Арлекин

Ему снился сон, впервые за долгое время. Он не любил сны. По какой-то причине подсознание всегда преподносило ему потаенные страхи и опасения. Он был уязвим. В одном сновидении ему пустили пулю промеж глаз, но он не пал замертво. Продолжал существовать с острой болью, пил, гулял, но пуля продолжала отдавать пульсирующей болью. Кровь продолжала течь. В другом сне он был ненавидим всеми. Было ощущение, будто сама его суть была отвратительной и мерзкой. Родители, друзья, девушки - все шарахались от него, как от прокаженного. Чувство вины снедало душу. Он боялся засыпать один. В его цветущем возрасте 20 лет всегда находились те, кто был не прочь согреть своим теплом. Будучи единственным ребенком, он с младу купался в любви родителей, был центром внимания среди однокашников, пользовался спросом у дам. Он не мог понять, почему во снах он терял любую уверенность. Уязвимость раздражала его. И он зарекся находить себе партнершу на одну ночь. И хотя он не мог признаться себе, что дело было не столько в высоком либидо, сколько в детском страхе остаться одному, он привык получать любовь. Парень очнулся и перевел взгляд на настенные часы. Четверть третьего ночи. Потянув затекшие в неудобном положении конечности, он отвернулся от рыжей красотки, пускавшей слюни во сне, и вернулся в царство Морфея. Сначала он не понял, что происходит. Ему никогда не снились сны, когда он делил постель с обворожительной девушкой. Но сейчас он был в недоумении. Он будто стоял в углу чьей-то комнаты. Стены были увешаны плакатами незнакомых ему людей. На двуспальной кровати, зарывшись в одеяло, лежала девушка. Из наушников еле слышно пробивалась песня. "Помню чей-то был тогда день рожденья И по-моему, зовут её Дашей То ли девочку, а то ли видение Она прошла как каравелла по зелёным волнам Прохладным ливнем после жаркого дня Я оглянулся посмотреть не оглянулась ли она Чтоб посмотреть не оглянулся ли я" По бледным щекам девчонки катились слезы. Парень перевёл глаза на светящийся прямоугольник в её руках. Он видел себя, но каким-то не таким. Волосы зачесаны назад и покрыты лаком, дорогое пальто на плечах, черная рубашка, брюки, сигарета в зубах. Он видел своих друзей, но будто в будущем. Серьезные дядьки о чем-то переговаривались. Бывший одноклассник Лапшин, отрастивший себе "статусное" пузо, сидел в малиновом пиджаке и курил, обреченно смотря куда-то вбок. Его братва играла в нарды и распивала дорогой коньяк. Он перевёл взгляд на девушку. Комбинация светлого блонда с каким-то лунным оттенком и фарфоровой кожей делала её похожей на куклу. Тоненькую, хрупкую, с бездонными голубыми глазами. Не его типаж. Эта казалась тем самым случаем, что прицепится с лапшой про любовь, называя его мерзавцем. Сцена поплыла перед его взором. Тепeрь он находился на фотосессии. Неряшливый паренек резво щелкает затвором камеры. Облаченная в шубу, девушка направляет дуло пистолета в сторону объектива, попутно отпуская шутки. "- Я такой, каков я есть, и чем скорее ты это поймешь, тем лучше будет для нас обоих. Всё, базар окончен." "- То есть вас было трое, а девочек, получается, четверо? - Я с двумя обычно." Совместный хохот вытолкнул Пчёлу из сна. Он тяжело дышал, будто всё это время задерживал дыхание. Он поднялся, окинул взглядом постель. Рыжая грива разметалась на подушке, оголенная спина в родинках была еле прикрыта одеялом. Впервые за долгое время он видел не кошмар во сне, а что-то иное. Загадку. Паззл, который позже сложится воедино.

***

Я сидела за столом рядом с подругой и старалась не буравить взглядом присутствующих, с легкой руки Пчёлкина принявших нас в этот праздник жизни. Герои сериала про "лихие 90-е" задорно напивались, приобняв каждый по красотке. Космос, шпала два метра ростом, подливал моей подруге водку в стопку и пытался впечатлить её своей аристократичной родословной. Тамара купалась в мужском внимании и казалась на своём месте. Судя по её пассажу про то, что стоит вить из мужиков верёвки, она явно приценивалась, к кому из добрых молодцев будет лучше всего примазаться. Ничуть её не осуждаю, женихи как на подбор. Валерий Филатов по прозвищу "Фил" мило улыбался, слушая крашенную под блонд девушку, слегка поглаживая оголенное бедро. Златовласый герой моих грёз, Витя Пчёлкин, ухмылялся, пока какая-то шатенка вальяжно развалилась на его коленях. Главный герой отсутствовал. Сопоставив два и два, я поняла что дембель Александра Белова, с которого начнутся события сериала, должен вот-вот случиться. Плюсы есть всегда - они ещё не грозные бандиты, а простая шпана, промышляющая рэкетирством на рынке. - Дашуль, ну чего как бедный родственник, присоединяйся. - Тома хоть и была поглощена "Космическим чудищем", всё же оставалась моей подругой и помнила, что я чуть ли не вчера родилась. Осушив свою стопку и закусывая огурчиками, я стала слушать, о чем беседуют мои кумиры. Конечно хотелось кинуться с расспросами на каждого, упасть в обморок и залезть под стол между ног Пчёлкина влиться в любую их авантюру, но если ты хочешь чтоб тебя считали хоть каплю адекватной, лучше придержать коней. - Завтра наш товарищ Сашка возращается из армии. - Космос вещал на ухо Скворцовой, но из-за хмеля тот не контролировал тональность, а потому его слышал чуть ли не каждый присуствующий. - Будем его встречать. Вот он обалдеет, когда узнает, как всё поменялось! - Да не то слово, особенно его благоверная. - Пчёла нахмурился. - Ну он мужик нормальный, поймёт. Баб то целое море, и не все из них шалавы. Девчата, без обид. Женская половина хотела возмутиться, но каждая была сразу же успокоена кавалерами. - То есть он не знает? - я перевела взгляд на Фила, который всегда был самым "здоровым" в этой банде. Тот потупил взгляд и прокашлялся. - Приедет, и мы ему растолкуем что да как. Пчёла прав, он должен понять. А ведь этим лбам даже в голову не может прийти, какой кордебалет начнется, когда Белый таки узнает об измене Лены, своей уже бывшей девушки. Та ступила на скользкий путь порока, и я надеюсь ей живётся лучше в этом амплуа. Я не считаю ее падшей женщиной или подстилкой, но то, что она решила не сообщать своему возлюбленному о принятом решении симпатии не вызывало. - Девчонки, а чем вы занимаетесь? - Валера окинул взглядом нас с Тамарой. Я в майке алкоголичке да школьной юбке, и она при полной готовности в вечернем платье и с легким начесом на голове. Разница ощутимая. - А мы учимся в актерском вместе, я на художника по костюмам, а Дашка будет актрисой! - Прямо актрисой? А покажи кого-нибудь. - Космос встрепенулся, выглядывая из-за подруги. - Кого например? - Покажи... - тот на момент задумался, густые брови сдвинуты. - Принцессу из мультика про Трубадура. Но в будущем! Глаза всех присутствующих уставились на меня. Я слегка откинулась на спинку стула, скрестила руки и приставила два пальца к губам, будто курила сигарету, закашлявшись. - "Наша крыша - небо голубое". - я тряхнула рукой, стряхивая воображаемый пепел. - Отец был прав, когда сказал что я сопьюсь в нищете. - хрипло рассмеявшись, я вперилась взглядом в пустую стопку. Напела пару нот, но сфальшивила. Треснула кулаком по столу - пара девчонок вздрогнули. - Сукин сын обещал мне карьеру мировой звезды, а сам обрюхатил да укатил на гастроли. Вечная любовь вечна до тех пор, пока ты молода и красива. - всхлипнув, я наполнила стопку и выпила залпом. С нажимом стопка опустилась на стол. Секунду была тишина, а потом мой "зал" разразился овациями, Космос одобрительно потрепал по плечу (опять же, через мою ненаглядную подругу), Витя ухмылялся, а Фил выдернул из букета в хрустальной вазе, спокойно стоявшей до этой поры на столе, розу и протянул мне. Я смеялась, кланялась и посылала воздушные поцелуи. Шапито! Вот бы меня в будущем вписали в "Курс-Инвест" гороховым шутом. Время близилось к глубокой ночи, и перекинувшись многозначительным взглядом с Томой, стали намыливать лыжи. Может это память тела "предыдущей" меня, но по какой-то причине девушка запала мне в душу почти сразу. Как будто подмены и не было. Если не учитывать мой граничащий с безумием восторг при виде кумиров, то главной радостью было обретение близкой подруги. Выйдя в прихожую, я остановилась. - Могу я дать вам совет? Парни переглянулись. - Валяй. - Пчёла насмешливо глядел на меня. - Скажите Белому всё по-порядку и мягко. А ещё лучше дотрезвоньтесь до этой Ленки. Вряд ли он спустит всё на тормозах. - надежды что меня послушают не было. Менять сюжет - и хочется, и колется. С одной стороны я не буду ведать ничего о будущем, а с другой стороны смогу уберечь пару буйных голов от проблем. Хрен его знает. Важно одно - любой ценой войти в их окружение. Какой смысл существовать в одной реальности с теми, кто мне симпатизировал, и быть не у дел? - Постараемся. Да ничего и не произойдет - Валера посмеялся. Обувшись, мы с Томкой вернyлись к ней. Родители подруги возвратились с работы, и после скорого расспроса и пары неуклюжих пьяных отмазок, её мама стала хлопотать вокруг нас. Хвала небесам что я на хмельную голову становилась спокойнее, а вот моя подруга, наученная буйным пубертатом, вовсе не подавала признаков пьянства. Вера Петровна была крайне положительной женщиной. Увлекалась рукоделием даже в свободное от работы время, взрастила Томку в бесконечной любви. Готовила удивительно вкусно. Всю свою сознательную предыдущую жизнь я провела в каком-то пищевом расстройстве, из-за которого 90% блюд были невкусными. Некое "перерождение" несло свои хорошие моменты - зрение вновь хорошее, да и я наконец-то могу есть как нормальный человек! Видимо, сказалось здоровье хозяйки тела. Даже нет тяги перекурить. А вот тяга потупить в телефоне уже давала о себе знать, как и желание удобства. Вспомнив, с какими громадинами вместо телефонов ходили Бригадиры, становилось слегка неуютно. Отец Томуськи - на самом деле отчим - оказался чуть ли не единорогом. Женился на Вере, у которой был годовалый ребёнок на руках со словами, что у него "семья под ключ". Юморной мужичок в похожих на "мои" очках, с хитрым прищуром и миролюбивым настроем - таким он был для домочадцев. На работе же имел более расчетливый характер, и умело маскировал свои намерения под амплуа добродушного дядьки. Рядом с родителями подруги я притихла, потому заметить перемен в характере давно знакомой девочки они не могли. Атмосфера за столом - отдельный шок для ребенка, росшего в основном в одиночку или с бабушкой. Я и не знала, что для кого-то вылизанная картинка семейного ужина это обычная пятница. Они мило беседовали, интересовались происходящим в жизни друг друга. Даже со мной вели себя по-домашнему, спрашивая, как дела у родителей. Почуяв возможные расспросы, Тома убедительно поведала о командировке моих предков в Германии, и мол они звонили сегодня, передавали приветы. Вера Петровна немного посетовала о моем одиночестве, но я быстро успокоила её, напомнив что рядом со мной их замечательная дочь. Еще немного побеседовав, мы с подругой удалились в ее, врменно освобожденную от проделок младшей сестры, комнату, оставляя шутливо переругивающуюся старшую чету семьи Скворцовых. Закрыв за собой дверь, мы с Томой стали готовиться к постели. Женская дружба всё-таки уникальная вещь. Нежная, понимающая и отзывчивая. Зная, что впереди ещё немало трудностей, решение держаться друг дружку было верным. Забравшись под теплое одеяло, мы стали выяснять детали жизни друг друга. Оказалось, что первый поцелуй Тамары случился именно со мной в начальной школе. Двое юных дарования жаждали знать всё, и это включало в себя такой насущный вопрос любви. Любимой книгой подруги была "Голова профессора Дойля" - девушку в свое время потряс жанр научной фантастики, и даже после многих прочитанных книг эта оставалась фаворитом. Прикинув в голове, выбрала своей любимой (подходящей для времени) книгой "Двенадцать стульев" - цитаты оттуда ушли в народ, а это даже в будущем будет уморительным произведением. От подруги я узнала, что в тайне "я" любила любовные романы. Вот тут мы с ней сходимся - не терять веру в любовь помогает романтизация. Тамара любит эстраду, Белоусова, Губина, Сташевского, я - рок, Сектор Газа, Наутилус Помпилиус, Кино. Мы тихо хихикали над разными исторями, которые происходили между "нами", пока я не услышала мерное дыхание подруги, запнувшейся на полуслове. Оказавшись в тишине, я осмысляла происходящее. Завтра начнутся события сериала, и всем придется несладко. Я не знаю, стоит ли вмешиваться. Но и допустить жестокость я не могу. В голову проник образ Вити. Он не обратит внимание на меня, не полюбит. Может дело в самооценке, но упускать из виду то, что он закоренелый бабник, не стоит. Я всегда была оптимисткой. У меня были шансы стать хотя бы "девчонкой на одну ночь", если правильно сыграть карты. В идеале он будет стоять на одном колене предо мной и умолять о свадьбе. Мечтать не вредно. Он был следом от кофе на столе. Поцелуем на внутренней стороне бедра. Утренней тьмой зимы. Холодом серебра на шее. Звуком птиц во время знойного полудня. Шумом дождя с грозой. Следами от рук на запотевшем окне машины. Трепетом сердца от предвкушения долгожданной встречи.