Beta it till you make it

Вопреки первоначальным ожиданиям, течка Сынмина оказалось более сильной, поэтому им пришлось немного увеличить дозу. Но меньше чем через час Сынмин наконец вздохнул с облегчением, почувствовав себя снова нормальным. Но теперь он просто чувствовал себя невероятно грязным. — Хён, ты не против, если я быстро приму душ? — Нисколько, давай. — Хорошо. — Сынмин осторожно поднялся, плотно закутавшись в одеяло. Попытавшись сделать шаг, он вдруг почувствовал, , слабость в конечностях и едва смог удержаться на ногах. — Ах… осторожней. Будут побочные эффекты вроде усталости. Ничего опасного, но тело, вероятно, будет ощущаться тяжелым. Вероятно, дело не только в подавителях, — неловко отметил про себя Сынмин, вспомнив о тех инструментах, которые он впервые использовал несколько часов назад, прежде чем стереть это воспоминание. Он потащился к двери и осторожно открыл ее, выглядывая налево и направо, чтобы убедиться, что поблизости нет никого из его семьи. Затем он обернулся и посмотрел на Хе, сидевшего в его кресле. — У меня еще не было возможности сказать это, но спасибо, хён. За всё, правда. Даже за то, что приехал так рано. Сынмин не стал ждать его реакции и выскользнул из комнаты. Но он услышал за своим плечом теплый смешок.

***

После того душа Сынмин чувствовал себя новым человеком. А может, им и был, учитывая, что теперь он проявил свою природу. Но это не означало, что его течка полностью закончилось. Примерно следующие четыре дня он будет чувствовать вялость, возможно, также температуру, поскольку его тело не привыкло ни к течке, ни к подавителям. Ему также нужно было следить за любыми побочными эффектами лекарства и немедленно сообщать обо всем. Хе также сказал ему, что, хотя его тепло и подавлено, он все же рекомендует мастурбировать, когда это возможно, чтобы избавиться от избытка гормонов и накопившейся в теле фрустрации. Он отметил, что это будет только накапливаться, если Сынмин полностью проигнорирует это. Что ж, если дело ограничится только этим, то у Сынмина нет реальных проблем. Он же парень в конце концов. Делать это время от времени — нормально. В их общежитии это было практически обычным делом, ведь там жили восемь парней, и половина из них — альфы. Все было хорошо, пока ему не приходилось использовать те секретные предметы из коробки, которыми он был вынужден воспользоваться несколькими часами ранее. Позже они также протестировали некоторые бета-духи, которые Хе удалось срочно достать вчера после окончания рабочего дня. Действительно, ничто не сравнится с наличием прекрасных друзей. Хотя Сынмин был не полностью доволен, им удалось найти один, который довольно хорошо сочетался с его собственным запахом. После того как он распылил его на себя, его омега-характеристики были довольно хорошо скрыты. Он все еще пах слишком сладко для обычной беты, но с этим уже ничего не поделать. По крайней мере, теперь его запах стал похож на запах беты,а не омеги. Он все же решил поискать более подходящие духи в ближайшем будущем. В любом случае, Хе и оба его родителя позже в тот же день подтвердили, что он пахнет полностью как бета. Хотя это говорили беты. Сынмин все еще не был абсолютно уверен, сможет ли альфа уловить разницу, но сейчас он ничего не мог с этим поделать. В общем, он чувствовал себя вялым, тяжелым и дерьмово. Но он был совершенно точно бетой. Оставался еще один день его официального перерыва, но Сынмин твердо решил завтра вечером позвонить Чану, объявить, что проявил себя как бета, и сказать, что ему нужно взять еще один выходной день. Хотя Сынмин ненавидел саму мысль о пропуске работы и обременении всех, ему нужно было быть абсолютно уверенным, что он подготовлен настолько, насколько это возможно. Дело было не в одном пропущенном рабочем дне. Если Сынмин потерпит здесь неудачу, его карьера будет буквально разрушена, и это затронет всех. Не говоря уже о том, что через три дня после подавленной течки он, несомненно, должен был почувствовать себя гораздо лучше. Потому что, честно говоря? Те перепады настроения, о которых он читал раньше? Он определенно чувствовал их сейчас. Он ощущал ощутимую потребность вернуться к своей стае, она буквально разъедала его изнутри. Ему просто нужно было увидеть их всех, учуять их запах. Внезапно ему захотелось обнять Джисона, хотя в обычных условиях он бы со смехом уклонялся от его объятий. Ему не хватало Феликса, прилипаешего к его боку. Теплой улыбки Чана и милого смешка, блюд Минхо с саркастической усмешкой, навязчиво раздражающего смеха Чанбина, неуклюжести и милоты Чонина, искреной энергии Хёнджина… Боже мой, неужто он сейчас становится чрезмерно сентиментальным? Могло ли проявление так сильно повлиять на его эмоции? Обычно он был более организованным человеком. Он знал свои приоритеты. Но сейчас его сердце говорило ему не то, что разум, и это было мучительно. Сынмин сейчас был совсем один в своей комнате — Хе-хён уехал домой несколько часов назад — поэтому он обратился к своему проверенному интернету. Как и ожидалось, согласно информации в сети, даже с подавителями все это было просто нормальным состоянием для омеги в течке. Означало ли это, что ему придется мириться с такими эмоциональными перепадами и потребностью в своей стае во время каждого жара? Одна только мысль ужасала его. Нет ничего плохого в том, чтобы любить своих товарищей по стае, обниматься с ними и с удовольствием проводить время. Но если Сынмин вдруг начнет действовать согласно своим импульсам, он мог бы просто сделать татуировку на лбу с надписью "здесь омега", вместо всех этих хлопот. Поэтому Сынмин решил провести следующие два дня, тщательно учась управлять эмоциями в своем запахе. Он не был до конца уверен, как это делать, но следуя некоторым советам из сети, он решил смотреть случайные телешоу с сильной эмоциональной нагрузкой, будь то комедия, драма или хоррор, и посмотреть, насколько хорошо он сможет контролировать свой запах. В конце концов, усердие было его единственной положительной чертой, как утверждали Стэй. Он просто будет практиковаться, пока это не станет его второй натурой.

***

На следующий день ближе к вечеру Сынмин с тяжелым сердцем взял телефон. Последние два дня он старался игнорировать их групповой чат, практически не взаимодействуя с остальными. Он подумывал позвонить Чану. Но вместо этого просто открыл чат, решив, что будет лучше дать знать всем сразу. «Эм, ребята, кажется, у меня проявляется природа. Мне, возможно, понадобится завтра выходной. Извините за осложнения». Он перечитал сообщение. Не слишком ли оно по-деловому звучит? Но он действительно не знал, как сформулировать это лучше, поэтому просто отправил. Он нервно наблюдал, как значок «прочитано» начал появляться у разных участников. «Что?!!» «О боже, серьезно?!» «Вау, наконец-то ㅇ_ㅇ» Прежде чем он успел прочитать другие реакции, его телефон зазвонил. Звонил Чанбин. Сынмин ответил на звонок. — Сынмина! — раздался громкий голос, заставивший Сынмина отшатнуться. — Ты серьезно проявляешься сейчас?! — Эм, хён, кажется, да. Тело тяжелое, и у меня небольшая температура. Родители сказали, что это явно проявление. — Черт возьми, почему это происходит, когда ты совсем один, — выругался Чанбин. — Я с родителями, хён. Я в порядке. — Но ты должен быть со своей стаей. Сынмин улыбнулся этим словам. Он действительно чувствовал, как его участники любят его. Но в то же время он почувствовал укол вины в груди. Он не проявлялся, он уже проявился. И без них. — Ах, погоди. Чан рядом со мной, передам ему телефон. Сынмин замер от этих слов. Вот оно, альфа стаи. — Сынминни, ты в порядке? — в голосе звучало беспокойство. — Да, хён. Не волнуйся. Это же просто проявление беты. Через день я буду в полном порядке. Чан замолчал. Это была ужасно громкая тишина. Затем Сынмин услышал вздох. — Мы ждали так долго, и вот в такое время… Ничего уже не поделаешь, — прозвучало скорее как обращение к самому себе. — Я сообщу компании. Тебе не о чем беспокоиться, просто отдыхай. Если будут какие-то проблемы, дай нам знать немедленно. Нет ничего важнее твоей безопасности, понял? — Понял, альфа. — Сынмин не смог сдержать улыбку и немного подшутил. Он называл Чана так только в шутку, когда альфа становился слишком чрезмерно опекающим по отношению к своей стае. Черт, Сынмин просто обожал этих парней. — Клянусь, я проведу весь день в постели. Завтра вечером я постараюсь добраться до общежития, если моя презентация к тому времени закончится. — пообещал Сынмин. Пустое обещание, на самом деле. — Блин, наш последний щенок наконец-то вырос, да? — голос Чана звучал невероятно тепло и счастливо-гордо. Было немного странно слышать эти слова, учитывая, что Сынмин не был самым младшим. — Не могу дождаться, чтобы увидеть тебя и учуять твой запах. Сынмин едва сдержал стон. Конечно. В тот момент, когда он переступит порог общежития, вся его стая просто набросится на него и примется обмениваться запахами. Это было достаточно безумно, когда представлялся Джисон и все шесть участников в набросились на него, но у Сынмина будут уже семеро. — Да уж… — Что ж, я уверен, ты устал, Сынминни, не буду тебя больше беспокоить. Просто обязательно отдохни как следует. И, как я сказал, дай нам знать, если что-нибудь случится. Хорошо? — Хорошо, хён. Тогда до завтра. — До завтра, Сынмин. Приятных снов сегодня. На этом разговор закончился. Как только звонок прервался, Сынмин заметил безумный спам, который шел в их групповом чате. Сообщения были полным хаосом, но в основном они поздравляли его, кидали шутки и подколки тут и там, а также были несколько злых сообщений о том, как он посмел проявиться без них. Чувствовал ли Сынмин вину за ложь? Черт, конечно, да. Он был честным человеком и ненавидел скрывать что-то от них. Но он уже принял решение. Все это — чтобы защитить свою стаю, свою семью. И он был готов пожертвовать ради них всем. Чем угодно.