Маленькое рождественское чудо

Первое, что он услышал, — тихий свист на заднем плане. Несмотря на это, Изуку просыпался медленно и неохотно, с раскалывающейся головой. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы открыть глаза, и он пошевелился, застонав от тупой боли, пронзившей тело при движении. То, на чем он лежал, было мягким, поэтому он не спешил вставать, пытаясь вспомнить, что было до этого. Что же произошло? Изуку резко сел, шипя от боли. Точно — Шигарки похитил его, почти сразу же после того, как он с ребятами вышел из магазина. Изуку выбрался из-под толстого одеяла и поднялся на ноги. Он напряжённо огляделся по сторонам, и его желудок сжался от страха. Он совсем не узнавал эту комнату. Она не была похожа на привычную комнату в общежитии, оформленную в стиле Всемогущего, в которой он просыпался каждый день, или на комнату в квартире его матери. Эта комната была больше и просторнее. В темноте он мог разглядеть пару шкафов, украшенных гирляндами, и панорамные окна, за которыми большими хлопьями падал снег; если присмотреться, можно было увидеть несколько елей вдалеке. Переведя взгляд на свои ноги, Изуку недоуменно моргнул: на них красовались длинные, доходящие до колен, носки в виде оленей. Под его ногами был застелен пушистый белый ковер, напоминающий сугробы снега. Мидория, не понимая, оглядел помещение еще раз, замечая всё больше мелких деталей — свечи в форме мандаринов, пару ёлочных игрушек на окнах и бумажные снежинки, украшающие всё пространство. Где он был на этот раз? Погодите, разве раньше не было слышно свиста? Как только эта мысль пришла ему в голову, из под щели между дверью и полом загорелся свет, а затем послышались шаги с тихим свистом; мелодия напоминала рождественскую песенку. Не успел Изуку встать в боевую стойку, которую Айзава заставил их выучить в первый год обучения, как дверь распахнулась. Перед Мидорией предстала одна из самых ужасающих картин в его жизни. Всё за одного — злодей, за которым охотился Всемогущий, тот самый преступник, от одного упоминания которого многие преступные организации содрогались, тот самый злодей, что является отцом Изуку. Он стоял прямо перед ним с высоко поднятой головой и гордой улыбкой. Лицо Мидории почти сразу же исказилось от отвращения: частично это было связано с тем, что его отец стоял прямо перед ним, частично — с тем, что тот был в одном из самых уродливых рождественских джемперов, которые Деку когда либо мог представить; а Изуку знал немало уродливых нарядов. Мина называла его королём ужасного вкуса, но даже для неё это было слишком! — Изуку! Какой сюрприз, — позвал он, его голос был наигранно удивлённым, так обычно звучал голос его матери, когда они играли в какие то игры или когда Изуку пытался напугать её. — О, я был хорош в этом году. Вздрогнув всем телом, Мидория недоумённо посмотрел на мужчину. Его поза была жалким подобием боевых стоек, а на лице читались растерянность и шок; волосы были взлохмачены и торчали во все стороны после недавнего сна, но это никак не смущало Деку. — Ты похитил меня! — воскликнул он. — Прямо перед вечеринкой в честь Рождества!!! — Ну-ну, не надо обвинять своего дорогого папочку в этом. Тем более я не похищал тебя, это был Томура, — вздохнул, Все за одного, притянув руку к лицу Деку. —совсем скоро Рождество, и твой дорогой папа тут! Почему бы нам не провести время вместе? — он отодвинул руку. Изуку нахмурил брови. — Верни меня обратно! А иначе я расскажу маме, что ты похитил меня прямо перед праздничной вечеринкой в UA, я хотел провести это Рождество со своими друзьями. На лице злодея отразилось раздражение при упоминании академии, но так же быстро оно сменилось безумной радостью в пустых глазах. Из за этого по спине Изуку пробежали мурашки. — Я не могу вернуть тебя обратно, дорогой Изуку. Ведь если я сделаю это, то недавно открывшаяся выставка про героя — Всемогущего может взорваться. Томура настоял на том, что это был бы лучший подарок для него. — Ты бы не посмел! Я ещё не ходил туда! — воскликнул Изуку. — Это подарок для моего старшего сына. Я, конечно же, люблю тебя, но я же не могу вечно потакать только твоим капризам, верно? Хотя я мог бы сделать ему другой подарок, если бы мой самый маленький и отважный сыночек решил провести со мной время. Деку видел в позе мужчины лишь чистую гордость и безмерное счастье. Это был шантаж. — Ты шантажируешь меня. Я скажу маме про это. — Нет, это не шантаж, это выгода, котёночек. Что насчёт твоей мамы думаю, нам не стоит заходить столь далеко. Ты же знаешь, какая она... — Беловолосый мужчина на пару минут замолчал, подбирая нужные слова. — Драматичная! Она может быть слишком эмоциональной, давай не будем расстраивать её перед праздником. Скрипя зубами, Деку сдался. Под угрозой была новая выставка про Всемогущего; ходили слухи, что там есть фигурки, которые так и не выпустили в свет. К примеру, фигурка «Всемогущий из бронзового века, играющий с котиком» так и не была выпущена из-за проблем с производством. Она была сделана в единственном экземпляре, и Изуку просто обязан был её увидеть. Но если его дорогой папаша взорвёт это здание, то все фигурки, фотографии и даже одежда с машиной — взлетят в воздух и исчезнут. Он не мог позволить ему этого сделать. — Ну так что? Проведёшь это Рождество с твоим милым папой, или мы посмотрим на то, как выставка Всемогущего взрывается? Я мог бы обеспечить нам самые прекрасные места в первом ряду. — Ты бы не стал. Тем более ты похитил меня за два дня до Рождества! Тебе действительно нужно было столько времени?! — Серьёзно, Изуку, тебе стоит спросить, хватит ли мне этого времени — он драматично вздохнул — и ответ: нет, этого времени недостаточно. — В его голосе прозвучали маниакальные нотки, от которых у Изуку по спине побежали мурашки. Этот тон всегда означал плохие новости, и Изуку придётся… пойти на компромисс. Хитрость заключалась в том, чтобы найти наименее болезненный для себя компромисс. Глаза Изуку прищурились. — Я проведу с тобой один день, если смогу вернуться на вечеринку и если ты не попытаешься ничего взорвать. Изуку знал, что ему особо нечего предложить, но, как и все безумные психопаты, Все за одного предпочитал, чтобы люди шли ему навстречу, а не принуждали их. Это было связано с его эго. Все за одного недовольно загудел: — Полагаю… но я ожидаю от вас позитивного настроя, молодой человек. Никакое рождественское чудо не сделало бы это возможным, но признание этого факта не пошло бы Изуку на пользу. — Хорошо. Значит, мы договорились? От довольного блеска зубов Все за одного Изуку пожалел о сказанном. ______ Все-за-одного стоял на кухне, одетый в красный фартук с глупой надписью "лучший повар и отец" и размахивающий скалкой, как злодейский генерал, готовящийся отдать приказ своим подчинённым вступить в бой с героями. Но когда взгляд Изуку упал на второй фартук в руках отца, температура его тела сразу же упала на несколько градусов, потому что в руках мужчины был точно такой же фартук, только с другой надписью. Прочитав её, уши Деку сразу же приобрели тот же оттеное красного, что и сам фартук. — Я это не одену. —твердо сказал, он.  Честно сказать, Мидория был готов ко всему, кроме игры в дочки-матери, в которую хотел сыграть его отец. — Я могу тебе помочь, — воскликнул он со счастливой улыбкой. И через пару минут на Изуку был одет фартук с надписью «Самый милый помощник шеф повара в мире», а затем Все за одного сделал несколько совместных фотографий. У Изуку закралось подозрение, что он распечатает эти фотографии и повесит в своем кабинете. — Первым делом нам нужно приготовить тесто для печенья. Мы сделаем несколько видов, чтобы потом определить, какой из них вкуснее всех. Я уверен, что несколько штук останется на потом для твоей мамы и брата! Давайте не будем упоминать, что Мидория совершенно не собирался отдавать будущую отраву своей маме. Что насчёт брата? Кого это он называет так – Шигарки? С каких пор они братья. Изуку точно не считал его своим братом, но если отец предложит отдать ему большую часть печенья, он с радостью согласится. Кто знает, может быть, у него от этого будет болеть живот, и тогда Изуку сможет провести Рождество без нападения Лиги. Да, это звучит хорошо. — Я купил много качественных продуктов, — продолжал Все за одного, — это для печенья с шоколадной крошкой, а это для имбирного, а вот это... — мужчина указал на разные продукты, что лежали на столе. На самом деле их было очень много: пару упаковок с яйцами, много муки и молока. Стол был завален всем подряд. Чем дольше отец говорил, тем сильнее рушилась диета Изуку. План питания, который Всемогущий придумал для него, был разорван каждым сладким названием, выходящим из уст беловолосого мужчины. Взглянув на лицо злодея, Деку почувствовал волнение — не нетерпение, а лёгкий ужас: губы злодея до сих пор двигались, список казался бесконечным. — И как, по-твоему, мы всё это успеем приготовить? — воскликнул он, прикрывая бесконечную тираду своего отца. — Не беспокойся, малыш, твой папа — лучший шеф повар на свете. Мы не просто приготовим все эти сладости, но и сделаем их супервкусными. О времени не думай, я уверяю тебя, мы успеем. Где-то на задворках сознания Изуку вспомнил слова дяди Йоичи: «Однажды он поймал жирную крысу и бросил её в огонь, даже не очистив от шерсти. Внутренности тоже остались — это было не самое вкусное блюдо; большая часть его меню такая. Так что будь осторожен, девятый, никогда не ешь стряпню моего брата». Изуку сморщился и вздохнул. — Это точно будет самое вкусное печенье… — пробормотал он. Все за одного был настроен серьёзно: через минуту в его руках оказалась толстая кулинарная книга, открытая на рецепте имбирного печенья. — Давай посмотрим, что нам нужно. Итак, Изуку, возьми ту муку и насыпь её в мерный стаканчик — таких нам нужно три. Как и следовало ожидать, каждое действие Мидории сопровождалось придирками: масло должно быть слегка размягчённым, а не быть лужой, орехи надо размельчить на средние крошки, а не на порошок.  Наставления были долгими и нудными; через десять минут Изуку уже едва не сорвался. Не в том дело, что он не выдерживал критики — просто Все за одного был особенно раздражающим. В голове Изуку родилась идея — немного испортить печенье. Он начал с малого. «Изуку!» — крикнул Все за одного, заметив, что тот держит соль вместо сахара. Изуку, удивлённо посмотрел на отца — ох, кажется я перепутала их. Упаковки такие одинаковые! — с наигранным удивлением сказала он. На что Все за одного лишь  улыбнулся и не расстроился. Потом он стал более смелым, решив рассыпать муку по комнате «из-за неуклюжести», а затем вместо ванильного сахара добавили разрыхлитель.  Вишней на торте стала глазурь. Когда готовили он ее готовил, то «случайно» использовал муку вместо сахарной пудры. Все за одного ничего не заметил до первой пробы: он зачерпнул ложку и поперхнулся. Мидория отчаянно хотел это заснять, но у него не было камеры, поэтому он запомнил каждую морщинку на лице отца. — Вкусно?— спросил Изуку, глядя широко раскрытыми глазами, полными надежды. Этот взгляд всегда заставлял Всемогущего взъерошить ему волосы и Айзаву вздохнуть, когда Изуку ошибался. Злодей сделал паузу, раздумывая, стоит ли рушить надежды сына на выпечку жестокой правдой или притвориться, что ему действительно понравилось? — Могу сказать, что ты приложил много усилий, но, кажется, я дал тебе неправильный рецепт. Он не такой сладкий, как должен быть. Рот Изуку скривился от раздражения при таком ответе, но он заставил себя продолжать играть. — Мне так жаль, папочка, — сказал Изуку, изливая фальшивую искренность. — Боюсь, я не так опытен, как ты. Должно быть, это из-за того, что ты такой старый. Мужчина проигнорировал явное оскорбления сына,— Конечно, моя малышка. Я всегда рядом, чтобы быть для тебя маяком мудрости и направлять тебя во всём, будь то выпечка или твой интерес к героям. В этот момент «Все за одного» намеренно выводил Изуку из себя. Стиснув зубы, он отвернулся от самодовольного лица мужчины, предпочитая смотреть в сторону большой ёлки в гостиной. Вообще весь дом был украшен в рождественской тематике, и, как понял Деку, это здание было специально построено для его посиделок с отцом. Наконец-то закончив первые шесть видов печенья, которые сейчас лежали на противне в духовке, бывший злодей объявил о перерыве. _____ — А! — завопил Изуку, когда «Все за одного» подхватил его на руки и понёс, как принцессу. — Что ты делаешь!? — воскликнул он. — Ношу тебя на руках, а что ещё? — ответил Все за одного. — Ну же, прекрати! — пытался оттолкнуть его Изуку, отбивая руки и грудь Все за одного, но ничего не смог сделать, пока его несли наверх, где его ждала пара рождественских пижам. Что ещё хуже... у Все за одного была пара одинаковых пижам. Теперь, к сожалению, одетый в такую же одежду, что и его отец (к большой радости Все за одного), Изуку был спущен вниз в гостиную и аккуратно уложен на диван. — Знаешь, у меня есть ноги, — сказал Изуку, указывая на свои носки с оленями. — Я так не думаю, малыш, — ответил Все за одного. — Если ты продолжишь ломать их с такой же скоростью, как сейчас, то, скорее всего, папе придётся вечно носить тебя на руках. Кроме того, ты ещё совсем маленький и идеально помещаешься в моих объятиях. — Мне 16, — выдавил Изуку, — а ты неестественно высокий. Изуку поморщился, когда Все за одного махнул рукой в сторону большого телевизора. — А теперь последнее событие этого дня — мы будем смотреть рождественский фильм! — Наконец-то.— сказал он с облегчением, пока не услышал вторую часть предложения, — Серьёзно? Какой? «Всемогущий спасает Санту Клауса»? О! Или тот, где Всемогущий помогал Санте разносить подарки. Взглянув на лицо злодея, Мидория недовольно сморщился, его отцу явно не нравилась его задумка. Кому вообще может не нравиться как Всемогущий в костюме Санты побеждает злодеев, разносит подарки всем детям и останавливает мультяшного злодея? К сожалению, «Все за одного» не клюнул на эту наживку. Его улыбка слегка померкла, —Хоть я и знаю, что это твой любимый фильм, мы посмотрим что-нибудь другое. Один из моих любимых рождественских фильмов. — — Ты смотрел рождественские фильмы? —удивился Изуку. — Знаю, что каждый год смотрел их вместе с братом. Мы устраивали киномарафоны, и Йоичи каждый раз засыпал. Голос Все за одного затих, и в комнате повисла странная грусть. — Так что же мы будем смотреть? — спросил Изуку. «Один дома» вызвал у Все за одного меланхоличное выражение, но затем он ослепительно улыбнулся. — Никогда такого не видел, — пробормотал Изуку. Все за одного ахнул от возмущения и ужаса, бормоча что-то о «ужасном кинематографе современности». Щёлкнув пультом, он включил телевизор, затем снова повернулся к Изуку на диване, и в его глазах заблестели радостные огоньки. Мидория инстинктивно потянулся за подушками и поджал под себя ноги, в попытке скрытая от большого Злодея, что явно хотел обнимашек. Изначально Мидория ожидал фильм наподобие «Гринча», где зелёный персонаж портит Рождество, ну или на крайняк фильмы, в которых злодей выигрывает,  но картина оказалась втрое хуже. Серьёзно, какие нормальные родители могут забыть своего ребёнка дома одного? А что ещё хуже — вспомнить об этом только в аэропорту. Но самое ужасное — что мальчик в фильме был настоящим монстром: он не вызвал полицию, а изуродовал двух воров. Изуку смотрел фильм с сочетанием ужаса, отвращения, лёгкого страха и непонимания, в то время как его отец хохотал во всё горло. У Изуку отвисла челюсть, когда он увидел, как Мальчик сбрасывает ведра с краской с лестницы на несчастных грабителей, и те с грохотом падают на землю. — кошмар— прошептал он, — это не ребенок, а садист какой-то! — Не говори глупостей. Кевин совершенно нормальный мальчик, он чем-то напоминает меня, — фыркнул Все за одного. Во время просмотра отец принёс какао. Изуку долго не решался к нему притронуться, но в конце концов он попробовал его вместе с уже приготовленными печеньями. На вкус они оказались не такими ужасными, как представлялось в его голове — это одновременно обрадовало и расстроило его: приятно, что всё не так плохо, и немного странно из- за собственных ожиданий. Чем дальше шёл фильм, тем сильнее уставал Деку. Почти к концу он положил голову на плечо Все за одного. Поначалу он просто следил за происходящим на экране, затем, убаюканный теплом и безопасностью рядом с отцом, заснул. Его лицо расслабилось в умиротворении сна. Прижав Изуку к себе, Хисаши мог разглядеть веснушки на его щеках и провёл большим пальцем по закрытым глазам сына. Глубоко вздохнув, он откинулся на спинку дивана и на некоторое время забыл о заботах. Позже ему нужно будет вернуть Изуку в UA и обезвредить бомбу, на новой выставке Всемогущего. Но эти ближайшие пару часов он просто хотел насладиться драгоценным временем рядом с сыном.