Глава 6.
8 декабря 2025 г., 07:29
Глава 6.
"Кроме Камола, у Данила были еще какие-то отношения?" - спросил Иван, чувствуя, что его информация могла быть недостаточно полной. Некоторые детали о Даниле оставались для него загадкой, отчасти потому, что тот сознательно избегал чрезмерного контроля, чтобы не вызывать у него дискомфорт или недовольство. "Нет, не было", - ответил Лейф, добавив про себя, что с тех пор, как стало известно, что Данил не из семьи Баренковых, его связь с Камолом прекратилась. "Неужели?" - Иван нахмурил брови, пытаясь осмыслить услышанное. Однако это укрепило его уверенность в том, что Данил действительно больше не испытывает чувств к Камолу. "Босс, если я скажу что-то, что вам не понравится, вы можете наказать меня, но я все же хочу это сказать", - начал Лейф. Он тоже долгое время терпел, наблюдая за страданиями своего господина, и это причиняло ему не меньшую боль. Если бы его спросили, как он видит Данила вне ролей босса и телохранителя, он бы сказал, что воспринимает его как младшего брата, почти как своего ребенка. "Говори", - разрешил Иван. "Я хотел бы, чтобы вы были добрее к господину". - сказал Лейф. – "Если вы не хотите, чтобы он искал любовь на стороне, проявите к нему немного своей любви. Я знаю, что вы тоже беспокоитесь о нем, но хотелось бы, чтобы вы показали больше заботы. Возможно, тогда господин станет более сдержанным". Лейф продолжил, хотя многое из того, что он хотел сказать, осталось невысказанным. Он надеялся, что Данил сам выразит свои чувства, но мог лишь попросить Ивана быть к нему добрее. Иван замер на мгновение, услышав эти слова. Лейф был не единственным, кто просил его об этом. Мать тоже говорила про это. "Ты хочешь сказать, что я был слишком жесток с Данилом?" — спросил Иван ровным голосом. Телохранитель глубоко вздохнул. Раз уж разговор зашел так далеко, он решил говорить до конца, надеясь, что его маленький хозяин хоть немного улыбнется. "Да, как в недавнем инциденте. Господин обучен боевым искусствам, он действительно стал сильнее. Но когда его похитили, он, конечно, испытал страх. Как сказал господин Ким, возможно, господин хотел, чтобы его защищали, чтобы о нем заботились. Однако вместо этого босс... ударил господина, не спросив, как он себя чувствует, из-за своего беспокойства," — тихо произнес Лейф, заканчивая свою мысль. Он и сам был недоволен Иваном, но не мог сказать большего. Иван замер, услышав эти слова. "Ты просто хочешь, чтобы я был добр к Данилу, верно?" — уточнил он. "Да," — серьезно ответил телохранитель. "Хорошо, я постараюсь, если твой хозяин не будет слишком много создавать проблем," — сказал мужчина, чем заставил Лейфа широко открыть глаза и улыбнуться. "Но за беспорядок в Таиланде я все равно должен буду его наказать," — добавил Иван. Лейф прекрасно понимал это. Главное, чтобы босс проявлял больше доброты к Данилу, чем раньше. Этого было достаточно. Хотя Лейф все еще не знал, как именно изменится отношение Ивана, он был уверен: если тот пообещал, то выполнит свое слово. Ведь он сам чувствовал вину за то, что ударил Данила. "Иди отдохни," — сказал мужчина, вставая и направляясь в спальню, чтобы проверить Данила. Телохранитель лишь смотрел ему вслед с надеждой. Иван открыл дверь спальни. Данил лежал на спине, с рукой на лбу, слегка приоткрыв глаза. Увидев Ивана, он ничего не сказал — он и так знал, что единственный, кто может войти в его комнату без стука, это брат. Тот молча смотрел на Данила, затем подошел и сел на край кровати, внимательно разглядывая его щеку, на которой еще виднелся отпечаток его ладони. "Когда мы вернемся домой, ты будешь под арестом в большом доме на две недели," — произнес Иван. "Одну," — тут же отозвался Данил, не желая оставаться там так долго. Ему это причиняло боль. "Две. И никаких переговоров. Но если согласишься, я обещаю взять тебя на прогулку на корабле с Романом," — добавил мужчина. Юноша удивленно посмотрел на него. Раньше Иван часто брал его с собой на встречи с друзьями, но в последнее время держал дистанцию. Теперь Данил почти не проводил с ним время, если только его специально не приглашали. Например, на день рождения Акиры, друга Ивана. Акира обычно просил Ивана взять юношу с собой, и тот соглашался, но это случалось редко. "Правда, брат?" - спросил Данил. "Да", - коротко кивнул Иван. "Почему?" "А зачем тебе это знать? Я предлагаю, разве это плохо? Или ты хочешь отказаться?" Данил резко сел. "Не отказываюсь! Твое слово - закон", - быстро сказал Данил, опасаясь, что Иван передумает. "Пока ты под домашним арестом, веди себя прилично", - предупредил брат. "А можно мне звать друзей?" — спросил Данил, понимая, что долгое одиночество в комнате сведет его с ума. "Можно," — ответил Иван, что немного успокоило Данила. Он вздрогнул, когда сильная рука легла на его щеку. Но не отстранился — напротив, ему хотелось этого прикосновения. - "Сейчас принесу лед," — спокойно сказал мужчина. "Можешь сам приложить лед. Ты же сам меня ударил," — тихо попросил Данил, хотя в глубине души был уверен, что Иван откажется. И он действительно собирался отказать, но остановился, вспомнив слова матери и Лейфа. "Хммм", - ответил Иван, оставив рот Данила открытым от удивления. "Ты серьёзно? Ты действительно собираешься приложить мне лёд?" - переспросил Данил, стараясь убедиться, что не ослышался. "Серьёзно", - ответил Иван. Сердце юноши забилось быстрее. Он подумал, что если бы знал, что тот окажет ему такую помощь, то, возможно, не был бы против, чтобы тот ударил его ещё раз. Мужчина встал и вышел из комнаты, оставив Данила в полном недоумении. Ему было трудно понять, почему Иван вдруг стал таким внимательным и заботливым. Спустя несколько минут Иван вернулся с мешком льда в руках. "Сядешь или ляжешь?" - спросил он. Данил, всё ещё ошеломлённый происходящим, кивнул. "Можно лечь" Он осторожно лёг на бок, подставив щёку, которая начала опухать от удара. Иван сел рядом и аккуратно приложил холодный компресс к его лицу. Юноша молча наблюдал за ним, не понимая, что побудило брата к столь неожиданной доброте. Иван продолжал держать лёд, пока Данил постепенно не уснул — частично из-за усталости, частично из-за выпитого вина. Когда мужчина заметил, что тот крепко спит, он осторожно убрал мешок с льдом, чтобы не потревожить его. Некоторое время он смотрел на лицо Данила, расслабленное во сне, а затем тихо поднялся и вышел из комнаты, оставив его отдыхать в тишине. *В кабинете Дилана Давыдова*. "Я слышал, что Роман собирается спустить новый корабль 'Колыбель, - произнес голос мужчины лет шестидесяти. "Да," - ответил Дилан, оставаясь спокойным. "Ты уже придумал способ, как попасть на корабль? Я думаю, Иван обязательно будет там", - вновь заговорил мужчина, который оказался Раденом Давыдовым, отцом Дилана. "Зачем мне подниматься на судно?" - сдержанно спросил молодой человек. "Чтобы разобраться с Иваном. Если с ним что-то случится на судне Романа, его репутация окажется под угрозой", - уверенно сказал Раден. Дилан внимательно посмотрел на отца и тяжело вздохнул. "Теоретически, я могу подняться на судно Романа. Но ты думаешь, что так просто справиться с Иваном в таком месте? Это закрытая территория, откуда невозможно сбежать", - ответил он, так как был не согласен с планом отца. "Ты просто трус. Вот почему ты не можешь справиться с Иваном!", - воскликнул Раден, заставив Дилана нахмуриться. "Ты говоришь так, будто можешь победить Эдика Баренкова", - холодно ответил Дилан, имея в виду отца Ивана. Семьи Баренковых и Давыдовых враждовали уже не одно поколение, а конфликты между Эдиком и Раденом лишь усиливали эту ненависть. Отец Дилана давно пытался передать свою ненависть к Баренковым своему сыну. "Дилан, мать твою!" - закричал Раден. "Я серьезно спрашиваю, это твой план по устранению Ивана на корабле Романа, или это чья-то другая идея?" - спросил Дилан. Его отец слегка поморщился. "Неважно, чья это идея", — раздраженно ответил мужчина. — "Наша главная цель — свергнуть семью Баренковых". Раден недовольно поджал губы, а Дилан бросил на него короткий взгляд, прежде чем тихо вздохнуть. "Говорить легко, но действовать сложно. Я предпочитаю все обдумать", - сказал он, откинувшись на спинку кресла. Отец Дилана фыркнул, но ничего не сказал. "У меня есть дела", - сухо добавил молодой человек, намекая на то, что разговор окончен. Раден нехотя покинул кабинет. Как только дверь закрылась, Дилан повернулся к своему телохранителю. "Ягер, следи за моим отцом и дядей Рамилем", - приказал Дилан своему личному телохранителю. Тот молча кивнул и вышел. Оставшись один, Дилан достал телефон и набрал чей-то номер. Линия долго оставалась занята, и его раздражение росло. Наконец, на том конце провода ответили. "Почему ты так долго не брал трубку?!" ******* Иван и Данил провели около десяти часов в самолете, прежде чем вернулись в Россию поздним вечером. Иван отвез Данила на машине в большой семейный дом. "Ты расскажешь родителям, почему меня наказали?" — спросил Данил, зная, что ему придется остаться в доме, и предчувствуя, что родители начнут задавать вопросы. "Я скажу, что ты натворил дел в Таиланде, но про похищение упоминать не буду. Ты же знаешь, как мама будет переживать," — спокойно ответил Иван. Юноша сжал губы, но возражать не стал, понимая, что брат действует в его интересах. Когда они прибыли в дом семьи Баренковых, их уже ждали домработницы и телохранители. Анна, узнав о возвращении Ивана, вышла навстречу сыну и была удивлена, увидев Данила рядом с ним. Это сразу вызвало у нее подозрения, что между ними произошло что-то важное. "Почему вы вместе?" — спросила она, тут же заметив состояние младшего сына. Хотя опухоль на щеке Данила сошла, синяки еще были видны, несмотря на слой пудры. "Давайте обсудим это внутри," — предложил Иван. Анна взяла Данила за руку и повела его в дом, где их уже ждал Эдик. Он внимательно посмотрел на обоих, чувствуя, что ситуация требует объяснений. "Что-то случилось?" — спросил мужчина, настороженно глядя на сыновей. Данил сел рядом с Анной, а Иван расположился на одиночном диване, внимательно наблюдая за младшим братом, который предпочитал сохранять молчание. "Я помещаю Данила под домашний арест на две недели. Он будет оставаться в своей комнате и не выходить. Если его друзья захотят его увидеть, они смогут подняться к нему," — наконец заговорил Иван. Его слова привлекли внимание родителей, которые обменялись взглядами, а затем посмотрели на Данила. "Что произошло?" — снова спросил Эдуард. "Данил немного натворил дел в Таиланде," — ответил Иван, повторяя то, о чем говорил ранее. Отец внимательно посмотрел на старшего сына, а затем вздохнул, понимая, что тот не собирается раскрывать всех деталей. "А ты, Данил, согласен принять наказание от брата?" — спросил Эдик. "Да," — тихо ответил юноша. Анна нежно погладила его по спине. "В следующий раз не будь таким упрямым и непослушным, чтобы не приходилось получать наказания от брата," — мягко сказала она, в ее голосе слышалась забота и снисходительность. "Хорошо, мама," — едва слышно ответил Данил. "Тогда начнем с сегодняшнего дня", - повторил Иван. - "Если что-то понадобится, просто звони или пусть Лейф скажет маме". Анна кивнула, и Данил направился на второй этаж, а следом за ним пошла мама. "Большие проблемы?" - сразу спросил Эдуард, как только Данил скрылся в спальне. "Нет, это можно решить, но лучше не создавать лишних трудностей", - ответил Иван. "Хорошо, присмотри за младшим, хорошо? Мама очень переживает за Данила. В подростковом возрасте я думал, что это просто возрастное, поэтому он иногда сопротивляется, но в последнее время мне кажется, что дело не только в возрасте. Здесь что-то большее", - задумчиво добавил мужчина. "Папа говорит, что есть причина, из-за которой Данил противится нам, это правда?" - спросил Иван. Эдик утвердительно кивнул, и оба на мгновение замолчали.. "Папа думает, что... Данил может знать об этом?" - тихо спросил Иван. "Не уверен, но большинство людей из его окружения появились позже. Никто точно не знает", - ответил отец. То, что их беспокоило, было связано с тем, что Данил не является биологическим сыном Эдуарда и Анны. Они не были уверены, сможет ли он принять эту правду, если узнает. "А как насчет тех, кто давно живет в нашем доме? Те, кто живет здесь уже давно", - продолжил Иван, поскольку сам сомневался в поведении Данила по отношению к семье. Он осознавал, что держал дистанцию от него, но не ожидал, что Данил будет держаться на расстоянии от всех. "За этим нужно будет наблюдать", - ответил Эдуард, прежде чем разговор переключился на работу. "Как у тебя дела с Диланом в последнее время?" - спросил он. "Всё как обычно. Он постоянно ищет повод для конфликта, но для меня это всего лишь мелкая неприятность", - спокойно ответил Иван. "Да, наши информаторы говорят, что внутри есть проблемы ", - добавил Эдик, предполагая, что сын уже в курсе. "Да, если бы Дилан был более настойчивым и не следовал за дядей и отцом, он мог бы добиться большего", - прокомментировал Иван, опираясь на свои наблюдения. "В любом случае будь осторожен", - предупредил его Этиг, чтобы сын не был слишком самоуверен. Иван кивнул в знак согласия и попросил оставить его одного, чтобы проверить документацию по работе, а затем отправиться своего казино Каллино. **** Данил стоял на балконе своей комнаты и смотрел, как машина брата покидает территорию дома. Его лицо выражало задумчивость. Он чувствовал, что Иван изменился. Эти перемены вызывали у юноши смешанные чувства: с одной стороны, это было приятно, с другой — тревожно. "Если тебе что-то понадобится, скажи маме, Данил", - сказала Анна, после того как попросила перенести игровую приставку из комнаты отдыха в спальню сына. Она боялась, что тот будет скучать и чувствовать себя одиноко. "Да", - отозвался Данил, прежде чем вернуться в комнату. - "Мама, иди отдохни, я в порядке", - сказал он, желая остаться один, чтобы поговорить с Лейфом. "Хорошо, любовь моя", - с улыбкой сказала Анна и вышла из комнаты. Данил позвал телохранителя. "Да, господин", - сказал тот, заходя в комнату, где Данил уже устроился на диване. "Мне кажется, что Иван ведет себя странно", - начал юноша. "Почему?" - поинтересовался Лейф. Данил рассказал, как Иван прикладывал холодный компресс к его щеке и пообещал сводить его на корабль друга, который вскоре отправится в путешествие. Телохранитель слушал, улыбаясь с удовлетворением. - "Это же хорошо", - ответил он. "Но почему он вдруг стал таким добрым?", - сказал Данил. Телохранитель лишь слегка улыбнулся. Он не стал упоминать, что сам приложил усилия, чтобы убедить Ивана быть внимательнее к брату, но предполагал, что тот, возможно, и сам чувствует вину перед Данилом. "Не ищите причин, господин. Просто наслаждайтесь его добротой", - мягко сказал Лейф. Юноша задумался, а затем кивнул. "Да, ты прав. Зачем искать что-то большее?" - согласился он, поднимая взгляд. - "Спасибо за все, Лейф", - добавил Данил с искренней улыбкой. Лейф ответил тем же, а затем юноша предложил ему немного отдохнуть. Для телохранителей пребывание Данила под арестом было чем-то вроде отпуска. Когда Лейф покинул комнату, Данил взял телефон и решил позвонить другу. Сначала он попытался связаться с Лукой, но у того телефон был выключен. Тогда он позвонил одной из близняшек – Лане. Узнав о том, что Данил под арестом, девушка сразу же предложила приехать. Однако Данил попросил ее отложить визит, объяснив, что только что вернулся и устал. Он просто хотел сообщить, что снова дома. ****** Иван направился в свое казино, чтобы провести стандартную проверку, прежде чем подняться в свой офис на девятом, последнем этаже, откуда хорошо просматривался восьмой, VIP-этаж. "Как дела в казино Давыдова?" — спросил Иван, наблюдая за клиентами, увлеченно играющими за столами. "Клиентов примерно столько же, как у нас, но наши финансовые дела лучше," — ответил Кареф. "А причина?" - спросил Иван. "Раден пришел играть в наше казино," — пояснил Карев. Иван слегка приподнял бровь, услышав, что отец Дилана предпочел его казино вместо семейного. "Неужели он пришел сюда, чтобы забрать наши деньги?" — спросил Иван. "Да," — подтвердил Кареф. Мужчина тихо усмехнулся. "Это логично. Если он играет в своем казино, это все равно что играть собственными деньгами," — заметил он. - "И это создало какие-нибудь проблемы?" – продолжил он. "Некоторые - да, но на нашей территории они не очень-то осмеливаются", - честно ответил Кареф. Иван слегка покачал головой из стороны в сторону. "Сейчас Давыдов под управлением Радена, но если Дилан сумеет поддерживать форму, он сможет вывести их бизнес на новый уровень", - предположил он. Затем Иван спустился, чтобы поприветствовать VIP-клиентов, обсудил текущие дела и вернулся в офис. Когда время подошло к полночи, Иван решил отправиться в свой особняк. Машина Ивана выехала из Каллино в сопровождении двух автомобилей охраны — один впереди, другой сзади. Когда они покинули жилую зону, на высокой скорости их начала преследовать незнакомая машина. "Они преследуют нас", - сказал Кареф. "Достигни нашей территории," — спокойно распорядился Иван, не проявляя волнения, привыкший к подобным ситуациям. Он только недоумевал, почему противники продолжают использовать одни и те же тактики, которые неизменно терпят неудачу. Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Кланг! Кланг! Кланг! Кланг! Кланг! Вдруг раздалась автоматная очередь! Пули ударились о бронированный кузов автомобиля, но не смогли пробить защиту. Даже поврежденные колеса не остановили движение — этого хватило, чтобы добраться до территории Ивана. Как только они прибыли, охрана тут же заблокировала путь преследователям. Машина Ивана въехала прямо во двор особняка и остановилась в полной безопасности. Мужчина вышел из автомобиля с невозмутимым видом, словно ничего не произошло. "Сколько проиграл Раден?" - спросил Иван у Карефа, когда они вошли в особняк. Тот тут же связался с казино, чтобы выяснить это. "Десять миллионов рублей, господин", - ответил Кареф. Получив информацию, Иван слегка покачал головой. "Всего десять миллионов, и они решили устроить мне засаду. Немного разочарован", - равнодушно сказал Иван, поднимаясь в свою спальню, чтобы принять душ и отдохнуть. Это был первый день за последний месяц, когда он вернулся домой раньше обычного. Однако мужчина не спешил ложиться спать. После душа и смены одежды он позвонил Лейфу, чтобы узнать о Даниле. Когда тот сообщил, что брат уже спит, Иван не стал задавать лишних вопросов и положил трубку, решив все же немного передохнуть. ****** "Стол готов, господин Данил", - сообщила горничная, накрывая завтрак на балконе, так как Данил не мог спуститься вниз. "Хорошо", - ответил Данил, облаченный в халат. Он вышел на балкон и сел на стул, равнодушно глядя на панораму своего большого дома. Рядом с ним стоял Лейф. "Когда тебе нужно идти на тренировку?" - спросил Данил, поднося к губам чашку с горячим чаем. "Скоро. Возможно, я смогу присматривать за вами каждый вечер, потому что с восьми утра до вечера я должен быть в тренировочном центре", - ответил телохранитель. Он и Алекс были наказаны и обязаны находиться в тренировочном центре большого дома в течение двух недель, как и Данил с его домашним арестом. "Хм, ничего страшного. Я все равно никуда не собираюсь", - отозвался Данил, мельком взглянув на Лейфа. - "На тренировке старайся не показывать эмоций, а то люди могут запутаться, получил ты награду или наказание", - с легкой усмешкой заметил он. Лейф тихо рассмеялся. В тренировочном центре большого дома работали исключительно опытные телохранители, которые, к тому же, были выше, мускулистее и не менее привлекательны, чем молодой телохранитель. Данил часто шутил, что тот получает наград, чем наказаний, хотя тренировки там были значительно тяжелее обычных. Однако Лейфу это место явно нравилось. "Что-нибудь еще?" - спросил Данил. "Нет, сэр", - ответил телохранитель. "Тогда иди и готовься к тренировке", - сказал Данил, так как сейчас не было много дел. Лейф кивнул и вышел из комнаты, оставив юношу наслаждаться чаем и лёгким завтраком. Закончив трапезу, он позвал горничную, чтобы та забрала посуду. Когда горничная пришла, он направился в ванную, но, возвращаясь, услышал, как о нём шепчутся. "Его держат под домашним арестом, а выглядит как на отдыхе", - заметила первая горничная. "Да, господин Данил действительно делает всё, что хочет, хотя часто создаёт проблемы", - добавила вторая, не подозревая, что Данил подслушивает их разговор за дверью балкона. "Не знаю, на кого он похож. Господин Иван во всём хорош, а господин Данил только развлекается и создаёт хлопоты", - снова сказала первая. - "Если бы сказали, что он приёмный ребёнок, я бы поверила." Вторая горничная тихо засмеялась. Обе работали в доме чуть больше года, и за это время привыкли обсуждать начальника, не опасаясь, что их услышат. Последние слова горничной очень разозлили Данила. "Хочешь увидеть, как я создаю проблемы?" - с яростью произнес он, заставив обеих горничных вздрогнуть. Их лица побледнели, когда они увидели, что Данил стоит рядом. Он схватил стакан и тарелку, которые они собирались убрать, и с силой швырнул их в стороны. Всё, что попадалось под руку, летело в разные углы комнаты. "Ой, господин Данил, не надо!" - закричали обе горничные. Их крики услышал телохранитель, находившийся снаружи дома. Горничные стояли на балконе, а Данил перекрыл им выход. В этот момент в комнату ворвалась Анна, предупреждённая телохранителем. "Данил, что происходит? Остановись, сынок! Быстро помоги этим двум!" - закричала она, пытаясь успокоить его и предотвратить дальнейший хаос, тут же дав указание телохранителю, вбежавшему следом. Услышав голос Анны, Данил мгновенно успокоился, хотя его взгляд все еще пылал гневом, устремленным горничных. Обе женщины стояли перед ним с синяками на лицах и растрепанными волосами, а сам юноша тяжело дышал, явно пытаясь справиться с эмоциями. "О, госпожа!" - Горничные плакали от страха. "Данил, успокойся, сынок. Что произошло? Почему ты так с ними обошелся?" - мягко, но с ноткой тревоги в голосе обратилась к нему Анна. Она не торопилась осуждать или оправдывать сына, желая сначала выслушать его объяснение. Служанки выглядели испуганными до глубины души. " Я только что узнал, что эти женщины позволяют себе обсуждать своих хозяев за их спиной, причем с удовольствием!" - выпалил Данил, его голос звучал резко и обиженно. Лица обеих женщин побледнели. " Нет, господин, мы вовсе не сплетничали! Мы просто пришли забрать вещи, но вдруг вы подошли и начали швырять их в нас!", - проговорила одна из них, дрожа от страха. "Вы хотите сказать, что я вру?" - холодно перебил Данил, его тон стал угрожающим. Горничные, обнявшись, начали плакать, стараясь показать, что они невиновны. "О чем именно они сплетничали, Данил? Что такого они сказали, что вызвало у тебя такую ярость?" - спросила Анна, потому что ей хотелось знать, действительно ли сотрудники сплетничали и что они сказали, чтобы так разозлить сына. Данил тихо усмехнулся, но в его улыбке сквозила горечь. "Они говорят, что у меня ужасный характер, что я не такой, как все в семье, будто я приемный ребенок", - произнес он, и в конце его голос дрогнул от боли. Хотя он знал, что в этих словах есть доля правды, слышать это от других было невыносимо. Услышав признание сына, Анна широко раскрыла глаза. Ее взгляд, полный гнева, устремился на горничных.
