на словах, оказалось расколото на самом деле, когда воцарилась война. В 2207 году вспыхнула война, призванная положить конец всем войнам, которые вел человек. Оружие, которое столетиями служило гарантом мира и предотвращало мировые конфликты, было обрушено на сам вид, его создавший, чтобы их предотвратить. Спустя десятилетие, в результате этой войны, уцелело едва полпроцента человечества. Мир теперь лежал в руинах и пепле, неспособный прокормить и малейшую долю живых существ на своей поверхности. Ресурсы, на которые человечество надеялось опереться, чтобы удержаться на плаву, были утрачены из-за опустошительного действия ненависти и недоверия, жадности и страха. Земля теперь умирала в ослабевших руках Человечества, чья судьба была неразрывно связана с судьбой планеты. Потеряв последнюю надежду, оставшиеся люди укрылись в подземных городах, поддерживая существование так долго, как только могли. Но человечество больше не могло существовать на планете и медленно вымирало. Его гибель была предрешена в тот миг, когда на теле планеты появились эти шрамы, и вера в выживание растаяла, превратившись в ничто. В последнем, отчаянном порыве к спасению, человечество задействовало свои технологии, чтобы сохранить часть своего населения в надежде, что время исправит ошибки и грехи прошлого, что время, и только время, без вмешательства человека, исцелит раны, нанесенные родному миру. В самых современных подземных комплексах были подготовлены капсулы, предназначенные для сохранения тысяч лучших, самых ярких умов и самой большой надежды человечества на спасение вида. Избранными стали те, в ком не было порочных взглядов, алчных помыслов, тех греховных черт, что были в душе человечества. Они попытались очистить душу вида от его порочной части, чтобы, выживи они, прежние ошибки никогда не повторились. Те, кто остался снаружи, посвятили остаток своих жизней поддержанию работы капсул так долго, как только могли, питаясь единственной надеждой: когда те, кто внутри, пробудятся, они смогут построить мир ярче и лучше всего, что было в прошлом…

***

Старик просматривал программу на маленькой стеклянной сфере размером примерно в два бейсбольных мяча. Последние двадцать лет своей жизни он потратил на её программирование, пытаясь сделать её именно такой, как он задумал. Это была его последняя надежда, его последняя мечта… его окончательная вера в доброе начало своего вида. Вокруг него всё было погружено во мрак, за исключением экрана, в который он вглядывался. Вся оставшаяся энергия была перенаправлена на криогенные капсулы, где хранилось то, что осталось от его народа, от его вида. Максимум было подготовлено лишь тысяча капсул, а все остальные были обречены на медленную смерть от старости, от нехватки ресурсов для их поддержания. Теперь он был один… из всех, кто оставался поддерживать работу системы, жив и бодрствовал лишь он. Только он и этот последний дар, который ему нужно было подготовить. — Всё… – простонал он, закрывая программу и обновляя её. Спустя секунды основание стеклянной сферы вспыхнуло красочным сиянием огней, и то, что предстало перед ним, заставило его улыбнуться. — Теперь ты готова… – пробормотал он. Маленькая фигурка внутри сферы прижала ладони к стеклу, а на её лице застыло выражение изумления и радости от вида дряхлого старика перед ней. — Ты — всё, что есть в "нас"… всё, что делает "нас" добрыми. – прошептал он, осторожно поднимая сферу и прижимая её к себе. Фигурка внутри улыбнулась и кивнула в знак согласия, зная, что он говорит правду, и испытывая невероятную радость от его слов. — Я не знаю, когда ты проснёшься в следующий раз… или в каком мире очнёшься… или останутся ли ещё "люди" вообще. Но помни: ты… он… и все, кого ты встретишь… – шептал он, медленно, устало бредя по тёмным коридорам и металлическим переходам к своей цели. — Ты должна надеяться, верить… и быть уверена… что мир… станет "лучше", чем он есть сейчас! Она кивнула, показывая, что понимает, и всё так же улыбалась, пока он с ней говорил. — Ты должна дать им знать, кого бы ты ни встретила… дай им понять… что мы не были злом… что в каждом из нас есть что-то хорошее. – сказал он, входя в холодную тёмную комнату и медленно подходя к приготовленному им ящику. — Помоги им построить прекрасный мир… Она кивнула и наблюдала, как он медленно поместил сферу в ящик, взял небольшую криокапсулу и подключил её к генераторам базы и к резервному генератору, чтобы обеспечить её бесперебойную работу. Внутрь этой маленькой капсулы он положил герметичный пакет, содержащий единственное семечко. — Помни… вся магия созидания… существует… в одном… крошечном семени! – сказал он дрожащим голосом, укладывая семя и герметично закрывая капсулу. Капсула засветилась неоново-голубым светом, и из её герметичной камеры с лёгким шипением вырвалась струйка холодного воздуха, что означало успешную заморозку семени. — Помни об этом… помни… Она кивнула, пока он наклонился, отключил питание сферы, а затем подключил её к маленькой криокапсуле, чтобы они оставались связаны друг с другом. Затем он, дрожа, поднялся. Его слабые колени тряслись от недоедания, отсутствия ухода и истощения, пытаясь удержать его на ногах. Суставы ныли, мышцы болели невыносимо, но он всё же добрался обратно в командный центр, включил консоль управления питанием и опустился в кресло. Он уставился на панель управления питанием и увидел, что единственными активными системами остались системы рециркуляции и очистки воздуха, а также та небольшая доля энергии, что поступала в командный центр. Всё остальное было отдано Криогенным Капсулам. — Мы сделали это… друзья мои… – прошептал он в пустоту, будучи последним живым и бодрствующим. — Мы сделали… всё, что могли… остальное… мы оставляем… на вас! Он ввёл последние команды, отключив всё оставшееся питание и установив таймер на десять секунд. — Удачи… сын мой! – прошептал он, пока таймер отсчитывал секунды. Через мгновение экран погас, и вентиляция воздуха прекратила работу. Без неё он мог бы продержаться от силы ещё месяцев десять, пока воздух не закончится. Но у него не было надежды прожить эти десять месяцев. Он улыбнулся и закрыл глаза. — Остальное… мы оставляем… на вас! – прошептал он, погружаясь в сон. — Да искупите вы грехи наши… за все преступления… что мы совершили. Он уснул, и в какой-то момент его тихое дыхание прекратилось, сердце перестало биться… а его тело безвольно обмякло в кресле. Тем временем, в Криогенном Зале, где тысяча яйцевидных капсул, каждая с одним спящим, замороженным человеком, ожидающим разморозки под контролем компьютера, стояла, едва слышно гуля. Десятилетие, век, тысячелетия… они ждали… Ждали… [Запасы энергии на уровне 29%. Анализ поверхностных данных…] [Ошибка… не удается обнаружить… попытка продлить срок службы систем питания, проверка доступных опций на основе собранных данных…] [Переоценка вариантов распределения энергии…] [Прекращение подачи энергии к капсулам с 1 Альфа по 110 Альфа…] [Повторная проверка запасов энергии... текущий уровень запасов 68%… активных капсул осталось: 890] Они ждали… [Перераспределение энергии завершено... активных капсул осталось: 406…] Они ждали… [Аварийные меры по перераспределению энергии завершены… активных капсул осталось: 2…] Они ждали… [Аварийные меры по перераспределению энергии завершены… активных капсул осталось: 1… оставшихся запасов энергии недостаточно для поддержания криогенного стазиса, отключение питания в течение 500 стандартных лет] Они ждали… до тех пор… пока наконец…