Жертва, изменившая всё

      Дома было привычно тихо. Стоило лишь открыть дверь, как переноска в руках Петрова зашевелилась, выдавая нетерпение третьего законного жильца этой постройки.       -Ром, может стоило хоть кота и дальше у матери оставить?       -Ты что, нашего ребёнка и дальше хочешь на этой мурине держать? – Пятифанов демонстративно схватился за грудь, сверкая хитро глазами. Он по обыкновению своему занимался разгрузкой машины, а то к ним детей приведут через пару часов, а у них шаром покати.       -Пуриной она его кормит.       -Да хоть как. Такая гадость вызывает привыкание.       -Ну не всем же кормить котов мясом, субпродуктами и прочим. Скажи спасибо что хоть не еда со стола. Хотя мою докторскую колбасу за милую душу таскает... Бл...! Сколько можно?! Пятифан Романович, вы когда-нибудь собьёте меня к чёртовой прабабушке!       Яркие зелёные глаза ошпарили наглую кошачью морду, что так и лучилась презрением к ближнему своему. Повёлся ж на свою голову пару лет назад на откровенное враньё Ромки, приютили котёнка, бедного сиротку с холода. А теперь эта скотина вечно нападает на его ноги, под них же сигает не вовремя, скидывает всё со столов и притаскивает в дом живых мышей с улицы ему на подушку.       Вот и зачем он прозвал кота кличкой Ромки? Такой же характер, ну копия, только что белый да пушистый. Так, а он перед отъездом убрал свою армию чашек? А, ну судя по звону уже не требуется.       -Ром...       -Да на счастье это. Я тебе новую чашку с бегемотиком куплю, только не кричи.       Шатен наконец-то хлопнул багажником, с пакетами подходя поближе к парню. Ну какой притворно недовольный, прям та злая птица из игры Димона, хотя они там все вроде недовольны жизнью. Сухие губы быстро прижались к чужому виску, но это явно не успокоило Антона, тот лишь отпихнул от себя, упираясь рукой в грудь.       -Потом косяки воспитания отработаешь. А теперь к виновнику, - блондин в пару шагов добрался до открытого зала, где кот сидел как ни в чём не бывало прямо у места преступления. Благо чашки были пустые, а то бы замучался отдирать потом какао или кофе. - Пятифан Романович, ещё одна сбитая чашка и вас ваш батенька, с наказа маменьки, отвезёт к ветеринару. И молись чтобы не на кастрацию. В общем. Ром, либо ты объясняешь где он не прав, либо я поступлю не как мужчина.       Закончив с этим бесполезным делом, кот и ухом не повёл на его тираду, он отправился с чемоданом наверх в бывшую родительскую спальню. Он уже не вслушивался в бубнёж Рыси, знает же что ничего дурного про него не скажет коту. Скорее опять сюсюкается с этим комком из адских пучин. Не ну он тоже любил по-своему это исчадье, но временами накатывало, больно любил тот бедокурить на его рабочем месте.       Сколько событий пережил этот дом и сколько поколений их семьи. Пора бы старику на пенсию уже, а не вот это вот всё, только тут столько воспоминаний хранилось, что сердце рвало от мысли покинуть эту берлогу. Да и может ещё в наследство Лёвке перейдёт, если только этот мелкий захочет жить в деревне, где интернет всего-то в паре домов сделан силами самих жильцов.       -О да, этот любитель компьютерных игрушек точно возжелает в такую дыру уехать. Благо пока его мнения никто не спрашивал об этом.       Антон как-то пакостливо хихикнул, вспоминая, что помимо мелких Игоря и Оли придёт и Лев, его сослали с родительской квартиры как только мама заболела, чтобы тоже не подхватил чего летом то.       -Точно... Ромка! А чего мелких они с собой на море не возьмут? Этот момент я что-то не припоминаю, - Заяц прислушался, всё же за шуршанием и с такого расстояния слышно было самую каплю хуже.       -Они сломали ноутбук твоего брата.       -Тю, а я то думал опять разбили телевизор или микроволновку.       -Это тоже. И прожгли любимую блузку Ольки, мамины помощнички.       -Ну и накосячили. Нас всего дней девять не было ж.       -А это они всё натворили в один день, рекорд новый установили мелкие.       -Ахуеть...       Иных слов притом ещё и культурных не нашлось. Его племянники были ужасны. Энергия с них пёрла со всех щелей и лето превращалось в кошмар для семейства Будаевых ежегодно, как эти хвостики уходили на каникулы. Временами было жаль Игоря, столько постоянных трат только из-за того что он не мог гаркнуть на своих барсучат. Слишком уж он любил тех, собственно это же было со стороны Оли, потому на лето их часто отправляли к ним, на исправительные работы под руководство дяди Ромы.       Ну в этом году значит опять есть рабочие руки на огород. Эх, вечность можно наблюдать за некоторыми вещами. И речь не о воде и огне. В этом доме кроме шоколадных трюфелей сладостей не было совершенно, карманные деньги накосячившим деткам не выдавали и был строгий режим дня. Это не значит что над мелкими тут измывались, свободное время было же и игры имели место быть, просто сил на пакости уже не будет. Временами казалось что они специально косячили только чтобы всё лето провести у них. А вот Лёва... он был отдельной темой для размышлений. Именно после его рождения начался новый виток событий у их семьи.              *****              О пополнение в семье Петровых Рому и Игоря не извещали, решив сделать это сюрпризом, да и чего нервировать парней, пока те на призыве. Потому когда те через несколько дней со своего возвращения пришли в гости то получили сюрприз. То как Пятифанов хватал ртом воздух, странно смотря то на Антона, то на ребёнка было просто бесценно. Лёва был до безумия похож на старшего брата.       -Знакомьтесь, это Лев. Брат мой, а то по глазам вижу уже все варианты что перебрали.       -Фух... А чего ты ничего раньше не сказал? Два года молчал, а то наверное и немногим больше.       -Согласен с Ромычем, зачем о таком молчать, на?       Петров неопределённо пожал плечами, терпеливо снося попытки ребёнка отодрать у него клок волос. Мальчишка не проявил особого интереса к гостям, сосредоточенный целиком и полностью на этой страдальческой гримасе. Почему никто не сказал что некоторые дети любят мучать других живых существ?       -Мама сказала что вы бы отвлекались на ненужные мысли. Да и в её возрасте стоило бы прервать беременность, а не рисковать так. Но всё обошлось, - Антон фыркнул когда ребёнок попытался обляпать его очки, из-за чего пришлось склонить голову ну другую сторону. – Давай-ка без обиженного лопотания, нельзя трогать очки так, мелкий пакостник.       -Ты «отлично» ладишь с детьми. Дай сюда. Да не ссы ты, давай.       Ухмылка на этом лице всегда заставляла таять. А спустя два то года хотелось точно немного иной обстановки и состава действующих лиц. Но чего нет, того и нет, потому оставалось лишь с опаской передать ребёнка Пятифану и дальше с удивлением смотреть на то как уверенно тот перехватил карапуза. Да ладно это, Лев сперва замер, разглядывая незнакомца, но не плакал как это бывало ранее, наоборот скоро завозил своими загребущими ручонками по щекам.       -Друг, Ромка часто сидел с мелкими тёть Лены. Конечно давно не держал таких маленьких, на, но не забыл как видишь. Эти лапти надёжные, иди лучше чай заваривай, не с пустыми же руками притащились, - всё такая же немного беззубая улыбка его успокоила горазда лучше любых слов. Да и действительно пора на кухню, а то он без присмотра плиту оставил.       Первое знакомство удалось на славу, для мальчонки нашлись наконец-то ещё няньки. Конечно, к появлению Лёвы Оля была уже достаточно взрослой чтобы доверить если что ей присмотр за братом, но эта птичка должна была думать об учёбе. Вот и оставался только Антон, когда маме срочно нужно было отойти куда. Благо происходило это не часто, он тоже работать должен. В две смены, в лесу и тут вот. Кстати, насчёт леса. Поскольку парни вернулись, можно подготовку начать.              В тот день было всё спокойно, выходной ведь. Пока отец ремонтировал машину, пользуясь помощью Игоря, остальные жильцы занимались тоже делами. Только Оля единственная страдала над учебниками, недовольно теребя кончик косички, хорошо хоть Тоша порой подходил с помощью. Сам Антон занимался домашними делами, а точнее сбором вещей на стирку. И как заведено уже давно:       -Есть чё светлого постирать?       Вопрос был громким, перекрывая все прочие шумы в доме. И затишье временное, прерванное натуральным ржачем, который пытались задавить на корню.       -Тоха, ты жуткая гопота!       -А у тебя и не спрашивали, ты в светлом и не ходишь, конь недоделанный. Оля, ёшкин кот! Ну-ка тащи сюда свои вещи. Давай-давай, я жду.       -Оля, прячь тот сарафан, пока не поздно!       -Пятифанов, притихни! Так, не понял, чего это ты задом идёшь? По-хорошему ещё говорю, давай сюда свой косяк и, может быть, помилую.       Ох какая возня началась на втором этаже. Шатен уже тише засмеялся под такие же едва слышные смешки тёть Карины.       -Вот ведь гопник-Мойдодыр.       -Ох, Ромочка, ты это ему в лицо только не скажи, обидится ещё.       -Ну а чего обижаться? Я в свои двенадцать и то не говорил с такой интонацией, что хочется прям всё снять и проверить нет ли чего светлого, чтобы не злить.       -Ну ты же знаешь какой он обидчивый, только дай повод.       -На правду обижаться нельзя. Так, - парень чуть грозно свёл брови на переносице, смотря на ребёнка перед собой, - Я вот сейчас не понял. Лёвка, а мы чего это тут плюёмся? Вкусная каша. Но раз не нравится, то я сам доем.       Карина старательно скрывала улыбку, смотря на удивлённое и обиженное до подступающих слёз личико младшего сына, когда Роман следующую ложку съел. После ещё две порции поводили у лица ребёнка и опять же положил себе в рот, уворачиваясь от махающих ручонок. На четвёртую ложку наконец-то «поймали» столовый прибор и подтащили к себе.       -Вот так и надо было сразу. Ещё раз так неуважительно к чужому труду отнесёшься, до обеда голодный будешь. Я тебе не мама и не Тоша, чтобы сюсюкаться. Слёзы подбери, мурзик несчастный.       Роман всегда был таким. Вроде грубый и дразнит, но Лёва долго на него не дулся, да и до рыданий ни разу так и не дошло, лишь на самом пороге к этому. Просто удивительно почему только Пятифанову прощались все такие случаи, может это из-за того что Рома почти не спускал ребёнка с рук, когда приходил к ним надолго в гости?       Вот и сейчас Лев хмуро доел, некоторое время сопротивлялся, когда его пытались взять на руки, а потом сам уже обнял за шею. Оставалось только смириться с тем, что сын выбрал своим любимчиком бывшего хулигана. Как когда-то смирилась со многими иными вещами.       Обычный день был, но только не для Антона. Однако его странное напряжение стало заметно далеко не сразу, тот всё время подвисал или оглядывался на окна, высматривал что-то. Закончилось всё на ужине, после очередной паузы в движениях он криво улыбнулся и сказал что ему бы на свежий воздух. Благо мама никогда не держала его при такой срочности. Кажется, она давно всё знает, но молчит.       Вырвавшийся с дома Петров стрелой помчался в лес. Не требовалось оглядываться чтобы знать, что позади него ещё две тени бегут, понимая прекрасно странность его поведения. Они не знали какая конечная цель, однако лес трепетал. Этот капризный дитёнок ещё не излечился полностью, но были уже достаточно длительные моменты спокойствия, которые дали ответ Пятифану на когда-то заданный вопрос в избе. И сейчас этот карапуз лучился довольством, намекая о важности происходящего.       Почуяв что-то похожее на приветствие, пришлось на какую-то жалкую секунду остановить эту бешеную гонку со временем чтобы обтереться меховым боком о ствол ближайшего дерева, отвечая. Напряженные тела снова сорвали с места под шум закачавшихся ветвей, а ветер внезапно принёс запах металла. Кровь. Не к добру это всё. Только бы он не оказался прав.       Трупа они не увидели, лишь девочку. Немного в отдаление Волчик драл воющего мужчину, вгрызаясь со всей ненавистью тому в шею. Судя по запаху разложения, того умудрились ранить, вот и взбешен. Но сейчас главное девочка. И, даже не смотря на факт, что Антон приглядывает за посёлком, напрашивался интересный вывод.       -Заяц, что с Алисой?       -Потом.       -...Что бы ты ни задумал, поспеши, пока она ещё живая, на. От мёртвой толку не будет, верно?       Как всегда Бяша понял больше него, ну не зря ж столько лет до армии шаманил под руководством Тохи. Да и у него были мысли. Пятифан прикрыл глаза, делая глубокий вдох и выдох, убеждаясь, что это тот самый шлейф, который его учили различать на летних каникулах после первого курса. Сам Хозяин обучал. Лёгкая смесь ужаса и безнадёги накрыла его, на миг даже замутило. Почему их опять не посвящают в планы? Или же опять у травоядных своя многоходовочка?       Он зашевелился только когда почти что брат подпихнул его в спину, намекая что его помощь может пригодится в предстоящем плане. Ну да, иначе бы давно всё сделали и сами.              *****              -Ну что, пакостники, хотите послушать сказку на ночь?       -А что за сказка? Про зверюшек?       Саша с любопытством смотрел на дядю Антона, который как-то рассеянно смотрел в потрёпанную тетрадь. Пришлось приподняться чтобы разглядеть яркие рисунки, но ничего интересного. Да, это были красивые персонажи, их обожаемый рыцарь-кролик, о путешествиях которого им рассказывали едва ли не с рождения. Но всё же они же уже не такие маленькие, чтобы слушать такое.       -Да, про зверюшек. Эта история будет о появлении подружки для лисички-сестрички. Я же обещал в прошлом году, что расскажу об этом подробнее.       -Но это год назад было. Нам уже это не интересно.       -Дима с тобой бы поспорил. Лучше послушай, она короткая совсем, - Пятифанов фыркнул в чашку, смотря из-за дымки на недовольного ребёнка. Всего младшая школа, а уже сказки наглецы слушать не хотят. Разбаловали кошмарно.       Дима молча кивнул, устраиваясь в своей постели поудобнее. Он то любил сказки, ведь видел что это был как некий кусочек тайны их дяди, то что он как от сердца отрывал. Было интересно узнать что же за приключения такие были, что к лесной команде присоединился ещё один зверёк. Почему именно её рыцарь-кролик и мудрый козёл приняли в семью.       Сюжет каждой истории казался обрубленным, порой сложным для понимания, вызывающий кошмарно много «а почему», на которые не было ответа, лишь тусклый отблеск в зелёных глазах. В этот раз лесное братство вынуждено было отправить своих новых членов на длительное обучение. Туда, куда не взяли самого рыцаря-кролика, хотя ему и не надо было, он и без обучения мог же наподдать недоброжелателям, хотя так думал наверное лишь Дима.       Рыцарь-кролик жутко скучал по своим младшим товарищам, не ел, не пил, загибаясь от печали. В голове мелькнула шутливая мысль о чахнущим над златом Кощее, но сразу убежала, не к чему этого жуткого типа вспоминать. История уносила их в те изумрудные таёжные дали вместе с храбрым кроликом, которого часто сопровождала лисичка-сестричка. Порой казалось, что лисичка любила рыцаря, но почему же нельзя сказать это прямо? В чём сложности облегчить себе душу? Но она молчала и за неё грустил сам ребёнок.       Встречали своих братьев по оружию звери с радостным пиром, под нежные трели флейты козла. Где же сюжет? Дима с недоумением приподнялся, растерянно смотря на дядю Рому. Где же основное действующее лицо, раз уж сказка короткая?       Крёстный приложил палец к губам, молчаливо прося дослушать и не отвлекать погрузившегося в свой рассказ блондина. Тот мягко водил пальцами по собственным рисункам, очерчивая хитрую мордашку лисицы в ярком одеянии. Палец соскользнул с листа и с шорохом перевернули страницу. Яркая украшенная поляна с стоящими на деревянном столе яствами обернулась чернеющей чащей. Лисичка, не та их знакомая, обессиленная лежала на смятой ало-зелёной траве, шерсть на мордашке была перепачкана и потемнела от горьких слёз что катились из глаз.       Прогуливаясь по владениям после маленького пира, юные рыцари наткнулись на лисичку. Естественно было решено спасать обессилевшею бедняжку. Отнести к лисичке-сестричке, она же должна знать как помочь другой лисичке. Мчали со всех лап, в ушах стоял лишь свит и стук сердца, настолько страшно было не поспеть, сочная травка била по мордочкам, под когти забивалась земля. Так спешили неожиданные спасатели.       -Они успели?!       Детишки разом воскликнули из-за драматичной паузы, на что получили бульканье со стороны двери. А ведь прав был крёстный выходит...       -Хм...можно сказать, что успели, - блондин улыбнулся странно, криво так и пальцы больше не перебирали страницы. Глаза он прикрыл, окончательно отдавая всё своё внимание этой истории.       Рыжая сестра была озадачена таким возвращением, вскричала испуганной пташкой, привлекая внимания остальных членов их разношёрстной семьи. Дрожащее тело было опущено на землю перед единственной надеждой на спасение несчастной.       Заяц влетел в избу, взглядом сходу впиваясь в Алису. Это заставило напрячься, отходя на шаг назад. Хозяин уже поднял тему после его сигнала? Рогатая голова качнулась на вопросительное невнятное ворчание.       Зверята как щитом стояли перед Алисой. Однако так казалось лишь ей самой. Клетка дающая ощущение защищённости от чужих интриг, но всё это лишь ложь, самовнушение. Девчушка затряслась и натурально угрожающе взрыкнула, едва ли не упираясь в стену, рыжим хвостом подметая пол.       -Алиса...       -Нет!       -Я знаю о твоей ненависти. О нашей общей ненависти.       -Это не относиться к делу.       -А по мне так очень даже.       -Антон, я перестану быть стражем леса с таким телом. Ты и сам знаешь все минусы своего существования.       -Но плюсы ведь есть. Не ты ли мне о них рассказывала?       Лисица вздрогнула, смотря со злостью и некой каплей беспомощности. Это не было таким уж секретом для других, но говорить о таком вслух было сложно ещё тогда своему действительно близкому другу, а тут остальной семье.       -Мне нужно подумать.       -Десяти минут хватит?       -Более чем.       Лисичка-сестричка была всё так же растеряна. Она не знала как озвучить тот вариант, что приходил на ум. Слишком рискованный он был.       Алиса, эта наглая, хитрая и жестокая к чужим чувствам лисица, сидела тихо на полу, смотря будто в никуда, горящие золотистые огоньки в прорезях маски сейчас были сокрыты во тьме. Но Антон то знал, что смотрит она именно на девочку. Чего добивалась эта мнущаяся плутовка? Мучала только своим молчанием. Благо парни хоть не вмешивались в процесс, лишь крайне внимательно наблюдали, оценивали.       Фигура в неизменной даже сейчас по не ушедшему теплу шубке поднялась и тихо покинула избу, коротким взмахом прося сделать то же самое. На улице она осторожно приняла эту ношу, опускаясь на землю. Тельце лёгкое такое...       -Ну и как это должно проходить? Она живая, я мёртвая. Просвещай, гений.       -Она на грани. И была согласна, я уже поговорил. Только у неё свои условия будут, ты будешь обязана те исполнить, Алиса. А так, раз уж когда-то моё согласие позволило примкнуть к вам, то и тут может сработать.       -А если нет?       -Ты получишь долгожданный покой.       Девчушка прижала в подобии объятий тельце, чувствуя даже через ткань перчаток кое-где пульс. Или ей просто мерещиться от волнения? Всё так же осторожно тело уложили на примятую траву.       -Эх, Антоша-Антоша, умеешь ты соблазнять дам, настоящий змей-искуситель. Действуй.       -Отдай маску.       Не просьба, приказ. Какой серьёзный стал. И он совершенно не был уверен в успехе, прощался, иначе зачем бы снял своё лицо и смотрел с такой напускной строгостью, да поджал губы. Это заставило неожиданно хохотнуть. Пальцами она потянулась к своему лицу, запуская пальцы под маску, медленно и аккуратно отдирая, надеясь не обломать края уже трухлявой поверхности этой деревяшки. Не было ни писка, ни слёз, лишь густая давно охладевшая кровь чёрными каплями скользила по перчаткам, пачкала мех шубки на рукава и воротнике.       Как только маска была оторвана, тело накренилось вбок и опало, но оно уже было ничуть не интересно, лишь маску словили бледные ладони. Туша странно дёргалась, вспучиваясь тут и там, будто что-то ползало под ней, шуба расползалась. Это были всего лишь личинки. Они споро с аппетитом объедали куски плоти с костей, оставляя те идеально белыми, сновали в пустоте брюха, пируя. Тонкие корни выползли из-под земли и скрыли отвратительную картину, прежде чем утянуть вниз, надёжно упокаивая останки стража, что отказался от этого тела. Никакого пути назад.       Внутренности маски радовали теми же весёлыми обитателями, что выгрызали себе путь в склизкой плоти. Они устремились и к пальцам Зайчика, но с неестественным шипением после первого же укуса «убегали» прочь. Пустые глазницы были покрыты трещинами, как и края маски, за которые Алиса отрывала ту от себя, краска была выцветшей и никакого больше меха. Как тень самой себя. На колени упала тягучая капля, тут же впитываясь в ткань, как клеймо. Распространяла вокруг себя миазмы.       -Так они спасли лисичку?       -Да. Лисичка-сестричка смогла вылечить новую подругу. Только теперь они всегда будут неразлучны, ведь бедная лисичка без постоянной помощи не сможет выжить.       -Но как они вылечили лисичку? – Диму в этот раз не устраивал такой внезапный обрыв в сюжете сказки. Он будто почти докопался до какого-то секрета и резко ему дали по носу, чтобы не любопытничал много.       Антон с каким-то усталым вздохом открыл глаза. Он приоткрыл рот, но быстро передумал. Осторожно закрыл тетрадь с рисунками, пытаясь разгладить потрёпанные края. Положение спас внезапно крёстный, просто выключая свет, заменив тот на ночник.       -Когда приедет тётя Алиса, спросите у неё о концовке. Она редактировала эту главу истории рыцаря-кролика и она же просила с такими вопросами отправлять к ней. А теперь носики в подушку и под одеяла, пока не пришёл волчок и не куснул за бочок. Завтра предстоит тяжёлый день, пакостники.       Роман ухмыльнулся так, что дети разом спрятались под одеялами. День похоже действительно тяжёлым будет. Крёстный у них строгий на самом деле, хоть и добрый. Значит ждать только приезда тёти Алисы. Это ведь так долго...       С тихими пожеланиями на ночь звери покинули детскую комнату. Бывшая комната самого Антона между прочим. В комнате напротив уже было тихое сопение. Лев отличался большой любовью ко сну, больше того он любил только свои компьютерные игрушки, но без ноутбука в них и не поиграешь. Хоть у кого-то хорошо всё со сном.       На кухне стояла уютная тишина. Они оба с лёгкой тяжестью вспоминали тот день. Кончилось то всё хорошо к счастью, но не будь нечистью обзавелись бы шикарной сединой, настолько пугала тогдашняя неопределённость. Петров с очередным тяжким вздохом провёл пальцами по тетрадке. Все эти похождения рыцаря-кролика было сложно рассказывать детям, но хотелось хоть в такой редакции рассказать им о том, что же происходило в жизни их близких.       Под веками заплясали цветные круги, а в груди знакомо уже сдавило. Горячая ладонь успокаивающе прошлась по спине меж лопаток, пальцы мягко сжались на шее и ушли выше, зарываясь в мягкие волосы. Это действительно заставляло тот чёртов комок не давить, заставляло снова дышать.       Не было новостью что тело приняло маску. Однако в своей борьбе Алиса тратила все те небольшие силы, потому поддержка Антона была нужна на всех этапах. Никакого перерыва хотя бы на секунду. В глаза как песком насыпали, но он отказывался моргать без крайней необходимости. Было страшно упустить момент и вдруг бы грудная клетка замерла, просто вдруг что-то пойдёт не так?       Когда девочка заёрзала, солнце уже билось активно через кроны деревьев, через ещё густую листву. Ветер играл в слипшихся прядях, ласково проходился вслед за лучиками солнца по бледной коже, забирался даже под одежду. Сердце застряло где-то в глотке, не иначе, с лёгкой дрожью в пальцах он сжал чужую ладонь. Ожидал. Чувствовал что шанс невелик, но может и в этот раз свершиться чудо, как и все года ранее?       Взгляд этих ярких глаз был испуганным. Но не от незнакомой местности. В души упал тот валун, что давил на него, когда ему на шею кинулась девчушка, сдавленно всхлипывая, больно упираясь краями маски. Это отрезвляло. Она была тёплой, неожиданно громкой и кошмарно лёгкой, тонкой, того и гляди сломаешь. Даже Лев не казался таким хрупким. Оставалось лишь прижать крепче к себе.       Это была их Алиса. Та самая на самом деле весьма эмоциональная и ранимая девочка. Желающая свободы. Просто желающая снова жить. Жить так, как не вышло раньше. Она кошмарно боялась смерти и боли, как все они. Но лишь она на самом деле готова была к переменам и она их получила.       Леший не подходил. Не время. Пока что этот миг только для этих двоих. Ещё успеют отпраздновать такое событие. Впереди ещё много лет полных взлётов и падений. Всё же бессмертие не имеет особых плюсов если его не с кем разделить, чтобы вместе удивляться новому дню.