Новогодний переполох🎄

Джунрами деловито отмеряет переговорную маленькими шажочками, покачивая огромной головой. Собрание должно было начаться десять минут назад, где носит этого цыплока? Он же прочитал общий чат? (каков хозяин, таков и питомец). Остальные вроде на месте: Тюдони бегает за своим хвостом, чтобы скоротать время, Уёнян резко поднимает лапки вверх с выпущенными когтями и грозно мяукает, на что Сандоки пугается, будто не его уже неизвестно какой по счёту раз разводили этим приёмом, а Хетмони и Ччонбэр тихо посмеиваются над кошачьим спектаклем, Ддонбёли аккуратно перебирает мини блокнотные листки, источающие сладковатый аромат с нотками ванили и пачули, он буквально все свои вещи испшикивает духами хозяина, а тот лишь задаётся вопросом: «Почему так быстро заканчиваются флаконы?». Ушастик пробегается круглыми глазками по заготовленным к докладу строкам, тихонько репетируя речь. Ах точно, доклад! Наверняка опять статистика: сколько раз Сонхва заходил во Fromm, как много говорил эйтини о своей любви, что делал в свободное от расписания время, с кем виделся, о чём разговаривал, подробный анализ выставленных фотографий и прочее. Ддонбёли всегда ответственно подходит к сбору сведений, но на сегодня Джунрами подготовил крайне важную тему для обсуждения, просто колоссальной значимости, такую, ради которой даже обязательный ежемесячный отчёт придётся отложить, а этот Ббёнмин опять всё пропускает. До Нового года осталось меньше недели, всё вокруг просто вопит о стремительно приближающемся празднике: активно валящиеся с неба снежные хлопья за окном, переливающиеся украшения на каждом шагу, перманентный запах корицы, цитрусовых и еловой хвои. У них осталось так мало времени на подготовку... — Либо он всё проспал, либо по дороге в компанию его съели бродячие кошки, — подытоживает Ччонбэр. — Ни в первом ни во втором случае мы ничего не сможем поделать, поэтому давайте начнём наше собрание, не сидеть же здесь весь день, — по переговорной разносится одобрительное улюлюканье. — К тому же у Чонхо вечером игра в LOL c друзьями, интересно посмотреть. — Мяу, действительно, мой купил очередной телефон, страсть как хочется залезть в новую коробку. — Не маловат ли домик будет? — отвлекается Тюдони от своего преследовательного марафона и в ответ получает недовольное закатывание глаз, мол, собаки, что они вообще понимают. — Ты живёшь в коробке? — дивится Сандоки. — Я вот на кровати с Саном. — А я свободный кот! — гордо вскидывает моську, отчего колокольчик на шее звякает. — Где хочу, там и лежу, хоть на кровати, хоть на полу, хоть на комоде. И коробок у меня много и есть во-от такая большая, — широко разводит лапы. — Я тоже на кровати, но мне не нужно делить её с другими игрушками, — Тюдони задорно косится на Сандоки. — И перед сном меня Юнхо за ушком чешет. — А меня мой хозяин гладит не только перед сном, — Сандоки от воспоминаний даже хочется замурчать. — Меня Сан тоже постоянно гладит, когда в гости приходит, — вновь вклинивается черныш. — Ты меня обманываешь! — недоумевает собрат. Спор разгорается с новой силой. Постепенно к нему подключается Ччонбэр, он в целом не думает, что Чонхо лучше или хуже других заботиться о нём, да и все хозяева вроде как не обделяют своих малышей, но вот поучаствовать в чём-то и выиграть — это он в любое время дня и ночи готов. Хетмони же вертит головой, забавно дёргая ушками, и пытается уловить суть разговоров. Эх, против генов не пойдёшь (согласна, с крокодилами лучше не связываться). — Хватит уже мериться ху… — Джунрами! Здесь же дети, — Ддонбёли отвлекается от бумажек. — Хозяевами, я хотел сказать хозяевами, — прикрывается хвостом на всяких случай. К счастью для всех: для Ддонбёли, который был готов прочитать лекцию о вреде бранной речи, для белки, что уже поглядывала на какой шкаф забраться в случае непредвиденного спасения своей шубки, особенно для спорящих, которые не горели желанием получить нагоняй, — в переговорную вваливается Ббёнмин и обращает на себя всеобщее внимание. Он стряхивает с пёрышек снежинки, которые через секунду же превращаются в маленькие капельки на полу, на тоненьких ножках топает к затихшим и с характерным писком усаживается рядом. — Пробки, — поясняет, пожимая крылышками. Проще согласится и попросить в следующий раз лучше рассчитывать время, потому что пытаться уличить жёлтого во лжи себе дороже, там сразу же тысяча и один аргумент против появляется. Наконец-то все в сборе, Джунрами выдаёт фирменную улыбку и загадочно кладёт палочку в центр их импровизированного круга. Сандоки вопросительно мяукает, Тюдони уже представляет, как весело её можно использовать, а Хетмони всё ещё гадает о каких пробках толковал Ббёнмин: ведь машину тот не водит, как в принципе и любой цыплёнок в мире, на такси тратиться бы не стал, свет вроде не сбоит, ну а бутылочные… — Это волшебная палочка, — торжественно объявляет Джунрами, отчего вопросов становится больше. Вздохнув, будто секунду назад было произнесено очевидное, грызун сумбурно начинает рассказ о своём приобретении.

❄️❄️❄️

Если кратко, то в маленьких магазинчиках в переходе, витрины которых полны гирлянд, шаров с блестящим снегом внутри, ёлочных игрушек и огромных вывесок со всевозможными акциями: два по цене одного, скидки и «очень нужные вещи» в подарок, — он искал что-то дешёвое для участников группы, чтобы хоть как-то порадовать их и поблагодарить за усердные труды в уходящем году. Нет, ему ни копейки не жалко, только вот животных пока на работу брать не научились, а те средства, что отстёгивались им за авторские права от продажи плюшей хоть и сглаживали финансовую картину, но не сильно. Вообще история с копированием всеми анитизами поначалу воспринялась не очень, ну сами подумайте: вас массово штампуют и продают в красивой коробке (Уёняну бы понравилось). Но постепенно к анитизам пришло осознание, что они всё также остаются особенными и уникальными в своём роде. Первыми. Яркими. Наполненными эмоциями, желаниями. И главное — рядом с самыми лучшими хозяевами. А поделиться своей мягкой копией с прекрасными эйтини им не жалко, у них же не оригинал, не живые экземпляры (хотя, кто знает?). Эйтиз вот до сих пор про своих думают (или делают вид), что они лишь милые, такие родные плюши. А анитизы вообще-то их представители в этом конкурентоспособном производственном мире, талисманы, ангелы хранители практически, их душевная частичка. Джунрами самоотверженно хотел приобрести целых восемь подарков, поэтому стоило хорошенько всё рассчитать. Он был предельно осторожным, слонялся от закутка к закутку, прятался среди ног прохожих, ему нельзя было привлекать к себе внимание. Нет, ну представьте, что это беличье нечто двигается и разговаривает, и если это увидит обычный человек воочию, то придёт в ужас… Такое бы началось: расспросы, научные исследования… Поэтому для баланса вселенной следовало поберечь человечество. Джунрами так сильно погрузился в свои мысли, что не сразу услышал, как какая-то старушка выкрикивает: «Подходите, покупайте, самые необычные и нужные вам вещицы, уверяю, вы останетесь довольны. Подарок на любой вкус! Мы рады каждому покупателю и даже белкам». Джунрами застыл посреди перехода, всё его маленькое тельце вмиг вспотело, подобное с ним случалось исключительно летом, даже несмотря на то, что грызун каждый раз активно линял специально для жаркого сезона. «Она меня видит? Но как? Что делать?», — сердечко зашлось в бешеном ритме, голова крутилась во все стороны в поисках укрытия. — Да-да, ты не ослышался, хвостатый дружок, подходи, не бойся, — старушка смотрела прямо на него. — У меня есть кое-что особенное для тебя.

❄️❄️❄️

И вот сейчас это особенное лежит на столе и испытывает на себе шестнадцать глаз. На вид обычная палка, а на конце что-то типа песочных часов. Ддонбёли на всякий случай уточняет сколько это чудо стоило, на что Джунрами гордо заявляет, что потратил все свои сбережения. — Да тебя надули, кэп, — фыркает Уёнян. — Ну хоть с Хетмони и Тюдони можно теперь играть. Итак… — черныш хватает палочку. — Кто из вас хороший мальчик и принесёт мне её, — пёсики с энтузиазмом наблюдают за замахом, последний даже высовывает язык. — Но-но-но, — возмущается Джунрами и тянется сам за предметом. Сандоки пытается остановить собрата, случайно тяня за первое, что попалось под лапы, отчего в помещении раздаётся возмущённое: «мяяяу!», палочка падает вниз, и от соприкосновения с полом или собачьей пастью её спасает стремительная белка. — Пи, ну всё, теперь Уёнян будет по углам гадить, — с умным видом констатирует Ббёнмин. Черныш шипит, прижимая несчастный хвост к своей грудке, Сандоки тут же извиняется за содеянное: уж ему ли не знать, как это неприятно. Ччонбэр хохочет от всего происходящего, его забавляет, что привычное собрание превратилось в сцену из какого-то ситкома. — Всем успокоиться! — громко раздаётся голос Ддонбёли. Он сам по себе доброе существо, но вид недовольно торчащих в стороны ушей и упирающихся в бока лап почему-то быстро приводит в чувства. Через секунду все уже сидят на своих местах и делают вид, будто проверяют свои доклады на наличие ошибок и неточностей. Ббёнмину же бумажки не нужны, голова — вот самый, по его мнению, надёжный источник хранения информации и прочего, надёжнее только банк. Но вот переспроси цыплёнка о чём-то второй раз, и на тебя выльется что-то совершенно противоположное. — Итак, Джунрами, не мог бы ты ещё раз пояснить, что это за палка и почему вместо подарков нашим хозяевам ты предпочёл именно… её, — нарушает наступившую тишину Ддонбёли. — Я же говорю — волшебная, — демонстративно машет. — Она дарует нам особые силы, с помощью которых мы сможем такое… такое! — с каждым словом глаза у слушателей становятся всё шире и шире, даже у Сандоки. — Не думаю, что старушка меня обманула, потому что, во-первых, она говорила очень убедительно, во-вторых, она меня видела и даже не удивилась, как будто подобная встреча для неё обыденность. Конечно, она одета была странно и походила на сумасшедшую, но это не необычная старушка… Она явно смыслит в магии, — переводит взгляд на палочку, казалось, что сейчас в своих крошечных лапках он держит что-то древнее, чудодейственное. — Мы должны попробовать… ради наших хозяев. Иначе они останутся без подарков на Новый год. — И как она работает? — тихо интересуется Хетмони, уши плотно прижаты к мордочке — признак беспокойства, крошечный хвостик виляет из стороны в сторону — признак любопытства. — Нужно произнести фразу, чтобы активировать, — вспоминает наказ старушки, жаль, что в данную минуту второе важное условие использования магического предмета не всплывает в большой полосатой голове. — И что, крикнем «энчантикс» или «стражницы — мы едины»? — предполагает Тюдони. — Нельзя копировать, мяу, мы совершили бы ужасную ошибку, если бы что-то скопировали! — важно звенит колокольчиком. Остальные активно кивают. К счастью, анитизы хорошо воспитаны, как и их хозяева, поэтому они ясно понимают такую маленькую, но простую истину. Джунрами крепче сжимает палочку, сосредоточившись, он взмахивает волшебным предметом, отчего золотистый песок в часах начинает покачиваться, выходя за пределы оболочки. В воздухе теперь кружат блестящие частички, точно так же, как белоснежные хлопья за окном. Все замерли, ожидая, что же произойдёт дальше. — 8 makes 1 team, — глубокомысленно произносит Джунрами. Песок активнее кружится, кажется, его становится всё больше и больше. Белка уже не видит никого вокруг, лишь слышит удивлённые возгласы. Частички сталкиваются, ослепительно вспыхивая. Всё помещение заполняется необычной блестящей пылью, которая проникает в рот, заполняя какой-то тягучей мягкой массой, в нос, оставляя аромат, который нельзя было описать словами, в уши, мелодично позванивая, под каждую шерстинку, обволакивая теплотой. Оно здесь, что-то запредельное, сверхъестественное, таинственное. Оно полностью накрывает анитизов, заставляя кружиться в заданном ритме. Последнее, что видит Джунрами перед тем, как отключиться — особенно яркую вспышку.