РадиоЭфир

Распался портал, выпуская напарников в круг, где все было фиолетово. Буквально. —Если хочешь скрыться — тебе в круг Лени, — проговорила Сэм и пошатнулась, закрыв глаза рукой. Аластор мягко придержал ее за плечи. Самаэль, казалось, покинули силы, и она осядет, опершись на мужчину спиной. —Если тебя это утешит — из тебя бы лучше вышел король Ада, чем из брата. —Нет… Что угодно, только не эта херня, — серафим мотнула головой. — Это не мое. Я наворотила таких дел, что война бы между Раем и Адом была бы давным-давно. —Не была бы. Нет смысла воевать, если противник бессмертен, а ты нет, — Аластор на мгновение сжал пальцы, словно пытался ободрить. —Тогда мы уже проиграли. Корень сейчас бессмертен, я тоже, вроде бы. Это ничья. Кто первый пропустит удар… Он доберется до мальчика — и все. —Он должен не только добраться, но и сломать его, сломать печати. Парнишка твой родственник, а значит, это будет не так просто. Выше нос, Сэм. Нас еще никто не поймал, не остановил. Это уже часть победы. Что там в башке твоего братца — отдельный вопрос, но кое-что он точно услышал. —Это что же? У меня ощущение, что мы просто орали друг на друга. —И это тоже. А еще ты сказала, что он пошел нахер, а его сына ты убить не позволишь. В принципе, мы достигли цели, в это-то он точно поверит. И Эмили уже пролетит как фанера над Парижем. Ну же, детка, встряхнись! — Аластор выглянул сбоку, заглядывая в лицо напарницы. Она улыбнулась, принимая протянутую руку. — То-то же, двинулись! Тебе надо прийти в чувство. Тут я не прочь прилечь, что уж про тебя говорить. —Спасибо. И прости за… —Все чепуха, милая. Чего не ляпнешь в сердцах, особенно с таким-то братцем. Вот уж действительно — Люська! Змеиный язык без костей, — хохотнул радиодемон, привычно подставляя локоть. — Спорим, когда он его прикусывает, то неделю страдает изжогой? Круг Лени отличался спокойствием и показным счастьем. Он был туманен, сходен с состоянием сонливости после наркотического опьянения. Даже мысли в нем становились медленными и тягучими. Розовый, фиолетовый, пастельные тона, свечи и томный чад, полный декаданс. Никто никого не волновал, полное безразличие и закатившиеся глаза в полной отключке — вот лицо этого круга. Вероятно, прийти сюда было сейчас самым верным решением. Хотя Аластор смотрелся тут чужеродным, ярким пятном. —Ал, я все понимаю, но ты бы перо… приткнул бы в более незаметное место. Оно может заинтересовать кого-то, — шепнула Сэм, но демон лишь шире улыбнулся. —Убрать такой трофей? Нет-нет, дорогая. Пусть знают, что если надо — я могу и перья повыщипать. —Ну нахал! Я сама его тебе отдала! Это я тебя ощипала, если на то пошло! — восхитилась Самаэль бравадой. —И что же ты свой трофей тогда прячешь? — ехидный взгляд еще больше сбил Сэм с толку. —Ну, в смысле… А что я еще могу с ним сделать? — удивилась Сэм. — Да и… жалко же. Ну… — она окончательно стушевалась. Аластор требовательно протянул руку, и, как-то слегка обиженно, ангел вытащила свернутый в салфетку клочок светлых с красноватыми пятнами волос. Шевеление пальцами — и в воздухе блеснул маленький кулон, на крышке которого был изображен силуэт благородного оленя. Ловко раскрыв его, Аластор вложил клочок, щелкнул замком и вернул хозяйке. —В мое время это решалось так. Удобнее, не правда ли? —Спасибо, — покраснела Сэм и подставила голову; цепочка скользнула ей на шею. — Это… Чертовски мило. В ответ — снова широкая улыбка. Девушка тут же оттянула футболку, и кулон прокатился прохладной каплей по коже. —C’est juste un petit porte-bonheur. Garde-le sur toi, ma chère.* —Personne ne saura jamais me protéger comme toi.** Аластор отдернул руки, будто обжегся. —Ты… Знаешь французский? —Mon chér, мне шесть тысяч лет, у меня было много времени в одиночестве, — улыбнулась Сэм. —Неловко вышло, — Аластор как-то деревянно отвернулся, но его тут же подхватили под руку. —Пойдем, Бемби. Не первый и не последний раз. Город был наполнен тихой, мелодичной музыкой, шепотом, запахами. Сэм знала, куда идет. Когда-то уже она пересиживала опалу, и не было места лучше. По дороге пришлось заскочить в маркет — ангел сказала, что лучше запастись провиантом, пройдя через кассу самообслуживания, чтоб не остаться голодными, такова особенность круга Бельфегор. И в отеле стало ясно, почему же. Потому что персоналу было… ВЛОМ. Ключ забирай сам. Оплатить? — касса автоматическая. Повесь ярлык, что номер занят, ибо хозяину — тоже банально лень. Хорошо хоть были фиксированные роботы, но и они едва шевелили конечностями. Нет, они следили за чистотой, но как же им было ВЛОМ! —А если я буду отрывать ему ногу — ему будет влом убегать? — Аластора дико развеселила особенность менталитета местных. —Скорее всего. Он будет очень лениво отбиваться, да и смысл? Копы не приедут — влом. А вообще тут и преступлений нет, угадай почему. —Я в цветнике, — довольно потер руки радиодемон, — можно я просто часика два тут погуляю? А тебе будет останавливать меня влом. —Нет, и знаешь почему? — Сэм закинула продукты в мини-холодильник. —Нет, — попался на удочку Аластор. —Мне будет влом тебя потом вытаскивать. Ты перегнешь палку, и нас спалят на ровном месте те, кто в этот круг приходят отдохнуть и развлечься, доложат Бельфегор, разбудят ее в середине дня. А она очень не любит просыпаться днем, потому что что? —Я понял логику. Хорошо, пусть нам тоже будет влом. Мне в принципе даже нравится это слово, что-то в нем такое звонкое… —Ал. —А? —Сделай пожрать. Ты не поверишь. Мне… —Понял тебя, ма шер. Вперед, на водные процедуры и постарайся не утонуть. Вдруг мне станет тоже влом и я тебя не вытащу? —Мне слабо в это верится. —Почему? — снова попался на удочку напарник, изучавший минибар. —Говно не тонет, а значит — мне это не грозит, — с этим потрясающим признанием Сэм удалилась в ванную, где буквально откинула копыта в джакузи, ощущая такую разбитость, что не случалась уже пару-тройку тысяч лет. Самаэль уже почти задремала, когда Аластор поинтересовался, не закончилась ли в ней коричневая субстанция: стала ли она экологически чистым продуктом и не потонет ли в такой ситуации. —Какой ты, черт подери, милый бываешь, — проворчала девушка, с сожалением вылезая из укрытия и натягивая старую одежду. —Ты точно хочешь отдыхать в этом? — оценивающий взгляд мог смутить, что, собственно, и сделал. —А у меня есть варианты? —Если бы ты была чуточку внимательнее, то сунула бы нос в шкаф и нашла бы там очень занятные вещи, — Аластор открыл дверцу и сцапал какую-то излишне пушистую и фиолетовую штуку. —Это еще что? Халат? — Сэм растерялась, не зная, как реагировать. —Забавнее. Такой тебя, видимо, мир еще не видел. —Знаешь, мне такое Асмодей предлагал, но я… —Да просто сунь свой нос в то, что тебе дали, а потом про грехи вспоминай, недоверчивая моя, — в лицо прилетел комок чего-то очень мягкого, во что хотелось зарыться носом и с визгом потискать. Развернув, она обнаружила что-то вроде пижамы из искусственной шерсти. —Боже, какое чудо… — Сэм зашла обратно в ванную, и через пару минут вылезла, блаженно улыбаясь и обнимая себя за плечи, зарывшись носом в пушистую ткань. —Кажется, мне пора начинать ревновать, — с кривой ухмылкой пронаблюдал явление демон. — Я явно проигрываю по очкам. —Не говори чепухи, ты большой, мягкий и теплый и… Ой, — Сэм поняла, что на этот раз сама попалась, и мужчина уже ехидно усмехается, уходя на небольшую кухню, оставив ее краснеть. Он нашел ее спящей, свернувшейся в комочек в углу на большом, удивительно мягком диване. Осторожно, чтоб не разбудить, отставил тарелку с ужином и бесшумно улегся рядом, впервые осознанно обнимая ее со спины, будто действительно стал раковиной, что охраняет свое когда-то колючее, неказистое сокровище. Она тоже была мягкой, теплой и уязвимой как никогда. Казалось невозможным, что он мог испытывать подобные эмоции хоть к кому-то в этом мире, они были абсолютно незнакомы, непонятны, но он не хотел это прекращать, наоборот — они превратились в нечто безмерно ценное. Это не было желанием защитить кого-то вроде Ниффти: циклопическая подручная были ценным активом, вероятно даже чем-то вроде друга, дочери, которой бы он оставил титул. Но вот это существо, что не было пищей, что его не боялось, что сама могла его уничтожить одним плевком, беспокоилась о нем и тут же трепала ему нервы… Она могла трепать ему нервы! И он бы не смог ее сожрать, хоть ее вкус был невыразимо прекрасен. Скорее, он перегрызет глотку любому, кто попробует хотя бы как-то на нее залупнуться. Это была ЕГО добыча с зубами больше, чем у кого-либо в Мироздании. И не было другого такого существа в природе. Бесенята запрыгали по комнате, разбегаясь по углам, оглядывая каждую щель, засовывая носы в любые пространства и хихикая, когда находили что-то для себя очень забавное. *Это просто маленький талисман. Храни его при себе, дорогая. **Никто и никогда не сумеет защитить меня, как ты.