Мне мало тебя. И тебя.

      Джин открыл глаза по велению сердца, а не будильника или мочевого пузыря, и потому первое, что сделал — почувствовал себя волшебно выспавшимся и бодрым. А потом увидел Тэхена, который почему-то сидел на полу, положив на руки голову. Он был одет. Кажется, не в то, в чем омега успел запомнить его вчера.       — Доброе утро?       Альфа выглядел довольным. И он только довольнее заулыбался, когда омега, наконец, понял в чем был подвох. В дорогой фирменной коробке, в которой ровными рядами лежала крупная, сочная, лоснящаяся от молочного шоколада клубника. Джин такую только на картинках видел.       — Доброе утро.       Омега засуетился, подтянулся на кровати, сел и, а это было лучше всякой благодарности, тут же схватился за десерт и поставил его себе на колени. Нужно было срочно его попробовать. Срочно набить щеки, закатить глаза, а потом долго-долго жевать, представляя, что ты в раю. Первый укус, и Джин готов был застонать от того, насколько это было потрясающее сочетание — сочной, немного похрустывающей, но при этом сладкой клубники и нежнейшего шоколада, покрывающего ягоду тонкой корочкой.       — Ну как?       Джин был слишком занят для того, чтобы отвечать. Потому что божественный десерт явно нетерпеливо ждал оказаться в его рту. Или…       — Попробуй.       Омега аккуратно взял ягоду за хвостик и поднес к губам альфы, который уже привстал на колени и приподнялся на локтях. На самом деле, он только этого и ждал. И смотрел в глаза Джина, пока тот кормил его с рук. Наверняка, только поэтому эта клубника казалось потрясающе вкусной. И совершенно точно ее цвет уступал по красоте проступившему на щеках Джина румянцу.       — У меня слов нет.       Смущение нужно было заесть, как и слишком яркие и горячие воспоминания об их первом сексе.       — Это нереально вкусно! — Он продолжил уже с набитыми ртом. Взял в руки сразу две ягоды и очень эмоционально стал трясти ими в воздухе. — Умопомрачительно!       Тэхен засмеялся, а потом улыбнулся. С такой нежностью, что омега даже жевать перестал, с очаровательным недоумением уставившись на альфу.       — Я рад, что угодил тебе.       — На самом деле, я пробовал кое-что вкуснее.       И сказав это, Джин потянулся к губам альфы. Чтобы тот тоже засомневался, успев сравнить вкус десерта со вкусом самых мягких пухлых губ, которые он задержал, прихватив омегу за шею.       — Ешь.       Впервые Тэхен был не рад клубнике, которой омега прервал поцелуй и занял его рот.       — Когда ты только успел…       Джин, невоспитанно и возбуждающе неприлично облизал пальцы, а потом бережно отставил коробку, чтобы вернуться к ней попозже. Хотел растянуть удовольствие и поваляться в кровати со своим альфой, который этим клубничным пробуждением в очередной раз доказал, каким он на самом деле был романтиком. Самым лучшим и красивым, и Джин подвинулся, давая непрозрачный намек на то, чего хотел теперь, при этом освобождая для исполнения своего желания место. А Тэхена не нужно было просить дважды.       — Встал пораньше. — Всё-таки с этой клубникой, теплой, созревшей под одеялом и пригретой сном, не мог сравниться ни один десерт. — Съездил домой за машиной. Чтобы побыть твоим личным водителем. И всё равно, если доктор Мин протрезвел и передумал с нами обедать.       Услышав это, Джин упустил с лица блаженную улыбку и с подозрением посмотрел на Тэхена.       — Думаешь, он может слиться?       — Не думаю — боюсь.       — Сейчас узнаем.       Омега уже вытягивался за телефоном, который на прикроватном столике толь и ждал, когда на него обратят внимание.       

В 12.00. До встречи.

      — Видишь? — Джин с самодовольной улыбкой показал Тэхену экран, до этого набрав быстрый ответ. — До часа икс осталось полтора часа.

____________

      То, что у доктора Мина успело что-то случиться, альфа и омега поняли, когда увидели, как он курил. Держал сигарету большим и указательным пальцем и слишком сильно втягивал щеки, делая глубокие затяжки. Возможно, таким образом он успел уничтожить пол пачки, судя по тому, что бросив окурок в урну, он тут же полез за второй. Или третьей.       — Юнги?       Джин ускорил шаг и первым подошел к альфе, который, прикурив, зажал сигарету в зубах, чтобы запихнуть пачку и зажигалку в разные карманы джинсов.       — Привет.       Он улыбнулся, слишком смято и криво, чтобы заподозрить его в искренней радости. И омега сразу поверил в то, что у него был веский повод.       — Что случилось?       Тэхен встал рядом с Джином, и Юнги бросил на него косой взгляд, не успев до конца развернуться.       — Эти хуесосы провели и подняли четыре сумки с банками. Четыре ебаных сумки, а когда вкатили всё это по лоткам на этаж… — Доктор Мин изобразил искреннее удивление. — Ой, а вы сегодня один на вырезке? — Глубокая затяжка, и Юнги отвел руку с сигаретой, наблюдая за высоким столбиком сгоревшего табака. — Лин мне с ноги въебет, если я оставлю это на завтра, при том, что всё уже заведено и распечатано. — Он посмотрел на доктора Кима, который, судя по его сосредоточенному лицу, уже входил в невеселое положение своего коллеги. — Не хочешь мне помочь в свой выходной?       — Только за поцелуй.       Юнги усмехнулся.       — Заберешь все соскобы с плацентами и малой — я тебе отсосу.       — Пойдет.       Тэхен пожал плечами, пока доктор Мин зло скривился. И злился он явно не на альфу.       — Шутки шутками, но…       — Я реально могу помочь. — Доктор Ким скрестил на груди руки, пока доктора Мин смотрел на него как на душевнобольного, вдруг вообразившего себя супергероем. — Мне несложно — тебе приятно. Ты сегодня на вырезке один, значит, от стекол освобожден. Разгребемся по-быстрому и… — Тэхен посмотрел на Джина, замершего в предвкушении развязки этого увлекательного и при этом драматичного действа. — Вместе поужинаем.       — Я приготовлю. — Омега кивнул. — С огромным удовольствием. — Он поднял указательный палец. — Кто хорошо работает, тот хорошо ест!       — Блять, ты серьезно? — В голосе доктора Мина послышалась робкая, но всё еще агрессивно шипящая надежда. — Там и без того дохуя. Большой навалили как в последний раз. Благо, с кожей и гастриками я уже справился.       — Серьезно. — Альфа кивнул, а потом с отрешенной задумчивостью посмотрел на омегу. Смотрел на омегу и мимо него. — Только отвезу Джина домой и вернусь.       — Не надо! — Джин запротестовал. — Я сам доберусь, не маленький. Здоров и полон сил. — Он самодовольно заулыбался. — А вы работайте. И чтобы работалось лучше… — Омега проследил за альфой, который выбросил очередной окурок, но за новой сигаретой не потянулся. — Думайте о том, как приятно проведете вечер. — Дождавшись, когда Юнги повернется к нему, Джин продолжил уже с осторожным беспокойством. — Ты нормально себя чувствуешь?       Альфа на самом деле был бледнее обычного.       — Нормально. — Юнги тряхнул головой. — Просто выбесили. А я сейчас на взводе, так что в любой момент готов дать ебу. Но никто не пострадал, даю слово.       На этот раз улыбка получилась теплее, и Джин решил, что это самый лучший момент для того, чтобы утешить своего альфу. Нежными объятиями, которые, благодаря Юнги, получились крепче и теплее ожидаемого.       — Я уверен, что вы быстро справитесь.       Омега сказал это шепотом, а потом, отпустив одного альфу, повернулся к другому.       — Ты наш герой.       — И что мне за это будет?       Тэхен сделал к нему шаг, и у Джина колени задрожали от его взгляда и едва коснувшейся уголков губ улыбки.       — Тебя не убьют.       — Ай, ну ты испортил момент. — Тэхен укоризненно посмотрел на альфу, который остался в стороне. — Неужели ревнуешь? Сам же говорил, что…       — А вы теперь собираетесь поебаться? — Юнги удивленно поднял брови, а потом закатил глаза. — Я не в том настроении, серьезно.       — Тогда я пойду.       — Подожди. — Юнги успел взять за руку Джина, которому не слишком понравились его слова, но не настолько, чтобы он отказался от… — Забыл тебе кое-что сказать.       Поцелуя. Даже если альфа был теперь не в том настроении, на его нежности это никак не сказалось. И омега, несмотря на то что продлилось она лишь пару мгновений, успел забыться.       — Отвези его домой, а я подожду.       Юнги уже зашагал обратно, на до скрежета зубов любимую работу, пока Тэхен взял Джина за руку и повел к машине.              — Шаблон на фимоз. — Доктор Ким успел немного отвыкнуть от слишком медленного проговаривания слов, чтобы умная программа смогла распознать его речь без ошибок. И он убедился в том, что так всё и было, когда поднял глаза на экран. — Размеры семь три один.       Программа как по волшебству заполнила пробел в автоматически подготовленном описании, пока доктор Ким, как профессионал, разделал в кассету кусок избыточной крайней плоти.       — Случай закрыт.       И программа сама завершила вырезку, вновь войдя в ждущий указаний режим. А доктор Ким выдохнул, с удовольствием оглядев гору банок, которые совсем скоро окажутся во влажном архиве. Он не настолько любил свою работу, чтобы приходить на нее в свой выходной, но при этом, кажется, слишком сильно… ценил своего коллегу, который, будто что-то почувствовав, вошел в кабинет.       — Ты спас меня.       Доктор Мин был абсолютно серьезен, пока доктор Ким начал спешно избавляться от своего одноразового защитного облачения.       — Я всегда рад тебе помочь. — Тэхен остался в хирургическом костюме и, обойдя вырезку, встал напротив Юнги. — И ты знаешь, как меня отблагодарить.       Это был самый романтический сюжет, который он заприметил еще в детстве, когда увлекся сказками о прекрасных принцах и принцессах и всех тех, кто мешал их большой и чистой любви. Там, правда, их чаще спасали от злодеев, но только потому, что принцессам не нужно было работать. Вот Юнги нужно было, а Тэхен его от работы спас. Что должно было следовать за этим? Поцелуй. Ну конечно! Сначала улыбка, разумеется, а доктор Ким лишь пару раз в своей жизни видел, как доктор Мин улыбался (причем, кажется, в один день). И только потом поцелуй. Нежный и невинный. Примерно, как тот, что Юнги оставил для него на прощание вчера.       — У нас с тобой одна ставка — я переведу тебе, за три часа. Потому что я без тебя ебался бы с этим, пока бы в край… не заебался.       Деньги? Тэхен ожидал чего угодно, но только не того, что за его бескорыстную помощь ему предложат деньги. Кажется, это подходит только для коллег, и то, которые не успели подружиться и только уважали друг друга издалека. Или не уважали и просто не хотели иметь ничего общего, вроде…       — Не люблю быть должным.       Юнги захотел подтвердить честность и надежность своего озвученного намерения, но на самом деле подтвердил что-то другое. Гадкое и болезненно тупое.       — Ты хочешь мне заплатить за то, что я тебе помог?       Увидев, что доктор Ким пребывал в каком-то не слишком подходящем для случившейся благодарности настроении, доктор Мин также искренне удивился.       — А что не так?       — Ты думаешь, я возьму с тебя деньги?       — А ты думал, я тебе реально отсосу?       Тэхен понимал шутки, но то, что теперь озвучил Юнги и, главное, каким тоном… По ощущениям, всё это было похоже на смачный плевок в лицо. По ощущениям, то, что случилось между ними до этого, было каким-то шизофреническим сном, потому что сейчас они вернулись к тому, с чего однажды продолжили, после того самого корпоратива. Шаг вперед и два шага назад. Если бы он предложил ему деньги еще пару недель назад, доктор Ким бы не стал отказываться, хотя бы потому что доктор Мин точно бы не поверил в его благие намерения. Чувства… Он не верил и теперь.       — Конечно, нет. — Доктор Ким улыбнулся. — Ты уже успел протрезветь. И вновь обрести Джина. — Джин. У них был запланирован ужин. — Увидимся вечером, доктор Мин.       Тэхен ушел, не оглядываясь. Значит, котик мог подставить мягкое пузико только тогда, когда ему было плохо, будь то вызывающая тошноту работа или исчезновение любимого омеги. И когда он был пьян, да. В остальное время, всё что мог этот котик — щетиниться и шипеть, выгибая спину и выпуская когти. И ему альфа хотел уступить однажды. С ним не собирался вспоминать о пресловутой гордости и разнице в статусе. Мерзко. И горько.       

___________

      — Скажи честно. — Джин буравил Юнги взглядом, пока тот, после очень вкусного ужина, убирал со стола. — Вы опять поругались?       Тэхен написал, что он приедет позже, сославшись на дела, и что альфа с омегой могут есть без него. Было похоже на правду, но только при условии, что два альфы не успели на работе повздорить. Хотя, какой для этого мог быть повод, если Тэхен вызвался ему помочь? Сам вызвался.       — Мы не ругались.       Юнги занялся выставлением тарелок в посудомоечную машину, пока Джин, не моргая, наблюдал за ним. Как будто пытался узнать правду по каменному лицу, на котором не было ни намека на спасительные субтитры.       — А тебя не смущает то, что Тэхена нет с нами, при том, что он хотел с нами поужинать? — Омега быстро сумел нащупать ту самую нить, по которой выведет альфу на чистую воду. — Ты знаешь, почему?       — Понятия не имею. — Юнги закончил с посудой и сразу же принялся заваривать кофе, игнорируя то, с каким отъявленным подозрением Джин его разглядывал. — Сказал, что мы увидимся вечером.       — И не сказал, что задержится. Ясно.       Они точно поссорились. Если бы всё было нормально, Тэхен бы сказал Юнги, почему не сможет приехать сразу. Совершенно точно. А ведь они вряд ли успели нормально поговорить. Сблизились, потому что у них пропал один омега на двоих. Потерлись в ду́ше, просто потому что Юнги, скорее всего, просто потерял бдительность или еще что-то… Целовались, потому что… они были пьяны, и Юнги Тэхену задолжал. И потом, когда переписывались, Юнги продолжал быть пьяным, а альфа с омегой почему-то решили, что всё наладилось.       — Вот твой Тэхен.       Джин уже отправился открывать дверь. Теперь ему предстояло допросить второго потерпевшего, хотя, что-то ему подсказывало, что пострадавший был один. И пострадал он от сложного характера одного недоверчивого альфы.       — Привет.       Тэхен улыбнулся и сразу же обнял Джина, очень нежно поцеловав его в щеку, а потом, мягко соскользнув губами по коже — в шею. Сразу захотелось забыть обо всем, но омега отстранился. И принял самый строгий вид.       — Что между вами произошло?       Альфа быстро разулся и, взяв омегу за талию, повел его на кухню, на звук загудевшей кофе-машины.       — Ничего. Он просто наладил свою жизнь и протрезвел.       — И вы… не ругались?       — Мы не ругались, Джин.       Кажется, Тэхен не врал. По крайней мере, выглядел он спокойным. По крайней мере, пока не увидел Юнги, который следил за наполняющейся кофе чашкой так, как будто она могла сбежать или нарочно всё пролить ему на ноги.       — Хорошо поел?       Услышав вопрос, Юнги повернул голову, а Тэхен уже подпирал плечом шкаф, не заметив, как омега ловко вывернулся из его рук, чтобы понаблюдать со стороны.       — Не хотел портить тебе аппетит своим присутствием.       — Какая хуйня.       Альфа закатил глаза, а потом, когда раздался характерный сигнал, достал чашку. Сделал глоток, не рассчитав, и тут же матерно зашипел.       — Я, кстати, хотел у тебя спросить. — Тэхен сцепил на груди руки. Почти так же, как Джин, который стоял недавно на том же месте в той же позе. Правда, явно с другим настроением. — Сколько я тебе должен за то, что ты тогда снял пластырь? Ты мне очень помог, и я не люблю оставаться должным. А за то, что дал себя поцеловать? Просто интересно — я сегодня смог выйти в ноль или придется доплачивать?       Юнги предложил ему за помощь деньги? С учетом того, что говорил о нем Тэхен и как, ни минуты не сомневаясь, вызвался ему помочь… Это могло его обидеть. И он бы имел на это право, потому что если бы альфа омеге предложил деньги за что-то бескорыстное, он бы точно оскорбился.       — Опять хуйню несешь. Переставай.       — Ты ответишь на мой вопрос?       Между ними чувствовалось напряжение. Могли ли они подраться? Скорее всего вряд ли. А даже если решатся — омега вряд ли их остановит. Но омега мог сделать кое-что другое.       — Вам нужно поговорить. Без моих красных ушей.       — Куда ты?       Получилось почти в унисон, и Джин сразу почувствовал разницу. Однажды они не обратили на него внимания, а теперь… Ладно. Так и должно было быть, если они сделали правильные выводы.       — Надену наушники и поработаю в спальне.       Звучало как отличный план, но альфы посмотрели на него с недоверием.       — Это моя квартира. И я не стану сбегать. А вы станете говорить как взрослые мужчины. Обо всём, что произошло между вами. И Тэтэ. — Джин дождался, когда Тэхен посмотрит ему в глаза. — Скажи Юнги то, что говорил мне. Он должен это услышать.       И, не дождавшись согласия, омега скрылся в одной из комнат.       — Что ты говорил ему?       Юнги отставил кофе, решив, что ему еще может пригодиться слизистая во рту.       — Я первым задал вопрос.       — Он был тупым — я на такие не отвечаю.       К своему удивлению, Тэхен теперь не чувствовал злости — обиду, напоминающую о себе с определенной периодичностью чувствительным уколом где-то под ребрами. Чем дольше он смотрел на альфу напротив, тем глубже был новый прокол.       — Но начисляешь другим зарплату. — Тэхен ехидно улыбнулся. — Доктор Лин знает, что ты метишь на ее место?       — Я не понимаю, к чему ты доебался?       Юнги тоже теперь скрестил на груди руки. Знал, что Тэхен ему не уступит, и при этом не хотел ничего обсуждать. Не хотел отвечать за то, как вел себя вчера. Потому что просто позволил себе расслабиться.       Потому что с самых малых лет мама приучила его к тому, что он сам должен нести ответственность за себя и за свои поступки. Отстаивать себя, защищать, даже перед старшим братом, который в пубертат постоянно его задирал. Теперь у братьев отличные отношения, и нельзя была себе представить, что когда-то маленький Юнги приходит к маме в соплях и жаловался на несправедливость. Если он тебя обидел, скажи это ему, а не мне. К слову, она никогда не вставала ни на чью сторону. И потом, став взрослее, Юнги понял, что она была права. Что с альф всегда был повышенный спрос, особенно если дело касалось личных границ. Он это умел как никто. И брать за всё ответственность. И именно теперь он этого не хотел.       И не хотел ничего менять. Или боялся. А всё уже начало меняться. И сегодня ему пришлось вспомнить свою первую юношескую влюбленность. В альфу. С высоким статусом. Который ему помогал как хороший старший брат, но скрываясь от проблем за его широкой спиной, Юнги однажды испытал совсем не дружеские чувства. Чувства, совсем не подходящие альфе. Наверное, к тому времени он просто не успел дозреть, потому что потом, когда его статус, наконец, начал расти, он больше такой хуйней не страдал. Но… Всё же запомнил то ощущение. Когда не нужно пытаться сделать что-то в одиночку. Когда сделать могут за тебя.       Опасное чувство. Тогда он поплатился за свою беспечность откуда-то взявшимися безответными чувствами.       — Ты меня обидел.       — Хорошо, никаких денег.       И тут сильный альфа. И тогда, в ду́ше, Юнги почувствовал себя в безопасности не потому, что сам о себе позаботился, а потому что рядом оказался тот, кто позаботился о нем за него. Его первая ошибка.       — Почему ты меня отталкиваешь? Я же помню, какой ты можешь быть.       Фатальная ошибка, как оказалось.       — Меня мутило, и я был расстроен. — Юнги закатил глаза. — Так что…       — Когда ты поцеловал меня в щеку.       И еще одна. Удивительно, но с утра, когда этил из головы совершенно выветрился, он жалел только об этом. Не о том, как увлеченно лизался с альфой, а о том, как… Проявил ебаную сентиментальность, поддавшись непонятно чему.       — Я был бухой.       — Ага. — Тэхен кивнул. — Потерял контроль и стал таким, какой есть на самом деле.       — Слабеньким? — Юнги округлил глаза. Не мог агрессировать, как ни пытался — альфа был прав. Просто Юнги однажды захотел забыть об этом. — С твоим статусом о таком легко рассуждать. И, наверняка, дохуя приятно.       Тэхен не чувствовал от Юнги обычную агрессию, пассивную, тлеющую, в любой момент готовую вспыхнуть до грубостей вслух и рукоприкладства.       — Тебя смущает мой статус?       — Меня смущает, что ты ебешь мне мозги, при том, что я реально оценил твою помощь.       — А если бы я был слабее тебя?       — А если бы ты не ебал мне мозги?       — А ебал тебя?       Юнги оторопел от такой грубости, что Тэхен понял по его вытянувшемуся лицу. И опять — это было удивление, а не готовность с кулаками броситься на защиту своей чести и достоинства. Что-то было не так. Между ними всё-таки что-то изменилось, но Юнги всё еще пытался делать вид, что ничего не произошло. И, возможно, сам же начал понимать, что такое уже не прокатит.       — Я сказал Джину, что никогда не встречал таких альф, как ты. — Тэхен выдохнул. — У меня сильный статус, но это вся моя сила. А у тебя характер. Ты можешь остановиться тогда, когда меня поволочет по камням. Ты надежный. С тобой, и я так и сказал Джину, ничего не страшно. Я восхищаюсь тобой, Юнги. И мне похуй какой у тебя статус.       Он слишком редко матерился, чтобы не придать этому теперь особое значение. И не было похоже, что он лукавил, просто усыпляя обычно неусыпную бдительность доктора Мина.       — А еще я предположил, что в сексе ты очень внимательный. — Тэхен улыбнулся. — И после утвердительного ответа на вопрос, всё ли хорошо, дерешь так, что искры из глаз сыпятся. — Альфа кивнул. — Да-да, это дословно.       — А ты думал, что так умеют только альфы с невъебенным статусом?       — Я думаю, что ты слишком большое внимание уделяешь моему статусу.       Скорее всего, именно в этом была основная проблема. И, в принципе, это было естественно, если учесть, что альфы изначально были созданы для того, чтобы конкурировать, а не любить друг друга. У кого статус выше, у того больше шансов победить.       — А ты не уделяешь?       Юнги на этот раз лишь изобразил удивление. И попытался не думать о том, что высокий статус Тэхена его скорее привлекает, чем отпугивает. Потому что для альфы это как минимум стыдно, а как максимум противоестественно.       — Не настолько, чтобы отказать тебе в удовольствии меня нагнуть.       — Я бы сам нагнулся.       Просто мысль вслух, которую Юнги бездумно пробубнил себе под нос, ударившись в саморефлексию. Просто то, что до этого лишь стыдливо поскуливало на задворках подсознания, вдруг обрело голос. Поэтому он однажды не оттолкнул Тэхена, когда тот присосался к нему во время своего гона. Возбуждение. От мысли, что он возьмет его. Оттрахает, а потом, когда уже у Юнги будет гон, он поставит его раком и за себя отомстит. Точнее, Тэхен сам встанет, потому что обещал и потому что хотел этого.       — Что? — Тэхен нахмурился. — Что ты сказал?       — Когда?       Тэхен смотрел на Юнги с сомнением, пока Юнги только теперь осознал, что именно сказал. Он точно ничего не услышал?..       — Неважно. К чему мы пришли?       Решил, что там не было ничего интересного. Потому что коротко и, скорее всего, просто матерно. Юнги невольно испытал облегчение.       — К тому, что я не буду переводить тебе деньги. Что тогда ты хочешь взамен?       — Чтобы ты перестал меня отталкивать. Потому что я…       — Однажды потеряешь интерес?       Юнги знал, что услышит это. Стандартная манипуляция. И…       — Не сдамся. — Тэхен смотрел на него прямо и уверенно, говорил уверенно и твердо, пока Юнги уже понимал, что не сможет долго сопротивляться. — Как и ты.       Лучше так.       — Я хочу, чтобы ты улыбнулся и поцеловал меня в щеку. И мы в расчете.       — Не заслужил.       Нужно быть идиотом, чтобы совершить вторую фатальную ошибку дважды. Тем более, что он уже побывал на грани провала. А может, это всё из-за того, что у него гон скоро? Уже завтра, если естественные часики тикают как надо.       — Эй.       Тэхен выставил руку, о которую Юнги, уже закончивший разговор, весьма удачно напоролся.       — Ты берега попутал?       — Ударишь меня?       Юнги был не в том настроении, чтобы драться. Особенно, после того, что услышал и успел понять. Поэтому он просто схватил Тэхена за руку, дернул на себя, завел её ему же за спину и припечатал альфу к шкафу, вовремя обезвредив и вторую руку, задрав ее повыше. Тэхен как будто растерялся, а потом, когда Юнги уже приготовился усилить хватку, с силой выдернул ту, что была прижата к его пояснице, но не высвободился — поднял ее, ко второй руке.       — Так удобнее, правда?       Тэхен поднял и подбородок, и теперь, несмотря на свое положение, смотрел на альфу сверху вниз. И при этом улыбался. Нагло. Так, что Юнги почувствовал жар, запекший всё тело где-то под кожей. Захотелось стереть эту ехидную ухмылку. Показать, где теперь было место этого заносчивого, и при этом до слабости в коленях сексуального альфы. Юнги опустил запястья, которые стиснул пальцами.       Альфа не ожидал от него никакого подвоха, судя по всё еще слепящей своей самоуверенностью улыбке. Юнги потянул его к себе, как будто хотел поцеловать, и когда Тэхен подался вперед, одним движением завел обе руки ему за спину, а вторым — резко развернул его, вдавив животом в дверцу, чтобы Тэхен не ударился головой.       — Намного удобнее. — Юнги потянулся к уху обескураженного альфы, а потом поцеловал его в щеку. — Спасибо, Тэтэ. Без тебя я бы не справился.       Он сказал это шепотом, придавливая Тэхена всем телом, и Тэхен смог прочувствовать этот момент. И лишний раз убедиться в том, что несмотря на всю свою прячущуюся под жесткой броней мягкость, Юнги был сильным альфой. С твердым стержнем, который именно теперь хотелось почувствовать в себе. У Тэхена не было предрассудков по поводу отношений между альфами — он привык полагаться только на свои чувства и желания, которые все теперь смотрели в одну сторону. И он повернул голову, чтобы смотреть туда же. На Юнги.       А ведь Тэхен легко мог выбраться. И Юнги ждал этого момента, но вместо того, чтобы напрячься и совершить какой-нибудь хитрый рывок, альфа под ним совершенно расслабился. Сдался, и от этого как будто… сдулся. Словно крепкие, накачанные высоким статусом и любовью к железу мышцы в один момент обмякли. Это было не объяснимо, и причиной всему скорее всего было то, что Юнги впервые чувствовал себя рядом более сильным. Физически. Как будто это у него был сильный статус. Мог ли Ким Тэхен так притворяться? Или это было…       — Ты же знаешь, что с омегой рядом войдет мягко, как по маслу?       У Юнги вдруг закружилась голова, и он прислонился лбом к дверце шкафа. А Тэхен потерся носом о его щеку. Как будто он теперь был омегой. Как вообще такое возможно?..       — Естественный миорелаксант.       — Снимает только гипертонус, при этом продлевая эрекцию.       Тэхен улыбался. У него не было никакого опыта в пассивной роли, но было достаточно в активной, поэтому он прекрасно знал, как это работало. Как знал и Юнги.       — Пути назад не будет.       Секс всё меняет. Секс всё делает сложнее.       — А ты еще надеешься от нас с Джинни сбежать? — Тэхен всё-таки предпринял попытку выбраться, но на деле просто развернулся к несопротивляющемуся Юнги лицом, притянув его к себе. — Ладно, я. Но уйти от такого омеги… Ц-ц-ц, невозможно. Особенно, после вчерашнего.       — Вы всё-таки трахались. — Юнги закатил глаза, но в его голосе не было агрессивной дрожи или застрявшего в горле сожаления. — Не буду спрашивать, как тебе. Потому что это дохуя неприлично и невежливо по отношению к Джину.       — Потому что ты, как никто знаешь, что это было… — Тэхен задумался. — Охуенно.       — Перестань материться.       Юнги нахмурился.       — Хочу быть ближе к тебе. — Тэхен заглядывал ему в глаза, и этот взгляд топил и плавил все его обычно не дающие осечек защитные механизмы. — Давай, попробуем? В конце концов, нас ждет головокружительный секс и незабываемый опыт. Об остальном можно пока не думать.       — Исполним желание Джина.       Это была и главная причина, и единственное оправдание, которое Юнги мог себе позволить.       — Я, кстати, уговорил его на одну очень занятную штуку. Точнее, я просто сказал вслух, а он согласился со мной. Но… — Тэхен отстранил альфу, а потом взял за руку. — Он сам тебе расскажет.       — Блять, я точно об этом пожалею.       

____________

      Джин честно хотел поработать. Он даже включил ноутбук и зашел в свою рабочую почту, доступ к которой получил для удаленной работы, но удаленными были теперь только его мысли, оставшиеся на кухне. Юнги до сих пор сомневался. Омега уважал его сомнения, понимал, что он имел на это право, потому что отношения между альфами всегда сложнее и всё такое, но… Джин очень хотел его сомнения победить. И его очень радовало то, что на этот раз между его альфами не было агрессии. Это был очень хороший знак. Значит, они всё-таки сделали шаг вперед. Хотелось надеяться, что друг к другу.       А вдруг Юнги захочет провести этот гон втроем? От этой мысли всё внутри перевернулось, а потом затянулось бантиком, оставив в животе щекочущее неясным предвкушением приятное покалывание. Это было возбуждение, а не страх. Быть с двумя альфами. Очень стыдно, но при этом, омега был уверен в том, что абсолютно безопасно. А если ему понравится? В смысле, а если? Джин даже скривился от этой пришедшей ему в голову глупости. А вдруг альфы будут уделять внимание только друг другу? А вот это был интересный вопрос. И как будто для ответа на него, оба альфы появились в дверях его спальни. И Тэхен держал Юнги за руку.       — Мы даже не подрались.       Эта последняя, противная мысль, которая зачем-то влезла в его голову, теперь заставила его испытать укол ревности. Или зависти. Чего-то, что до этого омеге, при взгляде на своих альф, было незнакомо.       — Юнги согласился попробовать.       — Что?       Джин с неуместным беспокойством смотрел на Тэхена, пока Юнги закрыл ноутбук и забрал его с коленей омеги, переселив на комод.       — Я пока не знаю, что, но Тэтэ сказал, ты со мной поделишься.       Первым рядом с омегой уселся Тэхен. Плечом к плечу, он взял Джина за руку и переплел их пальцы. То же самое сделал и Юнги, и часть сомнений омеги тут же выветрились тем же путем, что появились.       — Помнишь, о чем я тебе говорил?       Тэхен смотрел на Джина с заговорщицкой улыбкой, и Джин, ответив ему с той же хитростью на губах, повернулся к Юнги.       — Я ложусь к краю кровати и свешиваю голову, пока ты закидываешь мои ноги себе на плечи и…       — Блять!       Юнги накрыл их сцепленные с Джином пальцы и дернул к своему лицу, пытаясь прикрыться. Это было… Стыд и восторг. Чистый разврат, который сочетался, судя по улыбке омеги, с искренним и нетерпеливым детским любопытством. Волнение или возбуждение подкатило к горлу и резко упало в живот, провалившись еще чуть ниже и начав давить и тянуть его за яйца.       — Во время гона ты перестанешь замечать, насколько это…       Тэхен поймал взгляд Джина.       — Грязно и сладко.       А Джин потянул свою руку, чтобы посмотреть Юнги в глаза.       — Тебе это неприятно?       Нужно было уточнить, потому что… Ему на самом деле могла не понравиться эта идея. Тем более, он был категорически против до этого, и вполне возможно, что это решение ничего не сможет изменить. Даже их примирение с Тэхеном. А ведь он мог еще разочароваться в омеге, который… Эта мысль прошила Джина на вылет, через оставленную дырку запустив внутрь холодок стыдливых сомнений, уже кающихся за его вскрывшуюся порочность.       — Эй. — Юнги быстро оправился от своего смущения, взял уставившегося перед собой стеклянными глазами Джина за подбородок и мягко развернул к себе, успев глянуть на Тэхена, который, в качестве поддержки, прижался губами к чуть похолодевшей руке омеги. — Ты чего? Привидение увидел?       — Ты разочаровался во мне?       Альфа так искренне и так живо удивлялся теперь, что омега невольно заподозрил себя в том, что он что-то не так понял.       — В тебе? Разочаровался? Мне кажется, это называется как-то по-другому. Что-то между очаровался и ебу дал. — Юнги улыбнулся настолько нежно, насколько вообще был способен. — Влип. Втрескался. Как вон тот, у которого сейчас лицо треснет.       И Юнги кивнул в сторону Тэхена.       — А я что? Я солидарен. — Он пожал плечами, беспечно улыбаясь. — Самая лучшая компания для моего первого раза.       — Твоего… чего? — Джин посмотрел на Юнги. — Его чего?       — Тэтэ хочет провести со мной гон. — Альфа вдохнул и выдохнул, пока омега уже не знал, чего еще ему нужно было ждать от этих двоих. — То есть, хочет, чтобы я его… — Кажется, это был не подходящий момент для того, чтобы краснеть. По крайней мере, не ему, а Тэхен был совершенно спокоен. — С тобой это будет легче.       Джин всё расслышал, но ему захотелось, чтобы Юнги повторил.       — То есть… Ты будешь… нас двоих?       — Если сил хватит, да.       Этот неожиданно серьезный разговор прервал смех Тэхена, который теперь не мог определиться с тем, что его веселило больше — удивление на грани очаровательного помешательства омеги или краснеющие щеки находящегося на пороге гона обычно сурового альфы.       — Это шутка, да? — Джин строго посмотрел на Тэхена. — Ты поэтому ржешь, да? Решили меня разыграть?       — Завтра узнаешь. Если котик не передумает. И нам стоит выспаться.       Гон. Втроем. И с членом в заднице будет не только Джин. Его желания исполнялись слишком легко и просто, чтобы в это можно было поверить. Свыкнуться с мыслью, что …       Не зря говорят — бойся своих желаний, но теперь было слишком поздно.       Катастрофа.       Или лучший секс в истории… секса.       Омега не знал, с чем ему придется столкнуться. Уже завтра.