Чувствовать или бояться.

– Миш, кушать будешь? Коротко стриженный молодой человек с круглыми очками аккуратно ткнул пальцем в плечо вышеупомянутого парня. За окном вовсю пели птицы, а солнце нещадно жарило макушки гуляющих по улице людей. На миг Жене показалось, что его друг, увлечённый разглядыванием прохожих, не заметил этого жеста, но тот осторожно повернул голову к нему. Его глаза, будто с поволокой и вообще смотрящие сквозь него, вдруг вернули привычный блеск. – Прости, что ты спросил? – спросил тот, глядя на своего друга. – Я хотел узнать, будешь ли ты кушать. Мне в голову пришла идея приготовить пасту. И подумал, что ты тоже… ну, хотел бы? – слегка застенчиво сказал он, ожидая ответа от Фадеева. Евгений действительно надеялся на положительный ответ. Так уж получилось, что они познакомились чисто случайно, когда у обоих был обеденный перерыв, и все офисные планктоны гурьбой побежали в местное кафе с пирожными, салатами и бутербродами. Там, в очереди, он заметил довольно модно одетого парня с выбритыми висками и копной кудрявых тёмно-русых волос, которые, благодаря проникающим сквозь окна кафе лучам солнца, отливали тёплым золотистым цветом. Молодого человека заинтересовал этот до безумия приятной наружности парень не на шутку — но даже не столь красивой одеждой, а большой цепочкой на шее, где висел кулон-солнце с волнистыми лучами. «А ведь подходит!» – тогда подумал Женя, перебрасывая взгляд то на него, то на кулон. Тогда он даже слегка потерял смысл прихода в кафе. Ему стало плевать на голод, на ту булочку со сгущёнкой, которую он всегда любил, — плевать на всё. Лишь бы подойти поближе и разглядеть этого парня детально. Что он, в принципе, и сделал. Удивительно, что никого не насторожило это ничем не прикрытое внимание тогда, хотя… оно и понятно. Голод способен затмить всё. Даже вездесущих и до дури голодных до сплетен людей, с кем ему приходилось работать в одной компании. Неловкое приветствие, неловкие комплименты, какие-то бессмысленные вопросы — и вот они уже обменялись контактами, а затем частенько вместе забегали в то кафе и обедали вместе. И так день за днём, пока им не пришла в голову чудесная мысль начать зарабатывать вместе своим «модельным агентством». Обоим надоело работать на дядю, а попробовать работать уже на себя — никогда не поздно и очень кстати. Но их «модельное агентство» носило только название — по факту они взялись за развитие довольно модной на то время деятельности: вебкам-бизнеса. Открыть студию было несложно, да и с оборудованием проблем не возникло. А вот найти желающих моделей, которые хотели бы попробовать себя в этой сфере, — уже не так просто. Чёрт знает, сказать спасибо Богу или простой удаче, но и с этим они справились. И вот тогда-то и началась их история. – Бля, Жень… Ты прям как моя мама. – с усмешкой сказал Михаил. – Ну разумеется, хочу! Ещё и спрашивает! – хохотнул он. – Только смотри, девок не зови к столу. Эти цыпочки и так неплохие бабки рубят на этих толстых американских лохах и вполне способны заказать себе еду, – уже серьёзно добавил он. Котов спустил нервный выдох. Вот оно — его дьявольские болотные глаза, с какой-то непонятной магической искрой. Он колдун? Если нет, то как объяснить это необъяснимое притяжение к нему? Чёрт. – Как скажешь, капитан. Никакого благотворительного фонда, – весело сказал парень в очках и отдал честь. – Умница, – протянул тот. – А я, кажется, уже успел проголодаться. Фадеев скорчил жалобное лицо, дабы добавить больше экспрессии к своему заявлению. Хотя к чему оно? Его личный повар и без этого фарса накормил бы до отвала такого диванного критика, как Мишу. Пока Евгений порхал над кухонным столом, готовя пасту и напевая про себя какую-то песенку, Миша решил внезапно пострадать. «Что со мной, блять, такое?!» – Михаил опустил своё красивое, но угрюмое лицо на жилистые ладони, на которых красовался серебряный браслет. Сегодня как назло особенно мерзко светит солнце, птицы рвут глотки, и мучительно сильно болят глаза. То ли от того, что он опять накурился той дряни, то ли из-за той пьянки с очередной его ночной пассией. Как её там звали, господи? Вера? Лера? Да плевать. «Почему я вообще должен задумываться над именем очередной сопливой потаскушки?» – смущённо нахмурил свои густые брови молодой мужчина. Взгляд невольно перешёл на бегающего туда-сюда Женю. «Ну прям как женушка» – он одобрительно ухмыльнулся, а затем в шоке уставился на спину парня. Сердце пропустило удар, а вокруг будто время замерло: часы прекратили отбивать минуты и секунды, Женя, что ругался с плитой, которая почему-то не хотела включаться, музыка из комнаты работающих девочек словно и не играла никогда. Тишина. Миша безотрывно смотрел прямо на него, словно пытался прожечь в нём дыру и изучить досконально. Он взглотнул и отвёл наконец взгляд. «Пора срочно бросать курить шмаль» – подумал он и открыл ноутбук, заполняя в таблице данные с заработка моделей, чтобы потом правильно распределить зарплату каждой и вычесть проценты, которые уже пойдут на них с Женей и на будущее студии. Вдруг послышался звук открывающейся двери, лёгкие шаги — и на просторной кухне появилась высокая девушка с кудрявыми волосами. Она слегка замялась, когда увидела двоих парней, но потом взяла себя в руки и, не обращая на них внимания, пошла к кулеру, дабы набрать стакан воды. Миша сразу же стал разглядывать её. Ему нравились такие девушки, как эта, кажется, София? Красивое имя, подходящее. Высокая, с подтянутой фигурой, даже больше спортивной, ибо плечи её были чуть шире бёдер. Его не удивляло то, что она вышла в одних стрингах и топике. Всё же он имел право смотреть трансляции моделей, чтобы в случае чего подсказать, как сделать так, чтобы зрителей стало больше, а чеки выше, и поэтому её полуобнажённость даже радовала его. Жаль, что с моделями нельзя крутить романы — это могло пагубно повлиять на их и девочек работу в дальнейшем. Все здесь собрались не за поисками второй половинки, а за деньгами. Его удивляло, что Женя никогда не смотрел на этих цыпочек так, как это делает иногда он сам. Его будто совсем не волновали они. При условии того, что на этой студии действительно девчонки как с модного журнала PlayBoy! Неожиданно послышался мелодичный голос Сони: – Ого, а вы сегодня до неприличия тихие, – хохотнула она и положила стакан на стол, а сама облокотилась на него. – А ты ожидала, что у нас тут на постоянной основе ведётся talk-show? – усмехнулся Миша, играя бровями. – Ну почему же? Просто удивило, что так тихо. Обычно, как не выйду, вы тут что-то бурно обсуждаете, или хотя бы включите какой-нибудь сериал, чтобы разбавить тишину. – Сегодня мы на спокойном вайбе, дорогая, – добавил Котов. – Вот как, – улыбнулась девушка, поправляя квадратные очки. – А у нас… – ей не дали договорить, так как в эту же секунду зашла другая девочка, тоже полуголая. – Сонь, ты куда пропала? У нас скоро приват! Я уже договорилась с чуваком. Нужно будет просто потрясти сиськами, пока он не кончит! – быстро проговорила блондинка, явно на эмоциях от предстоящего привата. – Бля… Ладно. Потом поболтаем, мальчики! Девушки удалились, захлопнув дверь. Парни в унисон выдохнули, а затем переглянулись и рассмеялись. – Она явно заинтересована в том, чтобы с нами поболтать, да? – спросил Миша, подмигивая. – Ну да, а что такого? Может, ей скучно с одной Настей разговаривать, – помешивая пасту, сказал Женя. – В любом случае, я рад, что даже на такой работе есть место чему-то человеческому. А то большинство девочек довольно зажаты. Видимо, стесняются? – Возможно. Наверное, думают, что мы как типичные серьёзные дяди-сутенёры, которым палец в рот не клади. Женя скривил губы, явно не радуясь такой перспективе, где его воспринимают за подобного человека. Миша свёл брови к переносице и подпер щеку кулаком. – Этот вариант, конечно, так себе. Не хочется думать и, уж тем более, казаться для них таким. Тем более, я думаю, что дело не в этом, а в том, что девочки просто стеснительные. Да и осознание того, что мы видели их, так сказать, во всей "красе", их явно смущает. – Жень, ты серьёзно? Для зрителей, которых на их трансляции не меньше двух тысяч, — не смущает, а тут мы их смущаем? – Одно дело на камеру, при этом не видя других. Большинство девочек этих мемберов даже за людей не воспринимает, а больше как за ботов. А тут уже реальные люди, и, возможно, им стыдно смотреть нам в глаза, а уж тем более общаться. – Ну, я как-то на этот счёт не задумывался, – почесал затылок Миша, отводя взгляд в сторону, явно смущаясь. В идеале он бы и в принципе не стал с ними беседы водить. Ну а зачем? Пришли, поздоровались, перебросились парой фраз касающихся работы, поработали свои положенные часы, попрощались и разошлись по домам, не вспоминая друг о друге до следующей смены. Но Женя, судя по всему, намекает, что нужно создать для моделей комфортную среду не только в плане ремонта и условий работы, но и ещё подкрепить это чем-то эмоциональным. Миша не был спецом в этом вопросе, поэтому, если уж реализовывать задумку, то всё в руках Жени. Он будет у него на подтанцовках — поддакивать или наоборот. «Да, так я и поступлю», – подумал Миша. – Если копнуть немного глубже и узнать, какие вообще здесь находятся девочки, то можно сделать несколько пунктов, – начал Женя. – Первый пункт: те, кто попал в сложную ситуацию в жизни и кому срочно нужно заработать "лёгкие деньги". Под этот пункт подходят Саша с Соней. – Саша и Соня? А они почему? Что у них? – удивился Михаил. Саша, как и Соня, довольно лёгки на подъём в общении. И по ним совершенно не скажешь, что что-то не так. – У Саши мама больна раком, – грустно ответил тот. – Я с ней разговаривал. Сначала наш разговор шёл легко и на обычные темы, но как-то получилось, что он ушёл в русло обсуждений проблем. Вот она и поведала о таком… А что касается Сони, то там девочка хоть и не попала в такую ситуацию, как у Саши, да и долгов у неё нет, но она сама по себе из бедной семьи, поэтому хочет накопить себе деньги на беззаботную старость и родителям помочь. – Ого, я и не знал… – нахмурился Миша. – С Сашей понятно, но а Соня? Нашла бы себе другую работу. – Да ты и не обсуждаешь с ними особо ничего, вот и не знаешь, – вздохнул Женя. – Так, чисто флиртуешь да подкалываешь. Возразить тут было нечего. – А что насчёт Сони, – продолжил Женя. – Она тут за лёгкими деньгами, да и причём большими. На обычной работе такое не сделать. Второй пункт: ради хайпа или чтобы позлить богатеньких родителей. Под этот пункт у нас подходит Лера. Знаешь, типичная богатенькая и избалованная девочка, которой не хватает внимания папули и денег, ибо тот урезал золотую жилку, надеясь, что доченька начнёт ценить труд. Вот Лера и ждёт, когда какой-нибудь козёл сольёт. Третий пункт: люди, у которых уже нарушена психика и снижена морально-гуманная оценка жизни в целом. Им плевать, где и как заработать деньги, главное — экстрим. Под этот пункт подходит Настя. Она с Соней работает в паре. Наши подружки-хохотушки, – расставил всё по полочкам Женя, и Миша почувствовал невероятную волну тепла, что ему достался такой наблюдательный друг. – По Насте видно, что у неё не все дома, – передёрнул плечом Миша, воспроизводя в голове облик этой девчушки. – Вечно на каком-то взводе. Глаза шальные. Жуть. Когда у них перерыв и они сидят тут и кушают, Соня просто спокойно сидит в телефоне или с тобой чирикает, а Настя каким-то маниакальным взглядом на всех нас поглядывает и ногтями по столу стучит, будто нервный тик, – поделился уже своими наблюдениями Миша. – Да, я тоже это заметил, – согласился Женя, а потом не весело вздохнул, выключая плиту. – Наши девочки далеко непростые люди. И к каждой нужен свой подход. Это благоприятно скажется на работе, так как довольные модели намного продуктивнее, чем убитые проблемами девочки. – Ну, это довольно просто. Всех их объединяет желание заработать деньги, верно? Если мы хотим поднять их настроение и дать мотивацию не бросить всё, то предлагаю сделать розыгрыш. Тем, кто за неделю наберёт в общей сумме четыре тысячи долларов, получит к зарплате плюс пять тысяч рублей, – невинно улыбнулся Миша. – Отлично! Ты займись этим, а я буду просто вести с ними беседы, по крайней мере с теми, кто сам идёт на контакт. А там глядишь, и другие девочки подтянутся, и мы станем чуть ли не дружной семьёй, – закончил Женя, хмыкнув, поправляя очки, и ставя тарелку с пастой перед носом Миши. – Налетай, пока горячая. – Слушаюсь и повинуюсь! Евгений сел за свою порцию еды, но кусок в горло не лез. Он стал наблюдать за трапезой друга, параллельно прокручивая неутешительные мысли, от которых в полне возможно взорвётся голова, и кровь с ошметками мозга запачкают их кухню с красивой отделкой. Парень тяжело вздохнул. Девочки были непростой темой для него, да и в целом вся их деятельность. Чувство вины за то, что они вообще решили построить это логово, где творилось черти что, усиливалось. Сейчас ему было даже стыдно за себя. Женя был захвачен идеей заработать неплохое состояние, уйти от покровительства начальника в свободное плавание, где он сам себе хозяин, не задумываясь, что стал катализатором новой «студийной чумы», где некоторые модели, возможно, нахватаются проблем с психикой. Девочки-то все молодые, никому и выше двадцати лет, не то что им обоим — двум двадцати пяти летним. А что касается Миши, то там всё до банальности очевидно. Ему по большей части всё равно на людей, что с ним работают. Он просто пришёл за деньгами и не более. Если ты не готов к этой работе, то дверь всегда открыта. Ничего личного, просто бизнес. И всё тут. Фадеев видел метания друга: до сих пор нетронутая тарелка и задумчивый взгляд говорили больше, но он не стал акцентировать на этом внимание, за что ему был благодарен Женя. Ему не хотелось портить аппетит друга своими терзаниями. А пока вообще стоило разобраться с более актуальными проблемами. А именно — с объявлением о акции для девочек, с расчётом графика, и подготовкой себя к тому, что придётся побыть чем-то вроде психолога. Или же это не обязательно?

***

Минуты длились как вечность, ожидая прихода всех девочек в их выходной на беседу о делах насущных. Евгений старался не сверлить глазами дверь и не кусать щеку изнутри. Михаил же вальяжно расселся на диване, попивая кофе и листая ленту в Тик-Токе, тихо смеясь с какого-нибудь ролика. Вдруг звонок в дверь. Женя, как ошпаренный, подскочил к двери, открывая её. На пороге стояли девочки. По их лицу было сложно понять, что они чувствуют по поводу вызова в их выходной на студию, но судя по всему, какой-то откровенной злости не было. Он пропустил их, здороваясь со всеми. Девочки расселись по местам, и вот уже на них смотрели несколько пар глаз. – Спасибо, что согласились на встречу, – начал он, окидывая каждую взглядом. – Прошу, проходите, устраивайтесь где вам удобно. – Женя, – Лера прошлась по нему прохладным взглядом, и Женя понял, откуда у неё эта манера смотреть на всех свысока. Видно, папина дочь, – прости, конечно, но по какому поводу нас всех позвали сюда, в день, когда мы должны отдыхать и заниматься своими делами? – с нажимом на слова про выходной сказала она. – Я искренне прошу прощения, что потревожил вас, но обещаю, что это не займёт много вашего времени, – постарался как можно спокойнее и с улыбкой сказать Женя, надеясь смягчить строптивую особу, как Валерия. – Нам с Мишей, – Женя бросил быстрый взгляд на друга, – было важно поговорить с вами с глазу на глаз. – Раз уж на то пошло, то вы вполне могли написать об этом нам. Не думаю, что этот разговор чуть ли не государственной важности, – усмехнулась девушка. А вот это уже был откровенный камень в огород. Так дело не пойдёт. – Лера, успокойся, пожалуйста. Мы бы не стали вызывать вас по всякой ерунде, – подал голос Миша, нахмурив брови. – Так что? Перейдём к делу, или продолжим плеваться ядом? – закончил Женя, глядя прямо на Леру. Она закатила карие глаза, взмахнула прядью прямых волос, давая понять, что готова позволить начать им тему, которую они хотели обсудить. – Мы вас слушаем, – ответила за неё Саша. – Я не рассчитывала на мероприятие, где мы друг друга проклинаем. Миша почувствовал, как напряжение Жени рядом слегка спало. Потом он быстро кинул взгляд на Соню, которая с интересом наблюдала за ними, сверкая весёлыми искорками в кари-зеленых глазах за очками. Он не собирался тащить на себе весь разговор, ибо беседы не его конёк, но мог быть опорой для Жени, поэтому стал ожидать от него слов. – Мы хотим замотивировать вас на большой чек. Для сольниц — три или четыре тысячи долларов за неделю, и мы накинем пять тысяч к зарплате. А для пар потолок будет выше — шесть тысяч долларов, и также добавим пять тысяч рублей к зарплате обеим. Что думаете? – А почему парам нужно больше сделать? – изогнула бровь Настя, начиная трясти ногой, кидая зоркий взгляд синих глаз на парней. – Исходя из общих чеков, пары делают больше сольниц, именно поэтому и потолок выше, Анастасия, – спокойно ответил Женя. – Да к тому же вас двое, а значит и куш должен быть больше. – Кивнул своим словам он. – Хорошо, и это всё? – спросила Мария, относительно новенькая, всего две недели работает. Миниатюрная девчонка с милыми косичками. Её кукольное лицо и телосложение делало её больше похожей на ребёнка, что, кстати, востребовано в этой сфере, как бы отвратно это не звучало. – Нет. Мы хотели бы спросить, не хотели бы вы психолога, если найдём? Личного психолога, который специализируется на этой теме, помогая работникам справляться с ментальными проблемами. Модели криво усмехнулись. Вообще-то да, было бы неплохо, если такое сделали. На Анастасю напал гомерический хохот, чем удивила всех. – Вы бы ещё санитаров вызвали, да на таблетки бы нас посадили, чтоб уж совсем выставить больными! – слова Жени вызвали у неё приступ злорадства, а её блондинистые кудри подпрыгивали в такт недоброму смеху. – Мне лично он не нужен. Я вполне хорошо себя чувствую. А тем, кому плохо, — явно дуры, которые умеют только строить из себя жертву. – Настя! – встряла София, бросая взгляд на каждую девочку, проверяя, не задели ли слова блондинки кого. – Это не смешно. Не все крепкие духом, верно? И почему с ним или с ней обязательно болтать о нашей работе? Такая удачная возможность обсудить что-то другое, что могло бы беспокоить. Анастасия лишь фыркнула на её слова, мол, говори что хочешь, я считаю иначе. – Ну так что, девочки? – спросил Евгений, желая поскорее закончить набирающий обороты цирк. – Хорошая идея, – подмигнула София, мягко улыбаясь. – Согласна, – ответила Саша, остальные же просто кивнули. – Женя… – наклонилась Анастасия, желая сказать что-то ещё, но не успев начать очередную тираду, её перебили. – Настя, – с намёком позвала её Саша, а та театрально закатила глаза, но кивнула. Наглая ухмылка отразилась на лице блондинки, обещая парням, что она обязательно что-то сделает, но потом. На том и решили. Под конец составили график, чтобы каждой модели было удобно, и разошлись по своим делам. Они устали. Стоя под горячими струями воды, Женя размышлял о том, что они с Мишей затеяли. Вебкам-бизнес? Господи, куда его понесло?