Обратный кадр

Хоукинс, штат Индиана, пятница. Эдди только вернулся домой, проживая ещё один учебный день не его года. Эта пара часов, как любая иная, не дала и малейшего намёка на новые знания. Единственное, что он запомнит на всю жизнь - летучих мышей надо долбить чем-то острым, желательно в их крохотную шейку, да посильнее. Прошло уже пять, может шесть месяцев с недо-конца света, заденувшего как вчера. Он не может избавиться от навязчивых мыслей и ноющей опухоли, под названием мозг, которая шлёт ему их. Единственное, что позволяет хоть на секунду ощутить себя вновь беззаботным, может и не совсем нормальным, но по прежнему человеком - наркотики, окружающие Мансона всю сознательную жизнь. Он не в силах предпринять ничего, кроме избегания этого кошмара. Или может? Пойти к людям, с которыми он делит один стол во время очередной игры в ДнД, допустим. Невзначай высказаться, а после перевести всё в шутку. А на крайняк даже к дяде, к которому он сунется только в случае оформления документов о своей смерти. Ему сложно собрать все мысли воедино, те будто специально уплетаются в противоположные стороны, скрываются в неосвещённых уголках разума. Как всегда не зная, что делать, тот тянет руку к дверце шкафчика, доставая оттуда косячок, припрятанный на чёрный день и засунутый в непримечательный пакетик. Заключая цепочку привычных действий, тот достаёт огниво и поджигает, скатываясь на пол как ребёнок и уткнувшись в потолок.

***

Тем же временем Стив, сам Стив Харрингтон, бывший король школы, а ныне лишь не самый лучший работник, покусывал косточки пальцев, свесив верхнюю часть тела из окна машины, выставляя на показ свою а-ля гавайскую рубаху. Тот с трепетом ожидал заказ из КФС, который вот-вот должна вынести довольная Робин, в случае, если не съела все по пути. Увидев знакомый силуэт, Стив слегка пошатнулся, зачесал волосы рукой и забрался назад, в душный от жары салон, стены которого в ближайшие пятнадцать минут будут жестоко подверженны ароматам паприки и курицы. А окно же не открывает по той причине, что слишком переживает за свою чудесную гриву. А она определённо была чудесной. — прифинь, мне там официантка на ушко нашептала фекретик, я и не знала, что ты тако-ое под кроватью прячешь... — облизывая пальцы в соусе, промямлила с набитым ртом Робин, ловко маневрируя и залезая на переднее пассажирское сиденье. Уже сидя там, она актёрски выпячила глазные яблоки и уставилась в съёженную морду Стива. Пару секунд помолчав и даже разинув рот, Стив в силах выдать лишь негодующее – что? – и беглый взгляд по салону, ищущий предмет, за который можно зацепиться. — шучу, — закатив глаза, выплевывает шутница и протягивает бумажный пакетик с гордой надписью КФС Стиву прямиком в руки — а у тебя правда что-ли чё есть там? Иначе почему растерялся, малыш Стиви? — ничего у меня нет — явно с ноткой вранья отнекивается тот, ведь под кроватью у него есть много вещей, о которых не хотелось лишний раз зарекаться при людях. Робин убила его настроение, но не аппетит. Тот недовольно выхватывает одну ножку из ведра и жадно откусывает. Перебивая пятисекундную тишину и сменяя тему разговора на первое, что пришло ему в голову, он спрашивает — ты не знаешь, как там Эдди? Я его давненько не видел, хоть мы и не особо друзья, но.. — но что? — Но я опять хотел бы собраться нашей компашкой, может, съездить куда. Машина у меня всегда при себе. Так что? — я его видела как-то на днях, но он выглядит до сих пор потрепанным, как и все мы после тех событий, понимаешь? — отводя взгляд в окно, а потом опять вернув на Стива, говорит Бакли — Сложно вернуться к обычной жизни, особенно, если тебя чуть не загрызли до смерти чёрные летучие твари, — вновь направив глаза на небо, на лице Робин растеклась небольшая ухмылка, — хотя, такая смерть была бы явно в его стиле. Если ты так за него переживаешь, можем сейчас проведать былого товарища. Сегодня свободный день, решила продлить больничный. — ничего я не волнуюсь, – брямкнул Стив – просто... – Тот на секунду задумался, с нежеланием выдавать правду. А правда была такой, что он и впрямь временами мог испытывать тревогу за состояние Эдди, но это слишком эмоционально для такого мачо-мэна как он, поэтому Харрингтон поставил точку в их диалоге, скромно промычав себе под нос лишь – ладно, поехали. Без разницы. — он абсолютно не против увидеть уже некогда знакомое лицо. Особенно лицо Мансона. Особенно его. Отношения у патлатого металиста с Харрингтоном были достаточно банальными. Они не могли назвать себя крепкими друзьями. Изначально. Но со временем те стали сближаться, придя к товарищескому общению на уровне подколов, нелепых касаниий, взаимных улыбок... Которых Стив не видел сразу же после того, как всё закончилось. Всё, насильно связывающее их вместе. Нить связи, как струна, резко оборвалась. С тяжёлым треском, под жутким напряжением, а последующий расстроенный звук лишь резал слух. Он слегка скучает по тому времени. Он потерял нечто большее, чем просто небольшую частичку себя, к которой нежеланно привязался. Но, так или иначе, есть много вещей, которые происходят просто потому, что должны были рано или поздно случиться. Без брезгливости вытерев жирные ладони об заношенные джинсы, мотор машины Стива загудел и те отправились в путь.       

***

Тем же временем, трясущиеся руки Эдди пытались нащупать стены. Он не мог продолжать жить в этом трейлере. Даже не мог понять, стоит ли он сейчас? Лежит? Перед глазами всё летело в смывающийся унитаз, плещущий водой во все стороны и издающий неприятный, звуковой волной стреляющий по вискам всплеск. Он ухватился потными, бледными руками за стульчак, пытаясь остановить кашу в голове. Но не особо-то выручало. В горле першило, как после многолетней засухи. Вот-вот и он уже отхлебнет водички из унитазной бездны, чем дойдёт до кухни в таком состоянии. Он усугубил ситуацию и прекрасно это понимает. В глубине души ему даже хотелось, чтобы стало хуже. Может сейчас он от всего избавиться? На него повесят новое клеймо, "туалетный фрик", который отдал концы прямо у подона сральни от передоза марихуаной, но главное, что отстанут. Навсегда. Ему насрать на слова окружающих, но временами хотелось просто исчезнуть. Чувство неприятного жжения в глазах мешало ему нормально сконцентрировать взгляд, а галлюцинации, тесно связанные с миром изнанки, обострились. Моргая, он будто не смотрел фильм под названием "жизнь Эдди Мансона", а листал слайды на дряхлом фотоаппарате, который определённо не выдержал проверку временем. Ванная комната пропиталась начисто крепко-сладким ароматом, коим за многие годы употребления начало нести и от шевелюры самого Эдди. Легкий озноб охватил всё тело. Время вокруг стало идти медленнее. Ему хотелось выблеваться, не зная, отчего больше - от отвращения к самому себе или из-за протухшей тушёнки, съеденной утром? Это больше не имело значения. Только закрыв глаза, из трипной колеи его разбудил звук подъезжающей машины. Или машин? Кто знает. В ушах гудит так, будто его запихнули в работающую турбину самолёта. Единственное, на что он сейчас способен молиться, так это то, что это полицейские. Добрые копы, прямиком из детских мультиков. По канонам с пончиком в руке, которые наденут на него мягкие, облегающие руки розово-пушистые наручники с глиттером, а повезут прямиком в Диснейленд, кататься на резиновых уточках. Увы или к счастью, реальность была иной.

Пришвартованная железная леди Харрингтона встала напротив жилища Мансона. Стив не спешил вылезать, вначале лишь прошёлся взглядом по виду из окна, который открывался ему очень даже хорошо. "Эх, как же давно ноги моей тут не было" отчётливо проносилось у него в голове. Поток сознания прервал хлопок дверью справа от него. Робин направила свои ноги ко входу в трейлер. Шторы были занавешены. Для обычных людей это показалось бы странным, но это же просто характерное поведение для Эдди, не так ли? Успев нащупать жевачку "hubba bubba" в бардачке, лопух полетел за своей уходящей подругой вслед. Совершив пару лёгких стуков по двери, Робин стала вглядываться в окна и трепетно ожидала какого-либо признака жизни. – будет некруто, если он зависает где-то с ребятами, играя в ДнД, пока мы без предупреждения припёрлись к нему? – с нервным смешком заметила Робин. – м-да, похоже так и есть. – уже разворачиваясь, дверь отворилась и из неё показался потрёпанный Эд. Шатко опираясь на стену, он пытался найти их лица среди мыльных силуэтов. Он невнятно произнёс слово привет, а после зажмурился, с замедленной реакцией реагируя на лучи света, падающие на его опухшее и бледное лицо. Описать эмоции ребят было трудно. Они вроде и знали об "увлечениях" дрянью, но увидеть его в таком состоянии лично - неприятно. Очень. Не успев сказать ни слова, тот рухнул на холодный пол. Стив с Робин быстро спохватились, уже держа того за руки и тащив к дивану. – ты знаешь, что делать? – с учащённым сердцебиением спросил Стив, ведь он то точно не имел за плечами опыта выведения школьников-наркоманов из обморока. – э-э, ну? – она начала трясти Эдди, заодно проверив дыхание. Дышит. Фух. Хотя-бы дышит. Отлично. – я не уверена, пригодятся ли здесь школьные знания, но. – та перевернула его набок, чтоб в случае чего, болван не ушёл на тот свет от собственной блевотни – Всё. Что делать дальше - понятия не имею, прости. Ищи телефон и звони в скор- – вдруг запястье её руки резко схватил очнувшийся и подлетевший как молния Эдди, с настолько широко открытыми глазами, что создавалось чёткое ощущение, что те моментом выкатятся, как две спелые черешни. – никаких скорых и посторонних людей в моём логове, я в по-олном порядке. – после голова вновь рухнула на подушку. Тот осматривал их с легкой отдышкой, облизывая сухие губы. – просто дайте глотнуть чего, окей? – схватившись за лоб, прошептал Мансон. – ох, боже, ожил, сукин сын! – манерно закатывая глаза, саркастически выкинула Бакли, от испуга чуть не ударившая того по роже. В брошенных попытках осознать, что тут, мать её, происходит, Стив, как нянечка по вызову, рванул на кухню в поисках стакана и воды. Робин, тем же временем, со скрипом придвинула табуретку и села рядом с Эдди, слегка прихватив того за плечо и осуждая неодобрительным, но по-прежнему нежно-любящим взглядом. Будто и без губ донося "и зачем тебе это всё было нужно, мракобес?". Он же в свою очередь отвечал ей ехидной и через силу натянутой, но довольной ухмылкой. Запах от курения шмали до сих пор не развеялся в воздухе, поэтому Стив делал две вещи одновременно - бегал, открывая всевозможные форточки, и расплёскивал воду, впопыхах наливая ту в стеклянную чашу, с проверенным временем рисунком черепка. Потом, чуть не поскользнувшись на раскиданных плакатах и прочем мусоре, помчал с ней в руках к своему "умирающему" рыцарю. Он протянул руку, чтобы патлатый слегка привстал и сделал ожидаемый глоток. Но вместо того, чтобы начать пить, тот стыдливо сказал, нет, прямо исповедовался у батюшки - я знал, на что шёл, простите – дальше отводя глаза куда-угодно, лишь бы не поставить зрительный контакт ни с кем из этих двоих. Особенно с Харрингтоном. Дурак. Это было несовместимо с его обычным поведением, хотя и то обьяснимо, он же до сих пор находится под кайфом. Но всё же поддавшись соблазняющей жажде, он наполнил рот минералкой и слег назад. Предметы вокруг судорожно кружились, как в танце, отдалённо напоминая о снежном балле, где Эдди обычно выступал в качестве человечка, сидящего за дальним столом и жующим самые дешёвые снэки. Никому не хотелось танцевать с фриком. Но ему явно не было от этого печально или грустно, даже наоборот. Его всегда забавляло надменное поведение окружающих. Вылетев из своих мыслей, тот на минутку вернулся в реальность, осознав одну смущающую деталь - зачем они вообще придрали к нему? Спустя столько месяцев молчания, вдруг объявились. Может, случилось что-то срочное, а он строит из себя принцессу в беде, которой всё подают и жалобно лелеют? Ну уж нет, спасибо. Тот опять решил повторить былую попытку встать, но, как силой притяжения, его потянуло назад. Удивило то, что это случилось не под натиском тяжести собственного тела и ломающей слабости, а из-за теплых ладоней Стива, которые насильно прижали его вниз. Это, само-собой, вызвало небольшое колошение от раздражения, но он не собирается сопротивляться. Мансон и Харрингтон уставились друг на друга. А Робин поочерёдно оглядывала двоих, переводя взор серых глаз с одной бесячей рожи, на другую. В итоге с оттенком скуки брямкнула – мне вас оставить? — погрузив атмосферу помещения в металлический чан, с кипящей в нём неловкостью.