Маленькие истории большой любви

      Брюнетка с двумя пучками волос, похожих на кошачьи ушки, с глазами, цвета тумана над озером, сидела в своей комнате на кровати, смотря какие-то видео в ноутбуке. Это было её последнее беззаботное лето, солнечный август и последний учебный год: её последний шанс признаться однокласснику в своих чувствах, сказать всё тому, о ком она думает со средней школы.       – Норкинс! – В комнату с сиреневыми обоями и контрастирующей мебелью из древесины тёмного дуба вошёл высокий русый парень – брат Элеоноры. – Не хочешь прогуляться? – Задор и радость, за которые его обожали, сочились из морских глаз и солнечной улыбки.       – Что ты задумал? – Оторвавшись от ноутбука, девушка прожгла брата холодным взглядом. Она пыталась сосредоточиться на курсе, но её постоянно отвлекали, и Стас не был исключением.       – Мелочь, пожалуйста, перестань, – мягкий тембр пытался успокоить "маленькую сестру", хоть между ними была разница в какие-то 3,5 года. Парень подошёл ближе к кровати и присел на корточки, чтобы младшая из всех Юн могла видеть его. – Я не хочу, чтобы ты тухла тут. Вечер сегодня прекрасный: тёплый, солнечный, почти безветренный. Пойдём покатаемся?       В глазах девушки загорелась искра. Сейчас она была похожа на кошку больше, чем обычно: зрачки расширились, как будто увидели добычу, уши приподнялись, будто пытаются уловить что-то, а недовольная мордашка стала заинтересованной. Она повернула голову к Стасу и, прищурившись, сказала:       – На роликах, да?       – Конечно! – Невозмутимо сказал он. – У тебя примерно час на сборы, – он быстро поднялся и вприпрыжку вышел из комнаты.       – Но я ведь не ответила! – Крикнула вдогонку "Мелочь" и швырнула в закрывающуюся дверь маленькой плюшевой игрушкой, но она услышала лишь захлопнувшуюся дверь в другую комнату.       У Норы появился интерес к такому неожиданному предложению, поэтому волей-неволей она начала собираться. Решив, что удобство важнее, она надела белую боди-футболку, сверху которой накинула рубашку на завязках, а также джинсовые короткие шорты и излюбленные носки-котики. Красится смысла нет – всё равно жарко и макияж может смыться       – Или... – стоя перед зеркалом, она всё-таки подкрасила губы тинтом.       В комнату резко и без стука вошёл Стас, разодетый в рубашку цвета хвойного леса и джинсовые капри, поддерживаемые широким чёрным ремнём из натуральной кожи, подаренный на последнее день рождения его девушкой – подругой Норы. Сестра уже давно подозревала, что эти двое встречаются: взгляды, касания, шутки и поцелуи, которые никто не замечал, или замечал, но не придавал значение. Парень оценивающе посмотрел на свою "любимую и ненаглядную" и, вынув телефон из заднего кармана, сказал:       – Шикарно! А теперь – фоточку!       – Стас, может не надо? – Это было его хобби – фотографировать любой значимый для него момент, даже прогулка с сестрой. Надо признать, получалось у него очень хорошо: хороший ракурс, правильно падающий свет на фигуры хоть людей, хоть неживых объектов и, самое главное, – Стас умел передавать через фото все эмоции, которые были в момент съёмки.       – Давай-давай! Такую красоту нужно обязательно запечатлеть, – и подмигнул Норе, играюче толкая её в бок к зеркалу. – Улыбочку!       На экране телефона высветилась фотография, где русый парень, склонившись, взял брюнетку за щёки и сжал их, делая своеобразную рыбку из её губ, а она грозно смотрит на него, сверкая своими серо-голубыми глазками.       – Больно же! – Пыталась отодвинуться Элеонора, но брат продолжал держать её, делая ещё забавные снимки.       – Ладненько, – "Шпала", как иногда называла Стаса Нора, отпустил кошачью мордочку сестры и пошёл к выходу, напоследок бросив, – жду внизу.       Спустившись со второго этажа, девушка заметила, что брат был во всеоружии: наушники, телефон, рюкзак и уже надетые ролики. Стас духарился перед прогулкой, укладывал волосы и параллельно отвечал на телефонные сообщения.       – Камеру взял? – Внезапно появилась Нора за спиной брата, от чего тот вздрогнул и резко убрал телефон в карман.       – Ага, – нервно ответил русый парень и открыв день, буркнул, – пошли уже.       – Не "пошли", а "пойдём". Да, пойдём, Стасик, – ехидная улыбка появилась на лице брюнетки, когда та, надев чёрно-красные ролики, взглянула на старшего брата. Парень ничего не ответил, лишь закатил глаза и снова начал пялился в телефон.       – Давай быстрее, Мелочь. Нам ещё зайти кое-куда нужно.       – Заинтриговал, – брови изогнулись в изумлении. Если бы они были в мультике 80-х годов, то они точно улетели бы выше головы.       Маленькая мадам вышла из дома в сопровождении старшего брата и, аккуратно спустившись со ступенек, выехала на дорогу, ведущую к выходу с участка. Действительно, погода прекрасная: тёплая, с лёгким ветерком, чуть колышащим волосы, и всё ещё ярким Солнцем, которое как будто и не собиралось заходить за горизонт.       – Нам на набережную! – Крикнул Стас, закрывая входную дверь.       – Без проблем! Только давай не поедем на автобусе? – Жалобно спросила Элеонора. – Если гулять, то по полной программе!       – Хорошо, – замявшись, ответил парень, как будто считая, успеют ли они куда-то добраться.       Выйдя за территорию участка, на котором они проживали, ребята направились в сторону города, до которого на роликах можно было доехать за 15 минут. Это был, наверное, единственный минус в том, чтобы жить в своём доме, а не в квартире – есть небольшие неудобства добираться до школ или университетов. Зато вид красивый: по обе стороны от трассы расположены пешие дорожки, а затем – высаженные "стенкой" каштановые деревья, плодами которых Стас, Норкинс и их старшая сестра Ева кидались друг в друга в детстве.       – В этом году хорошо цветут, – подметил юноша, проезжая вдоль дороги. – Закиадаю тебя ими осенью. Будешь в школу с синяками ходить.       – Не смешно! – Буркнула "Мелочь" и слегка толкнула брата в плечо, обогнав его, после чего демонстративно скрестила руки на груди.       – Ты не исправима, – хохотнул парень и потрепал сестру по макушке, от чего та тоже оттаяла и посмеялась.       Оставшийся путь до набережной, который по итогу составил около часа, ребята провели спокойно: шутили, общались обо всём и ни о чём, Стас спрашивал про бизнес родителей, а Нора про студенческую жизнь.       – Нам нужно подъехать ближе к Невскому проспекту, а там можем передохнуть, – мельком, невзначай сказал парень с сапфировыми глазами и мечтательно улыбнулся.       – Там вроде проводят мероприятия для студентов. Хочешь меня куда-нибудь сводить?       – Типа того.       Молчит, ничего подробнее не рассказывает, но улыбка становится все шире и шире. Нора даже не думает, что задумал её брат – она просто наслаждается. Ей редко удаётся расслабиться и отстраниться от учёбы, но Стасик всегда, когда у самого есть возможность, старается больше времени проводить с сестрой, что безумно сближало их. Ева, конечно, тоже пытается наладить отношения с младшими, но четвёртый курс университета не даёт спокойно жить, поэтому за последний год Нора и Евангелина общались только по телефону.       Наконец, они подъехали к Невскому и свернули на набережную – прямо к беседкам и, на удивление, немногочисленным студентам. Это и к лучшему. Неожиданно Элеонора увидела знакомую фигуру.       – Ангелина? – Как-то неуверенно спросила брюнетка.       – Привет, Норкинс! – Смуглянка с изумрудными глазами подбежала к подруге и нежно её обняла.       – Привет-привет. Твоя идея, не так ли? – Лицо снова стало приобретать кошачью окраску, особенно с растянувшейся улыбкой и мурчащим голосом.       – Не совсем, – хихикнула девушка в белой теннисной юбке, красном топе на бретельках и накинутой сверху белой рубашке. За её спиной показался высокий брюнет с карими глазами. Небрежно завязанный хвостик, с которого всё ещё стекала вода, чёрная майка на влажном теле и такого же цвета шорты – всё в этом юноше казалось Элеоноре прекрасным.       – Привет, Нор, – парень подошёл ближе к девушке, раскрывая руки для объятий.       – Да, привет, Саш, – нервно ответила девушка, смотря прямо в глаза тому человеку, который ей безумно нравится. Она старалась избегать брата Игневой, но, видимо, не судьба. Нора обняла парня, а тот, не жалея сил, ответил ей более крепкими объятиями. – Какими судьбами?       – Захотели прогуляться и пришла в голову идея, что было бы неплохо и вас позвать, – подмигнула Ангелина подруге, голова которой еле-еле выглядывала из-за плеча брюнета. – Пойдёмте! Мы, вообще-то, кое-что приготовили! – Девушка взяла брата Норы за обе руки и повела ближе к воде и деревьям. – Всё взял?       – Конечно, Гель. Показывай скорее, – Стас, идя за девушкой, наклонился ближе к лицу Ангелины. На мгновение Юн младшей показалось, что её брат поцеловал подругу, но "Изумрудик" никак не отреагировала, лишь уводила Стаса за собой, улыбаясь и что-то оживлённо рассказывая.       – Я рад, что ты пришла, – с какой-то нежностью сказал Александр, ослабив хватку и положив руки на широкие для девушки, как Нора, плечи. – Пойдём к сестре? Мы же не просто так сюда вас позвали. Стас разве тебе ничего не рассказал? – Недоумённо спросил парень, чья рука аккуратно скользнула от плеча к локтю девушки, а затем, взяв за запястье, мягко потянул за собой.       – Нет, молчал, как рыба, – отмахнулась Элеонора, хотя сердце начало биться чаще и сильнее: влажная, но тёплая ладонь обхватила её руку, от чего по телу пробежала лёгкая влюблённая дрожь.       Игнев ничего не ответил, лишь подтянул девушку ближе к себе и, приобняв её за талию, ловко поддев прижатую руку Норы, шёл к воркующим голубкам, которые раскладывали мягкие подушки, разливали сок и открывали снеки.       – Нор, какой сок будешь: вишнёвый или мультифрукт? – Невзначай спросил Стас, когда увидел, что сестра и друг подошли к их маленькому пикнику.       – Пикник? Серьёзно? – Хохотнула Элеонора, посмотрев прямо в глаза Саше, но тот лишь отвернул голову, как будто это не он придумал. – Вишнёвый, – на лице Юн сияла улыбка, в глазах зажёгся маленький огонёк озорства, да и сама она стала более расслабленной.       – Садись давай – ролики будем снимать, – начал командовать Саша и играюче толкнул девушку бедром. Та, неожидав такого жеста, начала падать, но Игнев быстро понял свою ошибку и удержал девушку.       – Стоять! Замрите! – Крикнул Стас, доставая из заднего кармана капри телефон. – Саш, руку пониже на пояснице опусти и плечи выгни чуть-чуть. Нора, ты тоже палкой не будь! Руку ему на щёку положи!       – Раскомандовался, – хихикнула Ангелина, но была не против видеть, как её брат и влюблённая подруга смотрятся вместе. Смуглянка знала больше всех: и о сомнениях Норы, и о чувствах Саши, и о намерениях Стаса по отношению и к ней, и к ребятам.       Фото получилось и забавным, и романтичным: влюблённая парочка, которая до жути стесняется друг друга, если они начинают переходить границу дружбы. После нескольких получившихся кадров Саша усадил Юн на плед и начал снимать ролики.       – Золушка, сама не можешь снять? – Пытался подколоть Стас, но Ангелина быстро метнулась к брату Элеоноры. И снова то ли поцелуй, то ли тихая угроза – Нора не увидела, но в глубине души надеялась, что у её дорогой подруги и брата что-то получится.       – Я почти снял, не бурчи, Стасик, – ответил Саша, высврбождая вторую ногу брюнетки. – Я не могу поухаживать за твоей сестрой вместо тебя?       – Вот же змей! – Подумала про себя Нора, когда на лице Игнева начали появляться знакомая улыбка и огонёк в глазах. Стас сидел в шоке, а Изумрудик пыталась не засмеяться, то и дело утыкаясь носом в плечо парня с кофейными волосами.       – Саш, ну хватит уже, – всё ещё пыталась сдерживать смех Ангелина, доставая телефон из лежащей неподалёку сумки. – Ты же знаешь, как Стас оберегает Нору.       – Ничего подобного! – Как маленький ребёнок пробормотал брат Элеоноры и скрестил руки на груди.       Игнев, уже сняв ролики, продолжал держать брюнетку за ноги, слегка массируя их, отчего Элеонора начала слегка смеяться. Парень поднял голову и посмотрел в полузакрытые туманные глаза сестры Стаса – его карие глаза блеснули озорством и чем-то тёплым.       – Норкинс, ты какая-то напряжённая, – Саша сел рядом с девушкой на плед, приобняв её за плечи, слегка сжимая их. Он подсел настолько близко, что спокойно мог наклониться и поцеловать её, но вместо этого прошептал ей на ухо – Может тебе помочь расслабиться?       Он аккуратно провёл рукой по её щеке, заглядывая в глаза Норки, которая замерла от таких прикосновений. Она никогда не чувствовала парня так близко, он никогда не касался её таким образом: их максимум было приобнять за плечи в школе или взять за руку, когда в коридорах было слишком много людей.       – Стас! – Окликнул мужской голос брата Элеоноры. Саша от неожиданности одёрнул руку и обернулся назад: его сестра сидела и пыталась запечатлеть воркующих голубков, положив голову на плечо друга Игнева.       – Игорёша! – Радостно ответил Юн, поднимаясь для рукопожатия. Саша смотрел на этих людей с какой-то злостью, но продолжал обнимать Нору. – А парни где?       – В магаз пошли. Кирилл с девушкой своей. Может к нам присоединитесь? – Парень с огненными волосами и карими глазами подмигнул Элеоноре, которая решила посмотреть, кто к ним подошёл, но, закатив глаза, отвернулась обратно. Брюнет словно пришёл в себя, почувствовав тяжесть на плече, и повернулся к девушке, лежащей на его плече, которая демонстративно для Игоря начала гладить Игнева по волосам, от чего Александр сразу как-то обмяк и прильнул к руке Норы сильнее, как кот, которого давно не гладили.       – Извини, но нет, – раздался голос Ангелины. – Разве что мы со Стасом, а ребята останутся здесь.       – Да, пойдём, Гель. Нор, – он повернулся к сестре, которая лишь слегка повернула голову, мол "слушаю", – не уходите никуда, пожалуйста.       – Но ведь..! – Начал возмущаться "Рыжик", но Стас навалился на его плечо и отвернул от влюблённой парочки, захватив с собой только любимую девушку, телефон, фотоаппарат и пару газировок. Когда троица уходила, Элеонора повернулась, чтобы посмотреть, куда пошёл её брат и подруга, и увидела, как Ангелина и Стас держаться за руки, скрепив кисти в "замочек".       – Они всё-таки вместе! – Радостно прошептала девушка, глядя на уходящие фигуры.       – А ты не знала? – Изумлённо спросил Саша, повернув голову туда же, куда и Нора.       Девушка широко раскрыла туманные глаза, в которых отражались золотые лучи заходящего за город солнца. Игнев повернулся к ней и засмеялся с выражения её лица. Всегда шумный, но добрый, и с таким заразительным смехом, что Нора просто не смогла обижаться на брата за молчание о таком важном событии.       Парень отпустил брюнетку и плюхнулся на плед, подложив слегка накачанные руки под голову. Чёрная майка немного задралась, но он не обратил на это внимание, в отличие от Юн, которая моментально покраснела и, быстро взяв маленькую баночку безалкогольного мохито, начала жадно пить.       – Сегодня звездопад будет, – как будто невзначай сказал Александр, задумчиво смотря в темнеющее небо, на котором постепенно появлялись звёзды. – Хотел встретить его с дорогими людьми, – хохотнул он, поднимаясь на локти. – И с тобой, – еле слышно добавил брюнет, смотря на Нору, которая перестала жадно пить лимонад.       – Разве сегодня? – Элеонора поставила руку, как опору, облакатилась на неё и подняла голову вверх.       Саша ничего не сказал, лишь влюблённо смотрел на девушку. Она не знала, что этот юноша уже слишком давно испытывает к ней чувства, возрастающие с каждым днём. Одноклассница, которая знает его лучше, чем он сам.       Его Норкинс.       Он был первым, кто её так назвал. Получилось глупо и случайно: Саша разговаривал с кем-то из одноклассников и его спросили за сестру Стаса, а он ляпнул первое, что пришло в голову. Это услышала и сама Юн, которая проходила рядом с ними, как во всех фильмах про подростков, но ничего не сказала. Как потом оказалось, ей даже понравилось такое прозвище, поэтому Александр начал называть её именно так чаще, чем все остальные.       Игнев заметил, что Нора поставила напиток и слишком сильно расслабилась. Это был его маленький шанс. Кареглазый парень тихо встал и, резко обхватив Норкинса за талию, повалил её на плед. Девушка, конечно, не ожидала такого поворота событий, от чего тихо вскрикнула.       – Дурак! – Хохотнула она, придя в себя после маленького шока.       Игнев аккуратно достал две тонкие пряди волос и, совсем чуть-чуть коснувшись губами лба девушки, сказал:       – Так мне нравится куда больше, – и прижал ближе к себе, чтобы Юн никуда не сбежала.       Они лежали в обнимку ещё несколько минут в комфортной и уютной, не требующей слов тишине. Это был их маленький мир, ограниченный лишь их силуэтами на пледе, который смялся маленькой борьбой юноши и девушки. Городской гул и их собственное дыхание – это всё, что нарушает немую идиллию. Девушка, слегка улыбаясь, водила рукой по волосам Игнева, заныривая пальчиками в распущенные волосы, которые сама и растрепала. Саша начал потихоньку засыпать, но почувствовал, как по спине Элеоноры пробежали мурашки и как она прижалась к нему поближе, ища тепла.       – Тебе холодно, – с теплом и заботой пробормотал Александр и чуть-чуть посмеялся, когда девушка сильнее уткнулась носом ему в грудь. – Норкинс, дай плед достану, – он аккуратно поднялся и, сидя на коленях, стал искать чем можно укрыться. Девушка, сидящая сзади, колебалась, ведь снова хотела попасть в эти тёплые объятия, но их статус "лучших друзей" не позволял ей сделать что-то большее. Или...       – Норкинс? – Голос парня дрогнул от неожиданности, когда почувствовал сзади навалившееся тело Юн младшей, руки которой медленно спускались от груди на талию Игнева, скрепляя "лапки" на его теле. – Может поменяем позу? – Ехидно улыбаясь, промурчал парень.       Элеонора быстро расцепила руки и отодвинулась от брюнета, замахиваясь для ударов по спине. Игнев, не теряя момента, на коленях развернулся лицом к девушке, накинул на них сверху плед и прижал Юн к себе так, что Норкинс оказалась сверху, прямо на бёрдрах парня.       – Идиот! – Кричала Нора и била кулачками по плечам Саши, пока тот заливался смехом под тёплым пледом и ещё крепче прижимал к себе Юн.       – Милая моя, – нежный голос буквально шептал ей в губы, одной рукой придерживая подругу за поясницу, а другой водя по щеке, как бы поглаживая, – давай перекусим?       Вопрос застал девушку врасплох: мысленно она была готова к поцелую или другим романтичным нежностям, но точно не к такому.       – Что? – Только и вымолвила она.       – Перекус, – ответил юноша, снимая с себя и девушки плед. – Не переживай, звёзд будет много, желание загадать точно успеешь, – подмигнул Саша, приобнимая Нору за плечи через плед.       – Суеверия, – отмахнулась девушка, но мельком посмотрела на экран телефона. 19:39. В компании с Александром время пролетело для неё незаметно.       – А я загадаю, чтобы мы вместе остались. Или уехали куда-нибудь. Вместе, – такие речи для обычно шумного Игнева были непривычны для ушей девушки. – Не хочу разъезжаться.       – И я... – согласилась подруга, подсаживаясь к брату Ангелины. – Я совершенно не готова к тому, что будет дальше.       – Мы справимся. Вместе. Как и всегда.       В его голосе не было и намёка на шутку или какую-то глупость. Сейчас перед Элеонорой сидел семнадцатилетний брюнет, который был рядом даже в самые грустные для самой Юн времена, который давно уже определился с профессией, но, как и она, мечется между городами. "Куда он – туда и я" – постоянно трердит про себя сестра Стаса. Лишь бы быть рядом с Игневым.       – Мне с тобой... – неожиданно продолжил парень, когда протягивал стакан с вишнёвым соком и коробкой с пиццей. – Мне с тобой хорошо. Всегда. Даже когда ты злишься на меня.       – Да когда такое было? – Начала фальшиво возмущаться "кошечка".       — Сейчас, — настаивал Саша, и его улыбка стала той самой, солнечной и чуть кривой, от которой у Норкинса ёкало сердце. — Но это мило.       Он сказал это так, будто констатировал факт: небо — синее, трава — зелёная, а Нора, злясь, — милая. И от этой простоты ей стало так легко и уютно, что злая мордочка мгновенно стала смущённой.       Друзья сели рядом и ничего не говорили.       Они просто наслаждались друг другом.       Ребята вглядывались в темнеющее небо, которое превращалось из сизого в густо-индиговое; в реку, в которой отражалась часть ночного города; в даль, думая о будущем и надеясь на лучшее, на чудо, на их совместное счастье.       – Смотри! – В один голос крикнули влюблённые, увидев первую падающую звёздочку. Они повернулись лицами друг к другу. В глазах Норы читалась кошачья радость и, смеясь, она уткнулась в плечо брюнета.       – Меня иной раз так заводят твои кошачьи ужимки, – смеясь, сказал Саша, которому было очень щекотно от того, что делала девушка.       – Да ты сам, как кот! – Выпульнула Норкинс, отстранившись от Игнева.       – Вот уж не скажи, – но возражение было прервано из-за легкой ручки Юн, которая легла на голову парня. Элеонора снова баловалась с его волосами. Саша сразу же сильнее прильнул к ладони, показывая, что ему это нравится, а сестра Стаса лишь тихонько смеялась.       Они сидели и молчали, а воздух вокруг так и вибрировал от напряжения, от недосказанности между ними. Элеонора опустила руку и положила голову на плечо юноши. Это была их идеальная история, счастливая и искренняя.       Александр завёл руку за спину девушки, как бы приглашая взять его. Вот она – та самая грань между "лучшие друзья" и "что-то блльшее"; та нежность, которую они проявляли друг к другу на протяжении нескольких лет. Нора колебалась, но всё-таки положила свою ладонь по верх руки Саши. Их пальцы переплелись, а сердца начали стучать быстрее.       Наслаждаясь моментом, они даже не заметили, как с прогулки вернулись Стас и Ангелина, держась за ручки и о чём-то весело болтая. Парочка спустилась к влюблённым голубкам и, взяв перекусить и выпить, подсели рядом.       – Ну что, налюбовались звёздами? – С озорством пихнул парня Стас, на что брюнет лишь цокнул, прижимаясь ближе к сестре Юн.       – Наливайте давайте! – Крикнула Геля, подавая стаканы и напитки. – Давайте завершим этот вечер на позитиве.       Она была счастлива. Любимый человек, лучшая подруга и брат – лучшие люди в её жизни и те, с кем она всегда хотела находиться. Своим счастьем она согревала сердца всем присутствующим. Все были счастливы. По-своему. По-настоящему.       – Давайте я тост скажу, – Нора лишь улыбнулась. Она поняла, что Стас слегка выпил, поэтому такой озорной, но девушке было неважно – главное, что брат счастлив. – Хочу сказать, что безумно рад находиться с вами рядом, общаться, видеться и просто быть. Ребята, вы – супер. Пусть так будет и дальше, а может и лучше, – добавил русый парень, подмигивая своей сестре.       – За нас! – Хором крикнула вся компания, чокнулась стаканчиками и выпила всё содержимое.       Они посидели так ещё какое-то время: Стас рассказал о прогулке с одногруппниками, Ангелина – про новые сплетни, но они все загадывали желания, видя как с неба падают звёзды. Игнева и Юн старший дурачились, постоянно толкали друг друга, как будто два ретривера, а Норкинс и Саша нежились в недообъятиях друг друга, как кот с кошкой.       – Пора выдвигаться, – пробурчал Стас, глядя на серебрянные часы на запястье смуглянки. – Я пообещал, что верну вас всех в целости и сохранности, – для важности своих слов юноша поднял указательный палец.       Они молча и быстро собрали вещи и еду и поехали к родному дому Стаса и Элеоноры. В этот раз Саша и Норкинс ехали рядом, перебрасываясь незначительными фразами и учёбе, семье, друзьях. Ангелина, ехавшая с братом Нора впереди, то и дело оборачивалась на влюблённых, ловя смущённый взгляд подруги. Но "Изумрудик" была рада за этих двоих, что читалось в её одобряющем и понимающем взгляде. Она видела больше других.       – Норкинс, ты заходи домой, а я Ангелину и Сашу обратно до города провожу, – сказал Стас, когда вся компания подъехала к двухэтажному тёмному коттеджу.       – Без проблем, – протянула девушка и направилась по дорожке ко входу, но её остановила чтя-то крепкая и тёплая рука.       – Норкинс... Я хотел сказать... Спасибо. Спасибо, что пришла, – Сашин голос был мягким, почти баюкающим, а взгляд был направлен куда-то за девушку.       – Тебе спасибо, что устроил всё это, Саш, – брюнетка с дымчатыми глазами положила вторую ладонь сверху его, слегка поглаживая костяшки пальцев.       – Да ладно тебе, – засмущался Игнев, махнув рукой, мол, "да всё нормально". Наконец их взгляды встретились: почти в полной темноте глаза брата Ангелины казались почти чёрными, но очень-очень красивыми и тёплыми. – Давай завтра продолжим? Может, в кино?       – Давай, – улыбка на лице девушки становилась всё шире и шире, а в глазах появился уже знакомый огонёк озорства. В груди у Юн что-то приятно и радостно ёкнуло.       – Тогда я завтра зайду за тобой. Днём.       – Днём, – воздушно повторила девушка.       Они простояли так ещё несколько секунд, но резкий свист от Стаса, означающий поторопиться, заставил Сашу сказать лишь:       – Доброй ночи, Норкинс.       – Спокойной, Саш.       Девушка проводила трио взглядом и зашла в дом. Ноги приятно пульсировали, голова кружилась от чувств, а сердце билось, как бешеное. Через окно девушка увидела, как возлюбленный возвращается к своей сестре, как Стас, что-то говоря, хлопает его по спине, а парень отмахивается и смеётся. И сердце налилось чем-то чистым, лёгкий и бесконечно дорогим.       Вечером, когда Стас уже вернулся домой, Элеонора получает сообщение, от которого приходит в приятный восторг. Весь этот вечер был не признанием, не было никаких поцелуев, но было обещание. Обещание завтрашнего дня. Обещание, что всё изменится.       "Завтра в 14:30 зайду за тобой. Надень пожалуйста, то красное платье с чёрными рукавами. Хочу тебя удивить) И... Спасибо за этот вечер. Спокойной ночи, Норкинс."       Нора ещё раз перечитала это сообщение и приложила телефон к груди. За окном на небе, цвета Марианской впадины, виднелись звёзды, то тут, то там срывающиеся с мест.       – Завтра, – прошептала Элеонора перед тем, как уснула со счастливой улыбкой на лице.