Оруженосец

Утро выдалось нервным. Роана не выспалась и сыпала поручениями, которые я и без того мог угадать: — Не забудь как следует затянуть подпругу, — напомнила она, когда я только начал надевать на коня доспехи. Я и сам еле разлепил глаза, не успел позавтракать и теперь злился на тяжёлую судьбу оруженосца. В другой день бесконечные приказы и замечания вынудили бы меня огрызаться, но сегодня я держался изо всех сил. — Я не хочу снова сползти из седла из-за твоей глупости! Я поджал губы, чтобы не ответить. Да, в прошлый раз я совершенно забыл ещё раз подтянуть подпругу перед тем, как Роана села бы на коня. Это был позор не только для неё, но и для меня. Когда она вставила ногу в стремя и принялась подтягиваться, Вигге отскочил в сторону из-за сползающего на бок седла и удрал. Мне пришлось ловить его на другом конце поля, а Роана пропустила свою очередь и разозлилась так сильно, что её едва не выбили из седла в первом же заезде с копьями. — Я выхожу сразу после сира Хайнберта, — сказала Роана, обращаясь к пустоте. Она ходила из стороны в сторону, словно голодная кошка, и только мешала мне сосредоточиться на седловке. Несколько других оруженосцев с лошадьми готовились к турниру совсем рядом с нами, но ни у кого из них не было надзирателя. — Моим первым противником будет сир Надальрад. В прошлом году он вышиб из седла всех, с кем сходился. Мне нужно быть быстрее и ударить его до того, как его копьё коснётся меня. — Ты победишь. Ты ведь так много тренировалась. Ты всех их победишь. Я сказал это, едва не зевнув. Роана наконец остановилась. Смысл моих слов дошёл до неё с опозданием. Она слабо улыбнулась, подошла ко мне и притянула в объятие. — Ты никогда во мне не сомневаешься, — с благодарностью сказала она. В моих руках были доспехи, и я был слишком зол на неё за усилившийся контроль, чтобы ответить. — Уже спустил все деньги на ставки? — Не успел. Поставлю перед твоим боем. Она потрепала меня по затылку, шутливо хлопнула и вновь принялась рассуждать о стратегии. Когда я закончил приготовления коня, Роана взяла его под уздцы. Я подал ей шлем, щит и копьё, которое купил ей вчера, и мы втроём покинули конюшню. В этом году турнирное поле было большим. Лорд Норбери приказал увеличить ограждения, установить в два раза больше флагштоков и построить трехэтажные трибуны. Его величественные гости заняли лучшие места на подушках. Мимо них то и дело сновали слуги: подливали лордам вино, уносили пустые подносы и приносили новые, полные мяса и овощей. При виде этого у меня потекли слюнки. Я не успел поесть утром и вряд ли найду на это время до вечера. Сразу после состязания с копьями мне нужно будет позаботиться о лошади, затем помочь Роане снять часть доспехов, протереть их, проверить меч и проследить за тем, чтобы мы не опоздали на поединки. Лорд Павлин снова держался в стороне от аристократов, но в этот раз нашёл себе собеседника в лице самого лорда Норбери. Это показалось мне достаточно странным. Лорд Норбери редко говорил с гостями во время турнира. Вместо этого он предпочитал компанию своей молодой жены Гунноры. Роана всегда восхищалась этой хрупкой, но властной девушкой. Её выдали за старика против воли, но она не стала плакать и безвольничать. Именно благодаря ей женщин допустили к участию в турнирах. — Иво, не спи! Роана наградила меня строгим взглядом, и я поспешил за ней и Вигге на разминку. Первый поединок давно состоялся. Роана была лишь в середине списка, поэтому у нас было чуть больше времени на то, чтобы как следует поволноваться. — Ты справишься! — напомнил я ей, перекрикивая весёлую трель бардов. Их стало заметно меньше — некоторых вчера вечером вышвырнула стража. Теобальд Брехун уходил так долго и громко, что разбудил всех, в том числе и собак. Именно он каждый вечер развлекал простой люд на танцах возле кукольников. Мы с Джеромом обожали его песню про слепого рыцаря, но лорд Норбери сам отбирал музыку и очень злился, если какой-нибудь бард приходил без приглашения и пытался заработать славу благодаря турниру. — У них нет шансов против твоих крепких мышц. Особенно на руках. Я могу подтвердить, если кто-нибудь спросит! В прошлом году они были гораздо слабее, чем сейчас. — Не паясничай. Лучше помоги мне. Я помог ей спрятать косу и надеть шлем. Грозный сир Надальрад явно специально проскакал мимо нас на своём неуправляемом вороном жеребце. Конь успел сильно вспотеть и то и дело открывал рот и пританцовывал, из-за чего наш скромный Вигге чересчур возбуждался и тоже демонстрировал характер. Роане пришлось пару раз стукнуть его по плечу, чтобы он угомонился и позволил ей на себя сесть. Закончив с работой, я отбежал за забор, чтобы меня не зашибли. Поле для разминки и ожидания пестрело всеми цветами радуги. Рыцари нарядились в цвета гербов своих домов. Их кони носили яркие длинные попоны, копья были обмотаны лентами, а у некоторых из шлема даже торчали перья. Я быстро потерял из виду бледный наряд Роаны. Коричневая попона на Вигге смешала его с толпой. Сир Хайнберт вышел на ринг в середине нашей разминки. Пока Роана приводила в чувства коня, я отошёл переброситься парой слов с Джеромом и заодно сделать ставку. — Его вышибут, — сообщил мне Джером сразу после приветствия. Я не стал отвечать, хотя было очевидно, что леди Фиора одержит победу. С ней даже Роана еле управилась. В прошлом году их ставили в пару на потеху публике, и леди Фиора сражалась с яростью дракона. Позже Роана говорила об этом с таким восхищением, что я начал сомневаться, действительно ли она так долго не могла победить её. Вероятно, они лишь играли друг с другом, и Роана наслаждалась побоями. Один из сироток, собирающих ставки, уболтал меня, и я поставил на Роану чуть больше, чем собирался. Последние несколько месяцев она тренировалась особенно тщательно, и я, хоть и сомневался, что она сможет одолеть всех напыщенных сиров, верил в неё сильнее, чем когда-либо. На тренировках я был её соперником, мишенью и мешком для битья. Кому, как не мне, знать, на что она способна? В этом году всё точно изменится. Первые поединки отличались особой жестокостью. Никто не хотел вылететь из турнира так рано. Копья разбивались вдребезги, рыцари падали, иногда и вместе с лошадьми, гремели доспехи. Барды, избранные лордом Норбери, пели о доблести рыцарей и красоте дам на трибунах. Толпа зрителей ликовала и перекрикивала слова герольда. Мы с Джеромом боролись с голодом и жарким полуденным солнцем. Леди Фиора легко выбила сира Хайнберта из седла. Её копьё угодило ему ровно в плечо, и он свалился с коня, выронив собственное. Джером обречённо вздохнул и покосился на лорда Норбери, который даже не смотрел в сторону поединка. Его внимание отвлёк стражник. Он что-то быстро докладывал и с каждым его словом лорд Норбери всё больше хмурился. — Поприветствуйте сира Надальрада из Медвежьего острова и леди Грязевых Холмов! Толпа разразилась хохотом. В прошлом году Роану тоже представили не так, как того требуют правила, но даже после громких разбирательств герольд перед ней не извинился. Сир Надальрад выехал на боевое поле, держа в руках красную розу. Он проехал галопом по кругу, красуясь перед аристократами. Его шумно приветствовали, из-за чего его конь только больше взбесился. Сир Надальрад пришпорил его и на быстром галопе бросил цветок одной из леди на трибунах. Оттуда тут же послышался разъярённый крик обиженного мужа. Роана всё не выезжала. Я приподнялся на носочки, чтобы разглядеть тренировочное поле, где было так много рыцарей и лошадей, что я не смог найти её. Неужели она пропустила очередь? Пока сир Надальрад продолжал красоваться, к герольду подбежал раскрасневшийся от пота слуга. Джером куда-то исчез, и я не смог поделиться ни с кем нарастающим беспокойством. Толпа принялась перешёптываться. Рядом со мной кто-то уверенно заявил, что Роана струсила и сбежала. — Леди Грязевых Холмов отказалась от участия в поединке! — сообщил герольд зрителям. — Вместо неё выйдет сир Аллинг из Винной Долины! На арену выехал рыцарь с алым щитом. Я не стал долго смотреть на него и принялся продираться сквозь толпу, чтобы вернуться к Роане. Что-то случилось, а меня не было рядом. Надеюсь, дело не в подпруге, иначе я не смогу сидеть до следующего турнира. Ещё издалека я услышал возмущённый голос леди Фиоры, а затем увидел снующего без присмотра Вигге. Копьё и щит Роаны валялись в грязи, снаружи от забора собралась небольшая толпа. Страх перед очередным выговором сменился на беспокойство за Роану. Неужели она с кем-то подралась? — С чего вы взяли, что она в этом виновата?! Вы знаете, как ваши люди относятся к женщинам? Уверена, они хотели сделать с ней что-то дурное! — леди Фиора спорила с начальником стражи Уайтхоллоу. — Вы могли бы дождаться окончания поединков, прежде чем набрасываться на рыцаря с подобными обвинениями! — У меня приказ лорда Норбери! Если ты не уберёшься с дороги, мы вынуждены будем задержать и тебя, женщина! — Ваше счастье, что мы не на ристалище! — Это угроза?! Стражник схватился за меч, и леди Фиора отступила. Я рванул к ним и с ужасом заметил, что Роану уводят под руки стражники лорда Норбери. — С этим нужно ещё разобраться! — гневно выкрикнул сир Хайнберт им вслед. Джером стоял позади него с таким бледным видом, что я и сам едва не упал. Голод и потрясение отозвались сильнейшей слабостью в ногах. Я пошатнулся, но ярость, накрывшая меня с головой, победила. — Отпустите её! — заорал я и удивился, как громко могу кричать. Роана обернулась, и я бросился вслед за ней. Стражников было четверо. Двое вели её, держа за руки, а ещё двое сторожили сзади. — Роана! Двое замыкающих стражников обернулись и задержались, чтобы встретить меня. Я бежал за ними, игнорируя колющий в груди страх. Почему Роана так легко позволила себя увести? Куда они её ведут? Почему она мне не ответила? — Сейчас и тебя заберём! — рявкнул позади меня начальник стражи. Он схватил меня за ворот рубашки и отбросил назад с такой силой, что я упал на спину. Он прошёл мимо меня. На мгновение наши взгляды встретились, и я испугался той злобы, с которой он на меня посмотрел. Пока я лежал на земле и боролся с болью ушиба, стражники с Роаной отошли достаточно далеко. Почти до самых ворот замка. Я поднялся и заметил, что за мной широким шагом идёт сир Бром. Он смотрел прямо на меня, но я не собирался с ним разговаривать. — Роана! — снова закричал я и, хромая, побежал дальше. Стражники даже не обернулись, но Роана услышала меня и попыталась посмотреть через плечо. За это один из стражников сильно ударил её в живот. Я резко остановился. Моё сердце рухнуло вниз от этого зрелища, и я смог только жалобно пробормотать имя моего рыцаря ещё раз. Чья-то сильная рука схватила меня за плечо. Я испугался и принялся вырываться. — Успокойся, — потребовал сир Бром, но мной овладела ярость. Я выпустил её на старого рыцаря так, будто сражался с начальником стражи, которого теперь ненавидел. Сир Бром с лёгкостью отражал мои удары, но я не был благородным рыцарем, чтобы сражаться с ним честно. На нём не было шлема, поэтому я стукнул его прямо в глаз. Он отпрянул, но не успел я сбежать, когда он снова напал на меня и тоже перестал сдерживаться. Он грубо скрутил мои руки и взял в удушающий захват. Я вскрикнул от боли, но его это не волновало. — Остановись, дурень! — рявкнул он мне прямо в ухо. — Хочешь вслед за ней отправиться?! Прямиком на виселицу?! Мои попытки вырваться не принесли ему ни малейшего дискомфорта. Силы начали покидать меня, но я всё равно сражался до последнего, а потом увидел подоспевшего к нам лорда Павлина. На его лице читалось беспокойство, но что его рыцарю сделается? За всё время, что я извивался в его руках и кричал, тот даже не дрогнул. — Иво, — неожиданно обратился ко мне лорд, и я замер. Сир Бром наконец перестал душить меня. — Тебе нужно успокоиться. Мы со всем разберёмся. У меня пропал дар речи. Я не стал ему отвечать и вместо этого применил запретный приём, которому Роана учила меня «для крайнего случая». Саданув старому рыцарю между ног, я достаточно сильно шокировал его. Доспехи заглушили удар, но он всё равно разжал руки. Я оттолкнулся от него, упал на землю, а затем сразу же вскочил и побежал. Лорд снова позвал меня по имени — в этот раз с раздражением, но я не обернулся. Когда я был достаточно близко к воротам, кто-то ударил меня по затылку так сильно, что я отключился.