Freak

На часах было 19:23. Спустившись на парковку небоскреба, Уэнсдей быстро нашла свой Шевроле Шевель. Звук мотора убил тишину просторной парковки, рыком похожим на свирепого льва. Машина была подарком от дяди Фестера на восемнадцатилетие, конечно же угнанная. Лакированная, ночная фурия гналась по трассе, в машине играл Depeche Mode — «Policy of Truth». Постукивая тонкими пальцами по рулю, брюнетка почувствовала как кровь начала закипать в жилах. Она подкурила сигарету, и дым тоненькой струйкой поднимался вверх. Едкий чад был привычным и даже приятным, на лице непроизвольно появилась ухмылка, похожая на оскал хищника. Глаза сверкали дурным огоньком в предвкушении этого вечера. Нога то нажимала газ до пола, то отпускала. Аддамс уверенно маневрировала по пустой дороге, а что-то в багажнике билось о стенки и создавало глухие удары. Но их было еле слышно через музыку которая играла на весь салон. Людские празднования были ей не по нраву: пить — значит терять контроль, плотские утехи — грязь, а друзей у нее кроме Юджина не было. Тот же, переехал в Калифорнию и стал офисным планктоном. Но она никогда его не забывала, даже иногда звонила, узнать как обстоят дела в силиконовой долине. Парень был ей дорог, он был единственным другом за всю жизнь. Вспомнив пчел, которых преданный товарищ так любил, она не могла не улыбнутся — только уже мягко. Уже казалось прошел час с момента как девушка выехала. Солнце почти зашло, а трасса сместилась двухсторонней дорогой. Вокруг — высокие деревья, они будто были готовы поглотить винтажную машину вместе с девушкой внутри. Заехав на бездорожье, она проезжала в самую глубь леса. Здесь, она знала точно — никто не помешает ей развлекаться по своему. Машина периодически подскакивала от горбов и провалов, что было не очень для такого старого авто. Она не переживала, если надо будет починить — денег достаточно. Машина была раритетом и подарком от любимого дяди, так что выкинута не могла быть ни в каком случае. Да и Уэнсдей она нравилась, подходила ее персоне Тишина в лесу стояла гробовая, лишь отдаленные звуки сверчков и птиц, которым все еще было о чем говорить. Каблуки валялись на заднем сидении, а вместо них на ногах красовались отполированные берцы с стальным носком. «Никогда нельзя быть слишком аккуратной, верно? Не знаешь что в лесу может на ногу упасть» — Так бы подумал обычный человек. Аддамс же имела в голове более «практичное» использование носка. Нога, сначала первая потом и вторая, с громким чвяком оказалась на земле. Пройдя к багажнику, девушка с ухмылкой на лице его открыла. Она молча осматривала свою жертву, с кровожадным взглядом. Парень, лет тридцати но уже с залысинами, пытался кричать и освободить себя. Но вместо крика, выходило лишь ничтожное мычание, а он выглядел как червяк. Насколько же унизительное зрелище. Внутри пролилось что-то теплое, это — было ее видом развлечений. Будучи компактного телосложения, у девушки имелась неплохая сила. Парень был практически выкинут из багажника, и приземлился на пол прямо лицом. Одежда испачкалась, а лицо было в жидкой, мерзкой грязи что стекала до шеи. Багажник громким хлопком был закрыт, а девушка уже привязывала жертву к дереву. Он продолжал унизительно мычать, но ему уже ничего не могло помочь — он сам определил свою судьбу. С момента как он избил случайную девушку в баре — его судьба была предрешена. Железный носок с силой ударился о берцовую кость, но не достаточно чтобы ее раздробить. — Я надеюсь что теперь, ты осознаешь, каждое решение — имеет последствия Второй удар. Послышался хруст, из кожи торчал белый окровавленный осколок кости. Зверский крик раздался на весь лес, в нем было столько агонии, сколько мольбы о прощении. Алая кровь стекала по мерзким, волосатым ногам и смешивалась с грязью у босых стоп. Аддамс смотрела ему в глаза, но казалось что та залезла ему в душу. Под взглядом Уэнсдей долго не мог продержаться никто — преступник, дабы избежать еще и моральной пытки, быстро закрыл глаза. Зрачки у девушки, нездорово расширились и слились с радужкой. Именно она заставляла этого ублюдка корчится в муках. Смотреть можно было вечно на 3 вещи: воду, огонь и человека молящего о пощаде. Но удовольствие надо было растянуть — не каждый ведь день есть время выловить и замучить, до смерти преступника. C приятным щелчком открылся алюминиевый дипломат, лежавший на капоте. Рука схватила первое попавшееся в руки — охотничий нож. На нем виднелась гравировка: демон и инициалы У. А. — «Все таки пригодился мне папин подарок» Нож сначала сделал пару надрезов на коже, удостовериться что хорош. Парень кричал, уже не раскаивался и не молил о прощении. Кричал, в надежде что услышат, что спасут. Но тут в тушу стал медленно проходить нож. Это было болезненно чем порезы, это казнь которая могла была растянута и Уэнсдей ею смаковала. Кровь потекла по ножу, тоненькая струйка пробежала по предплечью девушки. И вот, первая капля оказалась на блестящем, словно зеркало, носке берцев. И как только нож вошел по самую рукоятку, она провернула его.

***

Время 21:00. Энид сидела у себя в просторной квартире, что располагалась в 10 минутах ходьбы от работы. Довольно практично, особенно для нее, с ее привычками не успевать собраться вовремя. Светлые локоны раскинулись на диване, в руках телефон на который было обращено все внимание оборотня. Казалось он мог помочь раскрыть важную тайну, или решить задачу тысячелетия. Она нервно пыхала, щеки надуты — поиск шел плохо. Загнанная в тупик, Синклер, уже хотела швырнуть телефон в стену — но вовремя остановила подруга. Может быть, причиной частой смены телефонов было не их швыряние во все стороны, а отсутствие приятельницы что могла вовремя остановить? — Эй Энид ты чего, совсем поехала? Ну нет у этой придурошной соцсетей — так нет. Ты ее и дня не знаешь! — попыталась вразумить подругу Йоко. Но попытка не увенчалась успехом. — Да ну не может быть! У всех есть, а у нее нет? Хотя звучит логично… — она почувствовала взгляд, полный сочувствия и капли жалости, на себе. Тоскливо вздохнув, она закрыла лицо. — Но я клянусь, Йоко. От нее кишки переворачивает! Она… Ну очень сильная женщина. Ей в лувре место, она как из картины вышла. Такая изящная — казалось она говорила об объекте обожания, а не о новой начальнице — Не долго вам удастся продержаться в рабочих отношениях… Ну, это если тебе повезет, щенок. То как ты ее описываешь — явно строгой закалки. Будешь бороться за нее? — Вампирша начала смеяться со смущенного лица оборотня. Та лишь пнула подругу в бок, не находя подходящих слов. А ведь Йоко была права, вряд ли она сможет делать вид что начальница ей не нравится. Синклер очень плохо давалась ложь, и теперь последний вопрос звенел в голове… Бороться за нее? Не успев обдумать, ее внутренний голос объявил что да.И исчез так же быстро, как и появился. Ну, сама с собой спорить — абсурд. Вопрос ее чувств был прояснен, а что дальше? План действий? Энид посмотрела на подругу, взгляд ее был еще более жалкий чем до этого. Вампирша глубоко вздохнула и расправила руки. Безнадежная ситуация, волчица вряд ли разлюбит.

***

Прошла неделя с начала председания Уэнсдей. Прошла она спокойно, непримечательно. Коллектив лучших адвокатов быстро свыкся с начальницей, ведь та особо и не выходила из своего кабинета. Конечно, без слухов и сплетен не обошлось — каждый отдел считал своей обязанностью обсуждать таинственную, молодую главу компании. Шли слухи о том что она никогда не моргает, или что она читает каждого сотрудника как открытую книгу, быстро разошлись. Когда Гомез, уходя в отставку предупреждал о требовательности дочери — он не обманул. Десять людей были уволены на третий день ее работы, но замену быстро нашли — буквально на следующий день. Особенно для компании отметился понедельник — Энид Синклер, опять выиграла крупный кейс, укрепив репутацию конторы в который раз. По традиции, их отдел должен был это отпраздновать, и к сожалению Уэнсдей ей нужно было присутствовать. Какой из нее лидер, если она даже не поддерживает своих подчиненных? Группа из двадцати-с-чем-то человек собрались в самом престижном клубе Бостона. Да, на их этаже было всего 17 человек, включая Аддамс, но много у кого были друзья из отделов ниже рангом. Попса орала из колонок, в воздухе стоял запах смешанных парфюмов, алкоголя и веселья. Все танцевали, разговаривали, одна Уэнсдей казалось не особо наслаждалась обстановкой. Ей захотелось выйти покурить, хоть ненадолго отстраниться от этой суеты. Выйдя на террасу она заметила Энид и Бруно, парня отделом ниже. Он каждое утро появлялся на их этаже и постоянно приносил Синклер кофе. Что-то в груди неожиданно сжалось, и экстрасенс не могла понять причину. Она внимательно осмотрела пару: волчица была в черной мини-юбке, синей футболке на одно плечо и кедах. Вызывающе, но на ней смотрелось хорошо — «На ней все смотрится хорошо» — подметила для себя Уэнсдей Парень был в красной рубашке поло и джинсах, лицо выбрито, пахло от него Пако Рабанне. Он курил мальборо красные, как банально. Было понятно сразу — он строит из себя образ «мужчина а не мальчик», смешно. Ему не более двадцати пяти, вряд ли он хоть в чем-то, похож на взрослых дядь бизнесменов. Почему-то она была уверена что многого он из себя не представлял. Потянувшись в карман джинс за зажигалкой, она обнаружила что та таинственно пропала. Скорее всего была забыта в куртке, но за ней она не собиралась идти. Она медленно, почти как хищница, подкралась к паре. Те энергично что-то обсуждали, скорее всего какую-нибудь звезду, или очередную сплетню в офисе. — Я не хотела бы прерывать ваш разговор, уверена он очень важный, но не мог бы ты одолжить мне зажигалку, Бруно? — в голосе была нотка сарказма, но взгляд все такой же холодный. — Да, да конечно мисс Аддамс — парень полез рукой в карман и достал оттуда зажигалку Зиппо. На холодном металле виднелась гравировка тигра. Она молча оценила красоту, и механически подожгла сигарету. Вернув парню зажигалку, она, попыталась быть дружелюбной. — Можно без формальностей, просто Уэнсдей. Не на работе ведь — до улыбки дело не дошло, пусть и дальше идет слух что она никогда не улыбается. Она перевела взгляд на Синклер, что была немного выше ее ростом, но авторитет Аддамс это не убавляло. Элегантно выдув дым, она обратилась к девушке. — Поздравляю, Энид. Хотя я думаю для тебя это уже не достижение, должно было войти в привычку за два года работы. Продолжай в том же духе, компания ценит таких сотрудников как ты — голос был монотонный, но чувствовалась нотка одобрения и уважения. Пока экстрасенс заканчивала свои «поздравления», у волчицы уже загорелись глаза. С растянутой до ушей улыбкой, она как бешеная набросилась на темную фигуру и обняла со всей силой. Аддамс замерла от такого неожиданного контакта, а глаза вылезли на лоб. Бруно это заметил, и он понимал что сейчас его подруге достанется по полной. Но что-то не давало ей отстраниться, а сердце начало стучать быстрее. Это было незнакомое ей чувство, что ей очень не нравилось. Похоже было на то, когда она убивает, но у него был более… теплый оттенок — Спасибо большое Уэнсдей, я так боялась что я тебе не понравлюсь. Я буду и дальше стараться ради компании, обещаю! — завизжала от радости Энид. Тело девушки, что было заключено в объятия было холодным. Но вдруг ее ноздри заполнил этот соблазняющий аромат, как в тот день когда Аддамс первый раз появилась в офисе. Плохо, плохо, плохо. Вдруг она почувствовала как она пытается отстраниться от Синклер, и сразу же отпустила хватку — Прости пожалуйста, я просто привыкла со всеми обниматься. Ну и я слишком обрадовалась… — промямлила волчица, и уже она была щенком загнанным в угол. Лицо покраснело, и даже макияж не смог спрятать румянец. — Ничего страшного — на лице ни единой эмоции, а внутри вихрь. Мозг пытался обработать ситуацию, но мог лишь обрабатывать мягкость груди Энид Вдруг, волчица почувствовала дрожь и покалывание в руках, а язык напоролся на что-то острое во рту. Ей срочно надо было укрыться от людей, срочно бежать в туалет. Она держала руки за спиной, и любой бы не обдумывал этот жест. Но Уэнсдей знала — Энид что-то прячет. — Ребят я отлучусь на пару минут. Скоро буду, хорошо? Предлагаю вам докурить, и все выпьем по шоту. Что скажете? Не дожидаясь ответа, волчица покинула группу и унеслась в туалет. Закрывшись в кабинке, она сразу же посмотрела на руки — выступили когти. А значит что и клыки тоже. — «Чертова Аддамс со своим парфюмом! Вот блин» Она прекрасно знала что это не вина начальницы, но именно она оккупировала все мысли. В голове начали появляться образы полуобнаженной Уэнсдей, кончики пальцев норовили дотронутся до бледной кожи, ощутить ее холод. Со рта раздался тихий стон, — «Слава богу в туалете никого нет» — единственная трезвая мысль проскочила, и влажным фантазиям и следу не было. Ей нужно было собраться и успокоиться. Когти и клыки уже исчезли, так что самое страшное позади. Дверь в уборную распахнулась, и кто-то, твердыми шагами подошел к кабинке где была Энид. — Синклер, у тебя все в порядке? — Блондинке на миг показалось, что в голосе была нотка переживания