Изуку случайно называет своего учителя "мамой".

Взглянув в сторону кухни, его взгляд зацепился за круглые часы они были украшены скорлупой от орехов и кофейными зёрнами — эти часы дети сделали вместе с Эри. На них стрелки отбили два часа ночи, сегодня его патруль задержался, обычно в это время он проверяет тетради или читает новости за день. Вздохнув, мужчина в чёрном комбинезоне подошёл к открытому окну и со щелчком закрыл его. Он опустился на край дивана, попутно схватив в ближайшем кресле плед, аккуратно накинув его на Мидорию.

Он стоял прямо перед ним с высоко поднятой головой и гордой улыбкой. Лицо Мидории почти сразу же исказилось от отвращения: частично это было связано с тем, что его отец стоял прямо перед ним, частично — с тем, что тот был в одном из самых уродливых рождественских джемперов, которые Деку когда либо мог представить, а Изуку знал немало уродливых нарядов. Мина называла его королём ужасного вкуса, но даже для неё это было слишком — Изуку! Какой сюрприз, — позвал он, его голос был наигранно удивлён

Война давно осталась в прошлом, уступив место эпохе новых про-героев. Однако во время очередной спасательной операции Изуку Мидория, герой номер четыре, попадает под удар причуды, способной откатывать состояние человека до момента его самого тяжелого психологического состояние. В одно мгновение профессионал высшего ранга исчезает, оставляя судьбу Японии на плечах своих товарищей, Динамиту, Уравити, Шото и Фроппи предстоит защитить мирное население, и взять на себя ответственность за Изуку.

«Ма-м-ма…» — эти вымученные слоги повторялись первые несколько раз на протяжении минуты. Голос её сына был настолько искажён помехами и болью, будто доносился из-под толщи воды. Каждый звук был пыткой, словно он пытался говорить с раздробленной челюстью.