Подружиться с Ким Сынмином

Когда Хёнджин возвращается в комнату, Сынмина там не находит, что не может не радовать, скорее всего, тот снова чудит и треплет чьи-то нервы. С каждой минутой он понимает одно — этот парень сведёт его с ума раньше, чем с неба упадёт ещё одна звезда. Ким несносный и невоспитанный мальчишка, которому явно неизвестно слово «нельзя». То ли его не учили этому никогда, то ли он сам забыл. Этого знать, увы, не дано. Но что Хван знает точно: Омега на его кровати спать не останется. Вообще ему и так уже позволили немного поваляться на ней днём, и этого вполне достаточно! Так что пусть выметается на соседнюю койку, устраивает истерики и спектакли, ему плевать. Поэтому Альфа спокойно убирает чужие вещи на другую кровать и ложиться, менять постельное как-то не хочется, да и что скрывать, запах от него исходит приятный. Честно, сложно сказать, что именно за запах, это больше лёгкий шлейф, но всё равно приятный. Он не успевает даже закрыть глаза, как в комнату заходит Сынмин, явно недовольный, что его постельку заняли. И этот негодник не забывает скрестить руки на груди и потоптать ножкой в ожидании, ах, ну, и, разумеется, посмотреть, как на говно. — Ты что делаешь на моей кровати? — начинает пыхтить он, не получив долгожданного внимания. — Слезай, я хочу спать. — Поправочка: я на своей кровати, и отдавать её не собираюсь. Хочешь спать, пожалуйста, иди на соседнюю, я что против? — Хёнджин уже понял, что этой вредине нужно внимание, он буквально им упивается, и есть теория, что если говно не трогать, оно не воняет, может и с этим прокатит. Ким недовольно фыркает, сжимая кулаки. Но отступать явно не собирается, лишь пару минут прожигает взглядом, а после забирается на кровать и на полном серьёзе пытается его столкнуть. — Ты совсем уже охренел?! — разумеется, Хван такой атаки не ожидал и свалился с кровати достаточно быстро, а этот бесстыдник довольно улыбается, накрываясь его одеялом. Победу празднует. — Не пыхти, Альфа, кровать моя, а ты иди спи на соседней, — сказав это, он отвернулся к стенке, обозначая всем своим видом, что спорить дальше не намерен. И это очень сильно злило. Хотелось просто взять и выкинуть его так же, как он выкинул. Но воспитание Альфе не позволяет сделать Омеге больно. И это даже не потому что тот сразу побежит жаловаться, конечно, это не может не раздражать. Но главная причина всё же в поле этого засранца…

«————>♡<————»

Посреди ночи Хёнджин просыпается от странных звуков, доносящихся с соседней кровати, да, ему всё же пришлось спать в другом месте, и, возможно, он бы даже смирился, если бы его чудесный сон нагло не прервали. — Сынмин, чёрт возьми, закрой свой рот хотя бы сейчас! — шёпотом пригрозил он, слегка приподнявшись с постели и смотря на свою кровать. Названный на такую грубость никак не отреагировал, лишь продолжил бессвязно что-то бормотать себе под нос, начиная метаться по кровати. Это уже вызвало беспокойство, поэтому Хёнджин более спокойно позвал парня по имени. — Сынмин? — но тот не отвечал, поэтому парень встал с кровати, чтобы проверить его. — Сынмин? — потряс его за плечо, но в ответ вновь лишь услышал неразборчивые звуки. Сынмин продолжал дрожать и будто бы и вовсе не слышал, что его зовут. Это настораживало. Возможно, ему снился кошмар, и он просто не может проснуться. — Не надо… — прошептал он, сжимая в руках одеяло. — Не надо, пожалуйста… Я не хочу… Не надо… Хван сжался, каким бы противным не был Ким, его действительно жалко, тот всхлипывает и мечется по постели, дрожа от страха. Раз уж не получается его разбудить, придётся идти другим путём. Альфа осторожно ложиться на кровать и притягивает дрожащее тело к себе, выпуская феромоны, чтобы те успокоили разбушевавшийся организм и позволили наконец парню спокойно заснуть. Омега, почувствовав его присутствие, обнимает двумя руками, закидывая ножку на талию, и прячет лицо в изгибе его шеи, носиком зарываясь прямо в запаховую железу, являющуюся источником запаха. Хёнджин даже слегка покраснел от такой близости, но послушно обнял того в ответ, успокаивающе поглаживая. Сейчас Сынмин выглядел, как маленький ребёнок, который ещё боится спать один. И это было мило. — Альфа, — прошептал он, едва шевеля губами. — Альфа рядом, спи спокойно, — ответил Хван, тепло улыбнувшись. Такой Ким ему нравился, даже очень. — Хён, просыпайся, хён, — кто-то тряс его за плечо, несильно сжимая пальцы. Хёнджин поджал губы, открывать глаза совершенно не хотелось. К тому же никаких важных дел сегодня нет, так с чего бы подниматься по первому зову, если можно лишний раз понежиться в кровати. Но настойчивость незванного гостя не знает границ, тот уже начал щекотать его рёбра, вынуждая беднягу всё же открыть глаза и недовольно сщуриться из-за яркого света, пробивающегося из окна. Негодником, прервавшим его дивный сон, оказался Чонин. — Наконец-то ты проснулся. Заколебался тебя будить уже. — Ну, и не будил бы. Чего припёрся в такую рань? — на часах, к слову, было всего 9, и обычно в это время Хван ещё спит, так что непонятно с какой целью сюда пришёл Ян. — Короче, есть разговор. Ты должен сейчас спуститься вниз. Все только тебя и ждут. Давай быстро одевайся и дуй вниз! — Подожди, что случилось? И почему ты не будишь Сынмина? — Всё скажу внизу, — оборвал его Омега, поворачивая дверную ручку. — Поторопись, хён, дело важное. И ещё кое-что… — он со странной ухмылкой довольно посмотрел на кровать и со сладостью в голосе произнёс. — Вы мило смотритесь, даже жаль разлучать. Альфа после этих слов невольно бросил взгляд на другую половину кровати, где лежал Сынмин, всё ещё крепко обнимающий его и уткнувшийся в шею. Это действительно выглядело мило, и будь его воля он бы остался лежать дальше вместе с маленькой спящей врединой, но Чонин ясно дал понять, что дело срочное, так что встать придётся. Хёнджин осторожно выпутывается из цепких рук и укрывает оставшегося в постели юношу одеялом, чтобы тот не замёрз. Ким забавно дёргает носиком, видимо, в поисках успокаивающего запаха, который внезапно исчез, и, нащупав подушку, на которой буквально пару минут назад лежал обладатель запаха, прижал её к своему лицу, довольно уткнувшись. Честно, спящий Омега вызывал странные чувства. В моменты, когда он не показывает коготки, он особенно симпатичный, за ним действительно хочется по-дружески поухаживать и позаботиться. Хван, потратив ещё пару минут на осмотр чужого лица, всё же вышел из комнаты и спустился вниз, где его уже и правда ждали. — Мы уже подумали, что ты решил остаться со своей принцессой, — Чанбин, возомнивший себя этакой свахой, показал ему фото, видимо, сделанное Яном, пока они с Сынмином сладко спали. — Чувак, ты случайно не влюбился? Если что, мы за тебя! Поможем завоевать сердце принцессы! — Если уж говорить о завоевании сердца, то это, скорее, не принцесса, а дракон, — сказал Минхо, вспоминая вчерашний день. — Но так да, мы примем любой твой выбор, даже этого огнедышащего дракона. — Спасибо, конечно, но я вас разочарую, — Хёнджин сел на диван, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку. — Я лёг с ним, потому что ему снился кошмар, из-за которого и он не спал, и я. Думал, полежу с ним, пока не успокоиться и не заснёт, да уйду к себе. А он так крепко вцепился, что не оторвать, поэтому я и остался, а не из-за ваших перевозбуждённых фантазий. Друзья заметно расстроились, но перестать подкалывать насчёт симпатии к Сынмину явно не собирались. Особенно Чанбин, судя по его хитрой улыбочке и блестящими глазами. «Купидон хренов», — единственное, что понеслось в голове. — Так всё хорош о личной жизни наших малышей, — Чонин вышел вперёд, готовясь произнести новость. И, честно, большинство уже успели сжаться, ведь это очень напоминало внезапный приезд Кима. Мало ли, что сейчас будет. — Наше знакомство с Мин-и получилось, мягко говоря, не очень. Я долго думал, как это исправить, чтобы и вы увидели моего хёна в другом свете, и он увидел вас. И мне пришла гениальная идея! — Мы просто его выселим? — Хаха, Джисон, очень смешно, — Ян закатил глаза, громко цокнув. Он знает, что большинство сидящих здесь людей терпеть его друга не могут, но и выгнать же того нельзя. Куда он пойдёт? Да ему, собственно, больше некуда. — Мы устроим вечеринку в честь его приезда! Где будет вкусная еда, конкурсы, игры. Это поможет нам сблизиться и узнать друг друга получше. Что скажете? Друзья переглянулись между собой. Идея так-то хорошая, но есть пара нюансов… — А что он будет кушать? — и один из них больше волнует Феликса, который обычно и занимается готовкой в такие мероприятия. — Даже вчера на ужине он, по-моему, съел только салат и выпил воду. А учитывая его вкусы, я без понятия, что готовить. — Не бойся, Ликси-хён, я предусмотрел это. Вчера спросил о его вкусовых предпочтениях под предлогом готовки в принципе, так что список у тебя есть, — Омега протянул небольшой листочек, на котором написано буквально пара блюд. — Оу, — Ли немного даже удивился, поскольку среди любимых блюд Сынмина действительно не было не одного сладкого десерта, в основном всё в ПП стиле, — необычно, но хорошо я займусь. — Супер, Чани-хён тебе в помощь! — Чонин, заметив недоумевающий взгляд Чанбина, который обычно помогал своему парню в готовке, поспешил добавить. — Бин-и и Хан-и, ваша команда отвечает за развлечения! Конкурсы, игры — это всё с вас. Джисон и Чанбин довольно пожали друг другу руки, так как веселье действительно по их части больше. — Минхо, Хёнджин, поскольку вы у нас самые танцующие, музыка на ваших плечах. И да, украшение комнаты тоже. — Чонин-а, а ты чем будешь занят? — Чан слегка расстроился, что с любимым Омегой придётся работать поодаль. — Охох, я возьму самое сложное — буду отвлекать Сынмина. Мы с ним съездим до города, и там я постараюсь его задержать. А вы как только будете заканчивать, смс пришлите. Договорились? Ян протянул вперёд сжатый кулачок. Это у них уже было традицией, от которой отказываться никто не собирался. Все довольно переглянулись и ударили кулачки друг о друга.

«————>♡<————»

— Солнышко проснулось, новый день на дворе! Просыпайся же, мой хён, поскорей! — Отвали, Чонин… Сынмин посильнее укутался в одеяло, недовольно жмурясь. Вставать с тёплой постели совершенно не хотелось. — Мин-а, у тебя вся ночь впереди, чтобы поспать! Особенно если снова под боком Хёнджина окажешься. — Что? — Ким всё же открыл глаза, немного приподнявшись с кровати. — Что ты сказал? Чонин по-дружески закатил глаза и, нажав что-то в телефоне, показал другу фото, на котором он вместе с Джином спит в обнимку. Омега сжался, нижняя губа начала дрожать, телефон из рук выпал, а сам он обнял себя за колени, чувствуя подступающую дрожь. — Хён, ты чего? — Ян наклонился к нему, пытаясь разглядеть, что не так. — Хён? Остальные тем временем потихоньку начали готовиться к вечеринке. Феликс с Чаном уже вовсю хлопатали на кухне, Джисон вместе с Чанбином в шутку дрались, пытаясь решить, что именно добавить в развлекательную программу, а Хёнджин с Минхо составляли плейлист. — Ты не помнишь, как та песня называлась, с которой мы на открывашке выступали? — Хван уже минут 5 почёсывал затылок, пытаясь вспомнить, с какой песней их группа выступала на открытии нового учебного года. Память что-то совсем подводит. — I'm still standing. Её хочешь добавить? — Ли заглянул в чужой смартфон, взглядом пробежав по выбранным песням. — О, Shake it off, классная песня. Тут со второго этажа послышался крик, больше похожий на протяжный вой. Все тут же устремили взгляд на лестницу ведущую на верх, забросив все дела. — Что это за вопль? — спросил Чанбин, скорее, чисто, чтобы перебить странные крики сверху. Неожиданно со второго этажа, буквально пролетев ступени, выбежал растрёпанный Чонин. — Где у нас успокоительное? Быстро дайте его сюда! — начал он, роясь во всех ящиках. Компания быстро метнулась к нему, кто-то с помощью в поисках, а кто-то узнать, что за крики. Хёнджин же под общей шумихой прошмыгнул на второй этаж, вопль доносится из его комнаты, значит, единственный его источник — это маленькая вредина. Открыв дверь, он так и замер в проходе, не смея пошевелиться. Одеяло и пара подушек с его постели валялись на полу, а виновник всего безобразия сидел, сжавшись в маленький комочек и обнимая свои колени, натурально ревел, издавая вопли. Не было похоже на притворство, вчера он так не извивался. Больше напоминало тот ночной кошмар, который не давал парню спать. — Сынмин? — тихонько позвал его Хван, закрыв дверь. Сынмин поднял на него абсолютно красные глаза и такие же красные щёки. Его нижняя губа подрагивала, видимо, из-за начавшейся истерики. На него было больно смотреть, он не был похож на того парня, что обливал их помоями вчера. Сейчас он больше напоминал ночного мальчика, которому снился кошмар. — Сынмин? — вновь позвал тот, надеясь хоть на какой-то ответ, но вместо этого Ким скривился, поджав губы, и кинул в него подушку, одну из оставшихся на кровати. Конечно, он не попал, хотя удар был явно сильный. Парень взял последнюю подушку и закрыл ей лицо. Видимо, кидаться больше не хотелось. Альфа выдохнул, подняв подушку с пола, и подошёл к кровати, убирая вещи на соседнюю койку. Затем он спокойно сел рядом с плачущим Омегой и попытался забрать у того подушку, в которую тот вцепился мёртвой хваткой. — Давай-ка её сюда, — вытащить из цепкой хватки подушку всё же удалось. Откинув ту на соседнюю кровать, он раскрыл руки, предлагая объятия. Часто нужны лишь тёплые руки, которые крепко обнимают и поглаживают. — Иди сюда, не упрямься. Хёнджин быстро перетащил сопротивляющегося Сынмина к себе на колени и крепко обнял, чтобы тот не сбежал. Он продолжал рыдать, сильно сжав пальцы на чужих плечах, из объятий выбраться не пытался, что уже радовало. — Тише, успокойся, дыши глубже, — Хван вновь выпустил феромоны, обволакивая взбунтовавшегося парня, чтобы тот успокоился и расслабился. Ким обнял его за шею и уткнулся в неё носиком, пытаясь спрятаться, ножки скрестил за чужой спиной и потихоньку действительно начал успокаиваться. В комнату забежал потерянный Чонин с таблетками и со стаканом воды. И, честно, увидев данную картину, кажись, растерялся ещё больше. Альфа кивнул на прикроватную тумбочку, подсказывая, чтобы тот оставил всё на ней и вышел, что он, собственно, и сделал, лишь мельком задержав взгляд на своём маленьком хёне, который всё ещё дрожал, покорно находясь в чужих объятиях. Лишь после хлопка двери Хёнджин повернул голову к Омеге, пытаясь рассмотреть его лицо, тот уже не плакал, что не могло не радовать, но таблеточку успокоительного выпить всё же надо было. — Давай таблеточку выпьем, — Сынмин, нехотя, поднял голову и открыл рот, принимая таблетку. Глаза и щёки горели красным и по-хорошему здесь бы умыться, но пока это может и потерпеть. — Выпей водички, не торопись. Ким делал жадные глотки, схватившись за руку Хвана, которая держала стакан. Сжимал он её, правда, несильно, видимо, просто для успокоения. Поставив уже пустой стакан на тумбочку, Альфа вновь прижал его к себе, покачивая и поглаживая. А Омега всё носиком тянулся к шее, сжимая в руках его майку. Спустя минут 10 младший уже сладко спал, видимо, успокоительное так хорошо помогло, что тот вырубился под укачивания парня. Хёнджин осторожно уложил того на кровать, подложив под голову подушку и укрыв одеялом. Он даже поцеловал его в макушку, но это так чисто по-дружески. После уже спокойно спустился вниз, где его терпеливо ждали остальные. — Ну, что там? — первым спросил Минхо. — Он спит, — Хван наконец сел, полностью расслабившись. — Честно, не знаю, что именно случилось. Я и спрашивать не стал, уж лучше спросить, когда он полностью успокоиться. — Я так волнуюсь за него… — Чонин сжал волосы. — За этот год он так изменился. Сладкое перестал есть, хотя раньше за уши не оттащишь. На фото так странно отреагировал, а в школьные годы у него вся галерея была заполнена смешными и милыми фотками спящего меня. Он любил эти странные фотки, а сейчас… — Ни-ни, я думаю дело в том, что он оказался в незнакомой и непривычной обстановке, — Феликс похлопал друга по плечу. — Я уверен, что изменения в нём произошли из-за этого, но он всё ещё твой друг и любимый хён. Не переживай из-за этого, милый. — Надеюсь, что ты прав. Я скучаю по старому хёну… Хёнджину даже стало интересно, какого Сынмина знает Ян, возможно, тот очень классный и чем-то похож на того маленького и беззащитного мальчика, которого он укрывал уже два раза собой.