Янтарь и Морион Исцеляют Тьму

Когда Люциан очнулся в следующий раз, то обнаружил себя в знакомых покоях замка Сладострастия. Кай сидел в кресле, не сводя с него обеспокоенного взгляда. Впервые Люциан осознал, что случилось. Он перерождается в светлое начало. И процесс трансформации ещё не завершён. Зато он вспомнил кое-что важное. Много важного, часть которого у него нагло украли, стерев память, а часть которого тщательно скрывали. В частности, выяснилось, почему он не мог чувствовать эмоции так же, как все нормальные люди. Сейчас они захлёстывали его с головой и пока что руководила всем злость. Он попытался встать, но получилось только приподнять голову. - Ты! - прорычал Люциан. - Зачем забрал мои воспоминания? Владыка тьмы что-то промямлил, пытаясь оправдаться, но став великой светлой сущностью Люциан больше не хотел никаких сказок о его же личном благе. Светлая сила ударила Кая по лицу наотмашь, раз уж он не мог подняться с постели, чтобы сделать это лично. - Вы оба с Ксандром такие противоречивые! Сначала без спроса лезете мне в душу, а потом пытаетесь исчезнуть и сделать вид, что ничего не было. То ли от упоминания названного брата, то ли от удара демон поморщился. Он поторопился вновь объясниться, пока Люциан молча кипел изнутри. Сила начала в нём возвращала не только утерянные воспоминания, но и показывала события прошлого с точки зрения всеведующего существа. Его невесты как таковой и не существовало. Всё это время внутри прятался Ксандр. Каждый значимый разговор вела с ним не Амели, а владыка демонов. Ксандр прогуливался с ним по вечерам, Ксандр расчёсывал ему волосы, берёг его подарки и обнимал так, словно надеялся разжечь в холодном сердце искру любви. Тогда это было невозможно, ведь мелодия флейты стёрла с воспоминаниями что-то значимое в нём, что-то, что делало его собой настоящим. А сейчас оно вернулось, и Люциан больше не мог разобраться в запутанном клубке из злости, сожалений, абсолютно неправильных ростков нежности и боли. Эти демоны тянули его каждый в свою сторону зубами, как собаки перепавшее им лакомство. И зубы оставляли кровоточащие следы. - И что ты хочешь услышать? Да, я злюсь на тебя, - вздохнул Люциан, как только Кай закончил рассказывать о том, как его игры с чужими воспоминаниями обратились в неснимаемое проклятье. - Ты мог просто не присматривать за мной лично. Оставил бы в первой попавшейся деревне, тебя бы даже боги не попытались наказать. Но тебе было интересно присмотреться ко мне. И как? Понравилось то, что увидел? Чернота в глазах демона будто сгустилась ещё больше, и Владыка Луны проследил, как он нервно сглотнул перед ответом: - Понравилось слишком сильно, так что я уже не хотел искать светлое начало. А так не должно быть. Люциан от негодования даже сумел бросить в него подушкой. Владыка тьмы поймал её и придержал у себя на коленях, наверняка опасаясь, что та снова полетит в него. - Как связано светлое начало и твои чувства ко мне? Давай на мгновение представим, что я всё ещё обычный заклинатель, а в начало переродился тот же Эриас. От этого что-то поменяется? Нет. Потому что начала не обязаны быть возлюбленными. Мы можем любить кого угодно, нет никаких правил. Правила устанавливаем мы сами! - Люциан прикрыл глаза, потому как от длинной тирады закружилась голова, но всё равно почувствовал нарастающее беспокойство Кая. - И ты...? Люциан закрыл пылающее лицо ладонями. Этот демон смеет спрашивать, любит ли он его после всего, что с ним случилось. - Я должен подумать. Давай пока обсудим, как поступить с предателем. Они успели поговорить о присутствии в кругу доверенных лиц Люциана Хамелеонова Гриба, прежде чем он совсем не выдохся. Ускользая из реальности, Люциан думал, как много демонов притаилось вокруг него. Наверное поэтому в его сон проник старый знакомый, не иначе как привлечённый мыслями о нём.