Пепел королевства и его цветы

Резкий хлопок дверью быстро вывел девушку из дневной дремы. Тело резко кинуло в холод, а после в жар, причиняя дискомфорт. Глаза неохотно открылись и направились на виновника. — Гутфрит… — прорычала Рэндалфр, её брови были угрюмо сдвинуты. — Сколько раз тебе говорить, как мне не нравится твоё бесцеремонное появление в моём доме?! — Я десять минут стучался в твою дверь, пока не решил, что ты снова умерла за чертежами, — хмыкнул он, проходя в гостиную и только тогда она заметила в его руках маленькую стопку бумаг. — Что это? — Король Ирмин решил передать тебе свои пожелания в бумажном виде. — Стопка бумаг теперь покоится на столе, а сам Гутфрит поправив форму, развернулся и ушёл. Она проводила военного врача взглядом и запрокинула голову, закрыв глаза. Рэндалфр тяжело давалось общение с этим человеком. Слишком упрям и часто нарушал её принципы — каждая встреча превращалась в испытание. Лежащая стопка бумаг, которую ранее принёс Гутфрит, вернула к себе внимание девушки шелестом, что вызвал поток ветра, проникший в дом через открытую форточку. — Хм? Ах, да… Капризы Ирмина… — диван противно скрипнул, когда инженер поднялась с него и, взяв в руки бумаги, начала читать содержание документа. «Воспоминания, что хранят артерии земли, могут стать великим источником знаний и решением многих проблем. Как ты считаешь, возможно ли создать устройство, что их преобразит и даст возможность человеку прочесть их.» «Я знаю, тебе под силу изобрести невозможное.» — дальше Рэн не стала читать, отбросила лист и устало провела рукой по лицу. Возможно. Реально возможно. Но работы, — чёрт возьми, на месяцы. И всё равно: без человека это не сработает. Рэндалфр почувствовала хруст пальцев — слишком сильно сжала кулаки. Она знала, что это уже звучит не гуманно и самой становится противно, но ей также известно, что Король Ирмин не отстанет и будет выжимать все соки, пока информацию не заполучит в свои руки.

***

— Ваше Величество, инженер Рэндалфр прибыла. По просторному залу эхом раздался стук каблука. Рэндалфр вошла без сопровождения и, встав у ступеней к трону, опустилась на одно колено и поклонилась. — Раз ты здесь, значит у тебя есть ответ на мой вопрос, — неспешно проговорил Ирмин держа голову приподнятой, руки сложены за спиной. — Да, Ваше Величество, — стоило Ирмину взмахнуть рукой, она встала с колен и посмотрела прямо на короля. — Что ж, все моё внимание приковано к тебе. Рэндалфр кивнула в ответ на его слова, но сделала паузу, собираясь с мыслями. — Ваше Величество, я могу сделать всё, что потребуется. Вопрос лишь во времени. Быстрого результата я не обещаю. Артерии земли… с ними нельзя работать поспешно. Одно неверное движение — и работа может дать сбой. Она чуть склонила голову. — Я не хочу рисковать жизнями. Поэтому создание аппарата займёт столько времени, сколько потребуется. Король Ирмин смотрел на неё и внимательно слушал всё, что ему говорят, а затем обдумывал её слова. Как бы он ни жаждал быстрого результата, понимал, что никакие слова на Рэндалфр не повлияют, да и, со стороны Короля, требовать такое… Прямое показание безразличия к своему народу. — Хорошо, — ровным голосом сказал Ирмин. — Я понимаю и принимаю твои переживания. И подожду столько, сколько потребуется. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ускорить процесс, Ваше Величество, — Рэндалфр поклонилась ему. — Соизволите уйти? — на что Король ей кивнул и девушка покинул тронный зал. Последующие дни Рэн не выходила из мастерской. Чертежи, расчёты, бесконечные заметки… опыт работы с артериями земли она имела, но осторожность излишней не будет, или же... пытается тянуть время. Дня три девушка провела в своей мастерской, носа не высовывая. — Госпожа Рэндалфр! — раздался из-за двери мужской голос. — …?! — Рэндалфр подскочила, осознавая, что отключилась во время работы. Лист, что приклеился к её щеке, плавно упал на стол, заставив девушку быстрее прийти в чувства. Прозвучал вновь стук в дверь и тот же самый голос. — Секунду! — она сперва умыла лицо холодной водой и только после поспешила открыть дверь. За дверью стоял один из доставщиков руды. — Госпожа, ваш заказ… — Отлично. — Рэндалфр перебила поставщика и захлопнула дверь в мастерскую. — Идём, я должна для начала проверить качество. — А? Д-да… Конечно, — Юноша растерянно кивнул и последовал за ней к Королевскому двору, именно туда по обычаям привозили товары купцы для проверок. Долго она не возилась с рудой и прочим материалом, в этот раз всё было лучшего качества. — О, это другое дело, — произнесла она, снимая пробу с руды. — Всё действительно в порядке. И куда прочнее той… что вы соизволили привезти в прошлый раз. Брови её свелись угрюмо, но после тяжёлого вздоха, расслабились. — Свободны, — приказала она, и в голосе прозвучал тон, который трудно ослушаться. Взгляд скользнул к грузчикам. — Но не вы. Это всё нужно перенести в мою мастерскую, и если затянете с этим, не таким уж умственно сложным занятием — доплаты не ждите. Ящики в руки и вперёд. Руда была рассортирована по небольшим ящикам, но лёгкими их мог назвать только слепой. Даже крепкие грузчики, что пришли на смену, не справились: час работы — и уже лежат, постанывая, делая перерывы через каждые две минуты. У Рэндалфр нервно дёрнулся глаз. Сперва скандал с поставщиками, которые привезли брак, что нагло пытались выдать за «единичную ошибку». Девушку подобным не проведёшь: после стольких лет работы она различала качественную руду с первого взгляда. И вот теперь — вторая серия. Мужчины развалились на полу, жалуясь на усталость, вместо того, чтобы работать — Гм… — Рэндалфр сморщила нос. Запах спиртного висел в воздухе слишком отчётливо. Ну конечно. Всё стало ясно до обидного. Теперь у неё было два варианта: дождаться, пока эти пьянчужки выспятся и потом уже прочитать им нотации, или же разгрести эту гору руды самостоятельно. Спустя полтора часа она уже перетащила половину ящиков на задний двор. Вернувшись, устало опустилась на ближайший ящик. Рабочие благополучно дрыхли в тени, как будто она им за такую «работу» не платит. Тяжёлый, раздражённый вздох сорвался прежде, чем она успела его сдержать. — Всё, перерыв кончился. Работать — так работать, — буркнула она себе под нос и уже наклонилась за очередным ящиком, как тот внезапно исчез из её рук. Секунду она даже не поняла, что его кто-то перехватил. — Девушке не подобает носить тяжести, — раздался довольно приятный мужской голос. — Позвольте, я помогу. — Что значит «не подобает»? — выражение Рэндалфр сменилось с недоумения на возмущение, и рыцарь тут же запнулся. — Не поймите неправильно, я не хотел назвать вас слабой, просто… — Хватит. — Рэн перебила его холодно, не дав закончить. — Если хотите помочь — помогайте. Этого достаточно. Мужчина кивнул и вновь переспросил: — Так, куда же мне это отнести? Рэн подхватив пару ящиков в руки, двинулась вперед. — Просто идите за мной, — многословной Рэндалфр не была.

***

— Вот и всё, — рыцарь поставил последний ящик на другие и отряхнул руки от излишней пыли. Рэндалфр в это время всё пересчитывала и что-то помечала в своих бумажках. Отложив их обратно в сумку, девушка зашла в мастерскую, где в чистый стакан набрала холодной воды и выйдя обратно, протянула ее рыцарю. Даже несмотря на то, что они находились глубоко под землей, куда солнечные лучи почти не проникали, духота время от времени всё равно ощущалась, особенно после тяжелой работы. Мужчина взглянул на лицо девушки, а затем на руки, в которых та держала стакан. Улыбнувшись, он кратко ответил: — Спасибо, — аккуратно, почти не касаясь руки белокурой, он перехватил стакан и выпил всё содержимое в нём. Рэндалфр медленно оглядела его. Высокий — выше её на голову, хотя ростом девушка и сама не блистала скромностью. Форма напоминала её собственную, лишь слегка усиленная доспехами — их было мало, что для этой ситуации неудивительно. Волосы тёмные, гладкие, длинные, словно воронов перо. Пара прядей свободно обрамляла лицо, а чёлка, с обеих сторон лежала небрежно, слегка торча вверх. Однако, всё это померкло перед его глазами. Глубокие, насыщенно-синие, но не просто тёмные — в их глубине вспыхивали радужные отблески, будто свет проходил сквозь стекло. Они мерцали синими огнями, притягивая взгляд сильнее, чем его фигура в целом. А эти звёзды в глубине… «Да он мечта художника», — мысленно заключила Рэндалфр, закончив осматривать брюнета, тот, в свою очередь, вернул ей уже пустой стакан. — Еще? — отрицательный кивок. — Хорошо. — Могу ли я узнать ваше имя? — М? Вы не знаете меня? Хотя я и сама вас впервые вижу, — она прочистила горло. — Рэндалфр. А вас? — девушка по-птичьи склонила голову в бок. — Траин, — уголки губ дрогнули, и на бледном лицо появилась едва уловимая улыбка. — Будем знакомы, Траин. — Рэндалфр протянула ему руку. Траин молча рассматривал её руку, будто взвешивая решение. Потом коротко хмыкнул; взял её ладонь, развернул и приподнял. Его губы скользнули лёгким, почти невесомым касанием по тыльной стороне кисти. Сердце Рэн пропустило пару ударов, а щёки непривычно защипало. — Вежливости у вас не занимать, — она тяжело вздохнула. — Как я могу вас… Эм, Траин, отблагодарить за помощь? — Мне ничего не нужно, не стоит переживать. — Вы рыцарь или Королевский гвардеец? — внезапно задала она вопрос. — Или я ошиблась, когда опиралась на вашу форму? Рэндалфр присела на лавку, что находилась там же, на заднем дворе мастерской и похлопала рукой по свободному месту рядом с собой. Тот заметил жест и сел рядом, облокотившись спиной о стенку. — Рыцарь, да, — Траин решил умолчать, что является командиром, во избежание неловкости, сохраняя непринуждённое общение. — Какой-то ответ неуверенный вышел, — девушка подняла свой взгляд вверх, чувствуя тяжесть век. — Хочу поинтересоваться, — Траин выдержал паузу и как только словил вопрос во взгляде Уду, продолжил. — Для чего столько материала? — она и рта не успела открыть. — Я понимаю, что это может быть какой-то крупный проект или как про запас, но… что именно вы сейчас планируете? Каким будет ваше новое изобретение? — Моё… Изобретение? — Рэндалфр не знала что ему ответить, и дело вовсе не в секретности проекта, чего, и в принципе, не было. — А-ам… Только слепой не заметил бы смятения Рэндалфр. Траин, по началу, не понимал причины, но затем вспомнил о коммерческой тайны. — Ох, извините… Вы не должны отвечать, если не хотите или не можете… — Да, не должна, — Рэндалфр тяжело вздохнула. — Я делаю то, что обеспечит защиту этим землям. То, что поможет Академии, или же в алхимии… Всё, что попросят, в рамках разумного. В рамках, коих давно нет из-за безумия короля… — Сейчас нужно провести плановый осмотр автоматов… Гм, — подняв глаза вверх, белокурая словно пыталась что-то там развидеть, затем резко повернулась к мужчине. — Уже поздно… вам стоит уйти. Стало тихо. Траин остановился, будто наткнулся на невидимую стену. Он видел, что она вымотана, но резкость всё равно неприятно скребнула. — Понимаю, — прозвучало слишком сухо. Он поднялся почти сразу, даже не пытаясь скрыть неловкость, и ушёл прочь. Рэндалфр проводила его усталым взглядом. Она понимала, что могла сказать это немного иначе… но сил больше ни на что не было. Копаться в чужих обидах, когда своих хватает? Нет. Её это не волнует настолько, чтобы разбирать. Вечер сменила ночь. В этот раз мастерская была закрыта раньше прежнего, а в доме Рэндалфр горел свет. Девушка решила взять перерыв на несколько дней, ведь голова раскалывается от усталости и круговорота мыслей. — Может, взять вовсе отпуск? — спросила она сама у себя, поджигая аромапалочку и сразу же задувая пламя, оставляя медленно тлеть. — Хах, ну-ну, что-то я размечталась. Медленно по спальне стал распространяться приятный и нежный запах лаванды. Рэндалфр залила кипятком сушёные фрукты, добавив к ним совсем немного мяты. Если в чашке с чаем не было сахара, ему на замену приходила выпечка и конфеты. Девушка имела пагубную любовь к сладкому. Для полной гармонии было почти всё готово, исключая саму её спальню, где хаотично лежали чертежи, блокноты с записями, баночки с чернилами, перьевые ручки… Тяжёлый вздох вырвался из уст Рэндалфр. Чай остался остывать на столике, что находится у кресла. Перебирать чертежи и проверять их надобность она не имела никакого желания, поэтому все скинула в один ящик, а его под кровать. Баночки с чернилами она повторно закрыла, вернее, перепроверила надёжность. Блокноты переложила на книжные полки, и кладя последний, Рэндалфр зацепила одна книга, не успев её словить, та упала на пол с глухим звуком. — Блять… Как бы запах лаванды не успокаивал, всё же от нервного подёргивания глаза он не спасал. Такая мелочь, а раздражает. Подняв книгу, Рэндалфр взглянула на неё. «Страж Каэнри'ах» — красивым шрифтом и крупным планом было выведено на обложке книги. Рэндалфр в смятении приподняла брови и, с ноткой возмущения, сказала: — Это ещё что у меня делает, — открыв первые страницы, глаза задержались на заголовке — История рождения Каэнри'ах. — тихо зачитала она. Состояние книги оставляет желать лучшего… Цвет давно выцвел, страницы тонкие, потрёпанные временем, а буквы затёрты где как. На первой странице какие-то даты, но они перечёркнуты. Книга была толстой, и стоит отдать должное тому, кто исписал каждую страницу от руки. «…Страж Каэнри'ах, чьё имя ■■■■, один из семи Властелинов. Владыка старого мира даровавший нам силу и кровь ■■■■…» Глаза напряглись, пытаясь разобрать слова, что были там написаны и перечёркнуты. Тщетно. Следующая страница: «Он, ■■■■, один из четырёх столпов, как и ■■■■…» — Ничего не могу разобрать. Какой кретин всё здесь позачёркивал… — перелистывая страницы, Рэндалфр подметила некоторые страницы, на которых были пятна буро-красного цвета и именно из-за них, самое важное или интересное в тексте не получается разобрать, да и прочесть тоже. Тогда Рэндалфр резко захлопнула книгу, положив её обратно на полку к своим блокнотам. Взгляд метнулся в угол к столику, на котором стыл чай. Она подошла и взяла чашку, поднося сразу края к своим губам и делая несколько глотков, а затем уже довольно вздыхая. — Та-ак, — протянула она, потирая переносицу между глаз. — Кажется, это книга отца… Стоит вернуть, старик любит хранить всякое барахло, называя его антиквариатом, — хмыкнув, Рэндалфр поймала себя на мысли, что вновь говорит сама с собой. Покрутив у виска пальцем, белокурая подошла к зеркалу, осматривая в нём своё отражение. Она осторожно провела рукой по волосам, распутывая застрявшие кудри. Пряди цеплялись где-то наверху, и Рэндалфр пришлось потратить немного времени, чтобы привести их в порядок. Невольный зевок напомнил девушке, как она устала. Казалось, по одному щелчку всё тело отозвалось тупой болью после тяжёлого дня. К этому добавлялось ещё одно, неприятное ощущение: в челюсти тянуло и ныло, боль была негромкой, но навязчивой, будто зубы напоминали о себе каждый раз, когда она сжимала губы или зевала. Рэндалфр машинально провела языком по зубам и поморщилась, тут же отгоняя мысль о том, что с этим придётся разбираться позже. Тёплая кровать манила покоем - пожалуй, это её маленькое спасение.

***

— Старик, я дома, — Рэндалфр вошла в дом отца, в место, где выросла, осматривая округу. — Сколько ещё раз я буду повторять, чтобы ты меня так не называла? — раздался строгий мужской голос. — Я, всё-таки, твой отец. Закатив глаза, Рэн ответила: — До самой моей смерти придётся говорить. Но раз не нравится так, значит, буду по имени тебя звать. Мужчина, чьё лицо украшают редкие морщины замолчал. — Вот именно, ты моей смерти и хочешь. — О, если бы всё было так, как ты говоришь, ты бы до этого дня не дожил. Мужчина открыл рот, чтобы возразить дочери, но слова застряли в горле. Рэндалфр спокойно достала из сумки книгу и бросила её на стол. — Вот, твоё барахло у меня завалялось. — Барахло? Почему сразу барахло?! — хмурит он брови. Она даже не удостоила вопрос вниманием. — Видимо, при переезде прихватила, посчитав своим черновиком. Мне она не нужна, в любом случае, — девушка плюхнулась в кресло, закидывая ноги на стол. — Слушай, Харальд, чего она такая потрёпанная? Сколько ей веков? Странно, что у книжного червя, то есть, у тебя, столь ценный предмет оказался в подобном состоянии. Веко Харальда задергалось.Она фыркнула, подавляя смех: — Так что это было? Боевой том на войне? Или средство против нечисти у особо рьяных верующих? Он сохранял молчание с минуты, потом, выдохнув и решился заговорить: — Я получил её уже в таком виде, кто автор — не знаю. Быть может, их было несколько: говорят, книга была сотворена в одно время с нашим Королевством. — И ты веришь в это? — протянула Рэндалфр с той самой интонацией, что доводила отца до тихой злости. — Сейчас, когда всё вокруг развивается, мы едва можем сохранить вещи хотя бы на столетие, Что уж говорить о тех временах. — Гм… Значит, перед тобой одно из немногих доказательств того, что подобное возможно. Мы просто не знаем, как это сделали в своё время, — мужчина хмыкнул. — Милая, запомни: правильный уход — вот, что сохраняет вещь на века. — Потрясающе, — Рэн театрально всплеснула руками. — Просто сверх человеческой гениальности! — в голосе звенела издёвка. — Ну так ответь же мне, как, мать вашу, книга, которой, по твоим словам, три тысячи лет, могла вообще сохраниться? Три тысячи, Карл! Это не триста! Ответ не заставил себя ждать — книга с глухим стуком приземлилась ей на голову. — Не ори на старших! — назидательно бросил Харальд. — И сколько ещё раз тебе повторять? Не выражайся так. Ты же девушка, а не матрос на пристани. — Полегче… — белокурая потирала макушку, по которой только что прошлись книгой. — Я еле коснулся ею тебя, не драматизируй. — пробурчал он, ставя книгу обратно на полку. — И… — Харальд тяжело вздохнул, сбрасывая ноги Рэндалфр со стола. — …ну и где ты только таких манер набралась… — Вот так беда: я — разочарование. Что теперь, мир рухнет? — сказала она, утрируя трагизм. — Вся в мать, — буркнул Харальд, уходя в свою комнату за травами, он хоть и скучал по дочери, но эта часть её характера… Тишина легла на дом, словно кто-то выключил звук. Никто не спешил возвращаться к неприятной теме, а Харальду требовалось время — его дорогая дочка умела довести до кипения быстрее, чем сам костёр разгорался от щепки. — Почему так редко стала захаживать? — внезапно задал ей вопрос, прерывая давящую тишину. — Тебе все причины перечислить? — Неужели, в твоём плотном графике лишь спустя полтора месяца нашлось немного времени для меня? — что-то в его голосе было не так, и поведение вдруг изменилось. Рэндалфр насторожилась. — Пап, я… — она замялась, словно пережёвывая слова. — Постараюсь всё исправить и буду чаще навещать. Только… я не могу обещать тебе этого, король слишком требовательный. — Понимаю, — мягко ответил он. — Вот она, взрослая жизнь. Всё хорошо, не переживай. — Харальд наконец повернулся к дочери улыбаясь. — Ну что, расскажешь, что у тебя нового? Рэндалфр закатила глаза, но губы её всё равно дрогнули в едва-едва уловимой улыбке. День прошёл незаметно — за чашкой чая и неспешными разговорами. Рэн пора возвращаться домой, сейчас она жила довольно далеко от отца, целых полутора часов ходьбы. На улице уже стемнело. — Может, лучше останешься на ночь? — Харальд не хотел отпускать дочь в темноту. Да, она взрослая, да, умеет постоять за себя… но разве отцовское сердце может не волноваться о собственном ребёнке? — Не в этот раз. И провожать меня не нужно, — Рэндалфр потянулась к дверной ручке, но замерла и повернулась обратно к отцу. — Тебя, случайно, не подводит здоровье? — вопрос застал его врасплох. — Я не могу сказать, что именно, но… в тебе что-то изменилось. — Старость, — усмехнулся Харальд. — Мы так редко видимся, что это не удивительно. Рэн не нашлась с ответом, потому что здесь скажешь? — Если я заболею, я не стану этого скрывать, Рэндалфр. Мне почти пятьдесят — возраст берёт своё. — Хорошо… — тихо ответила она, открывая дверь. — Постараюсь зайти завтра. — Даже не обнимешь? Рэндалфр повернулась и заключила отца в короткие, но тёплые объятия. Она едва переступила порог дома, как снова ушла — с блокнотом и графитовым стержнем в руках. Редкие прохожие лишь изредка попадались ей навстречу, но в остальном вокруг стояла тишина, та самая, которой ей так часто не хватало. Рэн направилась к центру, к первому и главному столпу. Остановившись в нескольких метрах, она подняла голову, оглядывая статую. Масштабы поражали: трудно было поверить, что подобное вообще когда-то могли создать, да и какими силами! Рэндалфр услышала позади себя шаги, а затем уже знакомый голос: — Вы тоже считаете это чудом? — мужчина поравнялся с ней, не сводя взгляда со столпа. Белокурая обернулась к нарушившему тишину и сразу узнала Траина — своего недавнего знакомого. — Что же вы, Рэндалфр, делаете здесь в такой поздний час? — его синие глаза на миг сверкнули золотистым отблеском фонаря, когда он опустил взгляд на её лицо. — Уже почти полночь. — Гм… В ночи проще всего раствориться в собственных мыслях. — Даже так, — кивнул он. — А вы? Хм… наверное, у вас сейчас дежурство, верно? — Именно так, — ответил Траин. Его спокойный голос с лёгкой хрипотцой, почему-то, приятно задел Рэн. — Позвольте спросить: почему вы решили тонуть в мыслях именно здесь, в центре? Даже в такой поздний час найдутся те, кто нарушит эту тишину. — Нет, останавливаться я не собиралась. Просто взгляд зацепился за эту “звезду”… или, как любит выражаться король, за Сердце Каэнри'ах, — Рэндалфр слегка постучала пальцем по лбу. Рэндалфр вновь задержала взгляд на сердце — восьмигранной звезде, одном из главных источников света в Королевстве. Затем медленно провела глазами по всему столпу, прозванному Стражем Каэнри'ах. В одной поднятой руке он держал сердце, во второй — меч, вонзённый в землю. Вместо лица у него была гладкая маска без единой черты, плавно переходящая в рога необычной формы. Были ли они частью существа или всего лишь элементом маски — никто не знал. На плечах искусно выкованные айлетты, напоминающие чешую. Рассматривая каждую деталь, Рэндалфр вновь удивилась: подобной тонкой работы теперь почти не встретишь. — От Стража ведь берёт начало всё наше боевое искусство? — спокойно спросила девушка. — Да. Вы… не слишком хорошо знакомы с историей? — Траин запнулся. — Не подумайте, я не хотел вас задеть… — Уже второй раз, между прочим, — подметила она. — Я поняла, о чём вы. Именно с этой частью я знакома хуже всего: всё время уходит на изобретения. Из меня воин, как из рыбы всадник, силы хватает разве что тяжести таскать. — Сила — не всегда в мускулах, — заметил Траин, опуская руку на рукоять меча, будто проверяя, на месте ли она. — В вашем случае, Рэндалфр, она… другого рода. — Он бросил короткий взгляд на блокнот в её руках. — Я знаю,— отозвалась она, — но сейчас говорю конкретно о физической. Порыв ветра всколыхнул её кудри, однако пара гладких, изогнутых линий, проходящих среди волос, не шелохнулась. Траин заметил это мгновенно. Вопрос скользнул в глубине его синих глаз, однако брюнет, зная, как мало они знакомы, не решился произнести его вслух. Хотя ему этого явно хотелось. Рэн торопливо пригладила волосы, будто пытаясь спрятать то, что упрямо бросалось в глаза. — Так, куда вы шли? — будто бы невзначай поинтересовался Траин. — В Сады. Там, думаю, меня никто не потревожит. — Позвольте вас проводить. В конце концов, это входит в мои обязанности, — спокойно сказал Траин. — Да ну? — Рэндалфр сузила глаза. — Король, кажется, забыл предупредить меня о том, что у меня появился личный страж. Уголки его губ дрогнули в улыбке, а взгляд мужчины заметно смягчился. — Так какой будет ответ? Я не посмею делать это против вашей воли. — Что-то мне подсказывает, что вам просто скучно, а я единственный способ разнообразить дежурство. — Вероятно, вы правы, однако мои принципы исключают такую возможность. — Принципы — дело великое… Ладно, я вам подыграю, а то мало ли… — она с кривоватой усмешкой пошла вперёд. Траин хоть и не сразу, но последовал за ней. Идя позади девушки, рыцарь молчал — не из-за отсутствия темы для разговора, а потому что его внимание притягивало то, что скрывалось под её кудрями: ярко-синие пряди, переливающиеся сиреневым в свете факелов, цеплялись за плавные, тяжёлые контуры, будто обтекая их. Каждое движение девушки заставляло волосы слегка колыхаться, и на мгновения открывались изящные линии того, что она так тщательно прятала. — Ваши кудри… Они очень красивые, — внезапно произнёс он, что и заставило Рэндалфр слегка смутиться. — Спасибо?.. — выдохнула она, смутившись так, что сама себе стала неожиданной. Комплименты — редкая роскошь, и она не умела с ними обращаться. — Может… перейдём на «ты»? Ты говоришь слишком официально. Я чувствую себя странно. — На «ты»? — Траин приподнял бровь, будто удивлённо, но предложение он принял. — Что ж, я не возражаю, — голос его стал куда мягче. — Давай, Рэндалфр. Белокурая расплылась в победной улыбке, словно выиграла незримый спор, — Траин даже приподнял бровь от неожиданности. «Хм… она куда живее, чем мне рассказывали», — отметил про себя Траин. Он тотчас внутренне скривился: полагаться на мнения других — последнее, что он позволял себе. Но Гутфрит был другом, заслужившим доверие, и этим Траин оправдывал собственную слабину. Теперь было ясно, что между инженером и военным врачом стояло нечто, о чём Гутфрит предпочёл умолчать. Рыцарь сопроводил новую знакомую до сада и, пожелав всего хорошего, отправился дальше патрулировать город. Рэндалфр помахала ему вслед и, оставшись одна, опустилась на ближайшую лавку. Тишина сада словно подталкивала к размышлениям. Теперь её мысли крутились вокруг того, что могло бы облегчить работу. Слишком часто в последнее время она ощущала себя выжатым лимоном. Перебирая в памяти прошедшие месяцы, девушка не смогла вспомнить ни единого дня, который принадлежал бы только ей; ни отдыха, ни момента, который хотелось бы сохранить в памяти навечно. Друзья в её жизни не задерживались, они являлись ветром, что заносил их ненадолго, — а потом так же легко уносил прочь. Вокруг оставались только знакомые, вспоминавшие о ней лишь тогда, когда это было им удобно. Они приходили по делу и исчезали без слов. А те редкие, кто пытался подойти ближе, быстро сталкивались с её честностью — прямой, холодной, как лезвие. Притворства она не терпела, сама ни на что подобное не шла. Так её воспитали. С раздражённым вздохом отогнав воспоминания, Рэн занялась чертежами. Её собственный проект — механизм, что не имел отношения к королю — рос на бумаге плавно и уверенно. Она знала, каким он должен быть. Осталось лишь собрать его по линиям, что рождались под её рукой. И таким образом, месяц пролетел незаметно. Они с Траином виделись редко, но каждого раза хватало, чтобы дни Рэндалфр становились чуть ярче. Похоже, и для него это знакомство оказалось значимым. Меч Траина стал тому наглядным подтверждением. Клинок обновился, сплав сменён, баланс выверен до идеала. Рукоять тоже новая, крепкая, точно под его ладонь. Такая работа не делается случайно. Он знал мастера, который способен на подобное. И знал, что никто, кроме неё, не стал бы подбирать решение так тонко, словно читая его нужды между строк. Но стоило спросить — Рэн только пожимала плечами, то с ленцой, то с совершенно серьёзной физиономией: — Не моя работа. — Я тут при чём? Ложь. Прямая, спокойная и совершенно бессовестная.

***

— Да уж, у тебя как всегда ничего нет: ни кофе, ни чая, — хмыкнул Гутфрит, деловито копаясь на кухне Траина, словно у себя дома. — Ты знаешь, что я появляюсь здесь только переночевать и… — начал брюнет, но его перебили. — Да, да, знаю. Но это не повод держать дом пустым, — отмахнулся блондин. — Ладно, не страшно. Недалеко живёт одна особа, настоящий чайный фанат. К ней и направимся. — То есть? — нахмурился Траин. — Ты бы хотя бы предупредил человека. Вдруг у неё дела. — Обойдёмся без твоей духоты, — вздохнул Гутфрит. — Она любит гостей. Всё в порядке. Чистой воды ложь. Однако, Траин всё же пошёл, спорить с другом он не видел смысла, но и одобрять такое поведение тоже не собирался. Дорога заняла всего несколько минут. Траин не понимал, к кому именно они идут, пока Гутфрит не постучал в знакомую дверь. — Рэндалфр! — один стук, второй, третий… Не услышав ответа, Гутфрит без тени смущения повернул ручку и просто вошёл. Траин остолбенел от такой наглости, но остановить друга не успел, тот уже прохаживался по дому, как по экскурсии. — А-а, вот ты где, — протянул Гутфрит, увидев спящую на диване Рэндалфр. На её лице лежала книга или блокнот — сложно разобрать. — Негоже спать, когда гости на пороге, Рэн, — протянул он её имя, словно дразня. — Гутфрит! — Траин резко схватил друга за плечо. — Ты в своём уме? Врываться в чужой дом и вести себя так нагло… Ты перебарщиваешь, — процедил он сквозь зубы. — Остынь, — блондин поднял руки, как бы сдаваясь. — Я же говорил, что она… Фразу оборвала внезапная глухая шлёпнутая боль в его затылке. Гутфрит ойкнул, а Рэндалфр уже стояла на ногах и держала в руке увесистый блокнот. — Ух ты ж, блять… — простонал он, зажимая голову. Траин только открыл рот, но слов так и не нашёл. Он выпустил друга, наблюдая за происходящим с смесью ужаса и восхищения. — Будь добр, ответь, — ровным, но уставшим голосом произнесла Рэн. — Что мне нужно тебе проломить, чтобы ты перестал вламываться ко мне как к себе: череп или, всё-таки, ноги? Выбирай, Гутфрит. — Ну-ну, что ты… — попытался улыбнуться блондин. — Девушке, вроде тебя, не идёт быть стервой. Рэндалфр едва не задохнулась от возмущения. И в этот момент у Траина всё сложилось в голове, пазл собрался окончательно. Траин моргнул, приходя в себя, затем резко сделал шаг вперёд и стал между ними. — Хватит, — его голос прозвучал непривычно твёрдо. — Гутфрит, сейчас же извинись перед ней! — он даже не смотрел на блондина — только на Рэндалфр, будто проверяя, всё ли с ней в порядке. — Ты перешёл черту. И не одну. Это её дом, её пространство, её правила, — тон был ровным, но в нём не осталось ни тени прежней мягкости. Гутфрит выглядел так, словно получил удар не по затылку, а по самолюбию. — Не смотри так, — устало сказал брюнет. — Если ты ожидал, что я поддержу такое поведение… зря. Он покачал головой. — Что с тобой происходит, Гутфрит? Ты скатываешься. И не впервые. Блондин раздражённо цыкнул, закатывая глаза. — Ты чересчур правильный. Вот и весь ответ. — Да. — Брюнет пожал плечами. — Но в отличие от тебя, я хотя бы умею уважать чужие границы. — Давайте без сцен. Говорите, зачем пришли… — она смотрела на обоих с утомлением, выдавая свежий след бессонной ночи. — Прошу прощения, — Траин слегка поклонился. — Мы, наверное, уже пойдём… — Даже не думайте, — отмахнулась Рэн. — Если у вас получилось вторжение, значит, признавайте ущерб. Говорите, чего пришли. — За чаем, — уныло признался Гутфрит. — Могу предложить травяной сбор… например, лёгкий, успокаивающий… или тот, от которого люди перестают врываться в мой дом, — она выразительно подняла бровь. — Я отличу ядовитое от нормального, знаешь ли, — пробурчал Гутфрит. — Но обычно уже тогда, когда оно в твоём организме, — усмехнулась Рэн. — Поздновато, не находишь? Траин стоял рядом, чувствуя, как его степень смущения растёт с каждым их обменом репликами. К удивлению, Рэндалфр не вступила в спор — только устало махнула рукой. — Закройте дверь и идите на кухню. Мне нужно хоть немного прийти в себя, — бросив им это на последок, она направилась в соседнюю комнату. — Так мы… сами чай поставим? — недоверчиво уточнил Гутфрит. — Разумеется. Ты хоть раз видел, чтобы я прыгала вокруг непрошеных гостей? — она даже не обернулась. — Приведу себя в порядок и посмотрим, стоит ли вас вообще терпеть дольше нужного. — В порядок? Я думал… — начал было он, но Траин мгновенно закрыл ему рот ладонью. — Даже не вздумай, — тихо процедил рыцарь. Гутфрит только и сделал, что демонстративно закатил глаза. Стоило Рэндалфр выйти из комнаты, он сразу направился к кухне, будто был здесь, как у себя дома. Поставил чайник, оценивающе провёл по нему взглядом, даже сквозь неприязнь умел ценить чужую работу, пусть и никогда не признавался этого вслух. Уже потянулся к навесным шкафчикам, ища чашки и травы, когда Траин резко перехватил его за запястье. — Серьёзно? — Гутфрит приподнял бровь. — Она же сказала самим. — Делать, да. — Голос Траина стал твёрдым. — Вести себя как хозяин в чужом доме — нет. — Он посмотрел ему прямо в глаза, не моргая. — Если наша дружба для тебя хоть что-то значит, прекрати. Сейчас же. Гутфрит замер, затем хмыкнул и отступил на шаг. — Кхм, да как скажешь, — он поднял руки в жесте капитуляции и уселся за стол, дожидаясь хозяйку дома. Траин, наконец, облегчённо выдохнул и последовал его примеру. Девушка вернулась довольно быстро, уже переодетая. Вместо тонкой майки была кофта, а свободные штаны делали её куда собраннее. Разница с тем, как она выглядела, когда они ввалились в дом, была очевидной. — Хм, тихо у вас, — заметила Рэн, приподняв бровь. — Я ожидала куда большего шума. Обойдя стол, за которым сидели оба мужчины, Рэндалфр подошла к навесным шкафчикам и достала три кружки. Она аккуратно расставила их перед ними, затем поставила на стол баночку с сахаром. — Какой чай ты предпочитаешь? — спокойно обратилась она к рыцарю. Голос был ровным, таким же спокойным, как и её выражение лица. Будто той перепалки, вторжения в дом и скандала вовсе не было. — Чёрный… — неуверенно ответил Траин. Он и сам знал, что не слишком разбирается в чае. — Хм, хорошо, — кивнула Рэн, вытаскивая деревянный органайзер с аккуратными мини-коробочками. В них лежали высушенные травы, ягоды и кусочки фруктов. — Если захочешь смягчить вкус, — она поставила органайзер на стол, — тут есть разные сухофрукты. — Подождите, — моргнул Гутфрит, вдруг кое-что осознав. — Так вы… знакомы? И я этого не знал? Рэндалфр подняла на него бровь, словно оценивая степень его невнимательности. Гутфрит нахмурился, переводя взгляд с неё на рыцаря. — Ты мне ничего не говорил. — Ты не спрашивал, — спокойно ответил Траин. Рэндалфр сняла чайник, разлила кипяток по чашкам, где уже ждали высушенные травы. После этого над кухней опустилась тишина. — Мне нужны новые инструменты, — нарушил тишину Гутфрит, перехватив взгляд девушки. — Ты ведь понимаешь, какие именно? — Не знаю, — ровно ответила Рэн. — Если ты хочешь получить что-то качественное, мне нужна конкретика. Инструменты бывают совершенно разные, особенно… — Всё, всё, хватит лекций, — раздражённо перебил он. — Как скажешь. Тогда пятьсот тысяч, — безразлично произнесла она. Гутфрит поперхнулся так, будто его ударили по спине. Чай брызнул в сторону, он тут же закашлял. Рэн же только чуть приподняла бровь, подпирая подбородок ладонями. Даже лицо Траина слегка побледнело. — Это что за сумасшедшие расценки?! — задышал Гутфрит. — Обычные, — отрезала она, начав небрежно загибать пальцы под каждым пунктом: — За твоё нытьё, придирки, попытки ломать инструменты «проверяя прочность», и мои часы работы. Поверь, я делаю тебе скидку за давнее знакомство. — Грабёж… — Гутфрит сжал чашку так, будто хотел её сломать. — Вот это ты называешь помощью? — Ужас, какая же я бессердечная, — ровно ответила Рэндалфр. — Но если хочешь, могу выбить скидку… возьму плату натурой. — Эм… — блондин покраснел так, будто его ошпарили. — Совестью, Гутфрит, — уточнила она в полном замешательстве. — Ты чего покраснел? Давление, аллергия? — она не понимала, с каким подтекстом были те её слова. Блондин резко поднялся. — Нет. Просто… забудь, — пробормотал он себе под нос и вышел, не оглядываясь. С этими словами он ушёл из дома, обиженный и смущённый одновременно. — Иногда мне кажется, что я говорю на другом языке, — она устало посмотрела на Траина. — Объяснишь, что именно он себе там надумал? — Пожалуй, откажу в этот раз, — Траин опустил взгляд, будто сам удивился тому, как это прозвучало. Рэн чуть нахмурилась, но промолчала. — Ты не пойдёшь за ним? — спросила она, убирая пустую чашку. — Не подумай, я не выгоняю. — Думаю, ему стоит какое-то время побыть одному, — Траин сел ровнее. — Но всё же… почему со мной ты была щедрее, чем с ним? — Потому что есть разница между тем, кто искренне нуждается в помощи… и тем, кто любит капризничать, — ответила Рэн, наклонившись над чашкой. — К тому же, я прекрасно знаю, что он хочет эти инструменты вовсе не для лечения. Потому и цена… Она осеклась, осознав, что проболталась. Подняла взгляд — прямо на Траина. — Ты… откуда взял, что это… моё? — выдавила она с нервной улыбкой. — Ты ведь только что это подтвердила. — ……. Траин впервые тихо рассмеялся в её присутствии. — Что? — приподняла она бровь. — Ничего… правда, — он выдохнул и всё ещё улыбался. — Просто у тебя было слишком забавное лицо. — Вот как, — протянула она, недовольно сведя свои короткие, дугообразные брови. Сейчас она действительно напоминала ребёнка, которому отказали в сладком. — В хорошем смысле, — поспешил добавить Траин. — Не продолжай, — сказала она. — Я и не… — попытался снова Траин. Она бросила на него такой взгляд, что даже чай несколько секунд не решался булькнуть. — Понял, — кивнул он. — Молодец, — сухо похвалила Рэн. — Обучаемый. Траин фыркнул: — Это ты про себя говоришь? Она медленно повернула голову. — …я молчу, — мгновенно сдался он. — Правильно, — заключила Рэн, аккуратно ставя чашку. — Говорить и пить чай одновременно невозможно. Тебе… понравилось? — Хм? — Траин поднял взгляд. — Да, очень. Вкус совсем не похож на тот, что продают в городе, — На его лице появилась тёплая, почти домашняя улыбка. — Как ты добиваешься такого аромата? — Я же инженер, — она чуть пожала плечами. — Сделала устройство — дегидратор. Наш климат не позволяет сушить, как в Ли Юэ, солнце у нас не помощник. Приходится изобретать замену… — она потёрла переносицу и поднялась. — Хочешь, соберу тебе несколько сортов? — Рэн улыбнулась мягче обычного. — Буду благодарен, — искренне сказал он. — Может, именно твой чай научит меня пить его с удовольствием Рэндалфр молча перебирала травы, ягоды и сухофрукты, раскладывая их по маленьким пакетикам так, чтобы вкус каждого будущего настоя был сбалансированным. Она полностью сосредоточилась на деле, и Траин, заметив это, не стал нарушать тишину. Минут через десять, она сложила аккуратную подборку в небольшую коробочку и придвинула её к мужчине. — Готово. Повторная заварка — на твой риск. Вкус почти пропадает. Траин слегка смутился. — Мне неловко принимать это просто так… Может, я чем-то могу… — Нет. — Она тут же пресекла его. — Мне ничего не нужно. Если будешь настаивать, ты пойдёшь следом за Гутфритом. — Не смею, — мягко улыбнулся Траин. — Вот и хорошо. Он поднялся и, уже направляясь к двери, остановился: — Рэндалфр. — Что? — она подняла взгляд. — Ты должна высыпаться. Твои глаза и так слишком много говорят за тебя, — он осторожно коснулся выбившейся кудри, лёгким движением убирая её за ухо. — Тёплая вода с мёдом должна помочь. Попробуй как-нибудь. — Я… постараюсь, — она опустила глаза, чувствуя, как щеки слегка теплеют. — До следующей встречи. Дверь тихо закрылась. Рэн опустилась на диван, прикрыла глаза и устало откинулась на спинку. Тишина вернулась, но в ней отчётливо слышалось что-то ещё — лёгкое, непривычное… что-то тёплое.