Freak

Было около девяти часов вечера. Энид сидела в баре, с пятым лонг айлендом, слезы чуть ли не лились из глаз. Подруга доехать не успела, а она уже пьяна. Вдруг чья-то рука, нежно легла на плечо. Легкая улыбка появилась на лице, Йоко наконец-то приехала. Она уже хотела начать все рассказывать, но повернув голову она застыла в ужасе. — Ты живешь где-то рядом? Или просто ходишь в этот бар? — Уэнсдей присела на стул за барной стойкой, возле огорченной волчицей. Заказав эспрессо мартини, она повернулась к девушке. Она молчала, а глаза пылали от злости. Такого яростного гнева, Аддамс не видела никогда, ни у одной жертвы ее жестоких издевательств. — Что-то не так, Синклер? — она подняла бровь, ожидая хоть слова от пребывавшей в шоке. — Было относительно неплохо — пока не появилась ты, Адаммс — сквозь зубы прошипела в ответ оборотень. В голосе чувствовалась обида, как будто брюнетка испортила ей всю жизнь. — Я не говорила что, ты, можешь сесть рядом. Убирайся. Сквозь пятничную толпу, просочилась Йоко и наблюдала развернувшуюся картину. Не думая ни секунды, та подбежала к двум девушкам. Она взяла Энид под руку, и убийственным взглядом посмотрела на Уэнсдей. Не сказав ни слова, она потащила блондинку за собой. Та протестовала, мол — она еще не допила свой коктейль. Но подруга не слушала, она знала что нужно вытащить ее оттуда, да поскорее. — Черт тебя побери, Энид. Ты, чуть ли не рыдая, звонишь мне и жалуешься что твоя сумасшедшая начальница тебе насолила. А потом, я, нахожу вас вместе у барной стойки, и ты пилишь ее таким взглядом будто готова ее убить?! — она не была зла на девушку, скорее на странную ситуацию. Оборотень обмякла в ее руках, пить она не умела — Да я просто сидела, ждала тебя. Ну и тут ко мне кто-то подошел. Я думала ты, оборачиваюсь — а там... — Тогда ладно, отвезу тебя домой и расскажешь что она такого сделала. Чтобы ты, ну вот так смотрела на кого-то — нужен серьезный повод.

***

Вызывать такси не пришлось, Энид жила в 10 минутах ходьбы от бара. Устроившись на диване, она, с сильным энтузиазмом принялась рассказывать о том, что произошло в офисе. Оборотень была так увлечена рассказом, что даже начала показывать на действиях. Йоко молча сидела, а глаза вылезли на лоб. Весь рассказ казался одной большой выдумкой, но, потому что это была ее лучшая подруга, и из-за того какой была Уэнсдей — она верила каждому слову. — Я не буду врать, это было просто ахуительно! Все, кроме того как она бессовестно вышвырнула меня. Будто я, не более чем игрушка. — в словах чувствовалась злость, потрясение и обида — Ну подруга, даешь… Я даже не знаю что сказать. — Йоко обняла подругу, и почувствовала, как футболка впитывала слезы. Решив, что действия говорят больше, чем слова — она гладила блондинку по голове. Та всхлипывала, неразборчиво мямлила в плечо. Энид не могла перестать думать о хладнокровности Аддамс. Какова была причина такого отношения с ней? Она не могла вспомнить чтобы делала что-то не так. Был ли это алкоголь, что делал ее такой эмоциональной, или чувство одноразовости — но рыдать она не переставала. Она понимала — если это был первый и последний эмоциональный контакт между ними, придется уволиться. Не выдержит Синклер, не сможет забыть. Будет думать об этом случае каждый раз как заходит в небоскреб, и каждый раз как будет видеть начальницу. Импульсивная мысль пришла в голову — блонда потянулась за телефоном. Хотелось написать заявление об увольнении прямо сейчас, но на экране было сообщение от Уэнсдей. Они никогда раньше не переписывались, но номер был сохранен для работы. — Йоко, посмотри — она протянула ей телефон. Глаза были красными, щеки мокрыми — посмотрев в зеркало, Синклер бы сама себя не узнала. Да, она плакала довольно часто, порой она была чересчур эмоциональна. Любая грустная сцена в фильме трогала ее за душу. Но в таком состоянии, она находилась в последний раз после переезда из дома. — «Это из-за того, что произошло в офисе?» — подруга прочитала сообщение и поняла бровь. — Это хороший или плохой знак? Мне кажется хороший, по твоему описанию, она бы не придала этому большого значения. Волнуется? — Обо мне? Ты думаешь? — Энид вытерла слезы и сделала глубокий вдох. В животе появилось приятное покалывание. Она напоминала себя пару годами младше, когда часто возилась с токсичными парнями. Тогда, она цеплялась за каждое проявление внимания от них. И если они извинялись, ей казалось это романтичным. Хоть это и был минимум. Взяв телефон в руки, она быстро настрочила ответ. Короткий, она больше не унижалась и не объяснялась: «Да» Как только сообщение отправилось, Йоко выхватила из рук телефон. — Черт, Энид! Надо было не отвечать, быть загадочной! Ты же пьяная. — Ага, а потом она в жизни бы со мной не заговорила. Если Аддамс спрашивает о чем-то, лучше ответить. Поверь, я сегодня выучила свой урок! — она хихикнула, вспоминая сегодняшний день — Синклер! Ты не о том думаешь. — она толкнула ее, и готова была разорваться от смеха. Если Энид шутила — то это был прогресс, значит ей немного лучше. Одной из ее привычек, было посмеяться с ситуации и двигаться дальше. Это выручало ее из многих ситуаций, и не давало ей отчаяться. Но их смех прервало новое сообщение «Встреть меня в баре. Обсудим. Без твоей подружки» Подруга не давала телефон в руки. Она смотрела на Энид, что уже была готова подправить макияж и ехать. Ее укоризненный взгляд говорил: «Даже не думай». — Но Йоко! Это же знак! — Нет, нет, нет и еще раз нет! Все, ты показала что готова к кооперации. Достаточно. Дай ей побегать, вряд ли она загладит свою вину сейчас, простым разговором. Ну разве что… — ей не надо было завершать мысль, Энид понимала о чем она

***

Понедельник, 7:30. Уэнсдей уже ехала в офис, попивая второй четверной эспрессо. Да, было рано, но дома она физически не могла оставаться. На работе всегда найдется чем развлечь себя, потому что мысли об Энид были невыносимы. Все выходные ее не покидали пятничные воспоминания — да, она потупила с подчиненной как последняя сука, но оно стоило того прожигающего взгляда в баре. По правде говоря, она не случайно там оказалась. Она порылась в досье Синклер, узнала где та живет, и выбрала бар который больше всего подходил ее личности. Зачем? На этот вопрос, даже она не могла ответить — действие было до безумия иррациональным. Но, это не все что беспокоило ее все выходные. Написать первой — отчаянный поступок, на который ее побудил Юджин. Почему-то, она написала и поинтересовалась как исправить ситуацию. На удивление — ей не было плевать на чувства Синклер. Друг, услышав всю историю, сначала был в шоке от жестоких действий со стороны Уэнсдей. Даже такой эмоционально недоступный человек без моральных принципов, как Аддамс, понимала что ее поступок был ужасен. Но, факт того что она хотела все исправить — это потрясло Оттингера. Тот подколол ее по этому поводу, но палку перегибать не стал. Дал совет, и пожелал удачи. Сегодня, она вырядилась как никогда ранее. Черный корсет, поверх серой рубашки в полоску, стягивал талию и подчеркивал подтянутое телосложение. Юбка карандаш, казалось была слишком короткой для работы, а на бедре был вызывающий разрез. Каблуки стучали по мраморному полу, и уже на входе она успела собрать взгляды минимум 20 человек. Она убеждала себя, что лишь хотела начать неделю хорошим образом. Но подсознательно понимала — это для Энид. В офисе уже было пару работников, и… Синклер? Она посмотрела на наручные часы, что стоили не менее пары тысяч долларов, а потом на девушку. Восемь тридцать, это не то чтобы рано для нее — это рекорд. Их взгляды столкнулись, и на пару секунд, в офисе были лишь они двое. В глазах Энид было восхищение, вызов, и остатки обидны. У Аддамс — лишь пылающий интерес и нечто большее. Это был знак — все продолжается. Но момент не длился не долго, не более 2 секунд. — Я вижу, Вы сегодня очень рано, мисс Синклер. Поздравляю с личным рекордом — съязвила начальница, но в тоне скрывалось что-то большее. Что-то, что не мог услышать никто кроме адвокатши. — Спасибо, мисс Аддамс. Вы тоже сегодня довольно рано. — на лице была игривая улыбка, обе понимали почему явились на работу пораньше. Сегодняшний день обещал выдаться долгим.

***

— Эй Энид, тебя к себе вызывает Аддамс. Она сегодня необычайно добрая, но загадочная. Наверно какая-нибудь интрижка на стороне! — Агнес стояла над рабочим столом подруги. Волосы, опять были заплетены в «дурацкие», как их называла Синклер, косы. — У нее? Не смеши — она не могла рассказать ей правду, это был их с Аддамс секрет. Но, такой вызов без повода, заинтриговал ее. Она подошла к огромной дубовой двери и постучала три раза. Голос, как всегда холодный, приказал войти. На столе было куча бумаг, но все были аккуратно разложены, Аддамс облокотилась на стол и смотрела прямо ей в душу. Атмосфера в кабинете была странная, не такая как всегда. Было как-то… Теплее? Она села на стул напротив, а по телу пробежала дрожь. Она вспомнила прошлую пятницу и Уэнсдей походу тоже. Напряжение между ними пропало, но возникло что-то другое. — Мисс Синклер, могу ли я обращаться к вам по имени? Я считаю, что формальности между нами нет места — Она подняла бровь, ожидая сопротивления — Без проблем, Уэнсдей. Я не против — лицо расплылось в хищной улыбке. Это было соревнование, игра. Ее обиды испарились — им не было места — Энид, я проанализировала твое досье и все твои работы. Как при отце, так и при моем, недолгом пребывании в роли председателя фирмы. Твой вклад в развитие компании — неоспорим. — она держала интригу, взяв паузу. — Ну что ты, Уэнсдей. Я просто выполняю свою работу, которая мне с недавних пор начала нравится еще больше — она подмигнула и устроилась в кресле поудобнее — Этим утром, мною было принято решение о твоем повышении. Размер твоей заработной платы будет увеличен, но, на тебе будет больше ответственности. Ты будешь присутствовать на ежемесячных собраниях компании, а также станешь моим официальным представителем. Чего чего, но этого она точно не ожидала. С чего вдруг такая доброта? Для нее это была большая честь, ведь некоторые сотрудники, что работали здесь более 20 лет — не продвигались так высоко по карьерной лестнице. Но, она действительно внесла огромный вклад в развитие компании за последние 2 года. Ее даже один раз распечатали в Бостон Таймс, ведь она умудрилась вытащить миллиардера из воды сухим. Она облокотилась локтем на стол, и держала голову в руке. Накручивая прядь волос между пальцев, она смотрела прямо в глаза Аддамс. У той, в глазах горел огонек. — Ну что ты, я польщена. Спасибо, Аддамс. Эта работа многое для меня значит, а быть твоей правой рукой очень привлекательно звучит. — тон был игривым, а зрительный контакт не прекращался. — Должна подметить, ты тоже довольно хорошо справляешься с ролью председателя и начальницы. Особенно моей начальницы — она сладостно и провокационно растягивала слово «моей». Рука потянулась куда-то, ближе к стороне стола начальницы. Небрежным движением, она закрыла ноутбук последней модели. Прикусив губу, она заметила, что не могла перестать любоваться отчаянным стоицизмом Уэнсдей. Но глаза ее предавали, причем всегда. Взгляд был тяжелым, она засматривалась на зону декольте дольше, чем было положено. Они жгли ее снаружи и пробуждали огонь внутри. — Не хочешь, сегодня вечером пойти отпраздновать? Ресторан на твой выбор, я плачу. Хотелось бы тебя отблагодарить, Уэнсдей. Нам нужно получше друг друга узнать, не считаешь? Уэнсдей держала паузу, словно пытаясь собраться с мыслями. — Да, ты права. Нам много предстоит работать в будущем. — полушепотом произнесла она — Я ценю твою инициативу, Энид.