Мне мало тебя. И тебя.

      Запахи двух альф, кажется, абсолютно не сочетающиеся между собой, теперь стали волшебной гармонией, совершенно лишившей тело омеги какого-либо веса. Как будто Джин витал в облаках, хотя был зажат между двух альф. Он уже стыдливо фантазировал об этом, украдкой, но то, что он себе представлял, не шло ни в какое сравнение с действительностью. Особенно в моменте, когда губы Тэхена всё-таки нашли его губы, и сразу стало понятно, что они с Юнги действовали заодно.       И это было головокружительно. Один язык во рту, чувственно неторопливый, другой — на шее, и в какой-то момент Джину начало казаться, что Юнги, короткими, но частыми жадными вдохами собирающий его запах, также пытался тут же распробовать его на вкус. Омега закинул руку и обхватил ладонью затылок Юнги, на случай если тот решит взять передышку, но альфа стал только упорнее, до аккуратных засосов и мягких покусываний лаская его шею.       Джин положил вторую ладонь Тэхену на плечо, а потом спустил ее ниже, прижимая к крепким мышцам груди и задев твердый сосок. Случайное и в другое время неловкое касание превратилось в методичное поглаживание пальцами, которое заставило альфу быть наглее. Настолько, что омеге пришлось запрокинуть голову на плечо Юнги и остановить свою чувствительную провокацию, потому что теперь он был вжат в грудь нависающего над ним Тэхена. Стало жарко — чья-то горячая рука забралась к нему под футболку, вверх и через горловину сжала шею, до этого изнеженную губами и языком. Тэхен теперь солировал, а Юнги… это была рука Юнги? Почему он остановился? И пришедшая мысль обожгла стыдом щеки.       Юнги смотрел? Как его целует Тэхен? Прижимал к себе за талию, держал за шею, не давая задыхающемуся поцелуем омеге сделать вдох. Но вдруг пространства стало больше. Воздуха между ними стало больше. Две руки на пояснице, две ладони на талии, и чьи-то пальцы на подбородке. Это всё казалось каким-то наваждением, и когда Джин открыл глаза, он увидел перед собой лицо Юнги. И лицо Тэхена, которое тот пытался спрятать на шее альфы, вместе с бесстыжими губами, которые до этого ласкали омегу. Он целовал его, и Джин мог видеть, насколько альфе это нравилось.       — Ты…       Джин не понимал, что именно хотел узнать, а у Юнги уже был ответ, и рот омеги вновь оказался занят, но не бессмысленными теперь словами. Альфа сразу начал с главного. Пылкого, глубокого, заставляющего поворачивать голову за жадными, раскрытыми губами. Джин таял на его языке. Млел в руках альф, которые уже были, кажется, под его кожей, оставляя омегу совершенно беззащитным под их напором.       — Теперь… — Юнги тяжело дышал, прижавшись лбом к омеге, который даже не пытался перевести дыхание. — Можно перейти к…       Альфа отстранился так, как будто это было самым сложным его решением в жизни. И Тэхен оторвался от его шеи. Не успел посмотреть в заволоченные тяжелым, давящим возбуждением глаза, потому что Юнги, прижимая к себе омегу, свободной рукой схватил его за шею и дернул к себе. Большой палец скользнул по подбородку к нижней губе и заставил Тэхена открыть рот, оттянув её. Джин перестал дышать, наблюдая за этой… хищной страстью. Альфы не целовались — боролись, сплетясь языками и цепляясь друг за друга. Тэхен сжал пальцы в волосах Юнги так, как будто хотел его остановить, при этом всё с большим жаром отвечая на этот поцелуй.       Джин не знал Юнги таким. Джин смотрел, не моргая, и не мог отвести глаза, испытывая кипящую смесь из восторга и смущения, при том, что альфы совершенно не стеснялись. И не забывали о нем, в чем омега убедился, когда одна рука, вдавливаясь в кожу, поднялась вверх по позвоночнику, а вторая — протиснулась под резинку штанов, трусов и сжалась на его ягодице. Это было что-то другое. Что-то, до этого остающееся лишь в воображении. Черта, на которой теперь оставалось лишь неловко балансировать, всё больше затапливая легкие насыщенными феромонами альф.       Это был инстинкт. Что-то, что мог бы нашептать дьявол праведнику, взяв его за руку. Джин закрыл глаза. Это всё было стыдно и при этом до дрожи сладко. Дрожи в пальцах, которыми он пытался нащупать доступ к коже альф, пока его собственная горела от смелых прикосновений. Но кто-то перехватил его руку, сжал и резко опустил вниз, прижав к… Джин открыл глаза. Юнги. Прижимал его ладонь к своему отчетливо выделяющемуся под брюками члену. Это… Альфа посмотрел на него, когда оторвавшись от его губ, Тэхен потянулся к его уху и… Юнги отпустил омегу. Юнги, уронив голову, сделал шаг назад, упираясь в плечи задыхающегося от возбуждения Тэхена.       — Стоп.       Джин сразу понял — альфа что-то увидел на его лице. В глазах.       — Это зашло…       — Нет, нет, нет! — Джин решительно запротестовал. — Я не…       Он готов был сам схватиться за член Юнги, чтобы показать, что это было лишь секундное помешательство, растерянность не слишком опытного омеги, но альфа остановил его.       — Я бухой. — В голосе слышалась надрывная хрипотца. — Гон скоро. Я… — Он тяжело сглотнул и, подняв голову, посмотрел на Джина. — Хуйни могу натворить. Не время сейчас. Не по-пьяни.       Тэхен стоял и, молча, неуместно для их еще неостывшей страсти, задумчиво смотрел на альфу.       — Юнги. — Омега дернулся к нему. — Прости, я…       — Джин. — Альфа изобразил подобие улыбки. — Помнишь наш первый секс? То же теперь. Потом. Обязательно. На трезвую и без ебущих меня гормонов. Так будет лучше. И круче.       — Согласен. — Тэхен кивнул, и Джин недовольно посмотрел на него, всё еще надеясь, что Юнги удастся переубедить. — И восхищен. Стойкостью.       — Хера? — Юнги горько усмехнулся. — Мне… надо остыть. — Его взгляд засуетился, не зная, на чем остановиться. — Пойду, прогуляюсь. До дома.       Джин вытаращил глаза и открыл рот, чтобы высказаться по этому поводу, но Юнги его опередил. Подошел и, двумя руками смяв щеки, крепко поцеловал, смяв уже губы.       — Это мои заебы. Ты вообще не при чем. И я реально домой. Никаких лишних приключений. Пройдусь, потом вызову такси. Обещаю. Хорошо?       Он говорил мягко, вкрадчиво, и Джин кивнул, сразу ему поверив.       — Я тоже…       — Оставайся. — Юнги повернулся к Тэхену. — Ибо нехуй.       Он виновато улыбнулся, но, прежде чем уйти, замешкался, а потом подошел ко второму альфе и, как будто боялся передумать, быстро клюнул его в щеку. В щеку. Это было настолько неожиданно и трогательно, что Тэхен не нашелся, что ответить.       И застигнутый врасплох альфа, и расстроенный омега только смотрели в след Юнги, уже закрывшему за собой дверь.       — Получается, я всё-таки всё испортил.       Тэхен обнял Джина со спины, положив голову ему на плечо. И омега накрыл его руки. Это были самые теплые объятия, и теперь невозможно было поверить в то, что всё произошедшее до этого было не выдумкой.       — Не мог.       Альфа стал его покачивать, как ребенка, и Джин заулыбался. Наверное, он на самом деле не чувствовал себя виноватым, особенно после того, что услышал от Юнги. Возможно, где-то в глубине души он не был готов к такому. Правда, вероятно, если бы они не остановились, он бы потом не жалел. Только вспыхнул как факел от стыда, пропитанный виски, но и это был совсем не факт.       — Я остановил его, как когда он прижал мою руку к своему… — Омега сказал это на выдохе. — Члену.       — А это уже другое. Верно.       Судя по голосу, альфа сожалений не испытывал. И это было странно, если учесть, как он хотел всего этого вместе с Джином, и Джин повернул к нему голову. Тэхен улыбался, рассеянно, сам себе.       — Тебе смешно?       — Я просто лишний раз убедился в том, что не встречал таких альф, как доктор Мин. Который даже пьяный и за пару дней до гона смог позаботиться о чувствах других. С ним ничего не может быть страшно. У нас на работе, если какие-то проблемы по вырезке, все к нему идут. — Тэхен продолжал улыбаться, пока Джин с любопытством слушал. И смотрел. — Он надежный. Вдумчивый. Его все воспринимают всерьез. Уважают. Некоторые даже боятся, но только потому, что уважают. Вот я сейчас, как альфа, восхищен. Потому что я бы остановиться не смог.       Их глаза встретились, и Джин тут же опустил свои. Опять. У Тэхена был невыносимый взгляд. Пронизывающий. И был он на всегда красивом лице. Он был настолько привлекательным, что это уже можно было назвать притягательностью. Как огонь притягателен для мотыльков. Кажется, они были знакомы уже давно и даже целовались и всё такое, но Джин знал, что не устанет удивляться. И смущаться, возможно. И улыбаться, когда Тэхен потерся носом об его щеку.       — Мне кажется, я правда пока не до конца готов. Наверное, на восемьдесят процентов. А теперь получается, что я этого хотел больше всего, и сам же… — Джин невольно надул губы. — Это глупо, да?       — Когда ты впервые заговорил о сексе втроем, я уже тогда понял, что ты фантазер. — Тэхен отстранился от Джина, взял его за руки и присел на стол, оставив омегу между своих коленей. — И Юнги понимает. И знаешь, я бы больше расстроился, если бы ты сейчас как нечего делать опустился перед нами на колени и… — Тэхен не договаривал, с улыбкой наблюдая за тем, как менялось лицо омеги. И альфа, наконец, рассмеялся, пока омега поджал губы. — Ты такой милый.       — Я бы выбрал, чтобы вы стояли, а я сидел на кровати. Или вы бы лежали рядом друг с другом, а я бы сидел на ваших ногах. — Теперь пришла очередь Тэхена удивляться, а Джина — торжествовать. — Я смотрел порно. Хотел понять, что мне может понравиться. — Омега с сомнением прищурился. — Или ты думал, что я не способен на…       — О, после того, как во время своего гона ты меня покусал…       Джин сначала покраснел, потом, уже смущенный, нахмурился, а после этого агрессивно надул щеки.       — Я тебе нос откушу, если ты еще раз мне это припомнишь.       Тэхен снова засмеялся. Ему было так весело, что он запрокинул голову, но когда уязвленный омега попытался отобрать у него свои руки, удержал его.       — Я тоже смотрю порно. Что тебе нравится?       Альфа в один миг стал сосредоточенным. Теперь он смотрел на омегу прямо, с чуть опущенной головой и почти исподлобья, из-за чего Джину стало казаться, что теперь намечается разговор, которому суждено решить судьбу человечества. Или лишить его возможности уйти от ответа, когда Тэхен поднес его пальцы к своим губам. И до сих пор смотрел. И это уже было, но у Джина приятно запекло и зазудело внизу живота.       — Ласки и поцелуи. Всевозможные. А еще… — Он опустил глаза, раздумывая над тем, стоит ли продолжить, и тогда альфа взял его ладони, приложил к своим щекам и стал смотреть как милый щеночек. Так, что ему невозможно было теперь не довериться, что Джин и сделал, борясь с улыбкой. — Когда после вот таких ласк идет жесткий секс. Но такой… — Омега скривился. — Не слишком.       — Но по попе можно шлепнуть.       Джин держался, а потом засмеялся.       — По попе можно.       — А когда омега руководит? — Тэхен убрал руки от своего лица и стал мягко подушечками пальцем разминать ладони Джина, что оказалось очень приятно. Настолько, что захотелось закрыть глаза. — Тебе нравится?       — Поподробнее.       — Когда омега говорит альфе, что делать, а тот послушно всё исполняет.       Джин с недоверием смотрел на Тэхена, а тот, кажется, пребывал в предвкушении чего-то.       — А тобой можно руководить?       — И нужно. — Альфа самодовольно улыбнулся. — Мне нравится мысль, что я буду исполнять твои желания. Или желания Юнги. Знаешь, что я представлял, когда у меня был гон, и я страдал в кровати, накрывшись твоей футболкой?       Пульс участился, под кожей начало разливаться тепло и в нетерпении засуетились мурашки.       — Что?       — Что ты сидишь на моем лице, а Юнги — на моем члене, и оба вы бессовестно пользуетесь моей полной покорностью.       Тэхен невинно улыбался, но у него так горели глаза, что в блестящих зрачках Джин мог бы рассмотреть свое отражение. Если бы так не разволновался.       — Правда, за это потом пришлось бы расплатиться, но вам бы точно понравилось. — Альфа видел, что его рассказ смог увлечь омегу. — У меня высокий статус. В природе, где правят инстинкты, это бы значило доминирующий альфа-самец, поэтому во время гона, когда остаются только инстинкты, я доминирую. Вообще, это актуально для каждого альфы, и ты скоро убедишься в этом с Юнги, но у меня… — Тэхен задумался. — Пожестче.       — Насколько?       Джин думал, что в его голосе будет сомнение, подозрение чего-то, с чем ему будет сложно примириться, тревога, которую обычно испытывают тогда, когда знают, что услышат что-то, что может не понравиться… Он волновался, да. Но это было хорошее волнение, что не ушло от чуткого альфы.       — Мне нравится, когда омега ложится на край кровати и свешивает голову, чтобы я мог обхватить его горло и всё чувствовать.       Он не говорил прямо, но Джин всё понял. У него выделилась слюна, как будто он уже был в том моменте, и он сглотнул.       — Если сзади, я заставляю прижимать плечи к кровати и придавливаю голову — в такой позе… — Альфа, не моргая, смотрел в глаза омеги. — Доминировать проще. И приятнее. Для всех.       — И чтобы… колени пошире?       Голос предательски дрогнул на середине фразы.       — Ты точно видел это в порно. — Тэхен притянул Джина к себе, обняв за талию и всё еще заглядывая ему в глаза. — Потому что до нас с Юнги у тебя не было хороших альф.       Он выделил хороших, но омега почему-то подумал не о порядочности и честности. О темпераменте.       — Я уверен, что Юнги горяч. И после обеспокоенного Всё ли хорошо?, дерет так, что искры сыпятся из глаз.       Джин вспомнил, непроизвольно закусив нижнюю губу, как будто боялся это подтвердить вслух, и Тэхен понял, что не ошибся.       — А ты бы мог…       — Я уже сказал ему, что, если он захочет, я нагнусь. Если собираешься любить альфу, должен быть готов уступить. Думаю, именно это его и смущало. До последнего времени.       Судя по голосу и взгляду, Тэхен был честен. А Джин теперь пытался не фантазировать об этом. И всё это при том, что он, после слишком внезапного ухода Юнги, успел практически протрезветь. Запах Тэхена тоже не мог быть виноват, потому что с этого расстояния он еле-еле касался его обоняния. А что тогда?       — Ты бы хотел увидеть это?       То, как альфа смотрел на него, никак не вязалось с тем, что он говорил. И омега, как будто это могло помочь вывести Тэхена на чистую воду, запустил пальцы в его волосы, став перебирать мягкие пряди и почесывать кожу голову, что сразу же заставило альфу прикрыть глаза и откинуть голову.       — Я не буду отвечать.       Альфа заулыбался, а потом открыл только один глаз.       — Хочешь узнать, на что бы посмотрел я?       — Удиви меня.       Снисходительная улыбка быстро сошла с лица Джина, когда руки Тэхена оказались под его футболкой. Как тогда. Здесь же.       — Как я трахаю твои сладкие губы, пока Юнги, закинув твои ноги себе на плечи, трахает тебя.       Да, именно так в порно выглядит секс втроем, с двумя альфами и одним омегой. Да, Джин видел такое в кино и стеснялся представлять себя на этом месте. На месте того, кто задыхается слюной, стонами, запахами, обливается потом и слезами и единственный, кажется, получает удовольствие за двоих. Джин знал, что получит удовольствие. Потому что Джин тек от запахов своих альф.       — Тебе нравится такая идея?       Вкрадчивый шепот, заискивающий взгляд и стояк омеги, который альфа, возможно, почувствовав, уже ощупывал вернувшимися с поясницы пальцами.       — Тебя тоже это возбуждает?       Можно было соврать. Отстраниться. Сказать, что это слишком, и что их омега слишком приличный, чтобы вот так бесстыдно обсуждать такое вслух.       — Хочешь этого?       Тэхен искушал его. Прощупывал, вместе с членом, границы, за которые Джин не позволить зайти. Хотел понять, на что омега был готов в этот момент, а чего от него можно было не ждать. Воздух стал плотнее. Атмосфера потяжелела, и все от напряжения, которое опасно заискрилось между ними. Либо придется извиняться, либо…       — Я хочу трахнуть твои сладкие губы.       В нем всегда это было? Бессовестно прямой взгляд так сексуально контрастировал с покрасневшей от стыда шеей… Альфа не обольщался — омега на самом деле был воплощением секса из его самых смелых и самых сладких фантазий. А что нужно делать с фантазиями? Тэхен, не отпуская Джина, поднялся, подхватил его под бедра и, ловко развернувшись, усадил на стол. То, что нужно, и омега, обняв его за шею, тут же припал к грязным из-за озвученных пошлостей губам, языком собрав с них бесстыжее послевкусие разврата. Это был его альфа, а со своим альфой он может позволить себе всё.       Тэхен вжимался в его раскрытые бедра, нависая, упираясь в стол и побуждая Джина опуститься на спину. Его хотелось вдохнуть целиком. Забить им легкие до отказа, давиться, кашлять, задыхаться и всё равно тянуть носом, беспорядочно прикладываясь губами. Альфа легко снял с омеги штаны вместе с трусами, дернул его ближе к краю, и Джин сел. Тэхен тоже сел, на корточки, закинув гладкие упругие бедра себе на плечи. Голову вело. Сделав один только вдох, он превратился в животное, у которого были только инстинкты.       Альфа взял руки омеги и прижал их к своей голове, и Джин понял, что он не шутил. И теперь, смотря ему в глаза, широко раскрытыми губами по длине, от яиц к головке, собирал сочащуюся смазку. Омега взял свой член у основания и положил головку на высунутый язык. За эту покорность потом придется заплатить, но как же это было… горячо. Джин начал тянуть к себе голову Тэхена, наблюдая за тем, как по языку член медленно проскальзывал в горло. Альфа проглотил. Омега прижимал его нос к своему лобку, пока сам запрокинул голову. Еще немного… Пара движений, чуть глубже, так, что язык чувствительно прошелся по мошонке, и только после этого Джин вытащил член, а Тэхен вновь начал дышать.       — Теперь лижи яйца.       Омега пальцами приподнял мошонку, и альфа первый раз провел языком по гладкой коже яичек, одно втянув между губ. Джин что-то довольно простонал, и Тэхен втянул второе, собирая языком свою же слюну, которая смешивалась со сладкой клубничной смазкой. Такой же сладкой, как тихие, протяжные стоны, прерывающиеся только на судорожные вдохи.       Член вновь оказался во рту, и на этот раз Джин крепче вцепился в волосы и стал притягивать голову с большим напором и скоростью. Трахал рот альфы. Только мысль об этом обдавала всё внутри кипятком, а вид… Тэхен брал его, не замечая влагу в уголках растянутых губ. Его глаза были закрыты, но потом, когда омега вновь позволил ему вдохнуть, он посмотрел на него, медленно обведя головку языком.       — Понравилось?       Так смотрит дикий кот на беззащитного хомячка, которого успел загнать в угол. Но почему-то Джин не чувствовал себя в ловушке. В любом случае, лучшая защита — это нападение, и он теперь почему-то был уверен в том, что альфа поймет его правильно. Когда он опрокинулся на спину и поднял ноги, прихватив их под коленями. Подставил хищнику свое самое слабое, после беззащитной шеи, место и… Выиграл, выгнувшись в спине, ощущая легкие, дразнящие прикосновения кончика языка, которые стали методичнее, когда Тэхен сильнее развел его ягодицы. Ласкал агрессивно, жадно, и омеге казалось, что это альфа теперь получал удовольствия. Сразу захотелось большего и, будто прочитав его мысли, как и полагалось хорошему альфе, Тэхен выпрямился и приник к его губам. Был подвох. В виде двух пальцев, которыми он легко по стекающей смазке растягивал путь для члена.       — Ты не ответил.       Одной рукой он придерживал омегу за плечи, другой трахал, упираясь в кожу костяшками.       — Да.       — Что дальше?       Джин не мог как следует открыть глаза, выпотрошенный полученными впечатлениями. Пустоту внутри нужно было срочно заполнить.       — Трахни меня.       — Как?       Теперь альфа одной рукой пытался справиться с застежкой брюк, вглядываясь в полуприкрытые возбуждением глаза омеги.       — Чтобы я… — Джин зацепился за футболку на плечах Тэхена и, комкая ее непослушными пальцами, потянул на себя. Альфа помог ему, и через мгновение, омега смог впиться в его голые плечи ногтями, почувствовав головку члена. — Кончил.       Разогретый, растянутый, разомлевший и ко всему готовый, Джин легко впустил его в себя, уткнувшись в сильную шею. Пахло приближающимся оргазмом, который штормом нависал над неспокойным, горчащим солью морем. Волны беспощадно бились о берег, так же, как бедра альфы о раскрытые бедра омеги, который вцепился в напрягшиеся на спине мышцы. Был заполнен до предела, который приближался с каждым грубым, глубоким толчком, сплющивающим их яйца. Омега не мог вдохнуть, а альфа не мог его теперь пожалеть.       — Хочу… сзади.       И Тэхен сразу выпрямился. Взял его двумя руками за шею и крепко поцеловал. Губами к губам, без языка, потому что затем он стянул Джина со стола и резко развернул к себе спиной. Приподнял одно бедро и поставил руку, чтобы омега не травмировался о деревянный край.       — Вот так?       Пальцы сжались на шее, шепот заполнил голову и остался в ней, прикрутив звук реальности до вырывающихся из альфы вместе с воздухом хрипов. Джин запрокинул руку, но схватился не за шею, а за волосы Тэхена, бездумно натянув их. Пытался удержаться, пока альфа трахал его так, как будто ненавидел. Или любил настолько, что готов был пойти на всё, лишь бы его омега совершенно забылся. Смачный шлепок, и Джин обессиленно застонал, сократившись на распирающем его изнутри члене. Он чувствовал, как его собственный налился и потяжелел в предвкушении оргазма.       Он упивался силой и властью своего альфы.       — Я… — Не смог договорить, так как Тэхен почти вышел и потом резко вбился в его бедра. — Хочу…       — Чего?       Омега не упал только потому, что его держали. Крепко. За горло, не давая сглотнуть.       — Кончи мне… — Не понимал, не осознавал, но, казалось, отчаянно хотел. И больше не мог терпеть. — В рот.       Тэхен что-то прорычал, вжавшись носом в щеку омеги. А потом резко вышел из него, развернул к себе и, одной рукой держась за член, другой — сжав плечо Джина, побудил его опустится на колени. Омега не противился, потому что именно этого и хотел. И сам высунул язык, доверчиво смотря в черные блестящие глаза, при этом надрачивая свой член.       Альфа прижимал головку к губам, судорожно оттягивая крайнюю плоть. Недолго, и первая вязкая струя спермы попала только на кончик языка — он явно не хотел, чтобы Джин подавился. Потому что потом он заставил взять его член целиком. В горло, которое рефлекторными сокращениями выцеживало по капле остатки спермы.       Джин кончил. От этого, ладонью успев накрыть головку. Тэхен освободил его рот. Только сейчас омега заметил, что альфа был в брюках. Он даже не разделся, просто… Джин облизал губы.       — Что ты прячешь?       Альфа опустился перед ним, мягко обхватил пальцами запястье и раскрыл ладонь, на которой остались следы… Он размашисто слизал их, смотря омеге в глаза, и омега потянулся к его губам. Хотелось ласки. Это было слишком сильно. И без сожалений.       — Ты в порядке?       Они уже почему-то стояли, и Тэхен бережно обнимал Джина, позволяя полностью расслабиться.       — Останешься?       — Ты уже знаешь, как можешь со мной разговаривать.       Услышав это, омега поднял голову.       — Я хочу, чтобы ты остался.       Тэхен с нежностью улыбнулся.       — Как скажешь.       — И потер мне спинку.       Джин надул губы.       — И рассказал сказку на ночь.              — Не жмет?       Джин с улыбкой оглядел Тэхена, который тоже осматривал себя, а потом, поднимая голову, тряхнул влажными волосами, зачесав их пальцами назад. Увидев, что омега наблюдал за ним, почти не моргая, альфа пару раз игриво дернул бровями. Джин, нахмурившись, пошел к кровати, и теперь пришла очередь Тэхена с восхищенно раскрытыми глазами следить за ним. Они поделили пижаму — омеге рубашка, а альфе — штанишки. Сидели в обтяг, но это теперь не имело никакого значения.       — О! — Джин только сейчас взял в руки телефон, на котором горело уведомление. — Юнги написал!       

Со мной всё в порядке. Дома. Готовлюсь к рабочему дню. Пытаюсь не сдохнуть. Как ты?

      — Ответить ему честно?       Джин смотрел на Тэхена, а тот уже забирался под одеяло. Под обдумывание ответа на этот сложный вопрос. Но омега не стал ждать. Быть честным — лучшая стратегия.       Тэтэ решил остаться, и мы с ним ложимся спать.       — Я написал.       Омега смотрел на телефон, а альфа смотрел на него. И как только он подобрался поближе и вытянул руку, Джин тут же оказался у него под боком, сжимая телефон двумя руками.       — Думаешь, он…       

Еще выпили или потрахались?

      Альфа и омега переглянулись. Если бы Юнги был здесь, можно было хотя бы попытаться угадать, что он чувствовал по этому поводу, а так…       

Если что, я завидую. Никаких обид. Тэтэ привет.

      — То есть, так просто?       Джин с сомнением смотрел на Тэхена, теперь надеясь, что он сможет оценить искренность альфы, потому что сам был альфой. А Тэхен задумался.       — Ты выбрал меня. Я твой альфа. Мы с Юнги стали общаться нормально, и он, кажется, принял тот факт, что мы с тобой пара. — Услышав пара, Джин почувствовал внутри что-то новое. Нежный укол чего-то… однозначно приятного. Однажды они станут трио. — Он взрослый мужчина и понимает, что рано или поздно в отношениях двух половозрелых людей может появиться секс. Так что…       

Блять, мне реально похуй на то, трахались вы или нет.

      Через пару секунд.       

В смысле я бы даже присоединился

      Сообщение почти тут же было удалено, но и Джин, и Тэхен успели его прочесть.       

Я завтра обедаю один. Присоединишься? Или у вас с Тэтэ планы? Он тоже может приехать. Я буду рад.

      — Грамотно. — Тэхен кивнул, при этом улыбаясь. Рассеянно и явно своим собственным мыслям. Насчет того, что альфе будет приятно его увидеть. — Написал, что будет мне рад, и сразу дал понять, что наш секс его не смутил.       Мы с удовольствием.       

Завтра напишу. Отдыхайте. Или трахайтесь. Всё хорошо.

      Джин засмеялся.       — Кажется, он всё-таки не уверен, что смог донести до нас свою мысль. — Он посмотрел на Тэхена. — Не хочет, чтобы мы сделали неправильные выводы.       — Бережет наши чувства. Я говорил тебе — он сказочный альфа. — И на эти словах, Тэхен прижался щекой к макушке Джина. — Напиши, что мы его целуем.       Целуем тебя. Оба. Спокойной ночи.       

Приятных.

      И Джин, совершенно довольный собой, отложил телефон, а потом повернулся к Тэхену и обнял его, прижавшись к крепкой груди, под которой немного неровно билось сердце. Он волновался. И Джин волновался. И всё это было так приятно…       — Пообещай мне.       — Что?       Омега прикрыл глаза, наслаждаясь низким бархатным голосом, укрывшим его нежнее одеяла.       — Если тебя что-то будет не устраивать в сексе со мной, ты мне скажешь. Я понимаю, что могу перегибать. И обещаю, что…       — Мне всё понравилось. — Джин повернул голову, чтобы посмотреть Тэхену в глаза. А тот был очень серьезен. — И когда ты говорил, что надо лечь к краю… — Омега всё успешнее боролся со смущением. — Я готов попробовать. — И вновь прикрыл глаза. — И хочу с Юнги. Я сегодня понял, что извращенец. Хочу, чтобы он смотрел.       — Ты серьезно?       Услышав в голосе альфы удивление, омега заулыбался.       — Я хочу вас обоих. Скорее всего, тогда меня остановило то, что я… еще не видел твой член. Сейчас уже увидел. И ты увидел меня со всех ракурсов. — Джин вновь посмотрел на Тэхена. — Мне больше нечего стесняться.       Вместо ответа, альфа двумя пальцами взял своего омегу за подбородок и очень мягко поцеловал сладкие губы. Самые сладкие. Примерно такие же, как у одного вредного альфы.       — А еще я хочу посмотреть на вас вместе. — Джин решил продолжить. — Мне хочется увидеть, как…       Он осекся, и альфа сразу понял, что омега проглотил какое-то откровение.       — Как что?       — Не скажу. Всё. Спать.       Джин засуетился, пытаясь поделикатнее отпихнуть Тэхена, но тому не нужно было прикладывать много силы, чтобы его остановить.       — Сначала скажи, что ты хочешь увидеть.       — Ты хочешь со мной поссориться? — Омега очень возмущенно вскинул брови, но порозовевшие щеки его выдавали. — Останешься без завтрака.       — Ты хочешь посмотреть, как Юнги трахнет меня, и я трахну Юнги?       — Я хочу, чтобы ты пошел спать на диван. Быстренько.       Джин надулся так, что у него вполне могли бы лопнуть щеки, но в этот раз Тэхен его ослушался. И спустя минуту омега уже смирился с этим, со спины прижатый сильными, но бережными объятиями. А ведь однажды они лягут спать втроем. А до этого… нет, лучше не думать об этом.       Чтобы не спугнуть судьбу.