Вместе

Смерть – скучная сука. Она не приходит в шикарном лимузине с шампанским и не объявляет о себе громко. Она шепчет. Сначала – в результатах анализов, которые Олег, не моргнув глазом, положил в шифоньер к паре «Прада». Потом – в внезапной одышке, когда он поднимался по мраморной лестнице в свой домашний кинотеатр. А сейчас она просто сидела с ним рядышком, невидимым, но пахнущим стерильностью гостем, и смотрела, как он пятый час подряд листает глупейшие сайты. Деньги. Их было океан. Нагретые на сомнительных поставках, отмытые через фонды и крипту, они лежали мёртвым грузом в банках, пока их хозяин медленно, но верно превращался в такой же груз. Диагноз был чёток, как удар ножом: год. Плюс-минус. И это «минус» Олега бесило больше всего. Он привык контролировать всё. А тут контроль уплывал, как дорогущее вино сквозь пальцы. Главная проблема, помимо неизбежного конца, была предельно физиологична и унизительна: его «друг» ниже пояса давно объявил забастовку. Девушки, юноши, экзотические шоу – ничто не пробуждало в нём ничего, кроме легкой брезгливости и скуки. Он покупал страсть, как покупал яхты, но она не срабатывала. Казалось, тело, получив смертельный приговор, решило сэкономить силы и отключило все «лишние» опции. Отчаяние, остроконечное и едкое, привело его в самые тёмные уголки интернета. Туда, где за криптовалюту показывают всё, что угодно, и делают всё, что угодно. Он заходил под ником «Меценат», бросал щедрые чаевые, наблюдал за реакцией. Ноль. Ни искры. И вот, уже собираясь выключить компьютер и заказать себе очередной, бесполезно дорогой скотч, он наткнулся на канал «Plague Doctor». Эстетика была мрачновато-театральная: тёмная комната, бархатная драпировка, маска чумного доктора с длинным клювом, скрывающая лицо. Но тело… Тело было шедевром: гибкое, спортивное, с рельефом мышц, который проступал под кожей при каждом движении. Доктор не раздевался догола – он танцевал. Странно, чувственно, под какую-то меланхоличную электронную музыку. Его движения были полны не развязности, а какой-то сдерживаемой, дикой энергии. Он что-то рассказывал низким, слегка хрипловатым голосом с русскими интонациями, обращаясь к камере так, будто это не объектив, а живой человек. —и вот представьте, – голос был почти философским, – социальная сеть, где алгоритмы не стравливают людей, а реально соединяют по интересам. Не просто «лайки», а совместные проекты. Я бы назвал её «VMESTE». Мечта, да?» Олег застыл. Его пальцы сами потянулись к мышке. Он не слушал про социальные сети. Он смотрел, как двигается эта тень в маске. Как напрягаются мышцы предплечья, когда «Доктор» опирался о стол. И впервые за долгие месяцы где-то в глубине, под толщей апатии и боли, дрогнула какая-то струна. Не возбуждение еще. Но… интерес. Живой, острый, как щепка. Олег зашёл в чат. Всплыло окно для приватного сообщения. Он отправил тысячу долларов просто так, чтобы привлечь внимание. Маска на экране повернулась к камере. Казалось, за тёмными стёклами прорезей кто-то всматривается. Меценат: «Доктор, у меня диагностировали чуму. Одинокую. Готовы проконсультировать?» Из-под маски раздался короткий, неожиданно молодой смех. Plague Doctor: «Консультации платные. И я не врач. Я, скорее, симптом общественной болезни. Но спасибо за донат. Он пойдёт на сервера для «VMESTE». Олег ухмыльнулся. Нашёл. Нашёл того, кто говорит не только телом. Ключ, возможно, лежал здесь в этой странной смеси откровенности и тайны, мечтательности и физической мощи. Его пальцы залетали по клавиатуре. Отчаяние кристаллизовалось в авантюрную, безумную идею. Меценат: «Забей на свои сервера. У меня для тебя предложение. Снимай маску. Покажи лицо. Позволь мне… увидеть тебя. И позволь мне тебе заплатить. Не за это. Для этого. Я привезу тебя в США. Всё оплачу. Первый класс, люкс, всё, что захочешь. Мне нужна… твоя искренность. Твоя страсть. Мне нужно ожить. Цена – твоя.» На экране воцарилась тишина. «Доктор» замер. Музыка играла, но он не двигался. Олег видел, как на его мониторе появился курсор – тот обдумывал ответ. Прошла минута. Две. Plague Doctor: «Вы либо сумасшедший, либо очень хороший тролль.» Меценат: «Я умираю, доктор. У меня много денег и мало времени. Сумасшедший? Возможно. Это последний шанс на клиническое чудо. Твой проект «VMESTE»… Думаешь, это совпадение, что я вышел именно на твой канал? Я дам тебе денег. Столько, что ты построишь не социальную сеть, а целую социальную вселенную. Но сначала… сначала ты должен попытаться меня спасти. Не от смерти. От бесчувствия.» Олег откинулся в кресле, чувствуя, как сердце бьётся чаще. Не от болезни. От азарта. Он бросил вызов судьбе, смерти и этому загадочному русскому парню по ту сторону экрана. Наконец, пришел ответ. Короткий и сбивающий с толку. Plague Doctor: «Меня зовут Сергей. И я ненавичу летать на самолётах.» Олег рассмеялся, гортанно, впервые за много недель. Это был смех, в котором было всё: безумие, надежда и предвкушение абсолютно непредсказуемого будущего. Меценат: «Прекрасно, Сергей. Я пришлю за тобой корабль. Или подводную лодку, если захочешь. Готовь чемодан. Мы начинаем наше странное лечение.» И он закрыл ноутбук. В роскошной, безмолвной гостиной пахло уже не смертью. Пахло приключением. Глупым, дорогим, рискованным и пахнущим… страстью. Возможно.