РадиоЭфир

—И как он там? — Чарли подписывала очередную пачку документов о передаче Отеля, сидя за стойкой Хаска. —Всё так же. Шлёт хуями, стращает, бухает, пялится на перо целыми сутками, ведет себя как и подобает, вполне библейски. Кажется, он совсем испортился, — Хаск протирал очередной стакан. — Не все смогут пережить такое приключение со Смертью, не поехав крышей. У него и раньше-то с головой плохо было… —Она вернула его сломанным. Кусочка не хватает, не могу починить. Убью её при встрече, — маньячно хихикнула Ниффти, зашивавшая дырку на диване. —Можно и так сказать, — вздохнула Шарлотта. — Прошло три недели, а как всё изменилось… Все изменились. —А почему, кстати говоря, ты здесь? — Черри расставляла салфетницы. — Ваша семья же искупилась и всё такое, причём ты как бы тоже — родиться в аду — это не грех. Вэгги тоже своё отмахала, пока вы разруливали последствия истории с Маммоном и Корнем Зла. —Ну, мне же надо понять, на кого я всё это оставляю. Мы должны продолжать работу отеля, нам нужен связной, а Сэм… Её до сих пор никто не видел, — Чарли сердито хлопнула очередную стопку бумаг на полированную поверхность. — Так бы папа всё оставил ей. В целом, он и собирается это сделать, но… Она до сих пор не вернулась. Может, тоже решила отправиться на небеса, это ее право. —Оставить Ад на Смерть? Нехорошо как-то звучит, — Хаск недовольно прокашлялся и вытер нос локтем. — Как и без нее. Аластор тут вообще все сожрет, на него никакой управы не останется. И раньше-то было худо, а теперь… —Отнюдь, нет более стабильной силы, чем Вечная! — подошёл умник — рыбоподобный Бакстер. — Бессмертна, принципиальна, в курсе всего, что происходит, знает всех правителей, с ней не поспоришь. Весь вопрос, что лучше не злить. Точнее, можно разозлить, но больше одного раза не получится. И никуда она не уйдет, это ненаучно. После всех ее приключений ей попросту будет нечем больше заняться. Что она забыла на этих ваших небесах? Раз она уже оттуда сама ушла, и… — лекция резко оборвалась. Дверь скрипнула, и в отель вошёл посетитель, неся в руках стопку странных квадратных конвертов. —Вот сейчас будет шоу… — присвистнула Черри, широко улыбаясь. Ниффти зловеще захихикала, закатывая рукавчики униформы. — Я начну с крылышек! Их двенадцать, надолго хватит!

***

В рубке клубился мрак и дым. Пол покрывал слой окурков и пепла, наперемешку с битым стеклом. Алый свет от приборов подсвечивал струйки дыма. Из-за закопчённых окон едва был виден силуэт небес. Чудовищный рогатый силуэт развалился в кресле, забросив ноги, похожие на копыта, на приборы. В центр пульта было воткнуто ангельское перо, вбитое в какой-то датчик, что теперь не выполнял своей функции. Казалось, вся техника была методично вскрыта открывашкой для консервов, да только это явно на ней были следы чудовищных когтей и где-то приборная панель просто была продавлена с ужасающей силой. С лёгким шуршанием стопка опустилась на соседнее кресло. —Я СКАЗАЛ — НЕ БЕСПОКОИТЬ, — чудовищный рокот с радиопомехами заполонил рубку, мрак хлынул с углов в сторону нарушителя. —Ты наврал. Судя по всему — ничего не стирал, воняет как в городе Маммона. Копыта еще на все положил… Силуэт резко развернулся, алые глаза-датчики упёрлись в вошедшую женщину. Помехи будто захлебнулись, послышался невнятный звук, будто где-то испугался оленёнок. —Я тебе кое-что принесла, это от смертных, — Сэм кивнула в сторону кресла, где когда-то сама сидела. — Я подумала, что тебе понравится. Сейчас тоже есть неплохой джаз и рок. Что-то давненько не слышно в эфире ничего хорошего, но ведь это твоя работа. Да и проветрил бы — что за срач у тебя тут, ей богу, — Серафим кашлянула и повела рукой, отгоняя вонючие клубы. — Сам чёрт ногу сломит. Кто тут выпустил кошку с бешенством? —Зачем ты пришла? — голос звучал глухо и надтреснуто. —Принимать должность. Хватит бегать от ответственности. Раз уж этот мир ещё не рухнул — значит надо его приводить в чувство. Ну и у меня осталось незавершённое дело, — Сэм мрачно смотрела на радиодемона, всё ещё сидящего вполоборота. Он медленно отвернулся и распрямил уши. —Тогда руби. Зачем оттягивать неизбежное? — демон загасил сигарету о пульт и оттянул воротник, наклонил голову к плечу, подставляя шею. — Только быстро, а не как в прошлый раз. Я очень устал. Сэм тяжело вздохнула, шагнула через битые стекла, вставая за спиной, разворачивая крылья. Рубка осветилась жемчужным светом, перемежаясь синими и зеленоватыми отсветами. Аластор недоумевающе прищурился, глядя на игру света — в нём было нечто новое. Руки скользнули на грудь монструозного создания, дыхание обожгло затылок. —Это ещё надо заслужить. Приуныл, да? Приуныл… Рога растворились в темноте, мрак рассеялся. Хозяин рубки, закрыв глаза, почти уронил голову назад, касаясь затылком груди ангела, чьи крылья были наполовину белыми, наполовину чёрными, будто у ворона, с зелёным и чёрным отливом. —Значит, я даже этого недостоин? Даже Смерть отказывается меня забрать? —Вот тут ты не прав… Я как раз за тобой, — Сэм вздохнула, отстранилась и вдруг резко схватила Аластора за ухо, спровоцировав олений вскрик и заставив вскочить с места, провернуться на пятках. —Ты что несёшь, мешок с костями?! — она резко крутанула чувствительное ухо, заставив демона потешно заайкать и согнуться в три погибели. — Это вот после всего, что было?! Да ты олень, каких свет не видывал! Что значит устал?! Это что за срач?! Это он лучший в мире хостел?! Навешал лапши на уши, выдернул из Тьмы — и в кусты, людей жрать?! Просто потому что Смерть отошла на пару дней передохнуть и разгрести то дерьмо, которое устроил Корень?! Да как ты смеешь, ГРЕШНИК?! — прогремел страшный голос на всю рубку. —Ай, ну только не ухо, я же говорил тебе, только… Ну всё, у меня встал. —Да тьфу на тебя! — Сэм в ярости залепила пощёчину. Радиодемон, уже в своём обычном виде, стоял, держась рукой за повреждённое ухо, а другой — за алеющую щеку. И улыбался, все еще согнувшись и глядя в глаза рассерженного серафима. —Ты невыносим, знаешь? — Сэм смотрела на него, упирая руки в бока. Пальцы правой руки нервно барабанили по снова подвешенному кнуту. —Не выноси, — попросил он, убирая руки. — Только не сваливай на орбиту снова. —Один единственный раз я психанула за всё время, и мне это будут все припоминать? Аластор вытянул руку, показывая два пальца буквой V. —Ла-а-адно, первый раз я сиганула за братом. Два срыва за шесть тысяч лет. Какая трагедия. —Вселенского масштаба. Библейского. —Ты меня отчитывать ещё будешь? — Сэм поморщилась и кивнула. — Замечательно. Это мне и нужно. —В смысле? — опешил герцог, хмурясь, распрямляясь и слегка искоса глядя на ангела, снова потирая ушибленную щеку. Видимо, девушка не очень рассчитала силу удара, находясь наконец-то в своей полной силе. Больше ей не нужно было скрываться. Обычного демона этот удар отправил бы в нокаут. —Мне надо, чтоб меня отчитывали. Мне нужен тот, кто сможет помогать с этим блядским цирком. Кому я могу доверять. С кем могу продолжить дела брата не из корысти, а из другой мотивации. Короче, мне нужен олень, который меня будет защищать от меня самой и не ссаться при одном моем упоминании. Знаешь такого? — Сэм вскинула голову, глядя в ошалелые глаза. — А ещё красивый, харизматичный, обаятельный, бесстрашный, совершенно отбитый неподкупный ублюдок, великолепный в постели, которого мой брат терпеть не может. —Это что, договор? — Аластор усмехнулся, всё ещё потряхивая больным ухом. —Это, я бы сказала, пакт. Хотя, может, договор. Или как там принято… Да ты ещё долго ломаться будешь?! — не выдержала она. — Или тебе настроиться на волну надо? Аластор захохотал. Громко, страшно, с шипением, цепляясь за спинку кресла. Сэм, сложив руки на груди, скептически смотрела на это, без тени улыбки, скривив губы. —Ну ты всё, кончил? Фраза только подлила масла в огонь. Сэм терпеливо ждала. Наконец, отсмеявшись, радиодемон протянул руку. Сэм, в свою очередь, — свою. И стоило пальцам коснуться — её рванули на себя, сгребая в охапку и поднимая над полом, впиваясь долгим, жарким поцелуем изголодавшегося, отыгрываясь за всю неделю. Руки ангела Смерти нежно оплели шею канибала, недавно стращавщего весь Отель и Ад. С трудом оторвавшись, касаясь друг друга носами, они не могли надышаться, но казалось, что не воздухом, а друг другом. Наконец, Аластор нервно, коротко кивнул. —Никаких договоров со Смертью. Только по доброй воле. Пусть демоны сами жрут своё дерьмо. Я думал, ты совсем ушла, Сэм… Разве ты не хочешь вернуться на небеса? Снова с семьей… —Не надейся. Что я на этих вообще забыла? Там уныло, как ТВ у Асмодея. Мое место не там вообще. И нет там моей семьи. А тем… родственникам позвонить, вообще-то, можно! И я просто перенервничала. Мне почти стыдно. —Почти? —Почти. Прости меня, я действительно слетела с катушек, сколько я еще разбиралась с этой тварью внутри себя… Ал, это ты меня тогда вытащил, и твой хвост. Ты действительно олененок Рудольф, просто какой-то… Задом наперед. И не этого сраного Корня я боялась, а что больше не услышу, как ты меня отчитываешь. — Если тебе так нравится, готов читать нотации от заката до рассвета, в круглосуточном эфире, — тихо пообещал Аластор, что улыбался не привычным оскалом, а только уголками рта. — Оплата исключительно натурой. Если только ты меня случайно не зашибешь, mi amor. — Ну, тогда мы явно договорились, — Сэм снова коснулась губами рта партнёра, — приводи себя в приличный вид, и вперёд на инструктаж. Брат уже такую язвительную речь заготовил, что скоро треснет, если ты не явишься. Он на сарказм изошёл. —Ну правильно, иначе в рай не пустят, балласт сбросить надо, — Аластор упёрся своим лбом в лоб девушки, все еще легко держа ее в объятиях над полом. — И что же я должен нацепить? Герцогский плащ, шпоры и именную шашку? Именной поводок, кляп? Ошейник с биркой? Хвост только твой, пусть даже не мечтает. —Ты действительно олень. Ну какой нахер герцог, какой к черту ошейник… — тяжело вздохнула Сэм, гладя по ушам резко замлевшего мужчину. — Пили рога, иначе в корону не пролезут. Ну что ты так смотришь? Да ну что за осуждение-то такое? — Это вот опять что Би напела?! Нахер мне ваша корона, я неделю на стену лез без тебя, а ты… — Да угомонись ты, Люц все равно оставляет на нас все, на обоих, нам это счастье разгребать напару! Ну так вышло, а Би просто дура, и я дура, что уши развесила, меня тогда все добило почти, ну повелась я… Господи, угораздило же в тебя влюбиться по самую косу, а?! Да поставь же ты меня уже на пол, это почти унизительно! Ну, да, по сути я только что тебе сделала предложение, знаю, нелепо, смешно, женщине не пристало, позор на мои седи… Что… Что ты делаешь? — Сэм, коснувшаяся ботинками пола, в панике смотрела, как пальцы Аластора поймали ее ладонь и отвели в сторону, а вторая рука легла на спину. — Выполняю обещание, — без тени улыбки сообщил радиоведущий, и где-то в дальнем углу замерцали огоньки, зажегся мягким оранжевым светом пульт, зашуршало радио, издавая едва различимый голос из далекого прошлого… *I don't know why I love you like I do… — Боже, это что, Синатра? — Сэм не знала, куда провалиться. — I don't why but I do — Он. Только для меня и моей королевы, и больше никого. Тише, тише, моя дорогая, не сопротивляйся, просто слушай. I don't know why you thrill me like you do I don't know why but you do… — Боже, я отдавила тебе ногу… — Вторая считай тоже твоя, и ей это нравится. Я — весь твой… Под ногами хрустели битые стекла, но кого это сейчас волновало. У этого неловкого танца не было свидетелей, кроме них самих.