Реинкарнация Безработного × Класс Превосходства: Шедевр

ДЖУЛИАН ГРЕЙРАТ Воздух был пропитан навязчивой смесью пепла и дыма, леденящей миазмой, которая цеплялась за каждый вдох, просачиваясь в лёгкие и оставаясь там, как нежеланный призрак. Кружась в танце отчаяния, каждая частица, крошечный клочок тьмы, душила дыхание. Небо — холст для тёплых объятий солнца, — было узурпировано саваном зловещего чёрного и пепельно-серого, непроницаемым барьером, который не пропускал даже малейшего шёпота солнечного света. Это было смешение запустения, раскинувшееся по горизонту — зловещая и жуткая сцена, сотканная из нитей разрушения. Преображение было непостижимым и душераздирающим. Местность, которая когда-то была колыбелью пышного и яркого леса, святилищем, где жизнь процветала в гармонии. Зелёные кроны шептали тайны ветру, в то время как земля под ними кишела симфонией существ — монстров и людей, — теперь исчезла. Сцена представляла собой печальный метаморфоз. Земля лежала обнажённой и сровненной с землёй, жуткая картина потерь. Сама душа леса была погашена, заменена бесплодной пустошью, где эхо жизни было заглушено. Среди этого запустения останки того, что когда-то процветало, были разбросаны, как забытые трупы. Деревья — величественные и почтенные, — теперь были скелетными остовами, обугленными и лишёнными своей былой жизненной силы. Существа — монстры и люди-путешественники, — которые когда-то свободно бродили, теперь существовали только в памяти тех, кто был свидетелем их существования. Никого. Сама земля, казалось, скорбела, покрытая одеялом из пепла, остатками жизней, которые были погашены. Пепел рассказывал истории о прожитых и потерянных жизнях, каждая пылинка была фрагментом внезапно оборвавшейся истории. Разрушение было столь же ощутимым, сколь и печальным, танец разрушения, игравший на чувствах. Едкий запах горящего дерева и кожи и тлеющих углей пронизывал воздух, переплетаясь с землистым ароматом перевёрнутой почвы — угли и серые тона, не сулившие обновления. Потеряно. Навсегда. Тишина была навязчивой, отсутствие ярких мелодий жизни — пронзительным напоминанием о громадности потери. «Это...» — кроткое высказывание Орстеда было унесено яростными порывами, пронёсшимися по сцене. Его слова на мгновение повисли в воздухе, как хрупкий скелет листа, оторванного от ветки, прежде чем быть поглощёнными воющим ветром. Его лицо, обычно являвшееся фреской устрашения, теперь несло на себе отпечаток недоумения, сложную смесь эмоций, сотканную из нитей неуверенности и неверия. «Ага. Его магическая мощность возросла», — слова Джулиана сорвались с его губ, неся в себе тон безразличного наблюдения. Его взгляд скользнул по окрестностям, оценивая последствия того, что произошло. Его руки нашли удобное убежище в карманах его одежды, пальцы обводили их края. Его поведение было расслабленным, словно хаос вокруг него был не более чем мимолётным ветерком. Ленивым движением Джулиан начал небрежно вращать пальцем — жест почти пренебрежительный в своей тонкости. И всё же из этого, казалось бы, обыденного движения, магия ветра ожила на кончике его пальца, формируя миниатюрный циклон. Этот сгусток силы пронёсся с нежной, но мощной силой, вызвав тихий порыв, который сдул полуобгоревший пень дерева. «Что не должно быть возможным», — голос Орстеда прорезал воздух, как лезвие скептицизма, его прерывание акцентировало сцену диссонирующей нотой. Его брови сошлись в сомнительном хмуром взгляде, создавая на лбу глубокие борозды, которые отражали трещины его сомнения. Интенсивность его взгляда, те хищные золотые глаза, которые видели бесчисленные невероятные подвиги, оставались непреклонными, когда они впились в Джулиана. «Технически говоря, да, это не должно быть возможным», — голос Джулиана повторил мысль Орстеда, его ответ был тонким признанием реальности, с которой они оба столкнулись. Однако его слова несли в себе оттенок отстранённости. Серьёзность ситуации, казалось, соскальзывала с него, как вода с хорошо смазанного пера, оставляя поверхность нетронутой рябью беспокойства. Поза Джулиана изменилась, его гибкое тело распрямилось с колен. Его глаза, обычно отстранённые и созерцательные, впились в глаза Орстеда. «Как ты думаешь, что я "на самом деле" имел в виду под возросшей магической мощностью?» — вопрос Джулиана повис в воздухе, загадка, завёрнутая в вопросительный знак. Его тон оставался безразличным, небрежным отрицанием общепринятого понимания. Словно его слова несли невысказанный подтекст — шёпотное предположение, что в его действиях было нечто большее, чем казалось на первый взгляд. «Что ты имел в виду?» — спросил Орстед. «Магическая ёмкость и магическая мощность — это разные вещи. Магическая ёмкость — это общий запас маны, которым обладает человек. Это не то же самое, что и мощность маны. Иногда люди с большим запасом маны имеют низкую мощность, в то время как те, у кого запас маны меньше, имеют гораздо более высокую мощность», — объяснил Джулиан, и Орстед кивнул. Но затем он наклонил голову. «Это всё равно не объясняет масштаб этого разрушения. Мощность и запас маны перестают расти в возрасте 10 лет. Не может быть, чтобы они так сильно возросли — даже по сравнению с его расцветом». «Да. Но ты смотришь на внешние результаты», — объяснил Джулиан дальше, и его глаза начали светиться бледным зелёным оттенком. Он огляделся своими [Глазами Маны], наблюдая за частицами распавшейся маны. «Обычно мана распадается после того, как заклинание выполнило свою цель, однако....» Он сделал паузу, прежде чем деактивировать глаза. «....его мана всё ещё витает здесь». «Хм. Этого не должно быть возможно», — снова выразил своё неверие Орстед. Джулиан поднял руку и зажёг пламя, похожее на выстрел из огнемёта, прежде чем отменить его. «Кажется, я понял». «Что?» «Он наложил частицы маны друг на друга. Это сложно, но кто-то с таким запасом маны, как у него, определённо может это сделать», — объяснил Джулиан. «Что ты имеешь в виду под наложил?» Джулиан поднял камень и небрежно бросил его в голову Орстеда. Маленький камушек отскочил от его кожи, исчезнув под грудами пепла у них под ногами. «Ты почувствовал это?» «Нет». Джулиан взял два камня и положил их друг на друга. Он подбросил их в воздух и позволил им приземлиться на свою голову. Орстед позволил ему продолжать свои выходки, снова приняв удар. «Какая-нибудь разница?» «Сильнее, чем раньше, но незначительно». «Вот что он сделал», — закончил своё объяснение Джулиан. «Складывал камни?» Джулиан посмотрел на него невозмутимо, прежде чем вздохнуть. «Он скомпоновал частицы маны друг на друге. Поскольку частицы маны функционируют отчасти как атомы, которые также являются строительными блоками мира, их природа несколько схожа. Точно так же, как совместимые элементы соединяются, образуя соединения, мана соединяется вместе, образуя сложные формы, такие как заклинания». «Понятно». «Сжимая и насильственно связывая ману с подобными свойствами, например, ману огня, можно увеличить индивидуальную мощь этого заклинания. Например, скажем, я создаю огненный шар с силой 10, и в нём 50 единиц маны огня. Что если я добавлю ещё 50 единиц маны к уже имеющимся 50 и насильственно свяжу их?» «Я не знаю», — ровно ответил Орстед. «Количество маны останется 50. Но....» Джулиан сделал паузу, сотворив 10 камней из магии земли и объединив их в камень такого же размера, но в 10 раз плотнее. Затем он выстрелил им в Орстеда. Глаза Орстеда расширились, и он покрыл себя своей аурой. Камень взорвался при ударе. «Это бы сделало больше, чем просто оцарапало мою кожу», — сказал Орстед, нахмурившись. «Ну, его заклинание сделало больше, чем просто сожгло "часть" леса, да?» — закончил своё объяснение Джулиан, и для Орстеда всё встало на свои места. «В прошлый раз он не мог этого сделать», — сказал Орстед, глядя вниз. «Прошлый раз и этот раз — разные. Ты постоянно забываешь». «Хм, да». У Орстеда было смешанное выражение лица. Покачав головой, он заговорил снова: «Как думаешь, у принцессы есть шанс сбежать......... от этого?» «Принцесса сбежала». «Откуда ты знаешь?» «Потому что я это организовал», — сказал Джулиан, оглядываясь через плечо. «Что---» «Я знал, что Бог Человек пойдёт за Ариэль. Поэтому я заранее отправил письмо. Это было за несколько месяцев до того, как ты рассказал мне о её выживании. Хотя мотивом для её спасения было не то, что ты хотел, чтобы она жила. У меня были свои причины». Джулиан начал своё объяснение: «Я исходил из предположения, что Эрис отправится куда-нибудь тренироваться как мечник, в то время как Рудеус будет тренировать свои магические навыки после поражения от моих рук». «Это ты мне уже говорил». «Я знаю. Бог Человек не может видеть ни тебя, ни меня. И учитывая, насколько доверчив Рудеус, он, скорее всего, манипулирует им, заставив думать, что я — это Джулиан.... кем я и являюсь, но с чем-то, что подорвёт его веру в меня. Наиболее вероятным ходом действий было бы заставить апостола выдать себя за меня и сразиться с Рудеусом, чтобы лучше укрепить его веру в Бога Человека». «Ты уверен?» Джулиан указал на кровавый след. «Кровь не Рудеуса. Она принадлежит мечнику». «Как?» «В месте, где он ступал, есть следы Боевого Духа». «О, хорошо». «Этот человек должен быть где-то здесь», — сказал Джулиан и на некоторое время активировал свои демонические глаза. Через несколько секунд он их деактивировал. «Слабо, но я нашёл его».

(***)

Прислонившись спиной к стене, человек быстро и тяжело дышал. Его левая сторона была оторвана, а глаза закрыты. У него были белые волосы и пара голубых глаз. Внезапно раздался хруст листьев, хрупкая листва ломалась под шагами двух фигур — Бога Дракона Орстеда и Джулиана Грейрата. «Он действительно похож на тебя», — прокомментировал Орстед, глядя на умирающего человека. «Не совсем», — сказал Джулиан, подходя ближе и кладя руку ему на голову. В следующее мгновение он сорвал с его черепа кожу............ или, по крайней мере, так это выглядело. Фальшивая кожа сошла, явив беловолосого мужчину с совершенно другими чертами. «Ошибка в суждении?» — спросил Джулиан, не глядя на него, и Орстед фыркнул. «Не нужно сыпать соль на рану...... к тому же, он мёртв». «Он не дышит. Но он не мёртв», — ответил Джулиан, и Орстед издал смущённое хмыканье. — «По крайней мере, его мозг. Он в состоянии, похожем на сон, в подвешенном состоянии. Поскольку в его душу вмешиваются». «Вмешиваются?» «Он апостол. Его разум сейчас в трансе. Что не должно быть возможным, учитывая, что вся его левая сторона взорвана». «Это значит, что Бог Человек преуспел. Он пытается довести его до крайности, заставив убить этого фальшивого "Джулиана", или он пытается завоевать его доверие?» «Скорее всего, и то, и другое». «Понятно», — голос Орстеда пророкотал у него в горле, как далёкий гром. — «Значит, мы играли по его правилам». «Не совсем», — ответил Джулиан, когда ветер взметнул его густые волосы, и он посмотрел искоса. — «Хитогами находится именно на том пути, на котором я хочу его видеть». РУДЕУС ГРЕЙРАТ В сердце средневековой крепости, в тронном зале, передо мной развернулось величие давно минувшей эпохи. Когда тяжёлые деревянные двери, украшенные искусной резьбой, со скрипом отворились, передо мной предстала целая палитра видов и ощущений. Воздух, казалось, был пропитан аурой истории; тяжесть веков оседала на стенах, как невидимая мантия. Сводчатые потолки возвышались над головой, поддерживаемые мощными колоннами. Мягкий свет факелов, установленных в настенных подсвечниках, отбрасывал мерцающие тени, танцующие по каменным стенам, украшенным выцветшими фресками и гербами, свидетельством рода и наследия, которые процветали и угасали в этих священных стенах. Роскошный багровый ковёр, сотканный из золотых и серебряных нитей, простирался от входа до возвышенного помоста, где стоял сам трон. Волокна ковра, казалось, рассказывали истории о далёких землях и легендарных походах, словно сама ткань истории была вплетена в его замысловатые узоры. В воздухе витал тонкий аромат благовоний, дополняя сенсорную палитру, окутывающую комнату. Трон, вырезанный из лучшего красного дерева, был шедевром мастерства, украшенный детально проработанными сценами из саг королевства, каждый персонаж и сцена оживали благодаря прикосновению мастера. Мягкие подушки, украшенные бархатом и шёлком в тонах, соответствующих королевским цветам, предлагали царственное сиденье для монарха. Позолоченные подлокотники изгибались в извилистые формы, напоминающие драконов в полёте, добавляя элемент фэнтези к историческому великолепию комнаты. Ну, не фэнтези, так как они действительно существуют. По обе стороны от трона висели внушительные знамёна Королевства Асура, яркие цвета их гербов привлекали внимание. Щиты и доспехи, артефакты сражений, в которых сражались и побеждали, были искусно расставлены вдоль стен, их блестящий металл и богатое убранство служили доказательством доблести и рыцарства рыцарей, которые когда-то их носили. Мерцающие канделябры обрамляли помост, их пламя отбрасывало мягкий, тёплый свет, который подчёркивал тени и выделял богато украшенные детали. Я дошёл до середины комнаты и опустился на одно колено. «Принц Грабелл. Я выполнил миссию». Принц, стоявший перед троном и смотревший на меня голодными глазами, посмотрел на меня. «Очень хорошо. Хорошая работа, Рудеус Грейрат, или мне следует сказать, Рудеус Бореас Грейрат? Ну, полагаю, это не так уж и важно». «Насчёт сделки.....» — мои слова затихли. «Ах да. Этого должно быть достаточно. Бореас Грейраты доказали свою лояльность. Кроме того, мои источники сообщили мне, что ты сражался и смертельно ранил, даже убил человека, за которым охотился Бог Воды. Похоже, ты непреднамеренно приобрёл нам нового союзника». Принц, казалось, был в хорошем настроении. Я хотел снести весь дворец до основания. «Стой с гордостью», — сказал он. Стой с гордостью? Я убил собственного брата. Стой с гордостью? Как насчёт того, чтобы я отрубил тебе ноги, чтобы ты больше не мог стоять. Держись, Рудеус. Я продолжал говорить себе. Он — будущий король. Я могу злиться из-за Джулиана, но мне нужно заботиться об Эрис. Я не могу быть эгоистом. «Спасибо, ваше высочество». Благодарность ощущалась как пощёчина по собственному лицу. «Что ж, ты свободен. Ты можешь делать всё, что захочешь. Твоя награда будет передана тебе через день или два. Не беспокойся, у меня для тебя готова самая весомая награда». «Спасибо, ваше высочество». Он продолжал болтать какую-то чушь. Но всё это пролетало мимо ушей. В моих ушах постоянно резонировал один заговор. Убить Бога Дракона. Убить Бога Дракона. Убить Бога Дракона. Я̳ ̗Д̯О̠Л̻Ж͚Е̯Н̰ ̰У̝БͅИ̮Т̥Ь͎ ̖О͉Р̲С̻Т̫Е̠Д̺А̥ Он отнял его у меня. Он ЗАПЛАТИТ за это. «Ты в п-порядке?» — внезапно спросил принц. Когда я поднял на него глаза, его черты внезапно исказились, словно он увидел мертвеца. Мои веки были тяжёлыми. И моё тело было слишком утомлено, чтобы контролировать утечку жажды убийства. «Прошу прощения, ваше высочество. Всплыло горькое воспоминание», — объяснил я и развернулся. Я не хочу здесь оставаться. Я должен стать сильнее. Я не хочу снова потерять кого-то столь же близкого, как Джулиан.

(***)

Характеристика Персонажей Имя: Рудеус Грейрат. Возраст: 13 лет. Рост: 157.48 см. Занятие: Маг. Семейное положение: Обручён с Эрис Бореас Грейрат. Стиль Бога Меча: Средний Ранг. Стиль Бога Воды: Средний Ранг. Стиль Бога Севера: Средний Ранг. Магия Воды: Святой Ранг. Магия Огня: Королевский Ранг. Магия Земли: Королевский Ранг. Магия Ветра: Святой Ранг. Имя: Джулиан Грейрат. Возраст: 13 лет. Рост: 175.26 см. Занятие: Мечник. Семейное положение: Чертовски одинок. Стиль Бога Меча: Королевский Ранг. Стиль Бога Воды: Королевский Ранг. Стиль Бога Севера: Императорский Ранг. Магия Воды: Продвинутый Ранг. Магия Огня: Святой Ранг. Магия Земли: Королевский Ранг. Магия Ветра: Продвинутый Ранг. [Конец 4 тома – Передышка]