Принц-обманка.

Утро началось жарко и слишком ярко. Солнце уже пробилось сквозь тяжёлые бархатные шторы, упрямо заливая комнату золотым светом. Один особенно наглый луч упал прямо на лицо Аарону, заставив его недовольно сморщиться даже сквозь сон. Он попытался отвернуться, но тело отказывалось слушаться. Было жарко. Невыносимо жарко. И тяжело. Принц еле-еле приоткрыл один глаз. Над ним, почти полностью накрыв его своим телом, спал Кевин. Тяжёлый, горячий, как настоящая печка. Одна рука рыцаря лежала поперёк груди Аарона, вторая — под его талией, а нога вообще заброшена сверху, придавливая его к матрасу. Кевин дышал ровно и глубоко, уткнувшись носом куда-то в светлые растрёпанные волосы принца. Аарон почувствовал, как по спине уже стекает тонкая струйка пота. - Н-нх… - тихо простонал он и начал действовать. Сначала лёгкий толчок в бок. Ноль реакции. Тогда он пихнул сильнее в плечо. Кевин только сонно хмыкнул и прижал его ещё плотнее. В отчаянии Аарон согнул колено и довольно ощутимо ткнул рыцаря под рёбра. - Эй! Ты… нх! Решил меня раздавить за ночь, медведь неуклюжий?! Слезь с меня немедленно! Кевин наконец приоткрыл один глаз. Посмотрел на раскрасневшегося, взъерошенного Аарона долгим сонным взглядом… и медленно, очень медленно улыбнулся. Уголки губ приподнялись мягко, почти ласково. - Доброе утро, ваше высочество, — пробормотал он хриплым от сна голосом. Аарон возмущённо фыркнул: - Какое ещё доброе?! Ты меня задушишь своей тушей! Слезай, я сказал! Кевин чуть приподнял руку, будто собираясь отпустить. Этого хватило. Аарон моментально выскользнул из-под него, как змей, и откатился на край кровати. Он сел, тяжело дыша, и натянул одеяло до груди, будто это могло спасти его достоинство. Кевин повернулся на бок, подперев голову рукой, и с той же сонной улыбкой добавил: - Вы всю ночь ко мне прижимались, ваше высочество. Я думал, так и надо. Аарон замер. Лицо мгновенно залилось ярко-алым цветом от шеи до самых кончиков ушей. - Я?! - голос сорвался на возмущённый писк. - Да никогда в жизни! Клевета! Наглая ложь! Ты… ты врунишка! Предатель! Я никогда такого не сделаю! Он резко подскочил на ноги, чуть не запутавшись в одеяле, и фыркнул так громко, что звук разнёсся по всей комнате. - И вообще! Это ты ночью перелез на мою кровать! Я тебя не звал! Ты сам… сам всё придумал! Кевин тихо и мягкорасмеялся , от чего Аарон покраснел еще больше. - Я просто хотел что-бы вам было удобнее - невинно сказал он. - А потом хотел сразу уйти..но вы меня не отпускали. - Я не пускал тебя уходить.. Потому что… потому что было холодно! Да! Вот! А ты… ты греешь как печка, вот я и… и просто терпел! Он стоял посреди комнаты в одной длинной ночной рубашке, растрёпанный, красный, с горящими глазами, и выглядел одновременно возмущённым и невероятно милым. Кевин сел на кровати, потянулся, и его рубашка задралась, открывая кусочек живота. Аарон быстро отвёл взгляд. - Ты… ты вообще прекрати так улыбаться! - буркнул принц, разворачиваясь на пятках. - Я пошёл в ванную! И не смей за мной идти! И не смей больше на меня ложиться, как на подушку! Я принц, а не твоя… твоя личная грелка! Он быстро исчез за дверью ванной комнаты, громко хлопнув ею для верности. Но даже через толстую дверь Кевин услышал, как Аарон продолжает тихо бурчать сам с собой: - …всю ночь прижимался… как же… наглый рыцарь… медведь… улыбка его дурацкая… Кевин откинулся обратно на подушки, глядя в потолок, и улыбнулся ещё шире. Этот маленький вредный принц точно сведёт его с ума раньше, чем они оба повзрослеют. И, кажется, ему это даже нравилось.

***

На улице стоял настоящий зимний холод. Ветер гнал сухой снег по дорожкам сада, а голые ветки деревьев тихо постукивали друг о друга. Но внутри комнаты было тепло. Почти жарко. Аарон сидел, привалившись спиной к груди Кевина, закутанный в толстый плед и в его же тяжёлый плащ. Рыцарь приобнимал его сбоку, одной рукой придерживая за талию, а второй лениво перебирая светлые пряди волос принца. Они так и не встали с широкого подоконника у окна. Завтрак давно прошёл мимо них - солнце уже стояло высоко, а слуги, предупреждённые Эндрю, даже не осмелились постучать в дверь. - Ты как печка, - тихо пробормотал Аарон, сильнее прижимаясь спиной. - Даже не верится, что на улице мороз. Кевин тихо хмыкнул, опустив подбородок на макушку принца. - Значит, я полезный, ваше высочество. - Не зазнавайся, - фыркнул Аарон, но без привычной колкости. Голос вышел мягче, чем он хотел. - Просто… удобно. И всё. Они молчали. Только ветер за окном и редкое потрескивание дров в камине нарушали тишину. Аарон закрыл глаза и попытался запомнить это ощущение: тепло, запах дерева в камине и снега. «Было бы прекрасно, если бы всё это длилось вечно», - подумал он. Но Аарон знал скоро придётся возвращаться. Обратно в школу, в холодные коридоры, в строгий распорядок и вечное «ваше высочество» от всех вокруг. Без этих тихих ночей на крыше, без беготни по лесу, без того как Кевин улыбается ему одному своей дурацкой улыбкой, от которой внутри всё теплеет. Время пролетело слишком быстро. И вот он снова в карете. Колёса мерно постукивали по замёрзшей дороге, карета покачивалась, а за окном тянулись заснеженные поля и голые деревья. Аарон сидел, завернувшись в меховой плащ, и смотрел в окно. Лицо было равнодушным, почти скучающим, но внутри всё сжималось от тоски. Он тяжело вздохнул и прижался лбом к холодному стеклу. Воспоминания приходили сами, тёплые и яркие несмотря на мороз за окном. Как они в тот день убегали к замерзшему озеру и Кевин учил его скользить по льду, держа за обе руки. Аарон тогда смеялся так громко, что эхо разносилось по всему лесу, а потом поскользнулся и повис на шее у рыцаря, бурча: «Это ты виноват!» Как ночью на крыше Кевин завернул его в свой плащ, а Аарон, набравшись смелости, быстро чмокнул его в щёку и тут же начал возмущаться: «Это ничего не значит! Просто… агрх. Это ты во всём виноват!» Как утром после той ночи он проснулся, весь мокрый от жара, под тяжёлым телом Кевина, пихал его коленкой и кричал «медведь!», а Кевин только сонно улыбался. Аарон почувствовал, как щёки снова предательски теплеют. Он быстро отвернулся от окна и уткнулся лицом в меховой воротник, чтобы никто не увидел. «Глупый рыцарь… - подумал он с тихой тоской. - Как же я теперь буду без своей печки?» Карета продолжала ехать вперёд, унося принца всё дальше от поместья, но в груди у Аарона теплилось то детское чувство. Он тихо прошептал в воротник, так, чтобы никто не услышал: - …Я скоро вернусь. Только не вздумай греть кого-то друго-го.

***

Но стоит вспомнить подробнее как прошли его каникулы.Верно? Одним морозным утром Аарон проснулся, потянулся под одеялом и, не открывая глаз, громко объявил в потолок: - Сегодня я иду проверять, как поживают мои подданные в городке. Нужно… ну… лично убедиться, что всё в порядке. Кевин, который уже стоял у окна открывая ставни, только тихо улыбнулся. Он уже научился переводить принцевские «проверки» на нормальный язык: «мне скучно и хочется приключений». Через полчаса они вышли из поместья пешком. Аарон категорически отказался от кареты. - Я хочу проветриться, - заявил он, высоко задрав подбородок. - И вообще, свежий воздух полезен для здоровья. Кевин, как верная «охрана», шёл чуть позади и сбоку, но Аарон то и дело замедлял шаг, чтобы рыцарь оказался рядом. Город сиял. Зимняя ярмарка превратила узкие улочки в настоящее волшебство. Над площадью и торговыми рядами висели длинные гирлянды из еловых веток, перевитых ярко-красными лентами и звенящими колокольчиками. Каждый прилавок был украшен фонариками и бумажными звёздами. Снег лежал чистым белым покрывалом на крышах и карнизах, а под ногами хрустел, искрясь на солнце. Воздух пах пряностями, жареным мясом, свежим хлебом и дымом от множества маленьких жаровен. Повсюду звучал смех, музыка флейт и пение музыкантов, крики торговцев и радостный визг детей. Люди веселились от души: кто-то пил горячее вино из глиняных кружек, кто-то танцевал под весёлую мелодию, дети бегали между прилавками, играя в снежки и катаясь на самодельных санках. Даже старушки улыбались, глядя на эту суету. Аарон шёл с широко раскрытыми глазами. На нём был красивый зимний наряд в холодных тонах: тёмно-синий бархатный плащ с серебряной оторочкой из меха горностая, под ним белоснежная рубашка и тёмно-серый камзол с тонкой серебряной вышивкой в виде снежинок. Светлые волосы выбивались из-под меховой шапки с маленькой серебряной брошью в форме короны. В этом наряде он выглядел одновременно принцем и просто красивым мальчишкой, которого очень легко было потерять в толпе, если бы не Кевин, который ни на секунду не отводил от него глаз. - Ох, смотри! - Аарон тут же потянул Кевина за рукав к ближайшему прилавку. - Я хочу всё попробовать. Сначала пошли сладости. Яблоки в карамели блестящие, золотисто-красные, на деревянных палочках. Аарон откусил большой кусок, довольно зажмурился, но потом вдруг скривился: - Слишком сладко… - и тут же сунул остаток Кевину. - На, доедай. Потом были тонкие блины, щедро посыпанные сахарной пудрой и политые мёдом. Аарон съел почти целый, испачкав щёку, и снова протянул Кевину остатки. Дальше - солёное. Кусочки копчёной рыбы, горячие мясные пирожки, маленькие колбаски на гриле. Аарон пробовал всё с важным видом, но почти всегда морщил носик и отдавал Кевину: - Это слишком солёное. Или слишком жирное. Или… просто не для принца. Когда дело дошло до вина - Аарон важно взял маленькую кружку горячего пряного вина, сделал глоток, скривился так, будто съел лимон, и немедленно сунул кружку Кевину. - Фу. Горькое. Пей сам. Кевин молча пробовал всё, что ему давали, а потом незаметно выкидывал остатки, когда Аарон отвлекался. При этом он не переставал смотреть на принца: как тот сияет глазами, как смеётся, когда дети кидают в него снежком и сразу грозит пальцем «я принц!», как красиво выглядит в этом серебристо-синем наряде на фоне ярмарочных огней. Через пару часов Аарон начал тихонько подрагивать. Мороз всё-таки брал своё, особенно когда солнце стало клониться к закату. Кевин молча снял свой тяжёлый тёплый плащ, шагнул ближе и накинул его на плечи Аарона, одновременно обнимая принца одной рукой и прижимая к себе. - Эй! - возмутился Аарон, но не сделал ни шагу в сторону. - Что ты себе позволяешь, рыцарь? Я не мёрзну! Я просто… немного… - Конечно, ваше высочество, - спокойно ответил Кевин, крепче прижимая его под плащом. - Просто стой ближе. Я грею. Аарон ещё немного поворчал: - Наглый… думаешь, если большой, то можно всех обнимать?.. - но при этом сам прижался плотнее, уткнувшись носом в плечо Кевина. Под плащом действительно было невероятно тепло. Они бродили ещё долго. Уже стемнело, ярмарка зажглась множеством фонарей а люди всё так же смеялись и пели. Когда совсем стемнело и стало по-настоящему поздно, они наконец повернули обратно в поместье. Аарон шёл, почти полностью завернувшись в плащ Кевина, и тихо бурчал себе под нос: - В следующий раз… возьмём с собой корзину. И я сам выберу что подобает есть принцу. А ты будешь носить. Кевин только улыбнулся и крепче обнял его за плечи. - Как прикажете, ваше высочество.

***

Ночь была тихая и морозная. В поместье уже давно все спали, только где-то далеко в конюшне фыркали лошади. Аарон лежал в своей огромной кровати под тяжёлым балдахином, завернувшись в одеяло по самый нос, и не мог уснуть. Он уже третий раз переворачивался с боку на бок, когда услышал тихий, едва различимый стук в стекло балконной двери. Сердце подпрыгнуло. Он знал этот стук. Аарон нехотя вылез из-под одеяла, накинул тёплый шерстяной халат и, шаркая тапочками, подошёл к двери. За стеклом стоял Кевин — в тёмном плаще, с растрёпанными от ветра волосами и лёгкой улыбкой, которую Аарон уже научился ненавидеть потому что она всегда заставляла его щёки гореть. Принц приоткрыл дверь и сразу накинулся шёпотом: - Ты совсем с ума сошёл? Сейчас ночь! И холодно! Что ты здесь делаешь, рыцарь-идиот? Кевин протянул руку ладонью вверх. На чёрной перчатке лежала одна-единственная крупная снежинка, которая медленно таяла. - Смотри, - тихо сказал он. - Первый снег в этом году. На крыше он ещё не растаял. Пойдём? Аарон открыл рот, чтобы сказать «нет», «ты дурак», «я принц, я не хожу по крышам ночью», но вместо этого только фыркнул и сунул ноги в тёплые сапоги. - Ладно. Но только на пять минут. И если я замёрзну это будет полностью твоя вина! Они поднялись по узкой винтовой лестнице на самую высокую башню. Кевин шёл первым, иногда оглядываясь и придерживая Аарона за локоть, когда ступеньки становились скользкими. На крыше было тихо и волшебно. Снег лежал тонким белым покрывалом, а небо над ними было чистым, усыпанным звёздами. Луна светила ярко, почти как маленький фонарь. Они сели на широкий каменный парапет, укрытый плащом Кевина. Аарон сразу прижался ближе - якобы «чтобы не упасть». - Смотри, - прошептал Кевин, показывая вверх. - Вон та яркая - это Полярная. А если прищуриться, можно увидеть, как снежинки летят прямо сквозь звёзды. Аарон долго молчал, запрокинув голову. Снежинки падали медленно, кружась в лунном свете, и на миг ему показалось, что весь мир стал совсем маленьким и только их двоих. Вдруг он повернулся к Кевину, быстро, почти испуганно, привстал на цыпочки и чмокнул его в холодную щёку. Получилось громко и неловко «чмок!». Кевин замер. Аарон тоже. - Это… это чтобы ты не думал, что я совсем неблагодарный, - быстро пробормотал Аарон, отодвигаясь и пряча лицо в воротник халата. -И вообще! Не смотри на меня так! Это был просто… порыв. От луны. И снежинок. И холода, наверное. У меня мозги замёрзли! Он начал бурчать, всё быстрее и громче: - Ты вообще меня сюда затащил, чтобы я заболел? Великан неуклюжий! Рыцарь-простолюдин! Если я завтра чихну хотя бы раз... я прикажу тебя… ну… заставлю меня всю неделю развлекать! И никаких «я на посту»! И… Аарон говорил и говорил, но голос становился всё тише, потому что Кевин просто смотрел на него с той самой мягкой улыбкой и не перебивал. Через несколько минут принц поёжился, обхватил себя руками и недовольно шмыгнул носом. - Ладно… хватит. Я замёрз. Очень. Пошли обратно. И не смей меня нести, я сам спущусь! Кевин молча встал, отряхнул плащ и протянул Аарону руку. Тот, бурча что-то про «всё равно возьму, потому что лестница скользкая», вложил свои пальцы в ладонь рыцаря. Пока они спускались, Аарон всё ещё краснел в темноте и мысленно ругал себя последними словами. Но когда они уже стояли у двери его комнаты, он тихо, почти неслышно добавил: - …Спасибо. За снежинки. И за звёзды. Кевин только кивнул и мягко сжал его руку перед тем, как отпустить. - Спокойной ночи, ваше высочество. Аарон фыркнул, быстро юркнул в комнату и закрыл дверь, но ещё долго стоял, прижавшись спиной к ней, и глупо улыбался в темноту.

***

Аарон вернулся в школу вместе с Эндрю. Карета въехала во двор академии под серым зимним небом, и сразу стало понятно: каникулы закончились. Настоящие, тёплые, с ярмаркой, снежинками на крыше и тяжёлым тёплым плащом Кевина - закончились. Первый день прошёл в суете. Аарон едва успел распаковать вещи, когда в коридоре столкнулся с Нилом. - О, принц вернулся, - Нил улыбнулся своей чуть кривой улыбкой, поправляя сумку на плече. - Как каникулы? Аарон пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушно. - Нормально. Скучно было, - соврал он и быстро добавил: - А у тебя? Нил только хмыкнул и пошёл дальше. Аарон смотрел ему вслед и думал, что Нил, наверное, даже не представляет, насколько «нормально» у него было. А потом началась учёба. Каждое утро Аарон просыпался от холода. В спальне было намного холоднее, чем в поместье. Он сворачивался под одеялом и первые несколько минут просто лежал, вспоминая, как просыпался рядом с рыцарем..следом Аарон резко вставал, умывался ледяной водой и шёл на завтрак.На занятиях он сидел прямо, с гордо поднятой головой, но мысли постоянно уплывали.Когда учитель истории рассказывал про древние битвы, Аарон представлял, как Кевин в полном доспехе защищает его от «врагов».На каллиграфии он механически выводил буквы и думал: «Интересно, умеет ли Кевин писать так быстро?» На языках он иногда ловил себя на том, что улыбается, вспоминая, как Кевин тихо поправлял его произношение, когда они вместе читали старые книги в библиотеке поместья. Эндрю иногда бросал на него быстрые взгляды, но ничего не говорил. Брат, как всегда, всё замечал. Самое тяжёлое было вечером. После ужина Аарон уходил в свою комнату, садился у окна и смотрел на заснеженный двор. Иногда он доставал из ящика стола маленькую серебряную брошь-снежинку ту самую, что была на его шапке на ярмарке. Кевин тогда незаметно поправил её, когда она чуть съехала. «Глупо, - думал Аарон, крутя брошь в пальцах. - Просто кусок металла». Но всё равно клал её под подушку.Иногда он писал письма. Не отправлял, просто писал. «Сегодня на уроке фехтования меня чуть не проткнули. Ты бы, наверное, сказал, что я слишком высоко держу руку.» Потом рвал листок и бросал в камин. Ночью Аарон сворачивался калачиком под более тонким одеялом шептал в темноту: - Дурак… как же холодно чёрт. Иногда ему казалось, что если сильно-сильно зажмуриться, то можно почувствовать запах снега, дома, Кевина. Но потом он открывал глаза - и вокруг только холодные стены и тишина. Эндрю, который спал через комнату, однажды ночью зашёл без стука. Увидел, как Аарон сидит у окна, завернувшись в плед, и просто сказал: - Если хочешь, могу написать, чтобы его перевели сюда охраной. Аарон резко повернулся, покраснел и фыркнул: - Не надо! Я и без него прекрасно справляюсь! Эндрю только кивнул и ушёл. Но Аарон знал он всё понял. Однажды утром, когда Аарон уже совсем загрустил, ему принесли письмо. Обычный конверт, без печати. Внутри — всего одна строчка, написанная твёрдым, немного угловатым почерком: «Не мёрзни слишком сильно.Я всё ещё жду тебя. К.» Аарон прочитал её три раза подряд, потом прижал письмо к груди и впервые за много дней улыбнулся - по-настоящему, широко, как на той ярмарке. Он аккуратно сложил листок и спрятал под подушку рядом со снежинкой-брошью. - Глупый рыцарь… - прошептал он, но голос был тёплым. - Жди меня. Я скоро придумаю, как вернуться.

***

День начался как обычно: холодно, серо и скучно. Аарон сидел на занятии, механически записывая что-то, когда в класс тихо вошёл помощник директора и что-то шепнул учителю. Тот кивнул и громко произнёс: - Принц Аарон, вас просят к директору. Немедленно. В классе мгновенно стало тихо. Все головы повернулись к нему. Кто-то из мальчишек уже ехидно улыбнулся наверняка ждал, что принца опять будут отчитывать за очередную выходку. Аарон же только высокомерно вскинул подбородок и встал. - Конечно, - бросил он холодно. По дороге в кабинет директора он мысленно перебирал последние свои «прегрешения». Кажется, ничего серьёзного за последние две недели не было. Ну почти. Директор - строгий пожилой мужчина с аккуратной седой бородкой встретил его неожиданно приветливо. Вместо привычного недовольного взгляда на лице была довольная улыбка. -Ваше высочество, присаживайтесь. Я вызвал вас не для выговора. Наоборот. Аарон сел, настороженно прищурившись. - Ваши последние оценки… впечатляют. Особенно после каникул. Преподаватели отмечают заметный прогресс в дисциплине, в знаниях и даже в поведении. Король и совет очень довольны. Аарон чуть расслабился. «Ну наконец-то оценили», - подумал он с лёгким самодовольством. Директор продолжил: - В связи с этим принято решение отправить вас на дальнейшее обучение в Королевскую Академию за морем, в Валенсию. Это одна из лучших школ континента. Вы будете изучать политику, дипломатию, военное дело, языки… всё, что необходимо будущему правителю. Корабль отплывает через десять дней. Аарон замер. Слова «за морем», «несколько лет», «полностью выучиться» медленно доходили до сознания. - …Что? - тихо переспросил он. - Полный курс четыре года. Иногда пять, в зависимости от успехов. Вы вернётесь уже взрослым, готовым к настоящим государственным делам. Это большая честь, ваше высочество. Аарон почувствовал, как внутри всё обрывается. Четыре года. Может, пять. Без поместья. Без зимней ярмарки. Без крыши под звёздами. Без тяжёлого тёплого плаща и сонной улыбки Кевина по утрам. Он сжал кулаки на коленях так, что костяшки побелели. - Я не хочу, - вырвалось у него резко, почти по-детски. Директор мягко улыбнулся, будто ожидал такой реакции. - Это не просьба, принц. Это решение вашего отца и совета. Вы отправляетесь за море. Корабль «Серебряный ветер» будет ждать вас в порту. Аарон встал так резко, что стул скрипнул по полу. - Это… это глупо! Я и здесь могу учиться! Зачем меня куда-то отправлять, как посылку?! Я принц, а не какой-то… ученик или..! Голос дрогнул. Он быстро отвернулся к окну, чтобы директор не увидел, как у него подозрительно блестят глаза.Шок медленно сменялся тяжёлой, холодной грустью. Сердце сжималось так сильно, что дышать стало трудно. Несколько лет. Он не увидит Кевина несколько лет. Этот наглый, спокойный, тёплый рыцарь останется здесь, а он будет где-то за морем, в чужой стране, среди чужих людей. - Я… - Аарон сглотнул ком в горле и постарался вернуть свой привычный вредный тон. - Ладно. Раз так надо… я поеду. Но только потому, что это приказ короля. Не потому, что мне хочется. Он развернулся и пошёл к двери, стараясь держать спину прямо. - Ваше высочество, у вас есть десять дней на сборы, - мягко напомнил директор. - Если нужно что-то особенное… - Я справлюсь сам, - отрезал Аарон и вышел, тихо закрыв за собой дверь. В коридоре он остановился, прислонившись спиной к холодной стене. Руки слегка дрожали. «Четыре года…» Он представил, как Кевин стоит на пристани и смотрит, как корабль уходит всё дальше. Как он сам будет каждую ночь вспоминать ту улыбку и тёплое «ваше высочество». Как будет холодно без него.Аарон резко вытер глаза рукавом и глубоко вдохнул. - Глупо… - прошептал он себе под нос. - Всё это глупо. Потом развернулся и решительно зашагал к своей комнате.Он будет собирать вещи.Он поедет, потому что принц не может отказаться от приказа.Но внутри уже зрела тихая, упрямая мысль: «Я вернусь. И ты будешь ждать меня, рыцарь. Обязательно».