Письма жизни

Что с тобой не так, Сугуру? Сто двенадцать человек? Ты ненормальный? Ты всегда рассказывал мне всю эту чепуху о манерах и морали, а потом отвернулся и забрал жизни ста двенадцати человек. И своих собственных родителей тоже... Это отвратительно, и часть меня хочет поверить, что это неправда. Но не могу — я видел деревню своими глазами и слишком долго ждал, что ты выскочишь и признаешь, что всё это шутка. Ты — ничтожество. С другой стороны, весь мир полон зла. Я день за днем сражаюсь с проклятиями, и все напрасно. Они возвращаются снова и снова, отнимая невинные жизни. Меня распирает от ярости и злобы, как сжатую банку. Не знаю, куда это все деть. Я вот-вот взорвусь. Сёко сейчас со мной не разговаривает. Она отчитала меня, потому что ей пришлось лечить мои костяшки. Я решил врезать проклятию кулаком. Хрен знает почему. Просто чтобы выпустить пар, наверное. Она сказала, что я безрассуден. Что я намеренно причиняю себе боль. Сёко даже предложила мне взять перерыв от миссий. Я рассмеялся ей в лицо. Сказал, что она никогда не поймет. Она разозлилась. Я злюсь. Я злюсь на Сёко за то, что она не понимает, что я чувствую. Я злюсь на Ягу за то, что он сдерживает меня и не даёт стать сильнее. Он не разрешает мне брать миссии первого уровня. Он знает, что я способен. Я злюсь, что он считает меня таким хрупким. Я не понимаю, зачем он пытается меня защищать. Я злюсь на тебя. Я не понимаю, почему ты никогда ничего не говорил. Кто-то мог бы помочь. Ты мог бы уйти с миссий, если это так на тебя влияло, и пойти по медицинской части вместе с Сёко. Ты мог бы вообще уйти из магов. Но вместо этого ты выбрал быть трусом. Почему ты так сделал, Сугуру? Почему?! Я особенно зол на начальство. Они отправили нас на миссию без какой-либо подготовки. Конечно, они учат нас сражаться, но ты и я знаем, что этого недостаточно. Они никогда не учили нас, как справляться с горем. Они бросили нас туда, потому что сами не хотели этим заниматься. Проще травмировать кучу подростков и заставить их выполнять свои приказы. Ты такой молодой, Сугуру. Меня ужасно бесит, что они так с тобой поступили. Я зол на мир за то, как со мной обращаются. С самого рождения только и слышу это. Мне всегда говорили, что я здесь, чтобы изменить все. Что мир магии содрогнулся, когда я родился. На мои плечи взвалили эту ношу еще в детстве. Им было все равно, раздавит ли она меня насмерть. Меня научили драться раньше, чем я научился завязывать шнурки. Они сделали из меня зверя. А что, если это не то, чего я хочу? Никому нет дела. Все говорят только о судьбе, о пророчествах. Хочу разорвать их голыми руками. Или уснуть на миллион лет. Хочу, чтобы меня не трогали. Человек, на которого я злюсь больше всего, самый жалкий и отвратительный из всех созданий, которых когда-либо знала эта планета — это я сам. Меня раздражает, что столько лет я был их тряпичной куклой, их роботом, их машиной. Я позволял этому происходить. И тем самым позволял им так обращаться с тобой. Я стоял в стороне, пока они заставляли тебя проглатывать проклятия. Я видел, как ты вытирал рот тряпкой, пропитанной рвотой. Я знал, что ты часами сидел на полу в ванной, пытаясь избавиться от этого вкуса. Я замечал, как ты проделывал новые дырки в ремне, думая, что никто не заметит, сколько ты потерял в весе. Вы все считаете меня таким инфантильным и эгоцентричным, но у меня есть глаза. Шесть штук. Я видел всё и молчал. Я злюсь на себя за то, что позволил им высосать жизнь из моего лучшего друга. Не знаю, что делать со всеми этими чувствами. Хочется вырваться, хочется с кем-то сразиться. Я злюсь на то, что не могу тебя ненавидеть. Злюсь на свою слабую, никчемную волю, которая не позволяет мне презирать тебя. Я поверил в твою жалобную историю. Теперь вижу лишь грустного, сломленного парня, которого загнали в угол. Эмпатия — так это называют. От этого меня тошнит. И именно поэтому я не могу тебя ненавидеть. Не могу смотреть на тебя после того, что ты сделал, но в моем искаженном сердце ты все тот же хороший человек, каким всегда был. Ненавижу то, что не могу тебя ненавидеть. Долг зовет, Сугуру. Теперь я знаю, что правильно. Знаю, за кого сражаюсь. Я сражаюсь за таких, как ты и я. Для нас уже слишком поздно, но есть поколение моложе нас, которое никогда, никогда не столкнется с той же участью, если я буду иметь на это право. Моя злость гниёт изнутри. Я стану учителем. Сделаю что-то хорошее, потому что, господи, ты точно не будешь тем, кто это сделает. Я буду защищать этих детей, чего бы мне это ни стоило. Если ты решишь встать у меня на пути, что ж... долг зовет, а ты выбрал не ту сторону. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы положить конец твоим играм. Сугуру, клянусь, если ты появишься здесь... Я убью тебя сам.