Способ 1. Найти друг друга
19 декабря 2025 г., 21:00
Aqua quae fluit, magia quae vivit.
— …Артефакты спрятаны на четвёртых этажах всех факультетов, — с улыбкой, которая уже не казалась ротарам такой ласковой и понимающей, произнесла Шеритт, она же белый дракон и по совместительству глава Academia Rotaria. Точнее, её проекция — воспоминание, которое она оставила после себя. Розалин, вчерашняя первокурсница, сегодняшняя второкурсница, понятливо кивнула. Всего факультетов было шесть: по числу башен, вращающихся вокруг Turris Axis, то есть Осевой башни, где они сейчас все находились. Первокурсники жили и учились на пятых этажах и потому никогда не пересекались даже со своими ровесниками из других факультетов. А вот второкурсники учились уже все вместе: вчера, за день до экзамена, их перевели на четвёртые этажи, а сегодня собрали в Белой зале — как раз затем, чтобы провести этот самый экзамен. — Ваша задача, — Шеритт сделала паузу, — отыскать все артефакты, продемонстрировав тем самым, чему вы научились на первом курсе. Задача же преподавателей, — ещё одна пауза, — не только оценить ваши умения и навыки, но и… не позволить вам найти все артефакты. По Белой зале пробежала волна шепотков. Второкурсники не понаслышке знали, что такое сессия: они сдавали её в конце прошлого года, а перед этим — в середине. Но вот условия экзамена, который ждал их сегодня, в первый же учебный день, не укладывались в голове. Ещё бы: отдохнувшие и полные сил второкурсники меньше всего ожидали, что им придётся вспоминать всё, чему они научились за год, на ходу. В прямом смысле — на ходу. — Через шесть часов после начала экзамена, — с улыбкой продолжила Шеритт, — преподаватели начнут поиски. Будьте уверены, они воспользуются всеми доступными им средствами, чтобы вас поймать и, — ещё одна пауза, — забрать все найденные артефакты. Ещё одна волна шепотков. Розалин в волнении сцепила руки на посохе с красновато-прозрачным кристаллом на конце. Игра стоила сфер: тот, кто выдержит экзамен, — а таких, судя по всему, будет немного, — сможет либо повысить свой уровень, либо даже… перевыбрать факультет. Сердце Розалин забилось быстрее. — Но, — Шеритт терпеливо дождалась, пока второкурсники успокоятся. — Но, — повторила она, — работать вы будете не поодиночке, а в связках. И каждая такая связка, — пауза, — будет состоять из пяти ротаров. Найти друг друга, — Шеритт хлопнула в ладони, — вы сможете по браслетам. Розалин почувствовала на левой руке непривычную тяжесть: запястье — поверх длинной, до локтя, перчатки — обхватил серебристый обруч. Покрутив руку, Розалин оглянулась по сторонам. Точно такие же браслеты появились у всех второкурсников. — Как только я объявлю о начале экзамена, — добавила белый дракон, когда ротары в замешательстве уставились на неё, — вы сможете… почувствовать друг друга. — Она улыбнулась, показав ямочки на щеках, и второкурсникам почудился подвох. — Да, и ещё, — посерьёзнела Шеритт, — некоторые из артефактов, которые вам предстоит найти, могут представлять для вас опасность — то есть вам придётся не только отыскать их, но и обезвредить. Однако, — ещё одна пауза, — если кто-то из вашей связки всё же пострадает, то все пятеро будут удалены с экзамена. Розалин закусила губу. Что было бы проще: искать одной… или впятером? — Всё понятно? — Шеритт обвела второкурсников взглядом, но им всё было понятно настолько, насколько — непонятно. — У вас будет тридцать шесть часов, чтобы найти все артефакты. Повторю: тридцать шесть часов, не больше, но и не меньше. — Она медленно подняла руки и ещё раз хлопнула в ладони: — Удачи не желаю, чтобы вы на неё не надеялись. Начинаем!◌ ◌ ◌ ◌ ◌
Розалин чуть не выронила посох. Последние слова ещё не прозвучали, но на неё уже обрушился… небесный свод. Её собственное «Я», всё, что она считала собой, оказалось погребено под чужими «Я». Боль пронзила тело и, кажется, душу. В груди заколотилось сердце: то ли её, то ли одно на пятерых. Розалин почувствовала всё и сразу: досаду вместе с растерянностью, волнение — с недоумением, а ещё — спокойствие, в котором, как в густом зелье, стало растворяться всё остальное. Вот в чём был подвох. Они не просто «почувствовали друг друга» — они разделили все чувства на пятерых. Розалин сжала пальцами виски. Она уже не понимала, где заканчивалась сама, а где начинались те из ротар, с которыми она оказалась в одной связке. И как, спрашивается, им найти друг друга?! Как выдержать экзамен, если они даже не чувствовали самих себя? Их знания, умения и навыки — какой в них был толк?.. Щёки обожгло болью. Охнув, Розалин прижала к ним ладони: видно, кто-то, не выдержав, хлопнул по щекам, чтобы привести себя в чувства. А заодно и — всех остальных... Сглотнув, Розалин нашарила посох, который всё-таки выронила — и с ясностью, возведённой в пятую степень, поняла: если один из них пострадает, то… пострадают все. Вот почему всю группу удалят с экзамена!.. А ещё… Розалин покрепче сжала в обеих руках посох. Они смогут найти друг друга. По боли. Она же была у них одна на пятерых… Розалин постаралась собраться с мыслями: глубоко вдохнула и… все её чувства вместе с мыслями смыло волной, прохладной и бесшумной. Розалин медленно, очень медленно выдохнула и как-то отстранённо подумала — или же за неё подумали: «Синий». Синий?.. Она моргнула — а потом, подхваченная всё той же волной, подскочила чуть ли не на носочки. Вытянула руку: выше, как можно выше… — Синий!!! На неё оглянулись: и те, кто сидел, и те, кто лежал, и даже те, кто, обхватив себя за плечи, пока ещё стоял. Не оглянулись только те, кто никак не мог привести себя в чувства: ни в свои, ни в чужие… Розалин опустила руку — и сама опустилась на пол, не в силах больше стоять. Волна ушла так же внезапно, как и пришла, а вместо неё вернулись все остальные чувства. Розалин разобрала в них проблески и понимания, и надежды, и недоверия, и… — Синий. Металлический кончик ножен звякнул о пол: ротар в чёрном плаще молча присел перед ней на колено. Розалин, погрузившаяся в себя — и в не только в себя! — даже не услышала, как он подошёл. Она подняла глаза, но не сразу осознала, что на ротаре была форма боевого факультета. Сердце Розалин подскочило. Боевой факультет! Из башни Turris Bellica! Если их связка выдержат экзамен, тогда она!.. — Розалин. — Ротарка первая протянула ему руку. — Алхимический факультет. Мечник со всей осторожностью, как будто боялся сломать ей руку, ответил на рукопожатие. Розалин прислушалась к себе. Может, дело было в перчатках (ротары из Turris Alchemiae, видно, носили самые длинные перчатки), а может, и в самом мечнике, но она ничего не почувствовала, когда тот коснулся её руки. — Чхве Хан! Как тесен… то есть как всё же тесна академия! Ротар из Turris Bellica, выпустив её ладонь, оглянулся. Розалин тоже повернула голову — и чуть не втянула её в плечи. Она узнала бы подошедшего и без золотистого раздвоенного плаща! Эти светлые волосы, голубые глаза… Она отвела взгляд, успев заметить, что из-за спины кронпринца выглядывает белая рукоять: то ли копья, то ли глефы, то ли пики... — Синий. — Альбер Кроссман сначала протянул руку Чхве Хану, а потом уже посмотрел на Розалин. В голубых глазах промелькнуло любопытство. Узнал! Вот же… — Розалин. — Она заправила за ухо прядь каштановых волос и с вызовом посмотрела на кронпринца. — Алхимический факультет. — Альбер Кроссман, боевой факультет, — приподнял уголок губ тот. Розалин чуть не поморщилась. Ну да, раз уж поменяла внешность, то могла бы и имя изменить! Но ведь распределяющую сферу не обманешь… Чхве Хан посмотрел перевёл взгляд с Альбера на Розалин. Но ни тот, ни другая не спешили ему ничего объяснять. Хотя он чувствовал напряжение между ними так же, как и они — его недоумение. — Значит, — с той же полуулыбкой спросил Альбер у Розалин, — на алхимическом факультете учат передавать друг другу мысли? Розалин сначала непонимающе моргнула, а потом замотала головой: — Нет, — с лёгкой досадой ответила она. — Идея с цветом — не моя. — И не моя, — прозвучал за их спинами тихий и почти механический голос. Как будто куклу завели ключом. — Синий. Они оглянулись — и Розалин приподняла брови. Чёрные мантии с капюшонами — форма тёмного факультета из башни Turris Umbraе. Она ничего не имела против некромагов, пока они ничего не имели против неё самой. Но до чего же всё-таки разношёрстная у них собралась компания!.. — Мэри. — В голосе Альбера Кроссмана прозвучала улыбка. Чёрная мантия, помедлив, кивнула ему и опустила капюшон ещё ниже. Хотя и казалось, что ниже уже было некуда. Розалин бросила на кронпринца недоуменный взгляд. Он что, всех здесь знал? Даже ротар из других факультетов, с которыми они до сегодняшнего дня ещё не виделись? Но откуда?.. — Выходит… — Альберу сделал вид, что не заметил, как Розалин на него посмотрела — и что при этом почувствовала. — Выходит, что эта идея… пятого из нас? Они посмотрели друг на друга, а потом снова оглянулись. Двери Белой залы были распахнуты настежь: кто-то либо отыскал ротар из своей связки, либо рассудил, что стоит сначала поискать артефакты, а уже потом — товарищей по несчастью, то есть по экзамену. Розалин прикусила губу. И то и другое решение не было лишено смысла. С одной стороны, те из второкурсников, которые отправились искать артефакты, могли уже найти какие-то из них. С другой стороны — самое сложное начнётся потом, через шесть часов после начала экзамена… — Интересные дела, — пробормотал Альбер Кроссман. И, к удивлению Розалин, уселся рядом с ней прямо на каменный пол, только расправил золотистый плащ. — Какие у вас были ощущения, когда… пришла волна? Розалин задумалась. Когда пришла волна… Вода, прохладная и почти неосязаемая, заполнила её сознание. Все переживания — и самой Розалин, и всех остальных, — на пару мгновений растворились в ней. Поток чувств, самых разных чувств, будто бы влился в другой, в котором… Не было ничего. — Ни-че-го, — эхом повторил за ней Альбер. Розалин подняла на кронпринца взгляд. И поняла. Ничего. И никого. Там, где начиналась волна, никого не было! Или... или они почему-то не чувствовали пятого ротара, с которым оказались в связке. — Что ж. — Альбер поднялся на ноги и, расправив плащ, протянул руку Розалин, терпеливо дождавшись, пока она ухватится за его ладонь. — У нас в запасе есть ещё тридцать пять с половиной часов, — успокоил он то ли самого себя, то ли всех остальных. — Успеем и друг друга найти, и все башни осмотреть. С какой, кстати, начнём? Кронпринц был прав: проблемы лучше решать по мере их поступления. А потому… — С Turris Bellica! — и глазом не моргнув ответила Розалин. Альбер с Чхве Ханом посмотрели на неё с одинаковым недоумением. А вот Мэри, кажется, было всё равно, куда идти: хоть в Turris Bellica, хоть в Turris Umbrae. Розалин поправила сумку, перекинутую через грудь, и переложила посох из левой руки в правую. Ей представился шанс войти в Turris Bellica! Разве она могла упустить его? Воодушевившись, Розалин первой вышла из распахнутых дверей Белой залы — и первой же почувствовала, как лица коснулась… Прохлада. — Что такое? — Альбер, не ожидавший, что ротарка так резко остановится перед ним, осторожно тронул её за плечо. Розалин не ответила — не услышала вопроса и не почувствовала прикосновения. Она уже смотрела в глаза одному из второкурсников, который сидел, закинув ногу на ногу, на ступенях лестницы. На его чёрном пиджаке причудливо поблёскивали серебряные нити — они были даже в волосах: красных, хотя и темнее, чем у… — Розалин? — Альбер проследил за неё взглядом. — Ты… — Синий. У Розалин перехватило дыхание. Она бы не смогла объяснить то, что сейчас почувствовала. В светло-карих глазах второкурсника не было угрозы, но они и притягивали, и отталкивали одновременно. Словно она когда-то уже его видела. Словно она когда-то уже его ненавидела. Словно она… — Кейл Барроу. — Он повесил на пояс золотой кнут, который до этого перекатывал в ладонях. — Ментальный факультет.
