Маленький воин

«Погрузившись во тьму, как не потерять себя? А если потерял, как смотреть ей в глаза?» Порядки в школе поменялись. Теперь все забыли об учебниках, уроках, подготовке к экзаменам. Из хороших новостей было только то, что Морозов старший испарился и его место, вновь, занял Виктор Николаевич. В остальном – школа погрузилась во мрак и страх неизвестности. Сколько людей заразились? Что будет, если они не найдут вакцину? Как долго смогут прожить без антидота? Школьники разделились на группы дежурств. У девочек преобладали смены на кухне, у парней - на завалах. Первый вечер у Насти выпал на помощь в приготовлении обеда. Она монотонно нарезала морковь, следя за ножом, как завороженная. – Такими темпами, мы только завтра поедим. - её внимание привлек Володя, расположившись напротив. –О чем думаешь, красавица? - он миловидно улыбнулся, стараясь разрядить обстановку. – Вы сдержите обещание? - девушка отложила нож и устремила на повара пронзительный взгляд. Тот сразу понял о чем она. Немного помолчав, все таки решил завести диалог. – Ты же понимаешь, как он опасен? - мужчина слегка наклонил голову в бок. – Почему ты хочешь ему помочь? Уверена, что ему самому это нужно? – Это нужно мне. - коротко ответила брюнетка, вновь взявшись за нож. – Дать ему возможность сделать выбор, которого у него никогда не было. - она опустила глаза, продолжая нарезать морковь. – Не всем людям нужна помощь, Настя. - он виновато поджал губы, понимая, что этот диалог девушке не нравится. – Свою часть сделки я выполнила. Дело за вами. - она откинула нож на стол перед собой и пол пристальный взгляд повара, вышла из кухни. *** – Тамара, я всё уже понял. Я с ней поговорю. - голос Виктора выдавал раздражение. Давление Славиной усиливалось с каждой минутой, но мириться с этим он не хотел. – Как ты вообще не видишь, что она просто водит тебя за нос! - возмущенно выпалила женщина, соскакивая со стола. – Тамара, успокойся уже, пожалуйста. - мужчина поморщился, сопроводив свою просьбу выставленной в сторону двери рукой. – А я и не начинала, чтобы успокаиваться. Ты думаешь, Настя сидела и рыдала, когда ты исчез? Или надеялась и верила, что всё это неправда? Она спелась с Вадимом сразу, как только тебя забрали. - возмущение Славиной нарастало. Виктор поднял на неё недоумевающий взгляд. – Как думаешь, почему она спрашивает о том, мог ли кто-то остаться в подземелье и рвется разгребать завалы? - женщина не стала дожидаться ответа и, стуча каблуками, вышла из кабинета. *** – Я все осмотрел, есть риск новых обвалов, надо укреплять стены, иначе мы все тут под грудой камней ляжем. – Лобанов встретил Виктора и Володю не самыми приятными новостями. – На эти сооружение нужно время, которого у нас нет. - Виктор взглядом окинул подземелье, подсвечивая все углы фонарем. – Но без этого, вакцина нам будет уже не нужна. - повар поддерживал сторону Лобанова, ведь если они умрут тут под завалами от недостаточного укрепления стен, лучше от этого не будет никому. – Хорошо, давайте установим балки. Здесь и здесь? - директор провел рукой, очерчивая периметр сооружения. – Да и, по мере движения, будем добавлять. - физрук опустился на большой булыжник рядом со стеной. – Володя, можно тебя на минуту? - Поляков кивнул в сторону входа, чтобы поговорить с мужчиной один на один. Повар ожидал все что угодно, но не этой темы для разговора. – Скажи, как вел себя Уваров после моей пропажи? Володя поднял удивленный взгляд на Виктора. Он понимал, к чему клонит директор. Вера рассказывала о видениях, которые приходили ей после каждого касания с Настей. Для него было очевидно, что Поляков спрашивает это не от переживания за учеников. – Виктор, я… не заметил ничего сверхъестественного. - он немного помедлил, подбирая слова. Уваров, хоть и не был героем, но мотив Полякова прослеживался явный и такие разговоры он должен был проводить с Настей, а не с ним. – Мы тщательно следили за ним, ничего подозрительного не происходило. – Я тебя понял. Кхм.. Может, ты видел, как кто-то из учеников с ним контактирует больше положенного? - Виктор поднял на повара виноватый взгляд, как будто сам не хотел продолжать этот диалог. Возможно, так и было. Услышать подтверждение слов Тамары он был не готов. – Ммм нет, ничего такого. - деланно задумавшись, Володя помотал головой. Поймав благодарный кивок Виктора, он, наконец-то, смог выдохнуть. Соколов сам не понимал, зачем обманывал директора. Не хотел подставлять Настю? – Вы слышали? - тишину после диалога прервал Лобанов. Мужчины подошли ближе к бетонным камням и притихли, пытаясь расслышать то, о чем говорил физрук. – Там точно кто-то есть. - не дожидаясь указаний, Володя кинулся к булыжникам, чтобы освободить источник звуков. Виктор и Павел сделали тоже самое. Через несколько секунд на полу уже виднелась рука и было понятно, что им не показалось – под камнями кто-то был. Не прошло и пары минут, как учителя полностью сняли камни с несчастного. – Уваров. - процедил сквозь зубы Лобанов, сжимая кулаки от злости. Володя и Виктор переглянулись в непонимании, что с ним теперь делать. *** – Да он просто псих. Вырубил нас, к кровати приковал. Если бы не Виктор, мы бы там и сдохли под завалами. - Макс не подбирал выражения, когда речь шла о Вадиме. Пока парни рассказывали историю о том, как их держали в лаборатории, девушки только и успевали удивленно поднимать брови. Лиза, Даша, Вика, все они были в ужасе от того, что могли больше не увидеть друзей, если бы они остались там во время взрыва. Настя сидела отстраненно. Разговоры о Вадиме не доставляли ничего, кроме тревожности, а слышать не лестные высказывания о нём было противно. Но доказывать что-то кому-то было не уместно. Для всех Уваров был главным антагонистом, злом воплоти. И Самойловой тоже надо было считать его таким, но она не могла. Когда чувства преобладают над разумом, ты можешь быть слепым. Если хочешь. А она хотела. Верила, что все можно изменить, что если дать человеку шанс ощутить нормальную жизнь, он изменит свое отношение, станет другим. – Вы уже видели график дежурств? - Настя решила сменить диалог, чтобы разговоры о Вадиме и Ингрид, хотя бы ненадолго, сошли на нет. – Да. Почему-то только я начинаю уже сегодня, еще и так поздно. - раздраженная Вика перебирала вещи в шкафу, чтобы взять самые ненужные для работы на завалах. – Если хочешь, можем поменяться, выйдешь на кухню. - предложила Самойлова, которой нарезание ужина не доставляло никакого удовольствия. Она была готова работать в подземелье сколько угодно, лишь бы получить хоть какую-то информацию о Вадиме. – Конечно! Давай. - Вика обрадовалась, откинула вещи и подсела к подруге. – Только сама скажешь об этом Виктору? А то снова начнет причитать, что я сливаюсь с работы. - девушка добродушно улыбнулась. Самойлова надела спортивный костюм и, попрощавшись с друзьями, вылетела из комнаты. – Странная она какая-то. - Макс откинулся на кровать Даши, убрав руки за голову. Настя направилась в сторону библиотеки, но, не обнаружив там никого из учителей и учеников, заглянула в учительскую - тоже пусто. – Вика сказала, что дежурство в девять, - она посмотрела на экран телефона. – Где все? - девушка оглядела зал и вышла в сторону учительского крыла. Пройдя несколько комнат, остановилась у нужной, уже знакомой. – Можно? - постучавшись, открыла дверь и сделала несколько шагов вперёд. – Заходи. - Виктор отложил бумаги на которых были изображены планы подземелья. – У тебя что-то важное? - взгляд мужчины был серьезным, не привычно ласковым и добродушным. – Я…. Нет… - она помедлила, не понимая, с чем связана такая перемена настроения. – Вика предложила поменяться дежурствами, я пришла - никого нет. - она прикрыла дверь и сделала еще несколько шагов вглубь комнаты. – Да, мы скоро начнем, Володя попросил передвинуть время. - мужчина присел на край стола, обратив все внимание на девушку. Самойлова кивнула, положив руку на шею сзади. Понимая, что Виктор не в духе, она решила не занимать тишину пустой болтовней и просто подождать в библиотеке. – Настя, - директор окликнул девушку, не поднимаясь со стола. – Думаю, нам нужно поговорить. - он виновато поджал губы, не сводя взгляд со спины девушки. Самойлова обернулась и, медленными шагами, приблизилась к мужчине. – Пока я был в лаборатории, я думал о тебе… каждый день. - он перешел на шепот, касаясь руками ладони девушки. – Как ты себя чувствуешь? Как ты просыпаешься по утрам, думаешь ли обо мне? - продолжал мужчина, заглядывая девушке в глаза. – Мои мысли были точно такими же. Только я не знала, жив ты ли нет. - она опустила взгляд, не разрывая прикосновения. – Кое что произошло, Настя, я должен тебе сказать. - его голос стал нервным, как и движения. Самойлова непроизвольно напряглась. – Там в лаборатории мы с Тамарой… – Не продолжай. - она отняла свои руки, сделав несколько шагов назад. – Я все поняла. – Послушай, я не знал, сколько это будет продолжаться. Там взаперти время тянулась так медленно, я понимаю, что это все отговорки, но.. - он пытался оправдаться, пытался объяснить девушке то, чему сам объяснения не находил. – Я ошибся, Настя. – Ошибся? - она беззвучно рассмеялась. – Ты серьезно? С первого дня все пошло не так. С первого дня она крутилась около тебя. - голос девушки переходил на крик. – Послушай, дай мне шанс всё.. - он выставил руку согнутую в локте, указывая на девушку, чтобы привлечь внимание к своим словам. – Шанс? Виктор, ты в своем уме? Сколько шансов нужно дать, чтобы исправить ошибку? - она продолжала полыхать от злости, но продолжать свою агонию ей было не суждено. – А ты? Что ты скажешь? - мужчина вскочил со стола, приблизившись к Самойловой. – Когда хотела рассказать мне про Вадима? Что между вами было? – А это уже не твое дело. - она ткнула пальцем в грудь мужчины, окидывая его гневным взглядом. – Даа? Когда это твои «отношения» стали не моим делом? Ты хоть представляешь, скольких людей он убил? - поддавшись эмоциям, Поляков тоже перешел на крик. – Это из-за него вся школа может умереть уже завтра! – По крайней мере, он не врал мне. - слова заставили Виктора замолчать. Он тяжело выдохнул и приподнял подбородок. – Не врал мне прямо в глаза, каждый день! Из-за кого? Славина? А скольких детей измучила и убила она? Ты об этом думал, когда трахал её? Или думаешь, что твоё «благородство» все перекрывает? - слова безостановочным потоком срывались с губ. В какой-то момент, Настя уже потеряла контроль над собой, толкая мужчину в грудь. Виктор долго держал себя в руках, он старался пропускать все мимо ушей, но то, о чем говорила Самойлова, резало на живую. Возможно потому что он и сам понимал, что девушка была права. Он сжимал челюсть, стараясь хоть как-то отвлечься от разговора, но ничего не получилось. После очередного толчка в грудь и резких обвинений, мужчина не выдержал. Поляков наотмашь влепил ей пощечину тыльной стороной ладони, что девушка замолчала и пошатнулась назад. Она приложила ладони к месту удара и, приоткрыла рот, пытаясь прийти в себя. Виктор тяжело дышал, осознание пришло в эту же секунду. – Настя.. - он потянулся к ней, но Самойлова лишь помотала головой, не отнимая ладони от лица. Девушка выбежала из комнаты, толкнув плечом Володю и Павла Петровича, которые застыли в проходе, увидев последние мгновения ссоры. Виктор провел ладонью по лицу, пытаясь выровнять дыхание. Его взгляд бегал с друга на Володю, пытаясь найти хотя бы каплю оправдания своему поступку. – Вить, ты чего? - Лобанов окинул его непонимающим взглядом, сделав несколько шагов навстречу. – Я с ней поговорю. - Володя вышел вслед за девушкой, чтобы попытаться догнать её, захлопнув за собой дверь. *** Самойлова вбежала в старую душевую, открыв кран. Плеснув на лицо водой несколько раз, она пыталась остановить слезы, которые предательски текли ручьем. Сделав несколько глубоких вдохов, девушка так и не смогла успокоиться. Она резко выпрямилась, когда услышала, как дверь открылась. – А я тебя по всей школе ищу. - с привычной непринужденностью в голосе, проговорил Володя, закрывая за собой дверь. – Тише, тише.. - он подошел к девушке, которая в эту же секунду совсем сдалась. Она обмякла на его руках, дав волю своей истерике. Настю пробирала дрожь, щека горела, а мысли путались. Она не ожидала, что Виктор удалит её, кто угодно, но не он. В этот момент девушка чувствовала себя такой слабой, беспомощной. Больше не было повода для беззаботной радости, надежды - ничего не было. – Он уже очень сожалеет. - Володя приглаживал девушку по голове, расположившись на полу душевой. – Это не оправдание, но… Сейчас все на нервах, многие не отдают отчет своим действиям. Самойлова продолжала молчать. Её дыхание постепенно приходило в норму, пальцы, сжимающие одежду Володи, медленно ослабевали. – Виктор, действительно, любит тебя. - мужчина попытался подобрать приободряющие слова, чтобы окончательно успокоить ученицу. – Спасибо, Володя, не нужно. - она оторвалась от его груди, вытирая остатки слез. Взглянув на лицо девушки, повар тяжело вздохнул. На скуле виднелся след от удара с легкой царапиной из-за треснувшей кожи. Она горела, пульсировала, напоминая о том, что произошло несколько минут назад. – Надо приложить холодное. - мужчина намочил оставленное полотенце ледяной водой и протянул Самойловой. – Ты как? Настя прикрыла глаза, прижимая полотенце к лицу и откинула голову к стене. Поняв, что диалога не получится, а девушка более менее пришла в норму, Володя кивнул ей напоследок и закрыл за собой дверь. *** – Ну что, все готовы? - Лобанов оглядел первую группу, которая спускается к завалам. Не ответил только Виктор, он был погружен в свои мысли, как будто находился не здесь и ничего не видел перед собой. – Может останешься? - физрук положил руку на плечо друга. – Нет, мне нужно отвлечься. - Поляков зашел в подземелье первым, за ним последовали остальные. В подземелье было темно, лишь тусклый свет фонаря, освещающий развалины, помогал хоть что-то разглядеть. Воздуха не хватало, пыль забивала легкие и даже те, кто был хорошо подготовлен физически, уставали уже через пол часа. Мысли о том, сколько им еще разгребать камней, не давала покоя. Казалось, что это будет длится бесконечно, а время на исходе. Увидив спустившуюся девушку, Поляков замер с булыжником в руках. Его дыхание и без того сбитое, тяжелое, участилось. Настя бросила на него безучастный, пустой взгляд и прошла мимо, не желая что-то обсуждать. – Подожди. - директор бросил камень в отдельную кучу и направился за девушкой, которая и не думала останавливаться. – Зачем ты пришла? Мы сегодня справимся сами, парней хватает. - он попытался зацепиться за край кофты, но Самойлова одернула руку, разворачиваясь к мужчине. На её скуле сияла небольшая царапина, которую Виктор оставил несколько часов назад. Заметив это, он невольно приоткрыл рот неумело скрывая ужас и сожаление во взгляде. Ответа так и не последовало. Всем видом показав, что слова Виктора для неё не имеют никакого значения, девушка направилась в гущу событий. Мужчина устало выдохнул, потер глаза и вернулся следом. – И как вы думаете, сколько там завалило? - принялась откладывать на тележку камни, оглядывая количество огромных булыжников до потолка. – Может сто метров, может километры, мы не знаем. - физрук отошел в сторону, чтобы попить воды и в это же время столкнулся непонимающим взглядом с Виктором. Поляков лишь помотал головой. Они работали около пяти часов. Время было уже давно за полночь, но первая группа смогла, хотя бы, оценить масштабы катастрофы. Выйдя из подземелья, Настя отряхнула руки и одежду от бетонной пыли, которая намертво прилипла. – А какой-то второй ужин для работников предусмотрен? - Лобанов снял перчатки, откинув их на стол в библиотеке. – Да, я бы тоже не отказалась от какого-нибудь сочного стейка. - Самойлова показала размер куска о котором мечтает руками, на что Володя лишь усмехнулся. – Ну, такого мамонта не обещаю, но что-нибудь найдем, пойдемте. - как настоящая команда, хоть так и назвать их было трудно, они направились за поваром на кухню в поисках еды. – Ты уже придумал, что делать с Уваровым? Надо было просто оставить его там в подземелье. - физрук налил воды себе и Виктору, усевшись рядом с ним. – Нет, не придумал. Возможно, он единственный, кто знает где именно хранится вакцина. И, к сожалению, без него мы можем копать вечность. - директор сделал глоток воды, оглядывая кухню. Его взгляд задержался на Насте, которая помогала Володе с ужином. Волосы были растрепанны, костюм вымазан, а на лице виднелась осевшая грязь от бетонных плит. Он мысленно стер её пальцем с щеки и заправил прядь растрепанных волос за ухо. – Вить, ты ничего не хочешь мне сказать? - физрук вырвал Полякова из своих мыслей, сверля напряженным взглядом. После чего обернулся на ученицу, стоящую возле Володи. – Хочу. - мужчина несколько раз кивнул, подбирая нужные слова. – Только не знаю, с чего начать. - он едва заметно улыбнулся, встретившись взглядом с Настей, которая выставляла поздний ужин на стол. – Нет ничего лучше макарон с сыром, да? - она хлопнула в ладоши и, налив сок, придвинула свою тарелку ближе. – Только если бутерброды. - отметил повар, передавая тарелки учителям. – На одних бутербродах уже не уедешь, Володя. - она зачерпнула слипшиеся от сыра макароны и положила в рот издавая протяжный звук. – Мммм это божественно. Виктор старался концентрироваться на чем угодно, но у него не получалось. Он то и дело следил за движениями девушки ненароком, исподлобья, не позволяя себе открытых взглядов. Лёгкого общения не получалось - все сводилось к подземелью и отсутствию вакцины. Каждый в школе, кто знал о вирусе, понимал опасность последствий. Еще и Морозов пропал, единственный кто мог давать вакцину, хотя бы друзьям Насти. – Вообщем, если этот урод не скажет, где лежит антидот, нам не выжить. - подитожил Лобанов, отодвигая пустую тарелку от себя. Виктор и Володя переглянулись, понимая, что Настя не должна была этого слышать. – Кто не скажет? - девушка взяла пустые тарелки со стола, чтобы составить их в раковину. – Уваров. - голос физрука был спокойным, хоть и выдавал сильное раздражение и недовольство тем, что они снова зависят от Ингрид. Услышав знакомую фамилию, девушка замерла. Её руки ослабли и тарелка, не успевшая оказаться в раковине, полетела на пол. Громкий звук битой посуды приковал к себе всё внимание. Виктор подбежал к Насте, взяв её за руку. – Ты поранилась. - он потянулся на полку в поисках аптечки, но её не оказалось. Тогда мужчина обернулся на Володю, показывая кровоточащую ладонь девушки и повар направился к шкафу с медикаментами. – Вадим жив? - чуть слышно произнесла брюнетка, переводя умоляющий взгляд на Виктора. – Мы нашли его в подземелье, когда спустились первый раз. - мужчина обработал ладонь и перевязал её бинтом. – Пока что он без сознания, но живой. – И когда вы хотите его допросить? - в горле пересохло, каждое слово ощущалось наждачкой. Настя с трудом сглотнула подступивший ком. – Завтра утром. - директор закрепил бинт на ладони Самойловой, но свою руку не убирал. Настя молчала, она не сводила глаз с Виктора, как и он с неё. Поняв, что они тут лишние, Володя безмолвно поторопил Лобанова, чтобы оставить их наедине. – Я не знаю, что тебе наплел Уваров, но тебе нужно держаться от него подальше. - прикосновения Виктора дарили тепло и какое-то фальшивое спокойствие. – Виктор, не надо. - она аккуратно убрала руку, заводя её за спину. Мужчина оглядел лицо девушки, невольно остановившись на царапине, которую оставил. Ему хотелось стереть из памяти этот момент, повернуть время вспять, чтобы никогда не причинять ей боль. Но, к сожалению, жизнь распорядилась иначе. – Почему он? - мужчина не отстранялся, расстояние между ними было минимальным. Его дыхание опаляло кожу, оставляя предательские мурашки. – Не заставляй меня говорить это вслух. - она опустила взгляд, потянулась пальцами к шее и уже через пару секунд, раскрыв ладонь Виктора, вложила в него кулон. – Пусть останется у тебя, в память о свете, которым ты когд-то был. Выскользнув за мужчину, Самойлова, не оглядываясь, направилась в комнату. Виктор сжимал кулон, который еще недавно давал ему хоть какую-то надежду на то, что их отношения можно спасти. Он перестал быть светом в тот момент, когда позволил себе поднять на неё руку. Эта ненависть к себе прожигала изнутри, заставляла копаться, чтобы понять, почему так произошло? Почему он позволил себе так поступить? Неужели это все стоило того? *** Утром, когда Настя не увидела в столовой никого из учителей, она поняла, что их допрос начался. Даже Володя, раздающий обычно завтрак, не был на месте. Заражение уже началось. В классе для малышей организовали изолятор, где лежало около десяти детей. И всем им оставалось жить 48 часов. Не задерживаясь в столовой, девушка направилась в крыло учителей. Дойдя до нужной двери, не решалась войти. В коридоре доносились лишь обрывки фраз, которые не соединялись в предложения. Поняв, что в комнате повисла тишина, Настя, в страхе быть пойманной, свернула в сторону холла. Вадим жив и он здесь - это единственное, что её волновало сейчас. Правда она больше была похожа на раненного солдата после задания. Усмехнувшись от нелепости ситуации, девушка не заметила, как на диван к ней кто-то подсел. – Я понимаю, что это твое дело, но все же скажу. - Лобанов никогда не ходил вокруг да около. Отчасти, это было его преимуществом, потому что сейчас до нравоучений никому не было дело. – Если я узнаю, что ты ему помогаешь или знаешь, где вакцина, но будешь молчать - пеняй на себя. - не дожидаясь ответа, он встал с дивана и сделал несколько шагов вперёд. – В твоих интересах сделать так, чтобы он нас отсюда вывел. - последнее, что сказал физрук перед тем как окончательно удалиться. Его слова застали врасплох. Настя уже привыкла к тому, что их отношения с Вадимом вызывали массу вопросов, но вот так причислять её в сообщники - так не делал никто. Непонимающе нахмурившись, девушка встала и огляделась по сторонам. Не хотелось, чтобы у этого монолога физрука были зрители. Поняв, что в холле никого нет, а Лобанов вышел из комнаты Вадима, Самойлова сразу направилась туда. Она снова помедлила, стоя у двери, переминаясь с ноги на ногу, будто не зная, как к нему подступиться. Последняя встреча была далеко не радужной и, казалось, Настя была готова отпустить Вадима и попытки что-то исправить, но всё стремительно менялось. Против чувств идти оказалось куда сложнее, чем она думала. Не тратив времени на стук, Самойлова аккуратно потянула ручку двери вниз и вошла в комнату. Сердце пропустило удар, когда она увидела его отстегивающим наручники. Вадим резко обернулся, услышав звук двери и замер также, как и девушка. Дыхание участилось, сердце было готово вот вот вырваться из груди. Он жив. Настя сделала несколько осторожных шагов навстречу учителю и, подойдя достаточно близко опустилась на пол рядом. – Настя.. - произнес на выдохе, опуская плечи. Как же он был рад увидеть её сейчас здесь, после всего, что было, после освобождения Виктора. Слова крутились на языке, но он просто не мог нарушить эту тишину между ними. Вадим, справившись с наручниками, поднялся увлекая девушку за собой. Он оглядел её с ног до головы, будто проверяя, не изменилось ли что-то. Как себя вести с ней Уваров не знал. Боялся показаться идиотом, если поцелует её после всего, что было, но желание коснуться её было сильнее. Мужчина заметил ссадину на скуле и аккуратно, еле касаясь, провел возле неё рукой. Если кто-то причинил ей боль, он его найдет. Накажет. – Что это?