Пока рушится империя

Покои Деви, пару часов спустя Вся резиденция погрузилась в мягкий сумрак, и только лунный свет лился в окна серебристым сиянием. Ночь была свежей, с лёгким ветерком, приносящим запахи цветущего сада. Только вот Деви никак не удавалось сомкнуть глаз. Головная боль, начавшаяся ещё во время молитвы, после непродолжительного затишья, вернулась с новой силой, и более не отпускала ни на миг. Девушка ворочалась уже несколько часов, перепробовав всё: выходила на балкон и медитировала, считала от одного до ста, тянулась в разминке…Бесполезно. В отчаянии она тихо выскользнула в коридор, решив спуститься вниз и сделать себе масалу по рецепту Айшварии, которая вечно утверждала, что её секретный ингредиент "спасет от любого недуга". Покои Сарасвати, то же время — Ну что, сказала Джайе уходить? — быстро меряя комнату шагами, спросила Радха. — Сказала, сказала, — отозвалась Сара, устало закатив глаза. Её волосы были распущены и мягко спадали на плечи густыми волнами. — Ты самая лучшая сестра на свете! — Радха с улыбкой кинулась её обнимать. — Ну или хотя бы в Индии! Настроение старшей Басу явно было отличным, она светилась в предвкушении встречи.  — Ещё десять минут — и иду. Волосы хорошо лежат? — Прекрасно, — саркастично протянула Сара. — Не забудь только обмазаться всеми маслами, что у нас есть, и наслоить макияж ещё сильнее. — Точно! Масло! — оживилась Радха, кажется, совершенно не замечая сонной раздражённости сестры. Кухня, то же время Деви тихо ступала по прохладному мрамору, почти бесшумно скользя в полутьме. К её удивлению, на кухне горел едва заметный свет.  "Кто ещё может быть здесь в такой час?" — Деви? Что ты тут делаешь? Это был Камал, он стоял в лёгкой хлопковой пижаме, волосы были распущены и слегка растрёпаны. На его лице отразилось замешательство и лёгкое удивление. — А ты?, — не придумав ничего лучше, поинтересовалась девушка.  — Готовлю себе ужин. Целый день ничего не ел, — он кивнул на кастрюлю, в которой булькало ароматное блюдо. — А ты почему не спишь? — Голова разболелась… Хотела сварить себе масалу по рецепту Айшварии. Камал нахмурился,  — Голова? — Только, пожалуйста, не говори Кайрасу! Он и так слишком за меня переживает.. — быстро выпалила она. Мужчина недовольно вздохнул,  — Ладно, — после короткой паузы кивнул, — Садись. Я сам всё приготовлю. — Но ведь… — Готовка — не мужское дело? — рассмеялся он. — Ну, и рецепт… — Думаешь, Айшвария меня своей целебной масалой ни разу не поила? С этими словами он ловко расставил перед собой специи. В горячее молоко засыпал чёрный перец, кардамон, гвоздику, тёртый имбирь, корицу и щепотку шафрана. В конце добавил немного мёда и каплю масла туласи, которое и было тем самым средством "прогоняющим любую хворь". — Держи, выпьешь в комнате. Уже поздно, — Камал подал ей большую чашку, от которой приятно пахло смесью терпких специй. — Спасибо… Спокойной ночи Покои Сарасвати, то же время Радха покинула покои несколько минут назад, наконец оставив Сарасвати в тишине.  Нервно перебирая украшения, девушка стала думать о происходящем.  Она чувствовала себя опустошённой, уставшей.  Роман сестры и ее очередной ночной побег,  головные боли, подозрительно слишком хороший настрой матери, видение в храме, встреча с Деви после двух лет разлуки. Всё это выжало её до последней капли. Спустя несколько минут глубоких размышлений, она все же забралась в постель, ощутив долгожданное тепло одеяла. Сон окутал её почти мгновенно, освобождая от навязчивых мыслей.  Коридор, то же время Деви шла неспешно, прижимая к груди тёплую чашку. Лунный свет окрашивал лепестки цветов в вазах серебром. Она сделала осторожный глоток,  "И вправду ничем не хуже, чем у Айшварии…" Как вдруг услышала чьи-то голоса впереди. Женский и мужской, сначала едва различимые, но с каждым шагом они становились всё разборчивее. Испугавшись перспективы быть замеченной, она юркнула за огромный горшок с папоротником. — Ты не встречался со мной две недели, а теперь говоришь это? — звучал дрожащий, но всё ещё острый женский голос. Деви прислушалась, практически перестала дышать.  — Радха, госпожа сердца моего… — послышался мужской голос. Радха?! — Деви едва не выронила чашку. Ей представилась странная сцена. Сцена, которую она не должна была видеть, никто не должен был.  Мужчина тем временем приблизился к старшей Басу и коснулся губами её лба. Его слова звучали нежно, он удерживал её за плечи. Радха была уже не той уверенной львицей. Лицо её выглядело уязвимым, а волосы были слегка спутаны. — Не нужно, Радж… Радж?! — в голове Деви звенело шокирующее осознание происходящего.  — Ты ведь знаешь… — снова заговорил мужчина. — Мы не можем быть вместе официально, это.. не по правилам — Ты знал это и раньше, но тебя это не останавливало. А теперь… как наигрался решил бросить меня и жениться "по правилам"?! — Радха… — он попытался вновь обнять её, втягивая в горький, но ласковый поцелуй. — Ни одна девушка не придётся тебе по вкусу, и ты это знаешь. Ты любишь острое, а вокруг тебя только сладкое. — голос Радхи звучал холодно, но дрожал, вот-вот готовый сорваться. Вдруг, из-за угла послышались тяжёлые шаги. "Это Камал… Милостивая Богиня, только не это!", — Деви замерла. Мужчина прошел мимо папоротника за которым она пряталась, сделал еще несколько шагов, и через мгновение в воздухе прозвучал грозный бас.  — Что здесь происходит? Радха и Радж отпрянули друг от друга, как от пламени. — Камал?.. — ошарашенно выдохнул Радж. — Госпожа Басу, — он пару секунд помолчал, — идите к себе, если не хотите, чтобы я попросил вашу мать сопроводить вас. Радха сжала губы и, опустив голову, скрылась в темноте. Ей не оставалось ничего, кроме как покорно склонить голову и исчезнуть. Гнева Видии она боялась, как огня. Деви, затаив дыхание, наблюдала. Она осторожно отхлебнула масалу — и вдруг ей стало смешно. "Вот уж выбрала место для чаепития!" — Ты хоть понимаешь, что творишь? — Камал был в ярости. — Если ты ещё и обесчестить её успел… — Чего ты хочешь взамен на молчание? Покои Сарасвати, то же время  Сара стояла посреди сада, настолько прекрасного, что его невозможно было бы изобразить ни одной кистью. По тенистым аллеям текла прозрачная вода, а воздух был пропитан ароматами жасмина, магнолий, туберозы и лотосов. По саду бродили белые павлины и мелкие лани, солнце мягко щекотало кожу. Сара с улыбкой подумала о том, что хотела бы показать это место Деви. Почитать здесь очередную книгу, сделать набросок.  Она шла медленно, практически невесомо, рассматривая каждую деталь.  Как вдруг небо потемнело, как если бы кто-то вылил на него чернила.  Лепестки цветов начали вянуть прямо у неё на глазах. Лани и павлины повалились на землю, словно безжизненные статуи. С неба стал стремительно капать дождь.  Сара побежала прочь, но ноги стали тяжелеть, будто вросли в землю. Из глубины сада раздался шёпот — сначала тихий, почти ласковый, но быстро превращающийся в пронзительный скрежет,  — Окропи своей кровью дорогу идущему… окропи..пролей свою кровь… окропи..пролей… Девушка старалась бежать, искала глазами место где могла бы укрыться, полы сари измазались в грязи, утяжеляя шаг еще больше. Превозмогая собственную беспомощность, она все же добралась до высокого дерева, облокотилась на него спиной и постаралась отдышаться, судорожно оглядываясь назад. Но вдруг прямо перед ней появилась тень — высокая, бесформенная, словно сотканная из смоляной мглы. Два алых глаза горели, как угли в темноте. Тень медленно приблизилась. Её рука, чёрная и длинная, потянулась к шее девушки. Когда пальцы почти коснулись её кожи, тень вдруг сменила облик. В лицо Басу уставилась обезличенная девушка с шеей изувеченной кровавыми подтеками и синяками, белесо-стеклянными глазами, криво обрезанными волосами, и перекошенными в предсмертной агонии губами.  Приглядевшись, ужас сковал легкие. На нее смотрела она сама, только мёртвая.  Рот изуродованной Сары открылся шире, и голос, наполненный чужим ледяным шепотом, прохрипел,  — Ты избрана… чтобы привести её ко Мне… Сарасвати попыталась закричать, но из горла не вырвалось ни звука. Она билась, будто в ловушке, не в силах пошевелить даже пальцем. Сон внезапно оборвался, девушка резко села на постели. Холодный пот стекал по позвоночнику, и ладоням, крик засрял в горле, дыхание сбилось, превратившись в рваные вздохи, а сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. Коридор, то же время  — Ты в поисках невесты, насколько я понял? — Камал скрестил руки на груди. — Тогда женишься на Амрите. — Но… — Это моё условие. Без "но".  "Камал ставит условия, которые ему вовсе не позволительны. Возмутительно! Он шантажирует Раджа, чтобы устроить его помолвку с Амритой!" — И ещё. Вы с Видией держите Амриту и Деви подальше от дел лорда. Надеюсь, ты всё понял? — Значит, такова твоя цена за молчание? — Радж неприязненно хмыкнул, но более не говорил. Камал лишь холодно улыбнулся и не ответив, ушёл.  Деви подождала ещё несколько минут, и удостоверившись, что все ушли, тихо направилась в сторону своей комнаты, стараясь переварить произошедшее. Покои Сарасвати Не успев прийти в себя, девушка вновь вздрогнула от того, что дверь комнаты неожиданно распахнулась.  На пороге стояла Радха. Растрёпанная, со следами слёз на лице, от недавнего воодушевления и радости не осталось и следа. — Милостивая Богиня, Радха! Ты меня напугала! — яростно прошептала Сара, но, увидев слёзы, тут же смягчилась. — Что случилось? Радха молча подошла к кровати и обняла сестру. Её плечи тряслись от рыданий. — Этот асур обидел тебя?.. — Нас.. увидел Камал.. — Ракшас..Это проблема.. Что он сказал?  Сара нахмурилась, новость была отнюдь не радостной. Радха отстранилась и тяжело дыша,  начала рассказывать всё с самого начала. Младшая Басу слушала, быстро соображая, как спасти ситуацию. Мысли о страшном сне улетучились, сменившись тревогой за сестру. — Камал ничего не расскажет. Уверена, он просто выторговал у Раджа что-то ценное в обмен на молчание — А если нет?.. — Ложись, тебе нужно отдохнуть, я принесу воды, — пару секунд посмотрев в глаза напротив Сарасвати отвернулась, проигнорировав вопрос. Это было неудивительно, ведь она сама сомневалась, и задавалась тем же. В голове боролись две стороны, безумная злость на сестру за ее неосторожность, и страх вперемешку с сочувствием. Быстро стерев с лица любые намеки на сомнения и раздумья, она прикрыла Радху одеялом и встала за водой.  Измотанная девушка поддалась, уткнулась в подушку и зарылась в тёплое одеяло сильнее, проглатывая горячие слезы.  Спустя время, рыдания наконец прекратились. Удостоверившись, что сестра крепко спит, Сара устало потерла глаза и присела на кресло, обдумывая дальнейшие действия, которые могли бы обезопасить ее семью от неминуемого позора и нового рычага давления.