Подружиться с Ким Сынмином

— То есть он плеснул тебе воду в лицо без причины? — Чанбин, выслушав рассказ своего Омеги, не мог поверить в услышанное. Всё же было нормально, с чего Сынмин опять взбесился? — Да, я не знаю, что я ему сделал не так. Он обычно сразу говорит, если что-то не нравится, а тут, считай, спустя время прибежал мстить. Ещё и Хёнджин вёл себя странно… — В каком смысле? Феликс отложил полотенце: кончики волос были лишь слегка влажными, так что ничего страшного — высохнут сами. — Он просил у меня брауни, причём с таким видом, что я чуть не отдал ему последние. К слову, он ещё и сказал, что не станет рассказывать тебе об этом. — Вот же хитрожопый жук… Это вообще-то моя территория, я у нас главный попрошайка брауни. Чего это он на чужую полез? Феликс только пожал плечами, собираясь ложиться спать: со всем этим можно разобраться завтра. Но уснуть им не дал тихий стук в дверь. Оба переглянулись. — Ты никого не ждёшь? — Чанбин отрицательно покачал головой, подозрительно уставившись на дверь. Кто мог прийти к ним так поздно и, главное, зачем? Омега настороженно открыл дверь и чуть не упал: за ней стоял Сынмин, слегка растрёпанный и с красными глазами. Стало не по себе. Не похоже, что он зол или хочет сделать ещё что-то плохое… по крайней мере, так казалось. — Эм, Сынмин, что-то случилось? — Разумеется, — из-за угла вышел Хёнджин и тут же приобнял парня за плечи. — Сынмин хочет кое-что тебе сказать. Чанбин заинтересованно подошёл к своему истинному, тоже обнял его, явно готовясь в любой момент защитить. Никто не знал, что задумал Ким. — Извини меня… — едва слышно процедил он сквозь зубы. Лица влюблённой парочки вытянулись от шока: не сон ли это? — Не так, Сынмин, мы же с тобой репетировали. Давай дубль два, — похлопывал его по плечу Хван, поддерживая. В этой жизни нужно уметь просить прощения, и раз уж в детстве Омегу не научили, он будет учить его сейчас. Сынмин сжал кулаки, закрыв глаза. На его лице читалась злость: он явно не слишком хотел извиняться. Но, глубоко вдохнув, он смягчился, и в глазах даже появилось нечто похожее на раскаяние. — Феликс-хён, извини меня, пожалуйста, за то, что облил тебя. Мне жаль. Такое больше не повторится. И всё. Два предложения, от которых сердце замерло. Феликс смотрел на притихшего парня и пребывал в приятном шоке. Что такого сделал Хёнджин, чтобы тот извинился? — Я прощаю тебя, Сынмин, — тепло улыбнулся он, заметив, как блеснули глаза напротив. Казалось, облегчение пришло не только к нему. — Это ещё не всё, — оборвал их радость Альфа. — Сынмин, есть ещё одна вещь, за которую ты должен извиниться. Тут Ким не выдержал: — Ты идиот? Мы договаривались только на одно извинение! Ты ничего про второе не говорил! — Тсс… — Хёнджин приложил палец к его губам, заставляя замолчать. — Ты знаешь, о чём я. Омега оттолкнул чужую руку, недовольно скривившись. Явно извинения были не его конёк. Он снова повернулся к уже расслабленному Феликсу и такому же спокойному Чанбину и продолжил: — Феликс-хён, прости, что я плохо отозвался о твоих брауни. Впредь буду следить за языком. В этот раз слова звучали мягче и были произнесены без злости. Казалось, за те самые брауни парню действительно стыдно. — Я прощаю и буду искренне надеяться, что ты всё же попробуешь хоть кусочек. Сынмин пожал плечами. Насчёт сладкого он не врал: давно его не ел. Так что не факт, что эти брауни когда-нибудь попадут ему в желудок.

«————>♡<————»

После извинений Ким рванул в комнату, будто за ним гналась собака, хотя так оно и было. Этой «собакой» был Хван, который был максимально доволен проведённой «операцией». Ему было неловко и стыдно, что из-за упрямого характера одного из них пострадал ни в чём не повинный Феликс. Извинения — это минимум, который они были обязаны принести. — Ты мне противен!.. — рыкнул Омега, стоило ему лишь переступить порог. Ну, ничего нового. — А ты мне нравишься, — спокойно ответил Альфа, заметив, как смягчились черты лица напротив. Сынмин больше не напоминал обиженную вредину; он был похож на себя: с этими красными щёчками и потерянным взглядом. Он был собой, и он был прекрасен. — Хочу тебя поцеловать. Без колебаний Хёнджин подошёл вплотную, обхватил его лицо ладонями и прижался к сладким губам. В этот раз он не церемонился: сразу углубил поцелуй, пробуя его с языком. Сынмин от такого напора вздрогнул, сжал его плечи, но не отстранился, послушно принимая ласки и даже немного отвечая на них. — Надо было сразу тебя так заткнуть, чтобы не выпендривался, — усмехнулся Хван, оторвавшись. В ответ ему недовольно зыркнули. — Не злись, я шучу. Спать будешь со мной или отдельно? Этот вопрос волновал его больше всего сейчас: они ещё ни разу не спали отдельно, и неизвестно, изменится ли что-то сегодня. Альфа даже опустил руки на чужую талию, обнимая, но трогать мягкую попку не решился — мало ли что хозяин ему сделает. — С тобой… — прошептал Ким, отводя взгляд. Его руки всё ещё лежали на мощных плечах парня, который и правда запал ему в душу. Хёнджин улыбнулся, услышав это, и осторожно поднял худощавое тельце, укладывая рядом с собой на их общую кровать. Омега прижался ближе, робко приподняв ногу; он не решался закинуть её на чужое бедро — не будет ли это слишком нагло… — Какой ты на самом деле стеснительный, — подметил Хван и, не церемонясь, сам закинул чужую ногу себе на бедро, прижал Сынмина к себе и крепко сцепил руки в замок за его спиной. — Я особенный, поэтому ты прячешь свои колючки именно при мне? Ким легонько пихнул его, снова обнимая в ответ. Он что-то пробормотал себе под нос, прежде чем заговорить: — У меня нет колючек, Альфа, и ты не особенный. — Я просто тебе нравлюсь, — не спрашивая, а утверждая, произнёс тот. Омега молча приподнял голову, оставил поцелуй на его губах и вновь устроился поудобнее. — Я научу тебя выражать любовь не только действиями, но и словами.

«————>♡<————»

Утро могло быть чудесным, если бы не одно «но»… — Хёнджин, Сынмин, хватит спать! — за дверью слышался недовольный голос Чонина, который тарабанил в неё уже чуть ли не ногами. — Быстро вставайте и спускайтесь вниз! Шаги начали отдаляться, а две сони недовольно потянулись, глядя на дверь. — Когда-нибудь я его убью… — прошептал Хёнджин, ласково поглаживая чужую спину. — Давай вставай, а то этот бука вернётся и снесёт дверь к чертям. Сынмин весь скуксился, но всё же поднял своё тело, тут же сменив локацию и устроившись на коленях у парня. Он с осторожностью зачесал назад его непослушную чёлку и припал к губам, скользя языком меж чужих. Хван такую инициативу одобрил, прижимая стройное тельце ближе и целуя в ответ. Губы Кима действительно оказывали на него странное воздействие: тянуло до безумия, а оторваться было невозможно. Немного забывшись, он опустил руки на мягкие ягодицы, слегка сжимая их, из-за чего Омега моментально отстранился и с каким-то страхом посмотрел на его руки на своей заднице. Альфа мысленно дал себе подзатыльник за оплошность: его вредина довольно стеснительна и явно неопытна в отношениях, так что такие действия могли его напугать. — Прости, малыш, — впервые ласково обратился к парню Хёнджин, возвращая руки на его поясницу. — Встаём? Получив в ответ кивок, он встал с кровати, помог подняться ему и аккуратно поправил на нём одежду. Сынмин, ничего не сказав, быстро открыл дверь и вышел из комнаты. М-да, у него талант убегать от проблем, когда их нужно решать или хотя бы обсуждать. Хван точно не знал, что тревожит парня; единственное, что было понятно: Ким боится идти дальше поцелуев, для него даже касание попы — уже перебор. Неизвестно, почему он так боится: возможно, у него были плохие отношения с прошлым партнёром, а может, он вообще девственник. «Что бы это ни было, уйти от разговора у него не получится», — твёрдо решил Альфа и вышел из комнаты. На кухне все уже были в сборе, видимо, ждали только их двоих. Правда, сейчас Хёнджина интересовал лишь один Омега, который сидел весь сжавшись рядом с Чонином, подкладывавшим ему еду. Альфа сел рядом, уловив слегка смущённый и испуганный взгляд. — Больше свободных мест нет, — пояснил он, ухмыльнувшись и подвинувшись максимально близко к Сынмину. Тот отстраняться не стал, хоть и сидел весь напряжённый. — Раз уж все в сборе, объявляю: сегодня мы идём в бассейн! — сказал Чан, внимательно наблюдая за реакцией остальных. В ответ донеслось довольное улюлюканье. Идея явно пришлась всем по вкусу. — Наконец-то мы освежимся, — ухмыльнулся Минхо, переглядываясь с Джисоном. Ну, эти двое точно будут всех водой обливать. — Согласен, мы давно никуда не выбирались, — мечтательно улыбнулся Чанбин, думая о предстоящей поездке. — Я не поеду, — тихо сказал Ким, вызвав удивление у остальных. — Хён, ты же любишь плавать. В чём дело? — Ян приобнял друга за плечи, пытаясь найти ответ в его глазах. С момента приезда он всё пытался разглядеть того парня, с которым учился в одном классе, но тот будто изменился: та же причёска, голос, внешность, но совершенно другие черты характера, которых раньше не было. — У меня нет купальника, — отстранённо произнёс Омега, поджимая губы. Казалось, он что-то недоговаривает, но давить и требовать полного объяснения явно было бесполезно. — Сынмин-а, — подключился к разговору Хан, — купальник вообще не проблема… — Ваши поношенные тряпки я не надену, — перебил его Сынмин, глядя с некоторым недоверием. — Да нет, никаких тряпок. Рядом с комплексом есть классный магазин одежды, наверняка подберём тебе что-нибудь там. Поверь, все Альфы будут облизываться от одного только вида твоих… Ау!.. Джисон недовольно посмотрел на Феликса, который зачем-то пихнул его локтём в бок. И что такого он сказал? Он же как лучше хотел. — Джисон-и имел в виду, — продолжил Ли, — что мы найдём тебе идеальный вариант в том магазине. — Значит, решено: едем! — Минхо уже поднялся и потянул за собой своего парня собирать вещи. Следом начали расходиться и остальные. Лишь Ким сидел на месте и пялился в одну точку, пока его плеча не коснулась чужая рука. — Если не хочешь ехать — не едь, — сказал Хёнджин, глядя на него с сочувствием. Он чувствовал, что дело здесь далеко не в отсутствии купальника. Дело в чём-то более серьёзном, и заставлять Омегу ехать будет слишком жестоко. — Нечего им потакать. — Я поеду… — вопреки своему желанию ответил тот, поднимаясь. Он взял Хвана за руку и потянул наверх, в комнату. — Будешь плавать рядом со мной, ладно? Альфа кивнул: ему только в радость провести время рядом, заодно и посторожит, чтобы ничего дурного не случилось.

«————>♡<————»

В машине сесть рядом с Сынмином не получилось: Чонин послал его куда подальше, а точнее — к своему парню, мол, Чан так захотел. Ага, конечно. Ян усадил Кима на заднее сиденье и начал о чём-то с ним перешёптываться, не обращая внимания на сидящих перед ними Джисона и Минхо. Феликс с Чанбином сели прямо за водителем, то есть за ним и Чаном. Путь предстоял долгий, так что для расслабления на фоне играла музыка. — Скучаешь по нему? — неожиданно прервал тишину Бан, не отрывая взгляда от дороги. Хёнджин вздрогнул: неужели это так заметно? — С чего ты взял? — Ты смотришь на него, будто проверяешь, не свернул ли Нин-и ему шею. Ты стал с ним мягче, как и он с тобой. Это видно, Джин. — Я его сейчас по большей части не понимаю. Раньше мне казалось, что Сынмин просто озлобленный карлик. А теперь вижу, что это не так. Ты изначально был прав. — Ты хочешь получить от него ответы, чтобы лучше понять. Но, поверь, будет лучше, если не станешь их требовать, а просто будешь терпеливо ждать. Сынмин скажет сам, когда будет готов. Хван согласно кивнул. Наверное, так и правда будет лучше. Но поговорить им всё же придётся. Возле комплекса парни разошлись: Омеги отправились в тот самый магазин за купальником, а Альфы направились в бассейн. — Джин-и, не хочешь рассказать, что между тобой и Сынмином происходит? — спросил Чанбин, пока они были в раздевалке. — Чёрная кошка сменила направление, — отшутился Альфа, не собираясь вдаваться в подробности. Сынмин явно к этому не готов, так что лучше держать всё в тайне, к тому же они сами ещё до конца не разобрались, что у них происходит. — Мне тоже интересно, что у вас, — уже у бассейна продолжил эту тему Минхо. Эти двое вечно над ним стебутся из-за отсутствия Омеги, так что в целом ничего нового. — Ничего. На этом всё, отстаньте. Вода была прохладной, что радовало душу. В такую жару освежиться — самое то. Тут из-за угла вышли их друзья, одетые в красивые купальники. Просто загляденье. — Солнце, выглядишь потрясающе, — Со плотоядно облизнулся, глядя на своего парня. — Смотри, не возбудись прямо здесь. Феликс, как всегда, в ударе. Они все красивые, вот только кого-то не хватает… — А где Сынмин? — первым спросил об этом Чан. Омеги переглянулись. — Он же за нами шёл… — Чонин испуганно начал оглядываться, пытаясь найти знакомое лицо. Неужели тот отстал от них… — Пойду проверю, может, заблудился, — Джисон похлопал его по плечу и развернулся, направляясь обратно в раздевалку. Несколько минут они молчали, ожидая, когда же наконец вернётся Хан с их «потеряшкой». И долго ждать не пришлось… — Выходи, не бойся! Чего ты встал? Омега усердно тянул Кима за руку, но тот, похоже, совсем не собирался выходить из-за угла. — Джисон, что стряслось? — из бассейна уже вылез Минхо, поглядывая на эту картину и пытаясь понять, нужна ли его истинному помощь. — Да Сынмин не хочет выходить! Встал тут, как баран, и с места не двигается! Ли уже хотел подойти и помочь, но тут его за запястье схватил Хёнджин. — Позволь мне, хён. И он без лишних слов направился к Джисону узнать, в чём дело. Рядом с ним стоял зажатый Омега, который сейчас совсем на себя не был похож: голова опущена, коленки дрожат, а яркий голубой купальник, подчёркивающий округлые бёдра и грудь, делал этот образ отнюдь не невинным. — Джисон, иди к остальным, я сам разберусь. Хан послушно отпустил чужую руку и ушёл к парням. Хван же, оставшись наедине с Сынмином, начал его осматривать. Купальник на нём был надет действительно красивый, слюнки текут, но он практически ничего не скрывал, а, наоборот, подчёркивал. — Сынмин, в чём дело? Почему ты не хочешь идти к остальным? Спустя минуту молчания Ким всё же поднял на него взгляд: его глаза были красными и опухшими от слёз. Как этого только Омеги не заметили — оставалось загадкой… — Мне некомфортно в этом купальнике… — начал он, захлёбываясь слезами. — Они все пялятся на меня… — Подожди, — Альфа осторожно взял его лицо в ладони и вытер слёзы, выпуская свои феромоны, зная, что те помогут Омеге успокоиться. — Если тебе не нравится купальник, тогда зачем они тебе его купили? — Эти придурки меня даже слушать не стали!.. Впихнули в руки пакет и всё… Хёнджин чувствовал, как начинает злиться — злиться на своих друзей за халатность. Как можно было купить человеку то, что ему категорически не подходит? Из-за этого Сынмин теперь весь в слезах и отказывается выходить из-за угла. — Если я куплю тебе другой купальник, который выберешь именно ты, плавать пойдёшь? Ким коротко кивнул, после чего Хван осторожно подхватил его и понёс в сторону раздевалки, стараясь скрыть от чужих похотливых глаз. Он защитит этого Омегу, чего бы это ему ни стоило.