***
Тридцать лет назад,
Старый семейный дом Гуфи
— Так… нам точно обязательно добавлять в суп клюкву? — Пэг вопросительно изогнула бровь, держа тарелку с вымытой клюквой в руках. Гуфи кивнул с важным видом. — Конечно, это старейший рецепт моего папы, который достался ему от его папы, а тому от его папы, а тому от его, а тому… — Хорошо, хорошо, — Пэг покачала головой. — Я поняла. В вашей семье очень важен этот странный традиционный суп с клюквой. Поморщившись, Пэг высыпала всю клюкву в кастрюлю. Вода закипела ещё сильней и громко забурлила. — Что ж, — Гуфи выразительно почесал свой затылок. — Следующий шаг: добавить чашку сахарной пудры. — В суп? — Пэг скривила губы. — Именно, хах! — Гуфи усмехнулся и принялся катать скалкой тесто, а затем мастерить с помощью формочек печенье разных форм и выкладывать его на противень. — Пудра в верхнем ящике сбоку. Пэг послушно последовала его указаниям. Они готовили традиционный праздничный ужин в доме семьи Гуфоф, и идти против их традиций было бы невежливо с её стороны. Она взяла сахарную пудру и измерила её кружкой, после чего высыпала нужное количество в бурлящую кастрюлю и перемешала всё это деревянной поварёшкой. Бурление значительно усилилось. Запах показался Пэг очень странным. Вновь поморщившись, она поняла, что запахло чем-то жжённым. Она резко повернулась к Гуфи. — Гуфи, это печенье горит? — Неа, я его ещё не поставил в духовку, — Гуфи принюхался. — Но запах и правда такой, как будто что-то горит… что-то деревянное. Опомнившись, Пэг достала деревянную поварёшку из бурлящей воды, которая теперь была похожа на пену. Или она достала то, что теперь осталось от той несчастной поварёшки. Гуфи хмуро посмотрел на наполовину сгоревшую утварь: — Ой, папина любимая поварёшка… Пэг мгновенно выключила огонь на плите. — Как же так получилось? — она проверила банку с сахарной пудрой и поняла, что это была не пудра, а кислота. Она виновато улыбнулась. — Упс… прости, Гуфи. Гуфи посмотрел на Пэг с таким простодушным и искренним взглядом, который она больше никогда не видела ни у кого другого. Таким, который заставлял любые несчастья и трагедии казаться обычным пустяком. Он по-доброму рассмеялся и хлопнул Пэг по плечу. — Хах, ничего, Пэг. Гуфам ещё ни разу не удавалось сварить наш фирменный рождественский суп без единого сучка и задоринки. Знала бы ты, что произошло в прошлом году с нашей кухней. Сгоревшая наполовину поварёшка — это пустяк. Пэг растерянно заморгала, посмотрев на деревянную ручку поварёшки. На ней было выгравировано имя семейства Гуфоф. Несмотря на слова Гуфи, ей стало очень стыдно за то, что она послужила причиной уничтожения этого ценного семейного предмета. Ещё и в канун Рождества.***
Они сидели на ковре перед наряженной ёлкой. По гирлянде больше не бродил ток, и она безопасно освещала всю гостиную, в которой намеренно погасили свет других ламп. Настенные часы давали знать, что наступил канун Рождества. Рядом с ними валялись разные коробки с подарками. Некоторые из них были уже открыты. Пэг взяла один из последних подарков, которые приготовила для Гуфи. Она протянула мужчине длинную, тонкую коробку и подмигнула. — Вот, обязательно распакуй этот подарок. Гуфи обрадовался и распаковал подарок. В его руках оказалась деревянная поварёшка, перевязанная красным бантом. — Вау, какая замечательная поварёшка! — он издал свой фирменный смешок. Пэг наклонилась ближе к нему и указала пальцем на ручку поварёшки. — Помнишь, как я испортила твою семейную поварёшку, когда ты впервые учил меня варить рождественский суп с клюквой? Который научил тебя варить Гуф Старший? Я недавно вспомнила о том происшествии, потому что в последнее время мне часто хочется думать о тебе… — Пэг взволнованно затеребила свои пальцы. — В общем, я заказала эту новую поварёшку у мастера по своей памяти. Посмотри на надпись на ручке. Удивлённо моргнув, Гуфи уставился на поварёшку. Она действительно выглядела очень похоже на их старую семейную поварёшку, однако теперь на ней была выгравирована новая надпись: «Для Гуфи от Пэг, с любовью». — Ох, Пэг, — глаза Гуфи прослезились от счастья. — Ты запомнила такую маленькую деталь? — Конечно, Гуфи. Проводить праздники у вас дома было самым весёлым занятием в Рождество. Я никогда не забуду вашего гостеприимства, — Пэг смущённо поправила свою причёску. — Именно поэтому я решила приехать к тебе снова. Потому что знала, что ты не разочаруешь. Тепло улыбнувшись, Гуфи обнял её за плечи и прижал к себе. Пэг забвенно расслабилась в этом долгом объятье, пока они продолжили сидеть на ковре у наряженной ёлки между разных коробок с подарками, которые приготовили друг для друга. Прежде чем Гуфи успел отстраниться, Пэг быстро чмокнула его в щёку, оставив на ней красный след своей помады. Уши Гуфи вмиг затрепетали, и вокруг них залетали розовые сердца. Покраснев, Пэг довольно улыбнулась и прикрыла свои губы ладонью. — А это ещё один мой подарок для тебя, Гуфи. Едва придя в себя, Гуфи удивлённо присвистнул. — Хах, мне никогда ещё не дарили так много подарков в одно Рождество!