Жертва, изменившая всё

      Оказывается, иметь младшего в семье может быть весьма приятным моментом. Ну или только Оля была таким солнечным ребёнком. Во всяком случае, хулиганы с удовольствием развлекали девочку как могли, совершенно не заботясь о времени. Конечно не по-пацански это, сидеть с кучей заколочек в волосах и этот дурацкий хвостик... Ну и пусть. Они давно так не ржали.       Антон же сидел тихо в стороне, зарисовывая, что успевал, хотя бы мельком, на память. Да и парни так увлеклись, что им было не до художника-тихушника. Всё же что может быть увлекательней, чем выбор цветов, которыми они будут разукрашивать одного из нарисованных Тохой динозавров? Тех было так много, что глаза разбегались.       Петров приложил палец к губам, когда мама заглянула к ним. И пускай такой жест вызвал лёгкую хмурость, но комнату покинули. Если мальчишки не захотят оставаться на ночь, то Борис отвезёт по домам, будет хоть какой-то толк от мужа. Карина спокойно могла признать тот факт что дети с переезда были совсем несчастны, но сейчас это изменилось. Вот и пусть так будет.       Гости не доставляли никаких проблем. Шумели немного, может, но дети и должны быть шумными и создавать проблемы, иначе это определённо не дети. Страшно когда тишина в доме. Это Карина уяснила, когда маленький Антон затих, а потом она его оттирала, как могла от зелёнки. Краска зелёная кончилась у него! Или в рот тянул всё, в том числе хвост кота, когда они в гостях были. Или как намеренно мог упасть в лужу, пока мама отвернулась, и лицо такое что ясно как день «ни о чём не жалею».       Вообще, так тихо и не опасно шалил, что бывало диву давалась услышав от знакомых о настоящих пакостях. Потому первые в жизни нормальные друзья это хорошо, может перестанет отмалчиваться обо всём. Да и мальчики вроде хорошие, волком смотрят правда, но вежливые и очень аккуратные.       -Тоха, на! Так ты нас рисовал?! Ромка, у него компромат!       -Олька, у нас шпион заявился! За ним! Спрячет же!       На втором этаже зазвучал настоящий гогот и топот стада слонов, не иначе. В висках кольнуло. Можно потерпеть, детям надо побеситься в детстве, чтобы потом скорее расти над собой и взрослеть. С этой мантрой привыкшая уже к давящей тишине Карина придумывала что ещё изобрести из содержимого недр холодильника. После той похвалы руки так и чесались что-то придумать. Не сегодня, так завтра на крайний случай. Антон точно теперь часто будет приводить к ним гостей.       На втором этаже происходила битва. Антон держал дверь со своей стороны, удерживая толпу от вторжения на свою территорию. Листы жгли руку, а лёгкие горели уже от хохота. Кто ещё похвастается главными хулиганами класса чуть ли не с макияжем принцесс? Злорадство его так и разбирало.       -А ну открывай, предатель! Я ж попаду в комнату и тогда тебе хуже будет! Ох и накрасим мы тебя, а потом сфоткаем на память. Будешь лучше принцесс из мультиков Оли!       -На что ты там фоткать меня собрался? – Антон прислушался, всё же интересно, Пятифан человек слова вроде как. Может потому то они и довольно скалились в школе?       -Полароид у нас с собой. Вот в ход и пустим. Открывай, Заяц! Еп...ежёки в крапинку!       Хищно скалящийся мальчишка буквально влетел в комнату, тормозя об чужую постель, перелетая через спинку. Ну лицом он приземлился мягко, а вот другим не очень, от чего глухо простонал. Вставать было уже лень, но придётся, потому резво подскочил, поправляя растянутую футболку, которая задралась, оголяя спину. Пускай дом отапливался, но зима же. А попутно он рассматривал хижину Петрова старшего.       Кажется, у Оли было уютнее, игрушки там, подушки, яркое всё такое. У Антона было проще, минимум, что нужен для учёбы и его сидящего образа жизни. Скучновато, только рисунки радовали взор. Животные, динозавры, пара роботов.       -Полароид говоришь? Ну тогда можно и сфоткаться, только чур я принц в окружение принцесс. А то такие красавицы, да без кавалера, - очкарик без всякого стыда и совести подкалывал их, но обидно не было. Видели уж друг друга, да и у Ольки зеркальце было.       -Тоже мне принц. А коня где ты своего посеял то?       Пятифан потёр живот и колено. Хотя его гордость от фото пострадают больше сейчас, чем эти два участка. Да и это же кому-то надо доверить технику, не хотелось бы показываться Карине Андреевне в таком виде... Но соблазн совместного фото был сильнее. Оставят на память хоть что-то, а завтра сдадут дорогую вещицу в ломбард.       Воровато оглядываясь, Рома спустился вниз, где оставил Бяша свой скарб, оттуда и был извлечён полароид. Да и раз уж он заговорил об этой теме, то ему и организовывать всё. Потому с долей неловкости он заглянул на кухню и постучал костяшками пальцев по дверному косяку, привлекая внимание.       -Карина Андреевна, вы не сильно заняты? Просто мы хотели бы попросить у вас помощи...       Он пытался прикрыть лицо рукой, но всё равно бардак на голове виден был. Это не могло не вызвать улыбку.       -Оля слишком разыгралась?       -Нет, что вы, она как ангел. Хотели памятный снимок сделать.       -Роман... Я сейчас подойду. Вы пока выберите, как хотите стать.       Сложить два и два, откуда у ребёнка такой недешёвый предмет было несложно. Поучать не своего ребёнка было неправильно, да и тут уж диктует жизнь, как умеют, так и живут. Потому она лишь улыбнулась сжавшемуся ребёнку, тот сам всё словил налету. Быстро кивнул и скрылся наверху, агрессивно топая.       Он честным образом получил этот хлам! Тот гадёныш ему был должен и он забрал то что было равноценно! Но от того было не легче. Настроение подмочилось. Не осудили, но чувствовалось что-то неприятное. Хотелось бы как последнему трусу взять Бяху в охапку и свалить с этого до боли тёплого дома, чтобы не проникал сладким ядом под кожу. Не стоило вообще задерживаться!       Смену настроения товарища парни уловили сразу. И ничуть не растерялись. Пока Пятифан раненым волком не завыл, силком усадили на застеленную постель. К нему сбоку тут же пристроилась улыбающаяся Оля, обнимая за руку, прогоняя напряжение. Ну как тут можно хмуриться, когда так улыбаются. Если не сказали ничего, то и не скажут, по крайней мере, не в скором времени.       -Карина Андреевна сказала, что скоро подойдёт. Велела выбрать как нам расположится, она там занята, готовила что-то, - на кухне он из-за эмоций не обратил внимания, но теперь припомнил запах. Пахло чем-то ожидаемо вкусным, непривыкший к нескольким приёмам пищи желудок чуть не известил мир о желании попробовать очередное творение матери Антона. Хоть кусочек.       -Да чего думать-то? Антон посередине, Ольку к нему на коленки. Раз вызвался быть принцем, то будет в окружение прекрасных дам, на!       Бяшка даже походкой от бедра прошёлся по комнате, кокетливо моргая, но это выглядело до того нелепо, что Пятифана согнуло вбок, скрываясь лицом в волосах Оли. Он дрожал от тихого гогота что рвался из груди. Да какие к хренам мысли об уходе?! Пока не прогонят, тут сидеть будет! Вечер только набирал обороты!              Естественно никто их не пустил по домам. Ну точнее настоял Антон, чего отца напрягать, он с работы устал же. Им разрешили только отзвониться, да было б кому, но парни сделали хоть вид, что это сделали. А после был ужин, вечерний чай и душ. Хулиганы под ночь выглядели уже как две совы. Так же только «уху» выдавали, да хлопали круглыми глазами.       Переодетые в одежду Антона, они тихо сидели на расстеленных на полу матрасах. Оля уже за ужином клевала носом, умаялась от игр и новых впечатлений девчушка, даже мультики не пригодились. Потому Антон смог быстро сделать домашку, решив больше не вставать так рано из-за ерунды. Благо всё ещё задавали мало.       Они чего устроились, ожидали наконец-то откровений Антона. Тот же обещал рассказать у себя дома всё. И начал Петров с обновок в портфеле. На матрас были выложены пара мандаринов и сложенный в несколько раз листок. С окрашенными во что-то алое краями.       -Помните смех в лесу? Это была Алиса. Она подложила мне это в портфель. Записку я не читал всё ещё.       -Ну так читай скорее, на. Вдруг там что важное, а ты игнорируешь. Проблемы будут...       Бяша поёрзал по своему матрасу, боязливо смотря на записку. Что могла подкинуть мистическая тварь было очень интересно, потому он взглядом молил их нового товарища развернуть уже послание.       Листок в тонких пальцах зашелестел. Глаза за стёклами чуть щурились из-за неяркого света лампы. Но на листке было всего несколько предложений, написанные кривым крупным почерком.       -Если коротко, то приглашают в гости. Зайчик достаточно прижился, чтобы указать путь до их дома, а большего не надо. Хозяин ждёт. Как-то так. Ну не прийти я не могу точно.       -Тох, а что за зайчик?       -Пятифан, вот это вообще сейчас необъяснимая херня будет. Я сам ещё не знаю толком ничего. Просто как факт, моё настоящее лицо это Зайчик. Знаешь маски такие карнавальные папье-маше? Ой, да проще показать.       Светловолосый зарылся снова в портфель и, со всей возможной аккуратностью, вытащил оттуда потрёпанную маску. Та смотрела на хулиганов пустыми прорезями для глаз, заставляя нервно сглотнуть. Вот так в неярком свете лампы и луны та словно подсвечивалась.       -Бля, Тош, она жуткая какая-то!       -Тш-ш! Нормальная маска. Мне нравится. Мне её хозяин леса дал. Вам не понятно будет, но я тогда ощутил от неё такое родное ощущение. Словно вернул часть себя.       -Давай ты нам по порядку расскажешь что знаешь, а там три головы всяко лучше одной.       -Мне с детства снится в полнолуние как меня в этой самой маске гоняет по лесу мужик. А как нагонит, убивает весьма жестоким способом. Этот сюжет был у меня с пяти лет. Так надоело просыпаться от чувства что умер. К нам после полнолуния приходил Тихонов, Вову искал. А я решил погеройствовать. Мысли о награде голову снесли. Решил в лесу порыскать. Варежку на ветке нашёл. Приманка явная, но взял. Помню тени, как бежал по сугробам, почерневшее небо и гараж. Зажмурился, а как открыл глаза и мой дом, у леса стояла тварь какая-то, я не стал разглядывать. А дома мама...       Антон судорожно выдохнул, сжимаясь. Он только услышал скулёж от Бяши, но не понимал, чего бурят так отреагировал. Он должен сейчас рассказать и хватит с него. Пускай у этих двоих головы болят.       -Там кровь была. Треск, как будто кости ломают, выворачивают суставы. Она делала шаг и следы красные. Она не отвечала, когда я звал. Она вообще сперва догоняла меня, когда я к лесу сбежал, а после пропала. И после это вот. А ещё на пороге следы когтей. Я впервые рад был тому, что мама на эмоциях повышает голос.       Ромка не знал кого из парней успокаивать. Бяшка беспомощно блеял при упоминании гаража, а Петрову такая херня мерещилась или реально видел. Но ставить слова под сомнения когда доверились было неправильным. А пока он тряхнул обоих за плечи, так что челюсти-то клацнули. Зато вон как сразу протрезвели.       -Я понимаю для вас тут травма, но рано раскисать. Это не всё ведь, Тоха?       Гараж тут у них лишь один мистический. Не местный пацан байку вряд ли где слышал, а посему, говорил, скорее всего чистую правду. Вот так дела.       -Да. Гараж этот я видел и во второй раз, когда Алису попросил проводить меня до места, где она могла видеть Вовочку. И уже там я получил свою маску. Я не представляю чего они там такого делают в своём убежище, но сова не хочет об этом рассказывать. Спросил, а она сразу смолкла.       -Так блять, какая ещё сова?       Зайчик, Алиса, хозяин и вот какая-то сова. Компашка выходит не вдохновляющей ни разу, подозрительно вообще, что банда эта носит детские карнавальные маски. Да ещё и нова члена коллектива не спешат просвещать в суть их деятельности. Сразу чувство, что что-то не так.       -Эта сова прилетала к Оле едва ли не через день до недавнего времени. Прилетала и смотрела. Предположительно, до маски, Олю могли стащить на обед.       -И ты так спокойно об этом рассуждаешь?!       Если Ромка ещё мог что-то сказать, то у бурята слов никаких не было. После общения с Петровой он, конечно, не был готов сразу грудью бросаться на эту пернатую, но как минимум если бы пришлось бежать, Олю потащил с собой. Понять это спокойствие Антона он определённо не мог. От этого было даже жутко.       Пускай освещение было тусклым, но Антон не совсем же слепой. Видел как товарищи напряглись. Не боятся, просто не понимают. И это было нормально. Осуждать за адекватную реакцию было глупостью. Он и сам себя испугался, отметив это странное спокойствие.       -Ром, потише. Я тоже мог стать обедом. У гаража меня поставили на колени, Алиса умоляла попробовать меня. Она и смотрела на меня по пути как на разочаровывающий кусок мяса. Они давно искали Зайчика, спрашивали без надежды на положительный ответ. Хозяин подарил мне мишку, вон на столе стоит. А сова мне приснилась. И не только она. Она огромная, но на самом деле это маленькая девочка. Самая маленькая из зверят. И она вела себя точно так же как во сне утром. Замучался от себя отцеплять. Она очень напомнила Олю. Просто до ужаса. Я хочу разобраться во всём, почему так происходит, какую роль играют зверята в исчезновениях детей. В конце концов, можно ли от этого оградить своих близких. Хочу я или нет, а общаться придётся с ними и истерикой делу не поможешь. Или лучше мне разреветься и забиться в угол, смотреть спокойно на происходящее?       Петров говорил странно спокойно, играясь с облезлым мехом на маске. Её так и хотелось надеть и забыть о всех проблемах что преследуют его как человека. Отдаться свободе и инстинктам. Снова почувствовать ту лёгкость с которой его тело взмывало ввысь и шум крови в ушах.       Антон не стал сильно сопротивляться желанию, уже дышал нервно в неровную поверхность внутренней части маски. Просто почему бы не действовать согласно представлению Пятифана о нём? Не лезть во всё это и бояться за себя и Олю. Бездействовать. Это звучало не так и плохо.       Школьник почувствовал скорее, чем услышал или увидел. С хрустом повернул голову к окну, смотря на летящую с леса точку. Она напугает Олю и мальчишек, нельзя чтобы она с ними контактировала, мало ли. Очкарик вскочил достаточно тихо и стал обдирать с окна теплоизоляцию. Действовал он быстро, боясь не успеть.       -Не привлекайте внимания, закройте окно.       Кратко приказал даже, прикладывая маску к лицу и под шокированный хрип парней выпрыгнул с окна. Приземлился не очень устойчиво на фонаре, чуть не воскликнув от обжигающего холода, но надо было привлечь внимание совы. Глухо рыкнул, когда парни замерли истуканами и те поспешно стали запирать окно, пока им не прилетело по шапке от их товарища. Тот довольно кивнул и помахал рукой.       Летящая крупная птица ухнула и сделала крюк вокруг дома, прежде чем приземлиться на крыше, куда пришлось и Антону перебраться. Конечно чуть не заскользил, носки вообще не давали нужного сцепления. Но уже трансформирующаяся сова схватила его за руку, притягивая к себе, где было легче стоять.       -Антон.       -Что?       -Почему ты вышел?       -Ты опять к сестре прилетела. Я не хотел чтобы ты её пугала. Зачем тебе Оля?       Он сжимал в ответ ручонку совы. Та смотрела то на него, то вниз, ковыряя носком сапожка снег и ледяную корочку на крыше. Значит он был прав.       -Не смейте их трогать. Они мои, крылатая. Мои люди. Ясно?       -Я не к твоей сестре летела! Мне велели приглядывать за тобой, чтобы всё хорошо было. Тебя вчера побили, вдруг тебе и сегодня больно было бы? Мы бы...!       -Что? Что вы бы сделали? Стащили как Семёна?       Взгляд девчушки из-за маски стал испуганным. Пускай этот вариант был на поверхности, но она будто свято верила что они замели все следы. И эта наивность его смягчила, потому ручонку он опустил, стараясь не дрожать от холода.       -Антон, ты ещё слаб чтобы так выходить на мороз. Заболеешь, Зайчик от простуды не спасёт.       -Что, даже мистические существа болеют?       -Мы нет. А вот Зайчик может. Тебе нельзя болеть, долго видеться не будем тогда.       -Если я не узнаю сейчас что ты хочешь от Оли, то видеться мы будем только по велению Хозяина. Сейчас она мне ближе кого-либо, ты это понимаешь, следишь же. Зачем тебе Оля?       -Она могла стать моей. Она одинока. Я просто хочу спасти её, больше ничего.       Этот уверенный ответ, прямой взгляд глаза в глаза, ручонки гневно сжались в кулачки, того гляди сейчас ещё затопает по крыше. Значит так они называют эту процедуру? Благородно звучит, но на деле иначе. Избирательны в вопросах питания вроде.       -А Вовочка тогда вам для чего нужен был? А Семён? Кому они подходили? Крылатая, не испытывай моё терпение, я по ночам нервный и злой. По мягкому месту отхватишь, если увиливать будешь.       Он так по-детски пригрозил, не зная что ещё бы мог сделать девчушке. Но это сработало, вон как с писком прикрыла тылы, отступая от него. сам он кажись примёрз к крыше, ну носки так точно. Кошмарно холодно, скоро зуб на зуб не заскочит.       -Тошенька, клянусь, там другая ситуация! Ты поймёшь, когда увидишь. Лисонька для этого и пригласила в гости. Но завтра днём, ты промёрз уже. Плохо будет. Я обещаю, что не потревожу Олю, только иди скорее домой.       -А мальчишек?       -...Не могу обещать за других. Они не подходят для меня. Но волчик принюхивается к бешеному. Тошенька, приходи завтра обязательно, это очень важно. Мы проведём тебя домой если до вечера не успеем. Пожалуйста...       Она не могла рассказать больше. Многое нужно просто увидеть чтобы поверить. Потому она могла лишь умоляюще смотреть на парня. Зайчику нельзя болеть, вдруг что-то пойдёт не так? Они не дождутся нового зайчика точно, сил и надежды не хватит.       Птица смотрела, будто гипнотизировала, ждала ответа. А Антон смотрел и тонул в этих наивных глазах. Как бы ни вглядывался, но он не видел жестокости в них. Вряд ли ребёнку так мозги промыли, скорее уж там действительно всё сложнее чем кажется даже на десятый взгляд.       -Я приду. И передай волчику, что хвост обкусаю ему, если узнаю что лез к Ромке или Бяше. Лети к своим. Меня тут никто не обижает. Пока не увижу твой силуэт у леса, не вернусь домой.       -Опять шантаж. Антон, это совершенно нечестно.       Но хоть девочка обиженно бурчала, всё равно её тело покинуло крышу. И ещё более недовольной она стала, когда сброшенные ею перья поймали, не давая тем добраться до двух перепуганных детей. Она всего лишь хотела пометить их и заставить уснуть. Даже если Зайчик сам им раскрылся, нежелательно было бы им помнить про неё. Но она и так была слаба. Потому она молчаливо покинула зону видимости Петрова, прячась среди скрипящих деревьев.              Продрогший Антон скоро был дома и трясся хлеще листа на ветру. В маске было тепло, это факт, но защитить от мороза раздетое тело она не могла точно, по крайней мере так долго. Потому Петров закутался в одеяле по самые уши и постукивал зубами, пока парни сверлили его вопросительными взглядами.       -Ну и ночка, на. Будто побыл в комиксе про супер героев. Но холода ты определённо точно боишься, ушастый. Чего делать будем?       -Спать. Раз уж Тоха разобрался, то сегодня можно спокойно поспать уже. А расскажет он всё завтра уже, но только если посчитает нужным. Выскочил бы уже придурок в одних трусах, чего уж так мелочился. Ты даже Бяху обскакал с его перекати полем в голове. А если бы обморожение так схлопотал?       -Ромк, ты чё, на? Тупым меня обозвал что ли?       -Тугодумом. Прямо как Петров. Гр... Ложитесь оба уже. Не хватало своим перешёптыванием привлечь внимание. Оба быстро улеглись и глаза закрывайте. Нам в школу ещё блин с утра.       Неожиданно именно Пятифан выступил гласом разума. Кто его такой покусал то, что он так за переживал за учёбу? Хотя вполне возможно что Рома просто пытался скрыть так свою нервозность и страх перед увиденным. С одной стороны увидел и теперь точно знаешь врага в лицо. А с другой бы лучше бы не знал и спал себе спокойно в неведенье.       Скоро комната погрузилась в неровное дыхание и шорох. Надо удобно утроиться и выспаться, нельзя произвести плохое впечатление на маму Антона. Она и так успела себе на придумывать всякого. А там может решит вовсе что они плохие друзья её сыну. Просто вдруг. Это будет больно. Рома хотел чтобы теперь всё шло иначе.