Мечты должны исполняться

      Дверь в спальню скрипнула и неожиданно приоткрылась, когда Хёнджин уже лежал в кровати.       Нет, он не спал. Он держал перед собой телефон, на котором его хён демонстрировал свой член, дразня Хёнджина. Сейчас он отдавал долг своей стране, находясь на службе, но совсем скоро должен был вернуться. Осталась буквально неделя, и Хёнджин снова сможет почувствовать этот член в себе. Он закусил нижнюю губу и протяжно застонал. Его кулак сильнее сжал собственный орган, уже влажный и крепко стоящий от фантазий о хёне.       Вторая рука, пальцы которой были уже увлажнены смазкой, скользнула вниз. Туда, где уже очень долго не было горячего, настоящего и любимого члена.       Хёнджин закрыл глаза, дроча себе и постанывая, поэтому не сразу понял, что в комнате есть кто-то еще.       Вдруг его резко схватили и перевернули на живот. На тонких запястьях захлопнулись холодящие кожу металлические наручники.       — Эй… Что происходит? — завопил он. — Вы кто? Отпустите меня!       — Вы задержаны за нарушение закона. — Раздался знакомый шёпот над самым ухом. — За просмотр роликов эротического характера с участием лиц, не находящихся в это время. в вашей прелестной заднице… И за то, что эта самая задница снилась мне ночами, вызывая перманентный стояк.       Хёнджин, едва скрывая радость, повернув голову набок, прошептал:       — Я готов понести заслуженное наказание, господин полицейский! По всей строгости закона… По самой верхней границе…       Шлепок по ягодице заставил его охнуть и выгнуть вверх эту самую задницу.       — И эти губы… — Минхо вцепился в чужой подбородок, развернув его к себе. — Я так скучал за ними. Блять… Иди сюда! — Он впился в мягкую плоть, не прекращая терзать покрасневшие половинки. Он мял их, сжимал, щипал, шлепал, будто ребенок антистрессовую игрушку.       Хёнджин стонал в поцелуй, жадно сосал чужой язык, не веря своему счастью. Это не сон. Его любимый хён вернулся!       — Ты писал, что как только я вернусь, хочешь, чтобы мы обновили все поверхности в нашем доме, так? — Звонкий шлепок по заднице вызвал стон. — Какая же ты всё-таки нуждающаяся сучка, Хван!       — Да, — выдохнул Хёнджин. — Хочу… Я так скучал за твоим членом, хён…       — Ты играл с собой, мелкий извращенец? Пока твой хён топтал плац?       — Только с мыслями, что это ты трахаешь меня, хён… Только ты… — Хёнджин выгнул зад, стараясь поймать чужое возбуждение. — Пожалуйста…       — Так сильно хочешь его? — Минхо сходил с ума. От родного запаха волос, в которые уткнулся прямо сейчас носом. От запаха тела Хёнджина, от его голоса. Он считал сначала месяцы, потом дни, потом часы до дембеля… И вот, наконец, они снова вместе. Как же сильно он сам хочет ощутить узость своего мужчины. Услышать его стоны и крики. То, как Хёнджин идеально ему подходит, иногда кажется каким-то сном.       — Хочу, хён, очень… Хочу его внутри. Хочу, чтобы он растягивал и наполнял меня спермой. — Минхо застонал от этих слов. Главный герой этих фраз дёрнулся и, как гадёныш, измазал трусы выделившимся предэякулятом. — Хочу взять его в рот, глубоко, долго сосать, чтобы ты стонал, а потом позволить тебе трахать меня так сильно, как ты сам этого захочешь.       — Сука… — зарычал Минхо. — Твой грязный блядский рот доведёт меня до греха. — Вставай!       Он помог Хёнджину подняться.       — У меня тоже появилась мечта… Есть место, где я тебя ещё ни разу не имел… — Хёнджин удивлённо осмотрелся. Он думал, что в их квартире такого не осталось.       — Разве есть ещё такое? — Он развернулся к Минхо. Несколько секунд они просто разглядывали друг друга, пока, не сдержавшись, их губы снова слились в поцелуе. Жадном, жарком и одновременно с этим нежном. В нём было столько невысказанного, но такого понятного только им… Любви, ожидания, тоски друг по другу… Желания…       — Пойдём… — Минхо отстегнул наручники и подал Хёнджину футболку, лежащую на пуфике возле кровати. Тот удивился, но надел её.       Минхо, взял его руки и нежно, по очереди, оставил на каждом запястье по поцелую, будто извиняясь за металлические оковы, только что сдавливающие их. Хёнджин улыбнулся и обхватив склонённую голову перед собой, поцеловал в макушку.       — Как же сильно я скучал, хён, — прошептал он, утыкаясь носом в мягкие волосы.       Минхо выпрямился и потянул его в сторону балкона. Прохладный летний воздух лишь немного охладил их пыл.       — У тебя появился кинк на секс, когда нас в любой момент могут увидеть? — Хёнджин хихикнул. — А нас ведь действительно могут увидеть…       — На 18 этаже? — Минхо прихватил зубами кожу на тонкой шее. — Сомневаюсь…       — Услышать…?       —А может я хочу, чтобы нас услышали? Чтобы все знали, что Ли Минхо вернулся и громко любит своего Хёнджина. — Он отодвинул пальцами отросшие тёмные волосы и растянутый ворот домашней футболки, оставив поцелуй на плече. — Похуй, пусть слышат, видят… Я хочу всем показать, как я скучал за своим любимым…       Хёнджин вздрогнул, когда Минхо раздвинул его ноги коленом и скользнул пальцами к влажной от предшествующих игр самого Хёнджина, дырочке.       Хёнджин замычал, слегка прогибаясь в спине и отклячивая ягодицы назад. Он всё ещё не мог поверить, что это не сон. Что спустя долгих полтора года Минхо снова с ним!       — Господи, сколько же всего я хочу с тобой сделать… — Минхо толкнулся одним пальцем. Он вошёл легко, но Хёнджин всё равно охнул, будто не он несколько минут назад запихивал в себя как минимум два пальца.       — Почему… Ахх//. Чёрт, да… Почему всё же балкон? — выдал между толчками уже двух пальцев Хёнджин.       — Просто хотелось проверить одну теорию, — голос Минхо зазвучал прямо над чужим ухом. — Мне психолог в армии сказал, что можно одним сильным чувством заменить другое. Например, выбросом эндорфинов можно побороть страх высоты. — Щёлкнула крышечка (и когда только успел взять?) и Хёнджин почувствовал, как к его чуть прохладной коже притёрлась горячая. Штаны Минхо упали вниз, съехав по ставшим ещё более мощными, бёдрам.       Он зашуршал фольгой, но Хёнджин обернулся и выхватил презерватив из его рук выбросил вниз.       — Хён, я хочу тебя почувствовать сегодня. Давай без резинки. Пожалуйста! — В его взгляде было столько мольбы, что у Минхо сжалось сердце.       — Доверяешь, значит?       — А ты мне?       Больше слова были не нужны. Хёнджин принял горячий член со стоном, от которого могла кончить добрая половина дома, если кто-то его слышал.       Минхо вошёл медленно, но сразу до основания. Он обхватил Хёнджина спереди руками, поперек груди, прижимая к себе. Целуя и прижимаясь так близко, насколько только можно.       Замер, уткнувшись в пахнущие персиковым шампунем, волосы.       — Я так сильно скучал, Джинни…       Толчки выбивали из лёгких Хёнджина весь воздух, даже несмотря на то, что того вокруг было в достатке. Резкие сначала, они сменялись медленными, будто Минхо сам не решил, как именно он хочет Хёнджина: грубо или всё-таки нежно…       В другой раз Хёнджин бы уже заскулил, попросил погрубее, но сейчас он наслаждался тем, что давал ему хён. Минхо любил его так, как хотел именно он. То доводя до пика, то отпуская накал.       — Хён, — прошептал Хёнджин при очередном поцелуе. — И как теория, работает?       Минхо посмотрел сначала на него, а потом медленно перевёл взгляд на переливающийся разноцветными огнями, город. В душе было спокойно.       — Рядом с тобой точно работает…       В тот вечер они не могли ещё долго насытиться друг другом. После балкона была барная стойка. Потом Хёнджин исполнил своё желание и был минет в душе. Редко используемый диван для гостей тоже оказался сегодня в приятной эксплуатации. Здесь Минхо особенно потрудился, доказывая Хёнджину, что армия сделала из него универсального и выносливого солдата. Сложенный почти пополам, Хёнджин хрипел, потому что сил на крики и стоны уже не было. Минхо накачивал его так, как и было озвучено самим Хёнджином, вбиваясь по самые яйца. Долго и жёстко.       После они лежали на кровати, утомлённые и счастливые.       — А ты будешь меня ждать из армии, хён? — спросил Хёнджин, обводя кончиком пальца сосок Минхо.       — Только если наша встреча не будет уступать сегодняшней, — нсказал, улыбаясь, Минхо. Притягивая Хёнджина ближе и целуя его во влажную после душа макушку.       — А мне тоже можно будет исполнить своё желание…? — спросил Хёнджин, задирая голову, чтобы увидеть реакцию Минхо на свой вопрос. — Можно, Джинни. Тебе, в общем-то и сейчас можно всё…