Подружиться с Ким Сынмином

— Ууу, Сынмин-а, ты всё-таки пришёл! — стоило Сынмину только уйти от Хёнджина, как его тут же засёк Джисон, который чёрт знает зачем полез обниматься, закинув руку на плечи. — Мы тут уже слегка начали, но ты присоединяйся. — Мило с твоей стороны. Теперь уже приход главного героя, в честь которого и устроена вечеринка, заметили все. Но пока сложно было сказать, рад он этому или нет. — Мин-и! — Чонин подобрался к нему и крепко обнял, на удивление достаточно быстро отстранившись. — От тебя так Хёнджином пахнет… Вы чего, обжимались, что ли? — И ничего мы не обжимались… — Ким покраснел, нервно дёрнувшись. Он знал, что его младшенький — ещё тот шиппер. Если Ян узнает о том, что было между ним и Хваном пару минут назад, да и вообще о ситуации в целом, не отстанет уже никогда. — Просто он дал мне свой свитшот. Вот и всё, не зацикливайся. Чонин прищурился. Ну, конечно, он же не дурачок. Главное, чтобы до него не допёрло, что что-то не так. К счастью, ситуацию спас Чан, который потянул обоих к остальным поучаствовать в конкурсе. — Думаю, наш почётный гость с удовольствием поиграет с нами, — Минхо подкрался к Омеге сзади и ловко завязал ему глаза, начав кружить. — Сбей пиньяту, ничего сложного. — Вы чё, издеваетесь? Я её даже не видел… Оказавшись в полной темноте, Сынмин немного стушевался. Темнота его пугала, а хозяева никак не помогали, всучив лишь какую-то палку и подбадривая к началу действий. Сглотнув, он осторожными шагами начал идти вперёд, надеясь, что память его не подведёт. Интерьер гостиной не сильно изменился: там добавили столы и гирлянды, а остальное всё стояло на прежних местах. Но эти мысли ничуть не успокаивали, казалось, наоборот, делали только хуже. Тут его кто-то неожиданно обнял со спины, аккуратно ведя вперёд. По запаху он узнал в своём спасителе Хёнджина и поджал губы, стараясь сдержать улыбку. — Эй, Джин-а, это жульничество! — ругался на заднем фоне Джисон, недовольно топая ножкой. — Я, конечно, понимаю, что ты без ума от своей принцессы, но не до такой же степени… — Она в метре от тебя, — тихо шепнул Хван, обжигая ушко своим дыханием. — Бей со всей силы. Ким замахнулся и одним точным ударом сбил висящую пиньяту, из которой тут же посыпались конфеты. Друзья, увидев сладости, кинулись подбирать их с пола, совершенно забыв про жульничество. — Надеюсь, больше меня зрения лишать не будут, — Омега с облегчением снял повязку с глаз, откинув ту в сторону, и повернул голову к всё ещё обнимающему его Альфе, который слегка задрал свитшот и ласково поглаживал мягкий животик. — Не помню, чтобы разрешал тебе себя гладить. — Не помню, чтобы ты запрещал. Сынмин закатил глаза и, усмехнувшись, схватил его за подбородок, оставив поцелуй на щеке. — Это что ещё за нежности? — Единоразовая акция, не привыкай. После он ушёл к остальным. Хёнджин же ухмыльнулся, поглаживая поцелованную щёку. Губы у Кима, казалось, были ещё мягче, чем его кожа. Хотелось коснуться их своими, ощутить их мягкость в полной мере. И с каких пор его начал привлекать этот вредина? Да, наверное, с самого начала. Что поделать, если он в его вкусе. — Сынмин-а, — Омегу тем временем вновь окружили. В этот раз Чан мягко похлопал его по плечу, улыбаясь. — Наше первое знакомство вышло не очень. Поэтому мы искренне хотим, чтобы здесь ты чувствовал себя в безопасности. Эта вечеринка для тебя. Можно с уверенностью сказать, что это наш способ узнать тебя получше, а ты сможешь получше узнать нас. — К чему мы ведём, хочешь узнать? — Феликс повязал ему на шею какой-то фиолетовый галстук. — Теперь ты один из нас, нравится тебе или нет, но ты часть нашей дружной семьи. Сынмин шокированно уставился на повязанный галстук, не зная, что и сказать. Честно, он, правда, думал, что никакой вечеринки нет и все просто решили побухать. А тут мало того что вечеринка действительно в его честь, так ещё и с таким предложением. Выглядел он сейчас как первоклассник, который впервые перешагнул школьный порог: немного испуганный и не знающий, что делать и говорить. На выручку ему пришёл Чонин, обняв и поцеловав в щёку. — Ух, смутили вы моего хёна. Не переживай, Мин-и, если не знаешь, что сказать, не говори, никто ничего не требует. Я в своё посвящение вообще разревелся и убежал, закрывшись в комнате. — А Минхо потом дверь выламывал, когда ты не выходил оттуда целый час и не отвечал, — рассмеялся Хёнджин, обняв Кима за талию. Вот, правда, тянет его к нему, особенно после проведённой вместе ночи в обнимку. Омега на такой жест со стороны Альфы надулся, немного краснея, но чужую руку не убрал. Было что-то в Хване такое, что он чувствовал себя комфортно рядом с ним. — Ну, что вы разогрелись, а теперь самая топовая часть вечеринки, — Чанбин загадочно ухмыльнулся, переглядевшись с Джисоном. Оба подмигнули друг другу и в ту же секунду одновременно произнесли ту самую разрывную часть, о которой говорили ранее. — Караоке! Друзья согласно засвистели, все были явно довольны назревающим шоу. Сынмин, похоже, единственный не совсем понимал, что такого в этом караоке, что все так радуются, поэтому поспешил спросить у обнимающего его Альфы. — У нас по большей части это не караоке, а настоящий батл. Джисон с Чанбином в рэпе соревнуются, Чан с Минхо резко забывают, что умеют петь, и тупо орут в микрофон. А я, Феликс и Чонин угораем, записывая компромат на видео. — В общем, это какая-то оргия. Ничего особенного. — Это ты сейчас так говоришь, а когда начнётся шоу, запоёшь по-другому. Шоу действительно началось: они вчетвером уселись на диван, доставая смартфоны. Чан с Минхо, похоже, договаривались насчёт песни, а Джисон и Чанбин уже в шутку рычали друг на друга, готовясь надрать задницы в рэпе. Один лишь Ким сидел, не понимая, что будет происходить в процессе этой непонятной оргии. — Бин-и, может, сразу сдашься? — усмехнулся Хан, облизывая губы. — Только после тебя, Джисон-а. Включился трек в американском жанре, название которого Омега предпочёл не запоминать, и у этих двоих действительно началась настоящая заруба. Половину слов он даже не услышал, потому что Джисон и Чанбин читали достаточно быстро, так что угнаться было невозможно. — О, да! — по итогу в лузерах остался Со, который, к слову, даже не похоже, что расстроился. Улыбнулся, по-дружески хлопнул победителя по плечу. Видимо, это для них чисто игра по разгону адреналина в крови. Но стоило отметить, что Сынмин весь этот батл заценил, похлопав в ладоши и сдержанно поджав губы, чтобы не улыбнуться. — Всё ещё строишь из себя кактус? — усмехнулся сидящий рядом Хёнджин, заметив реакцию своего соседа на шоу. — Уверен, ты хочешь улыбнуться и сбросить с себя эту колючую шкуру. — А я уверен, что ты хочешь получить по лицу. — Не пыхти, сейчас точно не выдержишь, — Хван кивнул на Минхо и Чана, взявших микрофоны. — Они будут орать, так что береги уши. — Угу, а ты голову, вдруг там мозги. Альфа на последнюю фразу лишь закатил глаза, переведя взгляд на двух старших товарищей в их небольшой семье. Оба переглядывались, подмигивали друг другу как влюблённая парочка, явно сейчас что-то будет культовое. Заиграла мелодия, услышав которую, все начали выть то ли от шока, то ли от осознания того, что эти двое будут делать с песней. К слову, Ким эту песню тоже узнал, она довольно известная, так что ничего удивительного, что Альфы решили использовать в своём репертуаре именно её. I'm a barbie girl, in a barbie world Life in plastic, it's fantastic! You can brush my hair, undress me everywhere Imagination, life is your creation! После оглушительного ора Омега ещё несколько секунд приходил в себя, пока остальные заливались смехом, аплодируя. Стоит отметить, что по большей части это было громко, а не смешно… — Вы топовые, бро! — Чанбин крепко обнял этих двоих, пока снимающий компромат Феликс брал героев крупным планом для финала. Потом, возможно, им будет стыдно, но не сейчас. — Хён, — Чонин, явно заряженный, начал кружить вокруг Сынмина, похоже, имея в голове какую-то потрясающую идею. — Давай ты споёшь нам! — а нет, не потрясающая. — Да ни за что на свете… — фыркнул тот. Петь он, конечно, умеет, но вот давно не практиковался, ещё не хватало опозориться. — Я не ослышался? — обоих за плечи обнял Джисон, который загадочно заигрывал бровями, смотря на нового члена их семьи. — Мин-а, ты поёшь? Прям серьёзно? — Сынмин петь умеет? — громкий голос Хана привлёк внимание и Минхо, который тоже поспешил окружить его, загадочно улыбаясь. — Споёшь для нас? Что-то вроде финалочки шоу. — Вы не поняли, — Ким осторожно убрал чужую руку и начал отходить назад. — Я не буду петь. — И почему же? — сзади он наткнулся на Чана, а вместе с ним привлёк внимание всех остальных. — Мы не будем издеваться, просто послушаем, как ты поёшь, и всё. — Я давно не пел, так что нет, увольте. — Сынмин, в этом нет ничего такого, — теперь его уже приобнял Феликс, протягивая стакан воды. — Мы все здесь позорились. Поверь, всё без настоящих издёвок. Чисто поугарать, поржать в один момент и продолжить веселиться. — Я не буду петь. Это мой окончательный ответ, — он скинул с плеча руку Ли и уже собирался вернуться к столу, чтобы выпить что-нибудь покрепче стакана водички, но на пути у него появился расслабленный и слишком довольный Хёнджин. — Не хочешь петь один, споём дуэтом. Я тоже давно не пел. Позориться будем вместе. Друзья с одобрением присвистнули. — Точно, — Чанбин уже держал в руках два микрофона. Чёртов шиппер… Будь он неладен. — Джин уже давно не пел в караоке, пора наверстать упущенное. — Я не буду с ним петь! — Будешь, — Хван наклонился и продолжил разговор шёпотом, чтобы никто больше их не услышал. — Если тебе будет комфортно, я весь позор возьму на себя. Ну, а если ты откажешься петь вообще… — Альфа ухмыльнулся, внимательно следя за чужой реакцией, которая его безумно обрадовала. — То я тебя поцелую прямо у них на глазах. Не сомневайся: твоё пение они завтра не вспомнят, а вот наш поцелуй у них точно отпечатается. Омега смотрел на него огромными глазами, весь красный, нижняя губа подрагивала, будто тот хотел что-то сказать, но не мог. Эта картина возбуждала до дрожи. Но этого будто мало, поэтому Хёнджин его добил, добавив: — Или ты только этого и ждёшь? — он понизил голос, добавив ему рычащие нотки, от которых по чужой коже явно пошли мурашки. — Ждёшь, когда я сорвусь, припечатаю тебя к стенке и поцелую твои соблазнительные губы, которые ты слишком часто облизываешь при мне? Сынмин молчал, часто моргая. Он явно не ожидал таких слов, и, честно, эта моська делала из него настоящего человека, а не каменную статую, какой он пытался себя выставить. Правда, долго наслаждаться ему тот не позволил, быстро придя в себя и снова надев на лицо невозмутимость. — Тогда идём петь. Хван усмехнулся. Похоже, кто-то действительно мечтал об этом, но так неумело скрывал сей факт, что аж смешно. — Чур, выбор песни с меня! — Чонин ловко обошёл этих двоих и пробрался к пульту, чтобы включить песню. — Не дай Боже что-то про любовь… — прошептал Ким. Он может и любил романтику и всё такое, но не до такой степени, чтобы петь об этом с едва знакомым парнем! Тот, к слову, стоял напротив него, ухмылялся, облизывая свои чёртовы губы. Что он пытался сделать? Соблазнить его? Что ж, тогда пусть готовится получать ответочку. Омега слегка спустил свитшот с плеча, оголяя часть ключицы, и соблазнительно провёл по ней пальчиками, кусая нижнюю губу. Вторая рука, сжимающая микрофон, провела им по ножке, немного приподнимая домашние шорты вверх и показывая бедро. Альфа не сводил глаз с его тела, нервно покусывая губы. Его взгляд чётко говорил, что тот пожалеет о своих действиях. Но он лишь ухмыльнулся, будто отвечая: посмотрим. — Всё, я выбрал, — Ян, до этого стоявший между ними, наконец отошёл к остальным. — Мы готовы восхищаться, дерзайте! Музыка включилась. Сынмин немного смутился: он слышал эту песню не один раз, слова знал наизусть. И знал, о чём эта песня. Как же это похоже на то, что происходит сейчас между ним и Хёнджином. I tried to smile, I was suffocating though But here with you, I can finally breathe You say you're no good, but you're good for me I've been hoping to change, now I know we can change But I won't if you're not by my side Ким поднял взгляд, смотря в чужие омуты и понимая, что пропадает в них, тонет… Why does it feel right every time I let you in? Why does it feel like I can tell you anything? All the secrets that keep me in chains, and All the damage that might make me dangerous Хван улыбнулся ему и, кажется, сам почувствовал, что попал в сети и выбраться уже не сможет. Between imposter and this monster I been lost inside my head Ain't no choice when all these voices Keep me pointing towards no end It's just easy when I'm with you No one sees me the way you do Альфа не выдержал под конец песни и подошёл ближе, аккуратно взяв Омегу за руку и поглаживая его ладонь большим пальцем. А он смотрел на него так проникновенно, по-настоящему, без фальши, заканчивая вместе с ним песню последними строчками. We can't fix it if we never face it Let the past be the past 'til it's weightless Со стороны донеслись аплодисменты и свист, похоже, они произвели настоящий фурор. Больше всех, конечно, в восторге был Чонин, выбравший песню. Похоже, он всё же не дурачок… Хотя надежда ещё есть. Оба поклонились, принимая овации, а Сынмин осторожно освободил ладонь из чужой руки, вызывая недоумение у Хёнджина. Он ничего не объяснил и даже не поднял на него взгляд, уходя к столу с едой. И что это было, простите? Всё же нормально шло, что опять не так? — Он стесняется, — послышалось сзади, и Хван повернулся, видя Яна с лёгкой и понимающей улыбкой. Он видел, что произошло, поэтому и решил подойти и прояснить суть. — Ты ему явно нравишься, просто Мин-и застенчив при других людях в плане проявления чувств. Будь терпеливым, хён. Альфа кивнул и вновь посмотрел на Кима, замечая, что тот украдкой на него смотрит, стараясь не спалиться. Правда, получалось у него плохо, что даже на руку.

«————>♡<————»

После вечеринки друзья начали потихоньку расходиться. Хёнджин же был решительно настроен поговорить с одной упрямой врединой, чтобы прояснить парочку моментов. Сынмин складывал вещи на его кровати, хотя, если честно, он уже был готов подарить ему эту кровать или спать на ней вместе, лишь бы этот засранец перестал упрямиться. Хван подкрался к нему и обнял со спины, скрепив руки в замок на мягком животике. Он почувствовал, как чужое тело вздрогнуло в его руках, а сам его хозяин повернул голову, немного краснея. — Ты чего это? — спросил Ким, отворачиваясь. Смотреть в эти глаза — настоящая пытка. Он старался отвлечься, продолжив складывать вещи, но внутри бушевала буря, из-за которой руки тряслись, как при треморе. — Тебя смущают мои объятия? — Альфа уткнулся носом в затылок, глубоко вдохнув. — Не могу понять, чем ты пахнешь. — И не нужно, тебя мой запах волновать не должен. Омега отцепил чужие руки и отошёл к шкафу, чтобы положить сложенные вещи внутрь. Его трясло, а всё потому, что с него не сводил взгляд один мерзавец… — Прекрати пялиться на мой зад! — Да, ты прав. Зачем пялиться, если можно потрогать. И Хёнджин в действительности пошёл к нему, собираясь шлёпнуть по попе, но Сынмин ловко увернулся от него, отойдя обратно к кровати. — Отвали, извращенец! — Почему ты от меня бегаешь? Я не слепой и не идиот, я вижу, как ты на меня смотришь. Ещё немного, и во мне дыра появится. — Что за чушь ты несёшь? Тебя алкоголь уже по мозгам ударил? — Правда в том, что я тебе нравлюсь, но ты по какой-то неясной мне причине отрицаешь это. Ким сглотнул. Вот, правда, его маска равнодушия дала трещину, скрывать интерес у него уже не получалось, так зачем продолжать это делать, когда интерес взаимен? — Полный бред. Тебе пора лечить голову. — Знаешь, что я понял? — ухмыльнулся Хван. Кажется, он знал, что нужно делать с этой небольшой проблемой. Увидев непонимающий взгляд напротив, он продолжил, не переставая улыбаться. — Я понравился тебе с самой первой нашей встречи. Но ты боялся это показать, вот и начал вести себя как придурок. Твой сарказм — это всего лишь щит, за которым ты прячешь страх показаться искренним. Честно, я этого не понимаю, возможно, у тебя какие-то проблемы с доверием или что-то типа этого. Это даже не так важно. Важно то, что ты не можешь контролировать свой интерес к моей персоне. Ты выбрал мою комнату, мою кровать, лишь бы быть со мной рядом. А ещё ты приревновал меня к Феликсу, когда я пришёл защищать его вместо Чанбина. Простая логика, Сынмин-а. Может, перестанешь ходить вокруг да около и просто признаешь, что я тебе нравлюсь? Омега покраснел ещё сильнее, опустив взгляд, но говорить, похоже, совсем не собирался, судя по сжатым губам. Вот что за упрямый вредина? — Ладно, тогда я пойду к Феликсу, — Альфа довольно улыбнулся, поскольку взгляд от пола этот упрямец сразу оторвал, буквально задыхаясь от ревности. — Ты сказал мне, чтобы я прижал его к столешнице и поцеловал. Знаешь, ты прав. Я даже не буду спрашивать Чанбина об этом. Возьму и сделаю. А там уже, может, и уломаю этих двоих на тройничок. Классный опыт, думаю, будет. После этих слов он быстро развернулся и вышел из комнаты. Честно, Хёнджин надеялся, что Сынмин не позволит ему даже из комнаты выйти, остановит и наконец признает факт взаимной симпатии. Но тот, похоже, бронированный, так что придётся ещё немного надавить. Ничего не подозревающий Феликс мыл посуду на кухне и, слава Богу, что он был там один. Лишние уши и глаза ему сейчас ни к чему. — Ликс-и, — ласково начал он, привлекая внимание. — Я думал, что ты уже спишь. — Ты же знаешь, хён, я не могу оставить этот ужас до утра. Меня совесть замучает. Ты чего-то хотел? Ли отложил тарелку и начал вытирать руки полотенцем. Похоже, что он был готов отвлечься от посуды и поговорить нормально. Это радовало. — Да, я бы хотел безумно отведать десерт. Ты знаешь, о чём я, верно, Ликс? — И ты туда же, — усмехнулся Омега, скрестив руки на груди. — Мне Чанбина хватает, так что забудь, ещё один наглый альфач мне не нужен. — Но, Ликс-и, неужели ты откажешь своему хёну? — Хван наклонился к его лицу, надув губки. — Я не скажу Чанбину о том, что было здесь на кухне… — Джин, пожалуйста, я же сейчас поддамся на твои уговоры и реально дам… — Мне это и нужно, милый. Тут из-за угла буквально вылетел разъярённый Сынмин и, не говоря ни слова, взял стакан с водой и выплеснул жидкость прямо в лицо Феликса. — Что ты творишь, придурок?! — Ли тёр глаза, пытаясь сообразить, что именно сейчас произошло и почему против него опять настроен Ким, а тот со злостью смотрел на Альфу, сжимая кулаки, и ушёл на улицу, хлопнув дверью. — Спасибо тебе, Ликс-и, — он протянул другу полотенце и побежал следом за Омегой, оставляя шокированного парня одного. На улице уже было довольно прохладно, появились комары, которые так и норовили укусить за сочные места. Но Хёнджину было плевать на это сейчас, ведь Сынмин в одной лёгкой футболке и коротких шортах щеголял, совершенно не реагируя на него. — Остановись наконец, на улице холодно, жопу застудишь. — Отвали от меня, урод!.. Ким продолжал идти, судя по всему, к дереву, растущему около забора, и Хёнджину ничего не оставалось, кроме как подбежать к нему и схватить за руку, развернув лицом. — Зачем ты облил Феликса водой? — начал спокойно он, держа парня за обе руки, чтобы не сбежал. — Не твоё дело!.. — Ошибаешься, очень даже моё. Скажи мне, ты приревновал меня опять, верно? Иных причин просто нет. — Я не ревновал, ты мне не нужен!.. Вали обратно к своему Ликс-и!.. Говорил он одно, а вот глаза чуть ли не на мокром месте, и губы подрагивали явно не от холода. Тело выдавало его с потрохами. — Он не мой и никогда моим не будет. У него парень есть, который его любит больше жизни. Феликс просто друг, младший брат. Я не смотрю на него как на Омегу. Откровенно говоря, он вообще не в моём вкусе. Мне больше нравятся маленькие, пухлощёкие вредины, вроде тебя. Омега от этих слов вздрогнул, поджав губы. Явно он не ожидал, что Хван скажет ему об этом первым. — Я упрямый, но терпение у меня не железобетонное, и я не принцесса, ждущая, когда же принц обратит на меня внимание. Решай, Сынмин, либо ты говоришь мне правду, и мы кончаем вести себя как придурки, либо ты молчишь, отрицаешь очевидное, и всё остаётся как прежде, с одним но — я больше за тобой не бегаю и не делаю даже поползновений в твою сторону с этой симпатией. Что для тебя важнее? Сынмин продолжал молчать, окончательно опустив взгляд на землю. Похоже, ничего не изменится. Альфа обречённо вздохнул, отпустив его руки и разворачиваясь. — Ты свой выбор сделал. Да, ему совсем не хотелось отказываться от этой симпатии и от этого парня. Но и бегать бесконечно за Кимом тоже не было желания. Всё это притяжение и отталкивание не для него, он романтик, а не мазохист. Тут он услышал хруст ветки сзади и обернулся, мало ли, что стало с этой врединой. А эта самая вредина бежала прямо на него и плакала, уже не сдерживаясь. Хёнджин в настоящем ступоре просто смотрел, как Омега преодолевает расстояние между ними и прыгает на него. Благо, у Хвана вовремя прошёл ступор, и он его поймал, с непониманием смотря на заплаканные глаза. Сынмин инстинктивно обнял его за шею и закрепил ноги вокруг его талии. Несколько секунд он просто молча смотрел на него, а потом, приподняв его голову, осторожно коснулся чужих губ своими. По телу моментально пробежала волна электрошока, потому что Ким его целовал, наконец подтверждая, что Альфа ему не безразличен. А тот прикрыл глаза и обнял его сильнее, прижимаясь к губам в ответ. Лишь прикосновение, без каких-то углублённых поцелуев, но так сильно это обычное прикосновение влияло на их дальнейшую судьбу.